- 73 -
Когда Бай Цзинь замолчал, Ли Шу замер, не смея пошевелиться. Он долго сидел в оцепенении, прежде чем окончательно убедился в том, что сказанные слова не были плодом его воображения.
В его реакции не было ничего удивительного. Он думал, что в лучшем случае он может рассчитывать лишь на то, что Бай Цзинь не станет ненавидеть его слишком сильно и, когда он немного успокоится, они смогут мирно дожить остаток своих дней.
Он никогда не ждал от Бай Цзиня любви и не считал себя достойным таких чувств.
Он все еще чувствовал присутствие этой женщины рядом.
Она пряталась по углам и смотрела на него злобным взглядом, как тогда перед смертью. Этот взгляд все время следовал за ним, напоминая ему о крови на его руках, о грехах, который он совершил и о людях, которых он потерял... И это не давало ему покоя ни ночью, ни днем.
Поэтому, когда становится невыносимо или слишком страшно, и ты совсем махнул на себя рукой, хочется опереться на кого-то и спрятаться за этим человеком, позволив ему укрыть тебя от всех бурь. Но поскольку такого человека никогда не существовало, а также потому... что тех, кто был готов встать на его защиту, уже не было в этом мире, у него не оставалось выбора, кроме как самому защитить себя.
Бай Цзинь сказал, что любит его? Губы Ли Шу скривились в саркастической усмешке, но уголки его глаз покраснели.
Как мог этот человек говорить о любви после того, как сам сказал, что желал ему смерти? Они знали друг друга в течение семнадцати лет, и, когда он защищал его, не жалея своей жизни, почему же это не растрогало его? Почему именно сейчас, когда жить ему осталось совсем недолго, он вдруг полюбил его?
Ли Шу поднял голову и устремил взгляд на балкон.
На улице шел сильный снег, и в их спальне не было слышно ни звука. Весь мир, казалось, был пронизан тишиной и одиночеством. Но он ясно увидел того Ли Шу из прошлого, когда он сидел во мраке ночи в измятой рубашке, с рукой в окровавленных бинтах, пересчитывая окурки и упрямо дожидаясь возвращения Бай Цзиня.
И, прождав всю ночь, единственное, чего он дождался, это Нин Юэ, которого Бай Цзинь принес на руках.
Ли Шу сам не мог описать свои чувства в тот момент. Было ли ему стыдно или он смутился? А, может, он испытывал ревность? Похоже, что нет. Одно можно сказать точно - человек, который был покалечен Цзянь Маньцин и Цинь Гуанчжи, и который с большим трудом сумел собрать себя по кусочкам, снова был разбит вдребезги.
Он также вспомнил, как перед его отъездом в Линьчен Бай Цзинь сказал, что им нужно хорошенько поговорить, когда он вернется.
О чем пойдет разговор... они оба хорошо об этом знали.
Если бы он тогда не потерял сознание на кладбище и не заболел, и если бы Цзинь Янь не попал в беду, нарушив все планы, они с Бай Цзинем уже давно стали бы чужими друг другу людьми.
Пока Ли Шу думал о прошлом, печаль в его глазах постепенно рассеивалась.
Он признавал, что все еще любит Бай Цзиня, и, если Бай Цзинь будет относиться к нему чуточку добрее, он не сможет оставаться равнодушным.
Но он не собирается воспринимать себя, как пса.
Он никогда не умел отличать хорошее от плохого. Если он чего-то хотел, то шел и сам завоевывал это. Если же у него не получалось добыть желаемое силой, он просто забывал об этом. Как и в детстве, когда он хотел сблизиться с Цзянь Маньцин, после того как она отшвырнула его, он больше никогда не приближался к ней. Если кто-то хочет облагодетельствовать его или просто жалеет его, ему ничего этого не нужно, даже если он скоро умрет.
Ли Шу недолго просидел в комнате и, спустившись вниз, увидел там дядюшку Ву, который с печальным видом сидел возле телефона.
Вероятно, он не ожидал, что Ли Шу спустится так быстро, поэтому слегка удивился, увидев его.
Опасаясь, что он начнет волноваться, Ли Шу просто сказал:
- Он спит.
Дядюшка Ву не смог сдержать улыбку:
- Он уже взрослый, а тебе все еще приходится уговаривать его, чтобы он лег отдыхать. Не вини его, он ведь тоже...
Дядюшка Ву хотел сказать, что Бай Цзиню тоже пришлось несладко после ухода Ли Шу, но затем он подумал о том, что произошло с Ли Шу и сменил тему:
- Старый господин, Бай Вейфан... это вопрос пары дней.
Он позвонил, чтобы узнать, как его состояние, и ему сказали, что он без сознания и не продержится долго. К тому же, он ответил еще на два телефонных звонка, и еще два его старых приятеля ушли раньше него.
Дядюшка Ву посмотрел в окно и вздохнул. Сколько еще людей унесет этот снегопад?
Ли Шу покачал головой и, подойдя нему поближе, сказал:
- Мне жаль.
