- 23 -
Цзинь Янь не связывался с Ли Шу с тех пор, как тот уехал в командировку в Линьчен. Ли Шу был занят, и у Цзинь Яня были дела.
Недавно семья Бай захотела приобрести участок, но поскольку дело касалось сноса жилья, приходилось иметь дело с местными властями и проживающими здесь людьми. Люди шли непрерывным потоком, и собрания проходили одно за другим.
Однако, были и те, кто противился решению этого вопроса, поскольку были затронуты интересы других заводов и предприятий. И теперь вопрос безопасности стал особенно важным. Цзинь Янь и все остальные постоянно были на страже, и у них не было времени, чтобы как следует выспаться.
После того, как все закончилось, и их отослали прочь, Цзинь Янь вместе с их группой из службы безопасности собрались тем вечером вместе.
Их встреча состоялась не в элитном ресторане, а в придорожном ларьке с едой.
Вокруг было много ларьков, и возле каждого стояла красная палатка, рядом с которыми располагались вывески, где красочными иероглифами были написаны названия блюд: шашлык, жареный рис, морепродукты. Здесь было немного грязно, мужчины постарше, закатав рукава рубашек, пили спиртное и играли в застольные игры. Время от времени слышались шутки, а иногда и ругань, и в воздухе висел запах дыма.
Начальник их группы, Лао Сюй, был самым старшим и всячески старался позаботиться о них. Он лично разносил по столикам ящики со спиртным, опасаясь, что его щенятам будет мало выпивки.
Вокруг были расставлены маленькие столики, и за одним из них уселись четыре человека: сам Цзинь Янь, Цяо Юй, Шрам и Лао Сюй. Впрочем, в данный момент Лао Сюй был занят тем, что переговаривался с остальными, поэтому, по сути, они сидели втроем.
Шрам был очень высок, его рост достигал 1.90 см. У него были коротко остриженные волосы, облегающая майка подчеркивала выпуклые мышцы его груди, а устрашающий шрам, спускающийся от уголка глаза через всю щеку, лишь добавлял ему брутальности.
Со своими размерами он один занимал слишком много места, и сидевший рядом с ним Цяо Юй не мог вытянуть ноги.
- Подвинься! - раздраженно буркнул Цяо Юй и дал ему пинка. - И почему ты такой здоровяк? Бесишь!
Это была довольно странная картина. У Цяо Юя была такая белая кожа и изящные, словно нарисованные черты лица. Особенно красивы были его миндалевидные глаза, придававшие его лицу удивительно очарование и мягкость. На вид он казался таким хрупким, но на деле, осмеливался кричать на такого крупного человека.
Шрам ничего не сказал, он лишь с серьезным видом посмотрел на Цяо Юя и отодвинулся в сторону.
Цзинь Янь, видя, как Шрам сжался в сторонке, тоже отодвинулся в сторону и поспешно сказал:
- Юй-ге, садись сюда.
Цяо Юй, не обращая на него внимания, вытянул ноги, взял бутылку холодного пива и сделал глоток. Одна капля, скатившись и уголка его губ, скользнула вниз по подбородку, а затем по выпирающему кадыку, скатившись вниз, к красивым линиям ключиц, которые можно было разглядеть под одеждой.
Сидевший рядом Шрам слегка прищурил глаза, но затем быстро отвел взгляд.
Цяо Юй отставил бутылку, удовлетворенно выдохнул, а затем обратился к Цзинь Яню:
- Сяо Яньчик, тебе что-нибудь известно о планах босса Ли?
Стоило ему задать этот вопрос, лицо Цзинь Яня, казалось, подернулось морозцем, и он ничего не сказал в ответ.
- Знаешь, что я скажу тебе, - с серьезным видом продолжал Цяо Юй. - Этот молодой господин из семьи Нин не так уж и плох, у него хорошее происхождение, и не похоже, чтобы босс Бай воспринимал его как забаву.
Цяо Юй несколько раз сопровождал Нин Юэ, когда тот ездил в больницу, и, откровенно говоря, ему еще никогда не доводилось видеть Бай Цзиня таким ласковым и терпеливым.
Цзинь Янь опустил голову и нахмурился еще сильней. Хоть он и был зол, все же он не стал скандалить и лишь тихо сказал:
- Мой дядя Ли ничуть не хуже... и что дальше...
Когда Цзинь Янь был ребенком, он очень боялся Ли Шу, потому что тот постоянно дразнил его и доводил до слез. Но позже, когда он стал старше, Цзинь Янь понял, что Ли Шу был человеком, который чаще всех приходил навестить их вместе с его молодым господином, и больше всех заботился о них.
Хотя Бай Цзинь был дядей его молодого господина, он не сделал для него и десятой доли того, что сделал Ли Шу.
Цяо Юй постучал ему по голове:
- Дурачок. В делах любовных нет никаких правил.
