- 6 -
Угрюмый вид Ли Шу никуда не исчез, когда он спустился вниз и сел в машину Бай Цзиня. Бай Цзинь понимал, что он, вероятно, снова злится из-за выходок Цзинь Яня, и это казалось ему забавным. Когда Цзинь Янь был еще ребенком, Ли Шу целыми днями изводил его, а теперь, став взрослым, он был уже не таким глупым.
- Ты ездил в ваш старый дом? – спросил Ли Шу.
- Угу, - Бай Цзинь с беспомощным видом развел руками. – Старик снова обругал меня.
Ли Шу не смог сдержать кривой усмешки.
Семья Бай была довольно велика, и самым выдающимся ее членом был дед Бай Цзиня – Бай Вейтан. Бай Вейтан оказался очень предприимчивым человеком. Заручившись поддержкой нескольких правительственных чиновников, он получил немало инсайдерской информации. Воспользовавшись реконструкцией старой части Цзиньхая, он начал свой бизнес со сферы недвижимости, которая мало кого интересовала в то время, и постепенно его компания доросла до того уровня, на котором находилась сегодня. Однако, у подобного человека родился такой сын, как Бай Чженъюань, который отличился лишь своими любовными похождениями и был начисто лишен деловой хватки. Уже состарившись, он все еще не терял надежды побороться за власть в семье Бай, чтобы затем передать ее своему глупому сыну.
Ли Шу поднял голову и посмотрел на Бай Цзиня:
- Если хочешь терпеть – терпи, но, если тебе надоело, предоставь это мне.
Семья Чжао Чжиюнь открыла свою компанию, позаимствовав немало ресурсов у Бай Чженъюаня, и у Ли Шу уже давно чесались руки избавиться от этих паразитов.
Бай Цзинь ничего не ответил. Ли Шу подумал, что его беспокоит упрямый старик, защищающий Бай Хэна и, нахмурившись, добавил:
- Если старик будет недоволен, свалишь все на меня.
Бай Цзинь долго смотрел на него и, наконец, спросил:
- Ты совсем не думаешь о себе?
Ли Шу уже не в первый раз принимал удар на себя вместо Бай Цзиня, и ему не хотелось гадать, были ли слова Бай Цзиня искренними или же он просто проверял его.
- Когда я что-то делаю, то делаю это исключительно ради себя самого, - холодно ответил он.
Есил он готов пожертвовать собой ради Бай Цзиня, то делает это только ради своего удовольствия. Никто не сможет заставить его поступить против своей воли. Даже если все считают его действия ошибочными, то что с того?
Бай Цзинь лишь рассмеялся – он ничего не мог поделать с Ли Шу.
Кто на его месте отказался бы упустить благоприятную возможность? А хоть бы и отказался, с помощью нескольких ласковых слов можно было бы согреть атмосферу. Так нет же, он сидел с суровым видом, словно к нему это не имело никакого отношения. Достаточно было одного взгляда на него, чтобы возникшее чувство вины исчезло без следа.
Бай Цзинь покачал головой:
- Не вмешивайся в это дело, я сам с ним разберусь.
Хотя Ли Шу был недоволен этим, но, раз уж Бай Цзинь сказал ему не вмешиваться, он не собирался своевольничать, поэтому он сменил тему и заговорил о другом:
- Я уже видел женщин, из которых можно выбрать суррогатную мать. Найди время и покончи с этим.
Поначалу с этим вопросом можно было не спешить, Бай Цзиню было под тридцать, и у него было необходимости думать о ребенке. Но теперь, когда у Бай Хэна родился ребенок, Бай Чженъюань через несколько лет обязательно поднимет по этому поводу шум. Так что сейчас было необходимо позаботиться об этом.
Бай Цзинь ничего не сказал, и Ли Шу, не дождавшись его ответа, потер лоб и нетерпеливо сказал:
- Ты можешь продолжишь свой род и обзавестись наследником, пусть даже придется иметь дело с женщиной. Но, Бай Цзинь, ты знаешь, что я не позволю тебе жениться, такого я никогда не потерплю.
Случись такое три года назад, сегодня произошло бы очень болезненное расставание.
Бай Цзинь считал, что его никто и никогда не смог бы заставить сделать что-либо против его воли. Вот почему раньше он невзлюбил Ли Шу – тот был слишком силен и в какой-то мере, ничем не уступал ему самому. Такой человек может быть подчиненным, другом или даже противником, но уж никак не любовником. Поэтому он никак не мог дать Ли Шу то, чего он хотел. Однако, судьба играет людьми, как ей заблагорассудится, и вот, после стольких лет запутанных отношений они все же были вместе.
Бай Цзинь посмотрел на раздраженного Ли Шу и спокойно ответил:
- Как скажешь.