- После Нового года я уже не смогу позаботиться о вас, - сказал дядюшка Ву. - Хотя в моих старых костях все еще теплится жизнь, я хочу съездить в свой родной город и посмотреть на него, а иначе... - он немного помолчал. - Потом придется прощаться с фотографиями на похоронах.
- Бай Цзинь знает? - спросил Ли Шу.
Дядюшка Ву понял, что его беспокоит и поспешно сказал:
- Я сказал обо всем молодому господину, и он все организовал.
- Ммм, - ответил Ли Шу, чувствуя облегчение.
Дядюшка Ву посмотрел на него, и у него стало еще тревожнее на сердце. Когда уходят такие старики, как они, это естественный ход событий, но Ли Шу... как такое возможно? Он не осмелился переубеждать его. Ли Шу - очень упрямый человек, если давить на него слишком сильно, можно добиться обратного результата.
- В моем городе продают очень вкусный пирог. Его делают из клейкого риса, и, когда его разогреваешь, его сладкая начинка тает внутри и придает ему волшебный аромат. Я очень любил его в детстве. Когда я вернусь, привезти тебе такой пирог?
Ли Шу посмотрел в полные надежды глаза старика и после долгого молчания, сказал, отводя взгляд:
- Хорошо.
Поговорив с дядюшкой Ву, он подошел к маленькому столику возле окна и отправил несколько писем с ноутбука. Он уже хотел закрыть страницу и выйти, когда получил приглашение присоединиться к видеозвонку.
Ли Шу нажал кнопку «принять», и на экране тут же появились два детских личика, и две пары круглых глаз с любопытством уставились на него. Он узнал ребенка слева - это был Сю Чжехао. Ребенок справа выглядел на несколько лет младше и казался очень милым. Ли Шу уже видел его раньше на фото - это был сын И Тьяна - и Хан.
- Эй, не подходите так близко, - Ли Шу услышал голос Му Рана.
Му Цзинь оттащила Сю Чжехао в сторону, и тогда Ли Шу смог увидеть лицо Му Рана.
Второй ребенок все еще загораживал камеру, глядя на Ли Шу с недовольным видом. Му Ран протянул руку, пытаясь обнять его, но ребенок начал выворачиваться, крича:
- Нет, нет, нет!
Му Ран, не зная, смеяться ему или плакать, пояснил Ли Шу:
- Он хотел, чтобы я поиграл с ним, и теперь сердится.
Ли Шу посмотрел на маленькое личико, немного похожее на лицо И Тьяна, и, когда он увидел эту надутую рожицу, ему стало смешно. Он уже хотел предложить Му Рану созвониться в другое время, но в этот момент в кадре появился И Тьян, который, не говоря ни слова, просто подхватил И Хана на руки.
И Хан собирался поднять крик, но, увидев, что это был И Тьян, больше не осмелился пошелохнуться, словно тот нажал на какую-то кнопку. Он сидел у отца на руках и с обиженным видом смотрел, как Му Ран становится от него все дальше и дальше.
На этот раз Му Ран не стал спасать его, он попросил Му Цзинь и Сю Чжехао поздороваться с Ли Шу. Когда дети ушли играть, он сел поближе к экрану, посмотрел на Ли Шу и обеспокоенно спросил:
- У тебя все в порядке?
- Это всего лишь была небольшая простуда, все уже прошло, - с улыбкой ответил Ли Шу.
Му Ран с укором посмотрел на него:
- Что же это за небольшая простуда, которая превратилась в пневмонию? Как только речь заходит о тебе, ты не относишься к этому серьезно... - он покачал головой и, вдруг занервничав, слегка понизил голос. - Ли Шу, а тот человек... он ведь не причинил тебе вреда?
Му Ран не знал о болезни Ли Шу, но знал, что Бай Цзинь увез его с собой. И Тьян также сказал ему, что у Ли Шу с Бай Цзинем очень непростые отношения, но они точно не враги, и с их стороны было бы очень неудобно вмешиваться в эти отношения. Но Му Ран все еще волновался.
- Господин Му Ран, со мной все в порядке, - вздохнул Ли Шу. - Я хорошо ем, много отдыхаю, так что со мной все будет просто отлично.
Му Ран слегка смутился и посмеялся сам над собой:
- Я знаю, что веду себя, как мамочка. Я...
- Нет, - перебил его Ли Шу с самым серьезным видом. - Мне очень приятно, что ты беспокоишься обо мне.
Ли Шу нисколько не считал его надоедливым, и у Му Рана сразу улучшилось настроение. Он задал ему еще несколько вопросов, больше не упоминая Бай Цзиня. Он понимал Ли Шу и знал, что никто не мог бы заставить его делать что-то против воли. Если он оставался с Бай Цзинем, значит, еще сохранялась надежда на перемены к лучшему. Если Ли Шу захочет рассказать ему, он, разумеется, сам все расскажет.
Они еще немного поговорили, когда за спиной Му Рана послышался крик. Не успел Му Ран повернуть голову, как к нему подбежал И Хан, показывая ранку на пальце, которую можно было разглядеть только через увеличительное стекло. Его лицо было таким грустным, словно он вот-вот заплачет.