На самом деле, он постарался выразиться тактично. Он чувствовал, что между Бай Цзинем и Ли Шу нет никакой любви, поэтому тут и речи не шло о смене привязанности.
Лицо Цзинь Яня потемнело, он воткнул палочки для еды в стол, словно пытался пронзить его ножом. Спустя долгое время, он медленно отложил палочки и сказал:
- Куда бы ни отправился дядя Ли... я последую за ним... Возможно, я больше не останусь в семье Бай.
Цяо Юй не ожидал ничего другого. Он подсел поближе к Цзинь Яню и шутливо сказал:
- А как же твой молодой господин?
Цзинь Янь посмотрел на него, как на дурачка:
- Одно другому не мешает.
Цзинь Янь чувствовал, что такой человек как он, которые мало учился и с трудом соображает, станет для Бай Хао бременем, если и дальше будет следовать за ним. Вспомнив о том, что ему в прошлый раз сказал Бай Хао, он снова сник.
Пока они болтали без умолку, Шрам ничего не говорил и лишь молча слушал.
Сидевший за соседним столиком подвыпивший парень, видя, что они спокойно сидят за столом и не вписываются в общую картину, взял бутылку вина и подошел к ним. Его взгляд упал на Цяо Юя, он протянул руку, пытаясь коснуться его лица:
- Сестра Цяо, а что это вы тут... - с улыбкой начал он.
Но, прежде чего его рука успела дотронуться до Цяо Юя, сидевший рядом Шрам стиснул его запястье.
Шрам применил совсем немного силы, но парню казалось, что его руку сжали раскаленные стальные тиски, он большен е мог пошевелиться.
Он в шоке уставился на Шрама, изумленно хлопая ресницами, но Шрам ничего не говорил. Цяо Юй поднял голову и лениво протянул:
- Еще раз назовешь меня сестрой Цяо, я тебе язык отрежу.
С этими словами он встал, взял бутылку с пивом и, разомкнув захват Шрама, пошел выпить с другими.
Цзинь Янь сидел с ошалевшим видом, думая о том, что ему лучше поскорее сменить имя Цяо Юя в телефоне...
Они просидели в этом месте до десяти часов. Цзинь Янь не пошел вместе со всеми веселиться дальше. Шепнув пару слов Лао Сюю, он вышел в туалет, после чего улизнул оттуда.
Вызвав такси и, сообщив адрес, с некоторым волнением потрогал конверт в своем кармане.
Сегодня был день рожденья Бай Хао.
Но Цзинь Янь не смог дозвониться до него. Он подумал, что Бай Хао все еще злится на него за то, что произошло в тот вечер, и поэтому не хочет его видеть. Впрочем, это было не так уж важно. Как только Бай Хао увидит этот подарок, он сразу же простит его.
Цзинь Янь немного подумал и набрал номер Ли Шу. Когда ему ответили, он осторожно спросил:
- Дядя Ли, ты еще не спишь?
- Нет.
Цзинь Янь, чувствуя облегчение, сказал с улыбкой:
- Дядя Ли, когда ты возвращаешься? Я приеду за тобой.
- Завтра, - ответил Ли Шу. - Ты закончил свои дела?
- Угу, нас всех отослали.
Ли Шу немного подумал, но не спешил соглашаться сразу. Он лишь сказал:
- Поговорим об этом потом. Подожди до завтра, пока я свяжусь с тобой.
Цзинь Янь слышал, что его голос звучит устало и глухо. Зная, что Ли Шу должен был очень устать за эти дни, он не стал больше беспокоить его и поскорее завершил разговор.
Приехав к элитному жилому комплексу, Цзинь Янь вышел из машины. Охранник узнал его, и он, пройдя через ворота, остановился перед знакомым домом.
На самом деле, семья Бай неплохо обращалась с Бай Хао. После его возвращения, хотя ему и не позволили жить в старом доме семьи Бай, с ним обошлись не так уж и плохо. Однако, такой ребенок, как он жил совсем один в таком огромном доме, и рядом с ним была только няня, которая заботилась лишь о его трехразовом питании. Вряд ли его положение можно было назвать плачевным, просто он был очень одинок.
В доме было темно и пусто.
Цзинь Янь догадывался, что сейчас Бай Хао должен быть на вечеринке в честь своего дня рожденья. Он не знал, когда вернется Бай Хао и вернется ли вообще. Но он не смог нигде найти его, поэтому решил воспользоваться таким дурацким способом.
Цзинь Янь протянул руку и с мечтательным выражением лица коснулся ограждения.
Присев на углу, он вытащил конверт и осторожно сжал его пальцами.
Должно быть, из-за того, что он вернулся в то место, где они с Бай Хао жили вместе, он слегка расчувствовался. Немного взволнованный, Цзинь Янь поднял голову и, глядя на золотистый свет уличных фонарей, погрузился в воспоминания о прошлом.