- 69 -
Отчуждение
Ли Шу приснился кошмар.
Во сне он вернулся в тот день, когда на них с Бай Цзинем напали и в него стреляли.
Просто на этот раз он не потерял сознание после ранения, и теперь беспомощно наблюдал за тем, как Бай Цзинь шаг за шагом приближается к нему, холодно глядя на него сверху вниз и наблюдая за тем, как он постепенно истекает кровью.
Когда Ли Шу открыл глаза и увидел, что Бай Цзинь обнимает его, у него уже заболели все кости.
Он попытался вырваться, но у него не получилось, и тогда он прохрипел с трудом:
- Хватит сжимать меня, у меня все тело болит.
Бай Цзинь замер на месте и, ничего не сказав, уложил Ли Шу обратно на кровать.
Ли Шу смотрел, как Бай Цзинь укрывает его одеялом и только теперь окончательно проснулся. Он знал, что это не тот Бай Цзинь, который только что во сне смотрел, как он умирает.
Впрочем, между ними не было никакой разницы.
Ли Шу привстал на кровати, на его лице не было заметно никакой паники. Он уже давно был готов к этому. Если Бай Цзинь действительно хотел найти его, рано или поздно, такой день обязательно наступил бы. Ему еще повезло, что И Тьян смог так долго прикрывать его.
Ли Шу ждал, когда Бай Цзинь задаст ему вопрос, но тот вдруг просто сел рядом с ним и, осторожно убрав с его глаз прядь волос, спросил:
- Ты голоден? Что ты хочешь поесть? Я попрошу принести.
Ли Шу уклонился от его руки и бесстрастно спросил:
- Просто скажи, что ты собираешься сделать.
Рука Бай Цзиня застыла в воздухе, он медленно убрал ее назад и мягко сказал:
- Доктор сказал, тебя можно забрать. Поешь и прими лекарство перед отъездом.
Ли Шу уловил основную мысль и нахмурился:
- Перед отъездом?
- Ты сейчас нездоров, - спокойно сказал Бай Цзинь. - Вот вернемся домой, ты восстановишь силы и после Нового года...
Ли Шу не мог не перебить его:
- Вернемся домой? К кому домой? - насмешливо поинтересовался он. - К вам с Нин Юэ?
Бай Цзинь немного помолчал и сказал:
- Это наш с тобой дом.
Ли Шу поднял голову и посмотрел на него:
- Бай Цзинь, а ты и правда интересный человек. Если Нин Юэ заболел, ты ухаживал за ним, а, если заболел я, ты должен поддержать теперь и меня? Если все твои прежние любовники заболеют, ты соберешь их всех у себя дома? - усмехнулся Ли Шу, и его легкие вспыхнули огнем, вызвав приступ кашля. - А по вечерам ты будешь переворачивать табличку? (1)
А Ли Шу и правда любого мог вывести из себя своим языком. Будь все как раньше, они непременно поругались бы. Но на этот раз Бай Цзинь позволил ему насмехаться над собой и просто погладил его по спине, пока не утих приступ кашля. Когда Ли Шу затих, Бай Цзинь спокойно договорил то, что хотел сказать:
- А после Нового года пройдешь обследование, и мы проведем операцию.
Ли Шу сразу стало не до смеха. О какой же еще операции могла идти речь? Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Даже если Вей Цзе ничего не говорил Бай Цзиню, что ему стоило самому просмотреть его медицинскую карту?
Ли Шу вдруг почувствовал, что ему это все надоело и, отвернувшись к окну, пробормотал себе под нос:
- Пёс, которого прикармливали более десяти лет, внезапно сбежал. Сначала были опасения, что это непослушное животное доставит хлопот, бегая по улицам, а теперь выяснилось, что зверь недолго протянет... - он повернул голову и посмотрел на Бай Цзиня. - Жалко стало?
Бай Цзинь крепко стиснул зубы, видимо, сдерживаясь изо всех сил.
