- 57 -
Прощай
Бай Цзинь впервые попытался связаться с Ли Шу, когда приехал в А. Цзо Минъюань сказал ему, что Ли Шу собирается в командировку в Линьчен.
Он несколько раз попытался дозвониться до Ли Шу, но ему никто не ответил.
В тот момент он не обратил на это особого внимания. Он был очень занят, и Ли Шу, конечно же, тоже. При такой занятости им было не до разговоров. Такое уже и раньше случалось.
Из-за изменений в политической обстановке в А снизилось доверие инвесторов, и фондам недвижимости приходилось продавать коммерческую недвижимость, чтобы собрать достаточно средств, чтобы удовлетворить запросы инвесторов. Таким образом, на рынок возвращался ряд проектов, что давало возможность иностранным инвесторам войти туда.
На этот раз Бай Цзинь приехал сюда, чтобы создать платформу для совместного развития с фондом прямых инвестиций в недвижимость. Работать заграницей было не так просто, как дома, и Бай Цзинь, позабыв о Ли Шу, с головой погрузился в дела.
Все, что требовалось сделать с его стороны, было завершено. Хотя семья Нин выступала посредником в делах, они получали большую выгоду для себя, поэтому Бай Цзинь не остался у них в долгу.
Теперь Бай Цзинь мог немного расслабиться, и только сейчас вспомнил, что уже несколько дней не связывался с Ли Шу.
Он позвонил Ли Шу, собираясь сказать ему, что завтра возвращается в Китай. Он звонил несколько раз, но всякий раз механический голос сообщал ему, что абонент недоступен.
Бай Цзинь ощутил смутное беспокойство. Как только вернулся Цзо Минъюань, он сразу спросил его:
- За эти несколько дней Ли Шу выходил на связь?
В этот момент он заметил, как вслед за Цзо Минъюанем появился Нин Юэ.
Цзо Минъюань покачал головой:
- Нет. В прошлый раз звонила Тан Сюэ и сказала, что он собирается в командировку в Линьчен.
- Я не могу дозвониться до него, - нахмурился Бай Цзинь. - Немедленно свяжись с Тан Сюэ.
Цзо Минъюань достал телефон и вышел.
Нин Юэ подождал, пока они закончат разговор, и спросил:
- Что случилось?
- Ничего, - ответил Бай Цзинь и сменил тему. - Зачем ты здесь?
Нин Юэ подъехал поближе в своем кресле и сказал с улыбкой:
- Завтра утром мне нужно в больницу, и я не смогу поехать в аэропорт, чтобы проводить тебя. Вот и решил заранее попрощаться с тобой.
Хотя Бай Цзиня с Нин Юэ больше ничего не связывало, они все еще помнили, как дружили во времена своей юности, и Бай Цзинь желал Нин Юэ скорейшего выздоровления. Он похлопал Нин Юэ по плечу и серьезно сказал:
- Выздоравливай скорее.
Нин Юэ кивнул в ответ, стараясь при этом не смотреть на кольцо, которое Бай Цзинь носил на пальце. Когда его взгляд скользнул по кофейному столику, стоявшему рядом с ним, он на миг застыл на месте.
Он увидел покрытую лаком шкатулку из черного сандалового дерева с позолоченной эмблемой, которая принадлежала одной из самых престижных часовых марок в мире, история которой насчитывала уже более двухсот лет.
Нин Юэ невольно потянулся вперед, ему потребовалось время, прежде чем он смог прийти в себя.
- Могу я взглянуть?
Бай Цзинь проследил за его взглядом и, ничего не сказав, просто взял шкатулку и протянул ее Нин Юэ.
Нин Юэ осторожно взял шкатулку и открыл ее. Когда он увидел ее содержимое, ему с трудом удалось сохранить прежнее выражение лица.
Корпус из белого золота был украшен выгравированным вручную узором в виде виноградной лозы, циферблат по контуру был покрыт синей эмалью, а цифры и изображение звезд были окрашены в чистый серый цвет.
Ему уже давно приглянулись часы «Astronomical Tourbillon», которые вызвали настоящий переполох после своего появления на рынке. Это были самые сложные и изысканные часы из астрономической серии на сегодняшний день.(1)
Это были даже не часы, а настоящее произведение искусства, поэтому несмотря на внушительную цену, было немало людей, желающих приобрести их. И Нин Юэ был одним из них. Не сумев заполучить их, он очень долго сожалел об этом.
