- 74 -
Бай Вейфан покинул этот мир за день до Нового года, и у семьи Бай год начался довольно печально.
Раньше Бай Цзинь использовал Ли Шу, как удобный инструмент, но теперь он не хотел вовлекать его в эти дела. Он несколько дней не появлялся и дома и запретил другим говорить ему что-либо.
После похорон важные гости, которых принимал Бай Цзинь почти разошлись. Поговорив о делах со своими дядями, Бай Цзинь попрощался со старшими родственниками, приехавшими из других мест, и ушел вместе со своими людьми.
Когда он вышел из холла, водитель уже приготовил для него машину. На обочине дороги стояла женщина в черной одежде с белым цветком на груди. Едва увидев Бай Цзиня, она тут же направилась к нему. Не успела она произнести его имя, как ее остановил Цзо Минъюань.
Бай Цзинь не остановился и даже не взглянул на эту женщину, и окружавшие его люди поспешно последовали за ним.
Когда все ушли, Цзо Минъюань вздохнул и спросил:
- Госпожа Нин Хуэй, чего вы добиваетесь?
Нин Хуэй посмотрела на него со слезами на глазах:
- Неужели у Бай Цзиня совсем нет сердца?
Цзо Минъюань на миг лишился дара речи. Раньше у него было хорошее впечатление о брате и сестре Нин, особенно о Нин Юэ. Он казался таким безобидным, нежным, внимательным, добрым... совсем как маленький белый кролик. Но этот маленький белый кролик оказался способным на довольно подлые поступки, такие как тайная съемка или тайная аудиозапись...
Цзо Минъюаня начинало тошнить, стоило ему только вспомнить о том, как он осмелился разместить развратное фото Цзянь Маньцин в журнале, чтобы вывести Ли Шу из равновесия. Когда он снова заговорил, в его голосе послышались язвительные нотки:
- Он уже и так проявил снисхождение, госпожа Нин.
Нин Хуэй прикусила губу, дрожа от гнева. Проявил снисхождение? После того, как Бай Цзинь проверил Нин Юэ, он без лишних слов предъявил его родителям все, что сделал Нин Юэ и выложил на стол все доказательства. Рассказав о его деяниях, он попросил старейшин наказать своего отпрыска и сказал, что как только Нин Юэ вернется в Китай, против него будет подан иск за тайную видеосъемку и использование всех этих записей.
Это стало позором для всей семьи Нин.
Когда отец вернулся домой, он бы забил Нин Юэ насмерть, если бы они с матерью не остановили его. Нин Юэ все еще находился взаперти, и теперь он не мог не то что вернуться в Китай - он даже из дома не мог выйти.
Нин Хуэй не понимала, причем тут все эти записи. По сравнению с первоначальными угрозами Ли Шу это было сущей ерундой. К тому же, Бай Цзинь от них никак не пострадал, верно? Так почему же все так далеко зашло? Ей все время хотелось поговорить с Бай Цзинем, но тот отказывался ее видеть, и ей не оставалось ничего другого, кроме как подождать его здесь. Но Бай Цзинь, похоже, теперь позабыл о старой дружбе.
Цзо Минъюань так устал за эти дни, что едва ноги волочил. Наконец, все дела остались позади и все, чего он хотел, это добраться до дома и рухнуть в постель.
- Госпожа Нин, если вы действительно заботитесь о Нин Юэ, - просто сказал он, - я советую вам получше приглядывать за ним и не позволять ему возвращаться в Китай.
Он уже собирался уйти, но немного подумал и, повернувшись, добавил:
- Вы же знаете, господин Бай не любит шутить.
После того, как Бай Цзинь узнал о болезни Ли Шу, он учел слова Вей Цзе и нашел запись Фу Тина, после чего вышел на Нин Юэ. Если бы не старейшины их семьи, которые сдержали Бай Цзиня, Нин Юэ уже давно был бы заперт в психиатрической лечебнице.
Цзо Минъюань лишь руками развел. Что он мог поделать, если кто-то, видя, что Бай Цзинь многое позволяет Ли Шу, возомнил самого себя подобным Ли Шу?
Когда он подошел к машине, Бай Цзинь отдыхал там с закрытыми глазами. Когда машина тронулась вперед, он спросил:
- Что она сказала?
- Что у тебя нет сердца, - честно ответил Цзо Минъюань.