- Но, глядя как ты радуешься, и в то же время делаешь вид, что тебе жаль... - взгляд Ли Шу похолодел. - Мне просто противно смотреть на это, Бай Цзинь.
- Ли Шу! - голос Бай Цзиня дрогнул, и он сделал глубокий вдох, пытаясь держать себя в руках. - Я сожалею о том, что произошло три года назад. И я также совершил ошибку в том, что касается Нин Юэ. Когда тебе станет лучше, можешь делать все, что пожелаешь. Главное, чтобы ты поправился, и я тогда я буду делать все, как ты скажешь.
Ли Шу лишь усмехнулся в ответ, он не поверил ни единому его слову.
Он приподнял рукава, обнажив свои тонкие запястья, которые, казалось, легко сломать при малейшем усилии.
- Вот до чего я дошел, а ты все еще никак не успокоишься? Зачем ты искал меня? Что ты все ходишь вокруг да около? Ты думаешь...
- Хватит... - Бай Цзинь отвернулся, опасаясь, что действительно заплачет перед Ли Шу.
Чувствуя, как у него перехватило дыхание, он поднял руку и прикрыл глаза.
- Перестань так говорить, я прошу тебя...
Ли Шу ошеломленно застыл, но не из-за реакции Бай Цзиня, а потому что разглядел кольцо на его безымянном пальце.
Он никогда раньше не осмеливался как следует разглядеть это кольцо. Даже когда Бай Цзинь сидел рядом, Ли Шу старательно контролировал себя, стараясь не смотреть на его руки.
Казалось, если он не видит его, то оно не существует.
Но теперь, когда он ясно разглядел его, это показалось ему просто невероятным. Очевидно, это было то самое кольцо, которое он подарил Бай Цзиню. Он полагал, что Бай Цзинь давно уже выбросил его. Ли Шу ясно помнил, как он был тогда полон ожиданий, как ему было неловко от того, что его просто проигнорировали и как он старательно сдерживался, притворяясь, что для него это не имеет никакого значения.
Но почему он стал его носить? Если Бай Цзинь еще раньше надел это кольцо, знал ли он уже тогда о его болезни? Ли Шу мысленно усмехнулся: неужели его болезнь так сильно тронула Бай Цзиня? Мог ли Бай Цзинь так далеко зайти в своем стремлении облагодетельствовать его? Или он решил таким образом утешить его перед смертью?
Ли Шу протянул руку к Бай Цзиню и холодно сказал:
- Верни его мне.
Бай Цзинь поднял голову, его глаза покраснели. Ли Шу это совершенно не тронуло, и он повторил:
- Верни мне кольцо. У тебя нет права носить его.
Бай Цзинь все же позволил себе разозлиться:
- У меня нет права носить его? - он стиснул зубы. - Тогда скажи, у кого есть это право!
Ли Шу, не говоря ни слова, отбросил одеяло и, встав с кровати, схватил его за руку.
Бай Цзинь хотел подхватить его, чтобы не дать ему упасть, но опасался применить силу и причинить ему вред. Он не мог действовать так необдуманно, как Ли Шу, поэтому просто снял кольцо.
Ли Шу взял кольцо, оттолкнул Бай Цзиня, подошел к окну и, открыв его, выбросил кольцо на улицу.
- Ли Шу! - Бай Цзиня охватила ярость.
Увидев, как Ли Шу закашлялся, хлебнув холодного ветра, он быстро подошел, закрыл окно и, уложив его обратно на кровать, закутал в одеяло.
Ли Шу, сжавшись в комок, безостановочно кашлял, его лицо покраснело. Встревоженный и обозленный Бай Цзинь поспешно начал хлопать его по спине. Он был так зол, что ему хотелось ударить его, но он не мог этого сделать. Слушая, как Ли Шу заходится кашлем, он чувствовал себя так, словно его ударили ножом в сердце.