- Молодой господин упал случайно, - пояснила нянька.
Му Ран не был уверен в том, что И Хан не затеял все это, чтобы привлечь его внимание, но все же начал мягко успокаивать его и, извинившись перед Ли Шу, отправился искать аптечку.
Как только он ушел, И Тьян сел перед камерой и спросил с серьезным видом:
- Ты правда не хочешь делать операцию?
Ли Шу не дал прямого ответа и лишь сказал:
- Твой парень слишком чувствительный. Когда меня потом не станет, скажи ему, что я уехал заграницу, чтобы он не искал меня.
И Тьян немного помолчал и спросил:
- А как же ребенок? Что ты собираешься делать с этим?
Ли Шу с трудом выдавил улыбку:
- А то тут делать? Неизвестно, какая у него будет фамилия, будет ли это мальчик это или девочка, и кто его воспитает, это не имеет ко мне никакого отношения.
Но И Тьян без всякой пощады вывел его на чистую воду:
- Это твоя кровь, как же это может быть неважно?
Ли Шу промолчал в ответ.
- Подумай об этом еще раз, - сказал И Тьян.
Когда звонок завершился, Ли Шу еще долго неподвижно сидел перед погасшим экраном.
Он был очень эгоистичен и хладнокровен, но, хоть он и не хотел больше жить, ему было очень жаль отца с тетей, и он не мог допустить, чтобы их род прервался. Поэтому он решил обратиться за помощью к суррогатной матери, сбросив эту ношу на ребенка, которого он никогда не сможет ни увидеть, ни воспитать. Ему самому стало легче, а что же будет с ребенком? Сначала он думал, что для него найдут семью, или оставят в приюте словно щенка или котенка, и в этом нет ничего страшного. Но иногда, глядя на других детей, он вспоминал о своем детстве и чувствовал себя виноватым, ему становилось не по себе.
У него все еще болело сердце из-за нерожденного ребенка тети, но он думал о том, что, если поступит подобным образом, не вырастет ли из-за этого еще один такой же Ли Шу?
В 15:30 пришел Цзо Минъюань и принес с собой какие-то бумаги.
Он первым поприветствовал Ли Шу и похвалил его за то, что он так хорошо выглядит. Дядюшка Ву принес ему чай, и Цзо Минъюань, поблагодарив его, попросил разбудить Бай Цзиня.
Дядюшка Ву посмотрел на часы и, увидев, что Бай Цзинь проспал всего два часа, спросил:
- Это срочно?
Цзо Минъюань понимал его беспокойство и терпеливо объяснил:
- В четыре часа состоится видеоконференция с зарубежным партнером.
Дядюшка Ву очень переживал за Бай Цзиня. Сейчас эта конференция, а потом ему снова придется ехать в компанию и в больницу. Он и так два дня дома не появлялся.
- Неужели больше некому провести эту встречу? - не удержавшись, пробормотал он.
Цзо Минъюан с усмешкой потер кончик носа:
- Райан, большой босс из «Morgan Group» и правда не тот человек, с кем может разговаривать кто попало.
Они разговаривали всего в нескольких шагах от Ли Шу, который уже давно не перевернул ни одной страницы. Когда дядюшка Ву неохотно начал подниматься по лестнице, он услышал, как Ли Шу сказал:
- Подождите.
Дядюшка Ву вместе с Цзо Минъюанем молча повернулись к нему.
Ли Шу опустил голову, и его пальцы, сжимавшие книгу, побелели. «А ты кто такой? Какое это имеет отношение к тебе?» - холодно спрашивал его внутренний голос. Но он не мог забыть, каким уставшим выглядел Бай Цзинь, когда разговаривал с ним сегодня днем. Время текло дальше, минута за минутой, и он все же не смог с собой справиться. Ли Шу закрыл книгу и, подняв голову, протянул руку к Цзо Минъюаню:
- Можно взглянуть?
Цзо Минъюнаь, наконец, пришел в себя и поспешно протянул ему документы:
- Конечно-конечно.
Когда они впервые сотрудничали с Райаном, переговоры по сделке вел Ли Шу. Старик был очень восхищен им и только и думал, как бы переманить его к себе, предлагая просто чудовищную по размерам зарплату. Но Ли Шу остался непреклонен, отчего старик еще больше оценил его. После того, как Ли Шу ушел, и Бай Цзинь сам вышел с ним на связь, старик еще долго был очень недоволен.
Цзо Минъюань в общих чертах обрисовал Ли Шу ситуацию. Посреди разговора, когда речь зашла о важной информации, он прервался и сказал:
- Пойдем, поговорим в кабинете.
Ли Шу нахмурил брови. Чтобы попасть в кабинет Бай Цзиня, требовались его отпечатки пальцев. Как он теперь сможет войти туда?
Цзо Минъюань, видя его замешательство, тихо сказал:
- Там были заведены ваши с ним отпечатки пальцев, и с тех пор ничего не изменилось.
Ли Шу на миг остолбенел, но быстро взял себя в руки и прошел в кабинет вместе с Цзо Минъюанем.