Бай Цзинь усмехнулся и открыл глаза, но в его взгляде не было улыбки:
- Пошли кого-нибудь, чтобы приглядывали за ней.
У Цзо Минъюаня ёкнуло сердце:
- Я понял, - кивнул он.
- Ты связался с господином Сяо? - спросил Бай Цзинь.
Сяо Синхуа, всемирно известный специалист в области нейрохирургии, занимался глубокими исследованиями опухолей головного мозга, и Бай Цзинь поддерживал с ним контакт с тех пор, как привез Ли Шу обратно.
- Господин Сяо проводит семинар заграницей, и он вернется только после Нового года. Я уже переслал ему отчеты о предыдущих обследованиях. Нам все равно нужно как можно скорее положить Ли Шу в больницу.
Бай Цзинь отвернулся и посмотрел в окно. Атмосфера в салоне стала невыносимо тягостной, и Цзо Минъюань не осмеливался заговорить. Спустя долгое время, он услышал, как Бай Цзинь сказал:
- Я ничего не могу с ним поделать.
В его голосе послышались нотки беспомощности.
- Даже в делах компании, если я не позволяю ему вмешиваться, он говорит, что я остерегаюсь его, а, если позволяю, тогда он говорит, что я его использую.
Бай Цзинь покачал головой, и с его губ сорвался злой смешок:
- Вот и скажи, что мне с ним делать?
Разве он не знал, что Ли Шу нужно немедленно положить в больницу? Но как он мог заставить его? Ли Шу стал для него занозой, которая впилась в его сердце и проросла корнями в его плоть и кровь. Даже если он едва прикасался к ней, ему уже было больно, разве он мог обращаться с ним, как раньше?
У Цзо Минъюаня начинала болеть голова, когда он думал о характере Ли Шу. Глядя, как Бай Цзинь снимает с пальца кольцо, он едва не рассмеялся. Теперь Бай Цзинь каждый день, уходя из дома, надевал это кольцо на безымянный палец, а, возвращаясь домой, снимал его, чтобы Ли Шу ничего не заметил. В прошлый раз он выбросил кольцо в окно, и они смогли найти его. Кто знает, куда он зашвырнет его в следующий раз!
Цзо Минъюань невольно вздохнул. Бай Цзинь раньше был таким холодным и черствым человеком. К его ногам было брошено столько искренних чувств, но он остался равнодушен к ним, а теперь он с таким трепетом и вниманием относится к кольцу.
Когда Бай Цзинь вернулся домой и вошел в столовую, он увидел там Ли Шу и Цзинь Яня с Бай Хао, которые ужинали за столом. Между семьей Бай и Бай Хао были не слишком теплые отношения. В эти дни Бай Цзинь не брал его с собой и лишь просил его заниматься делами компании и каждый день приводить Цзинь Яня навещать Ли Шу.
Увидев Бай Цзиня, оба молодых человека встали и поздоровались с ним. Цзинь Янь сидел рядом с Ли Шу, но теперь молча взял чашку и пересел поближе к Бай Хао.
Ли Шу бросил на него выразительный взгляд, но Цзинь Янь лишь заискивающе улыбнулся ему и полностью сосредоточился на еде. Бай Хао знал, что он боится Бай Цзиня, и он не послушался его совета есть помедленнее. Поэтому он отложил палочки и налил ему стакан воды, а затем, как только он закончил есть, он сразу отвез его домой.
Бай Цзинь переоделся, а затем спустился вниз. Увидев одного Ли Шу, он спросил:
- А где они?
- Тебя испугались, - холодно ответил Ли Шу.
Бай Цзинь соскучился по нему за эти несколько дней, и холодный вид Ли Шу нисколько не раздражал его. Он сел напротив него, чтобы поесть с ним вместе.
- Завтра Вей Цзе с Фу Инь привезут своих детей. Хочешь встретиться с ними здесь или заказать комнату в ресторане? - спросил Бай Цзинь.
Ли Шу полностью проигнорировал его, и Бай Цзинь, немного подумав, сказал:
- Сейчас такая холодная погода, а с ними будут двое детей. Лучше оставайтесь дома, тут теплее.
Он немного помолчал и спросил:
- Может, позвать Цзинь Яня с Бай Хао?
Ли Шу с грохотом опустил чашку на стол и нетерпеливо сказал:
- Тебе решать.