Бай Цзинь подождал, пока Ли Шу затихнет, а затем встал и вышел за дверь, где сразу увидел трех человек, ожидающих его. Цзинь Янь не стал ничего спрашивать и сразу же бросился в палату с обеспокоенным видом. Бай Хао хотел последовать за ним, но почему-то остановился.
Бай Цзинь попросил Цзо Минъюаня отправить людей на поиски кольца, а затем велел Бай Хао подготовиться к возвращению в Цзиньхай. Он также вызвал врача и попросил его дать Ли Шу успокоительное, чтобы помочь ему заснуть.
Этот человек был слишком упрям, и его организм уже не мог вынести столько мучений. Он больше не мог тратить здесь время, его было необходимо немедленно забрать отсюда.
Ли Шу все еще был болен, и единственным способом выбраться отсюда был частный самолет, оснащенный специальным оборудованием и в сопровождении медперсонала. Бай Цзинь должен был остаться в палате, чтобы присматривать за ним, а Бай Хао пришлось заняться организацией их перелета.
Когда все дела были улажены, Бай Хао отвез Цзинь Яня в дом тетушки Чжан, чтобы он мог собрать вещи. По дороге Цзинь Янь сидел на пассажирском сиденье, опустив голову и не говоря ни слова, а Бай Хао пребывал в подавленном настроении.
В тот день, когда он встретил Цзинь Яня, тот поначалу отказывался признать свою личность. Видя, что дальше отпираться бесполезно, он неожиданно сказал ему:
- Простите, молодой господин, я не умер.
Бай Хао подумал о том, как Цзинь Янь запаниковал в тот момент, и на его руках, крепко сжимающих руль, вздулись вены.
Бай Хао пытался объясниться с ним и извиниться, но Цзинь Янь отчаянно твердил, что Бай Хао был прав, а он сам решил так поступить, и это не имело к Бай Хао никакого отношения.
В конце концов, Бай Хао больше не хотелось ничего говорить. Чем больше он говорил, тем сильнее казалось, что он пытается уклониться от ответственности ради своего душевного спокойствия.
Это он едва не убил Цзинь Яня. Это правда, и нечего тут объяснять.
Однако, с тех пор как они встретились, Цзинь Янь все время старался избегать его. Вот и сейчас он даже не желал поднять голову и посмотреть на него.
Когда они прибыли на место, Бай Хао припарковал машину и быстро обошел вокруг нее, чтобы помочь Цзинь Яню. Но едва он протянул к нему руку, как Цзинь Янь, смущенно кашлянув, убрал руки за спину и, опустив голову, пробормотал:
- Молодой господин... я могу идти сам.
Бай Хао ничего не сказал и, упрямо схватив его за руку, сунул ее в карман своего пальто.
- Куда идти? - тихо спросил он.
Как Цзинь Янь ни старался, он так и не смог вырваться, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как отвести Бай Хао к дому тетушки Чжан.
Уже стемнело, и дорога здесь была непростой, к тому же, на улице было слишком холодно, и Бай Хао продолжал крепко сжимать руку Цзинь Яня. Их пальцы переплелись в кармане пальто, и пока они шли, их ладони вспотели.
Бай Хао заметил, как дрожит рука Цзинь Яня. Он не знал, почему Цзинь Янь так нервничает. Он все еще боится его? Или так сильно ненавидит?
Бай Хао немного отвлекся в своих мыслях и, как только его хватка ослабла, Цзинь Янь мгновенно освободил свою руку и неосознанно отступил назад:
- Я... я сам пойду... - пробормотал он, опустив голову.
Бай Хао стоял неподвижно, чувствуя, как стало холодно его руке и пусто на сердце.
Спустя долгое время, он проговорил с трудом:
- Цзинь Янь, если ты злишься, можешь ударить меня или обругать... только не нужно ненавидеть меня...
Бай Хао несколько раз напряженно моргнул, стараясь подавить жар, опаливший ему глаза.
____________________
1. Тут имеется ввиду древний обычай, когда император выбирал наложницу по табличкам, переворачивая одну из них. Язвит наш Шушу, значит, не так уж и болен)