Ли Шу внезапно повернул голову и посмотрел на него. Бай Цзинь обнял его и притянул к себе, сжав его подбородок и заставив приподнять голову.
- Ли Шу, - прищурив глаза, спросил он, - у тебя ведь нет каких-то скрытых мыслей?
Он всегда все обдумывал и просчитывал за него. Должен ли Бай Цзинь испытывать чувство благодарности за то, что рядом с ним есть такой человек, который все продумывает наперед, или же он может утомиться от всего этого?
Теперь они были очень близки, и их дыхание смешалось. Взгляд Ли Шу заскользил по переносице Бай Цзиня, опустился вниз и, наконец, остановился на его губах.
- Есть, - Ли Шу сжал руку Бай Цзиня, и вместо того, чтобы отступить, он подался вперед, прижимаясь к его губам и хрипло прошептал. – Переспать с тобой, например.
Бай Цзинь усмехнулся в ответ.
В этой машине можно было позволить себе уединение. Если поднять перегородку, водителю не будет ничего видно или слышно, и тогда можно делать все, что душе угодно. Бай Цзинь расстегнул пиджак, ослабил галстук и запонки и, прижав Ли Шу под собой, без всяких церемоний начал целовать его.
На следующее утро Ли Шу разбудил дядюшка Ву.
Он уже давно не спал так сладко. Просто они уже давно не делали этого, и вчера, потеряв над собой контроль, слишком перестарались, поэтому сегодня утром он чувствовал небольшое недомогание. Бай Цзинь с утра ушел на работу, и перед уходом велел Ли Шу отсыпаться. Если бы уже не настало время обеда, дядюшка Ву не стал бы беспокоить его.
Сегодня еда была легкой и нежирной. Пока Ли Шу пил кашу, дядюшка Ву с улыбкой наблюдал за ним. Он всегда нравился старику, и выражение его лица можно было рассматривать, как барометр их отношений с Бай Цзинем. Когда между ними было не все гладко, старик все время вздыхал и хмурился, и его взгляд был полон печали. Но теперь он сиял улыбкой.
Ли Шу ничего не мог поделать с этим, и ему лишь оставалось поскорее проглотить еду, чтобы избежать взгляда старика. Прежде, чем он смог сбежать, его еще заставили выпить чашку супа. После того, как он повзрослел, ему больше не доводилось принимать заботу и нежность от старших, и, всякий раз, когда он сталкивался с подобным отношением, он терялся и не знал, как ему вести себя.
Покидая особняк, Ли Шу все еще пребывал в отличном настроении.
Второй дядя Бай Цзиня собирался отметить своё семидесятилетие. Среди своих братьев он лучше всего ладил с дедом Бай Цзиня. Ли Шу как раз думал над тем, какой подарок подарить ему, когда зазвонил его телефон. Он взглянул на номер входящего звонка, и на его лицо словно нашла туча.
Телефон продолжал звонить, но Ли Шу так и не пошелохнулся, а костяшки его рук, сжимающих телефон, побелели от напряжения. И лишь когда звонок оборвался, а затем телефон зазвонил во второй раз, он, наконец, ответил на звонок.
- Слушаю. Я Ли Шу.
- Господин Ли, простите за беспокойство, - послышался голос молодой женщины.
Вероятно, она не ожидала, что на ее звонок так внезапно ответят, и теперь слегка растерялась.
Ли Шу ничего не ответил, и она продолжила после небольшой паузы:
- Дело в том, что госпожа Цзянь очень плохо себя чувствует в последнее время. Если у вас найдется время, не могли бы вы заехать и навестить ее?
Ли Шу по-прежнему молчал.
Поскольку молчание слишком затянулось, девушка в замешательстве снова позвала его:
- Господин Ли?
- Я понял, - холодно ответил Ли Шу и отключил телефон, прежде чем девушка успела сказать еще хоть слово.
Это был всего лишь небольшой эпизод. Машина по-прежнему плавно ехала по дороге, и лишь когда позади в третий раз прозвучал резкий гудок, Ли Шу очнулся и свернул к обочине.
Человеческая память просто непостижима. Кажется, что ты уже покончил с прежними воспоминаниями и надежно похоронил их, ты чувствуешь себя достаточно сильным и неуязвимым перед ними, но достаточно небольшого намека, одного слова, и все эти воспоминания, вросшие в твою плоть и кровь, воспоминания, которые совсем не хочется будить в памяти, вновь обрушиваются на тебя со всех сторон, угрожая поглотить тебя и сводя на нет все твои старания.
Ли Шу стиснул зубы, у него на лбу вздулись голубые вены. Потеряв над собой контроль, он с силой стукнул кулаком по рулю, чувствуя небывалое отвращение к самому себе.
Прошло уже столько лет... И спустя столько времени он все еще не мог избавиться от этого кошмара.
Кошмара, который разрушил всю его жизнь.