И вот теперь то, о чем он так давно мечтал, было прямо перед ним, но у него не было ощущения, что Бай Цзинь купил это для него.
Нин Юэ закрыл шкатулку и полушутя сказал:
- Не продашь эти часы мне?
- Извини, но у этих часов уже есть хозяин.
- Правда? - тихо сказал Нин Юэ, опуская глаза. - Ли Шу?
Бай Цзинь не дал ему времени морально подготовиться и просто ответил:
- Да.
В комнате повисла тишина, и Нин Юэ неожиданно захотелось рассмеяться.
Бай Цзинь отверг его из-за Ли Шу, который угрожал ему.
Бай Цзинь надел кольцо на палец из-за Ли Шу, который угрожал ему.
А теперь он собирается подарить Ли Шу уникальные часы, неужели опять из-за того, что он угрожал ему?
Нин Юэ стало нестерпимо тягостно на душе. Он немного успокоился и сказал:
- Я помню, ты говорил мне, что не любишь его.
Бай Цзинь не стал ничего отрицать. Нин Юэ собирался продолжить разговор, но в этот момент вернулся Цзо Минъюань.
Нин Юэ нечасто встречался с Цзо Минъюанем, и он впервые видел его таким испуганным. Он втайне понадеялся, что Ли Шу попал в какую-нибудь беду, но Цзо Минъюань сказал лишь одну фразу:
- Ли Шу ушел.
- Что ты имеешь ввиду? - лицо Бай Цзиня помрачнело.
Цзо Минъюань взглянул на Нин Юэ и ничего не сказал. Нин Юэ все понял и тихо сказал:
- Ладно, вы тут поговорите, а мне пора, - с этими словами он выехал из комнаты на своей коляске.
Цзо Минъюань, дождавшись, пока он полностью скроется из вида, продолжал:
- Он ушел, и Цзинь Янь тоже исчез. И еще... Цзянь Маньцин мертва.
Цзо Минъюань начал расспрашивать Тан Сюэ, и та сказала, что Ли Шу не ездил в Линьчен, и куда именно он уехал, ей не было известно. Тогда он связался с больницей, в которой находился Цзинь Янь, и ему сказали, что три дня назад его перевели в другую больницу. Чувствуя нарастающее беспокойство, он позвонил в дом престарелых, и там ему сказали, что Цзянь Маньцин умерла от сердечного приступа.
Понимая, что дело серьезно, Цзо Минъюань поспешил назад, чтобы доложить обо всем Бай Цзиню.
- Договорись обо всем, мы немедленно возвращаемся в Китай, - распорядился Бай Цзинь и, больше не тратя слов, начал звонить по телефону.
- Но... а как же сегодняшняя вечеринка...
- Я сказал, возвращаемся сегодня вечером, - Бай Цзинь поднял голову.
Его тонкие губы были плотно сжаты, и от всей его фигуры повеяло холодом.
- Я понял, - испуганно ответил Цзо Минъюань.
Тан Сюэ рассчитала время, когда лучше добраться до резиденции Бай, но, видимо, самолет задержался, потому что ни Бай Цзиня, ни Цзо Минъюаня еще не было дома.
Она уже бывала здесь раньше. Бай Цзинь с Ли Шу были очень закрытыми людьми, они не любили брать работу на дом, поэтому ей не часто доводилось приходить сюда.
Дядюшка Ву держался с ней чрезвычайно любезно. Как бы она ни отказывалась, он все равно угощал ее изысканными закусками и ароматным чаем.
Тан Сюэ встала и еще раз поблагодарила его.
Глядя на ее скованные движения, дядюшка Ву не мог удержаться от вздоха. Всякий раз, когда Тан Сюэ с Цзинь Янем приходили сюда, они сидели тут словно на иголках. Учитывая их близкие отношения с Ли Шу, такое поведение могло показаться странным.
Видимо, в глубине души все понимали, что Ли Шу - всего лишь чужак, который временно поселился в этом доме.
- Куда уехал Ли Шу?
Дядюшка Ву все еще не знал, что именно произошло и думал, что Тан Сюэ пришла сюда обсудить дела с Бай Цзинем.