С этими словами он встал и отправился наверх.
Войдя в спальню, Ли Шу огляделся по сторонам и, куда бы он ни посмотрел, ничто не радовало его взор. Он чувствовал, что дальше так не может продолжаться. Если он останется здесь, Бай Цзинь и дальше будет водить его за нос. Он все еще пребывал в раздражении, когда зазвонил его телефон, лежавший на столе. Ли Шу взглянул на экран и мгновенно поменялся в лице.
Ли Шу сделал глубокий вдох, подошел к окну и, ответив на звонок, почтительно произнес:
- Дядя Чжао.
Ему никто не ответил, и Ли Шу затаил дыхание, не осмеливаясь заговорить. Он не умел признавать свои ошибки. Хоть он и не сохранил этот номер, все же он никогда не забывал его. Он ждал, когда Чжао Хуэй найдет его и надеялся, что сумеет исправить прежние ошибки. После стольких лет ожидания этот человек впервые позвонил ему.
- Я... я слышал, что ты пропал куда-то, и не мог связаться с тобой. У тебя что-то случилось? - наконец, заговорил его собеседник.
Ли Шу невольно задумался, откуда дядя мог узнать о том, что он пропал, и сказал с улыбкой:
- Нет, дядя. Просто я слишком заработался и уезжал отдохнуть заграницей.
Он опасался, что у дяди Чжао возникли какие-нибудь проблемы, и он постесняется сам заговорить об этом, поэтому спросил:
- Ты искал меня... что-то случилось?
- Ничего не случилось... я искал тебя не по делу... просто... просто...
Слушая его невнятное бормотание, Ли Шу все больше укреплялся в своих догадках. Он уже думал о том, чтобы послать кого-нибудь в Линьчен, чтобы узнать, как на самом деле живет Чжао Хуэй. Его собеседник, наконец, собрался с духом и сказал то, что собирался:
- Ли Шу, я просто хотел сказать тебе, ты тогда не сделал ничего плохого... это я... это я был неправ...
Улыбка застыла на губах Ли Шу.
- Я столько лет не виделся с тобой... я просто чувствовал себя виноватым... - голос Чжао Хуэя дрогнул. - Ты тогда был слишком молод... и не знал ничего... А я... я свалил на тебя всю вину... Мне так было легче... и я... я мог спокойно жить дальше...
У Ли Шу задрожали руки:
- Нет, дядя... это все я виноват... это я...
- Ты отомстил... - перебил его Чжао Хуэй. - Что же за люди в семье Цинь... Что ты сделал и какую цену заплатил за это... Ли Шу, я не смею даже думать об этом... Веньин так сильно любила тебя, пока была жива... Они все ушли, и ты остался один из всей родни, но я никогда не заботился о тебе... Я знаю, Веньин должна ненавидеть меня... она меня ненавидит... За все эти годы она ни разу не пришла ко мне во сне... Ли Шу, она винит меня...
Чем больше он слушал Чжао Хуэя, тем сильнее плакал. Ли Шу смотрел через окно на огни вдалеке, и слезы катились у него по щекам.
- Ты должен прожить хорошую жизнь. Не нужно ничего выдумывать и делать всякие глупости, прошу тебя... А иначе, боюсь, Веньин не захочет видеть меня даже после моей смерти...
После этих слов Чжао Хуэй повесил трубку. Руки Ли Шу разом утратили силу, и он выронил телефон на ковер.
Кто-то обнял его сзади и с нежностью поцеловал в шею.
- Это тоже ты устроил? - с ошарашенным видом спросил Ли Шу.
Его слезы упали на руки Бай Цзиня, и тот почувствовал, как его сердце сжалось от боли.
- Нет, - ответил он. - Я тогда не мог найти тебя и связался с Чжао Хуэем, оставив ему контактную информацию. Несколько дней назад он позвонил мне, чтобы узнать, есть ли у меня новости о тебе и сказал, что ему есть, что сказать тебе, поэтому я дал ему твой номер.
Ли Шу долго молчал, а затем сказал с улыбкой:
- Ты всегда видишь меня в самом худшем виде, Бай Цзинь.
Две фигуры, отражавшиеся в окне, казалось, слились в одну. Бай Цзинь еще крепче обнял Ли Шу и спокойно сказал:
- Я с тобой.