- Сама не знаю, - Тан Сюэ с горечью улыбнулась.
Дядюшка Ву покачал головой и снова вздохнул. В этот момент к ним заглянул садовник, и он отправился вместе с ним, чтобы уладить какое-то дело.
Тан Сюэ не пришлось долго ждать, вскоре снаружи донесся шум подъехавшего автомобиля, и в гостиную вошли Бай Цзинь с Цзо Минъюанем.
- Господин Бай. Помощник Цзо.
Бай Цзинь сохранял бесстрастный вид, но после долгого перелета, напряженной работы и смены часовых поясов он не мог скрыть свою усталость. Он сел на диван, ослабил галстук и потер переносицу, пытаясь хоть немного взбодрить себя.
- Говори, - сказал он.
Взгляд Бай Цзиня был спокойным, но Тан Сюэ ощутила такое сильное давление, что едва могла держать спину прямо.
Немного успокоившись, она достала из сумки документы и положила их на кофейный столик перед Бай Цзинем.
- Господин Ли просил меня передать это вам. Пожалуйста, посмотрите.
Бай Цзинь открыл документы и заглянул в них, его челюсти крепко сжались, а взгляд потемневших глаз похолодел.
Цзо Минъюань стоял рядом с ним, опустив голову и мог кое-что разглядеть. Поняв, о чем идет речь, он не осмелился сказать ни слова.
Бай Цзинь с Ли Шу знали друг друга семнадцать лет, и вместе работали тринадцать или четырнадцать лет. Их связывали не только личные отношения, но также общие инвестиции.
Недвижимость, винодельни, коллекционные предметы, а также большие и малые пакеты акций - и за три дня не перечислишь.
Поэтому они не могли расстаться, как обычные пары, просто сказав «мы не подходим друг другу». Именно поэтому Бай Цзинь сказал тогда Ли Шу, что после его возвращения им нужно «поговорить», и поэтому, когда Ли Шу лежал в больнице, он неоднократно подчеркивал, что им нужно «поговорить, когда его выпишут».
Но сейчас было больше не о чем говорить.
Ли Шу сам отказался от всего.
Дочитав документ до конца, Бай Цзинь увидел в конце подпись Ли Шу. Не будь он так хорошо знаком с его почерком, он точно засомневался бы в подлинности этой подписи.
Бай Цзинь посмотрел на Тан Сюэ. В его сердце разгорался гнев, но он сохранял спокойный вид:
- Скажи мне, что он затевает на этот раз?
Услышав эти слова, Тан Сюэ едва не рассмеялась, и в то же время ей стало немного грустно.
Насколько нужно любить человека и как хорошо нужно его знать, чтобы предугадать его реакцию до мельчайших деталей!
Подавив в себе грусть, Тан Сюэ ответила:
- Господин Бай, господин Ли знал, что вы не поверите в это, поэтому он просил меня передать вам, что несмотря на свой уход в будущем он не причинит никакого вреда семье Бай. Он поклялся в этом памятью своего отца и тети, поэтому вам не о чем волноваться.
Лицо Цзо Минъюаня побелело. Поклясться памятью Ли Веньчжо и Ли Веньин - это было куда серьезней простого «разрази меня гром» или «будь я проклят, если солгу». Если до этого еще оставались какие-то сомнения, после этих слов можно быть полностью уверенным, что Ли Шу действительно ушел. Он вовсе не шутил, не говоря уж о том, чтобы вести какую-то игру ради скрытых целей.
- И еще одно, - тихо добавила Тан Сюэ. - Он желает вас с господином Нин долгой и счастливой жизни.
Она встала и слегка поклонилась:
- Я передала все, о чем просил меня господин Ли. Больше не буду вас беспокоить.
Стук ее каблуков становился все тише и постепенно замер вдали. В комнате повисла страшная давящая тишина.
Бай Цзинь медленно сжал руку в кулак, с резким шелестом сминая документ.
В тот вечер воздух после дождя был холодным и влажным, и взрослый мужчины сидел в свете фонаря, словно ребенок, пугая мотылька носком ботинка.
Он спросил тогда, сколько они знакомы друг с другом, и при этом так мило нахмурился.
А перед тем, как уйти, он поцеловал его в лоб и улыбнулся.
Так значит, он прощался с ним.
Вот что это значило.