26 глава
Я никогда не считал себя плохим братом. Да, я часто подкалывал Элианну, мог раздражать её, но в глубине души всегда знал — я её люблю. И защищаю, даже если она этого не замечает.
Но в этот раз я облажался.
Я не знал, как исправить то, что случилось между ней и Пэйтоном. Не знал, как вернуть доверие сестры. Я был тем, кто толкнул их друг к другу, пусть и по глупости, пусть даже сам этого не осознавал тогда.
Теперь же Элианна смотрела на меня иначе. Холоднее. Чуждо.
И это пугало.
Я вошёл в дом, закрыв за собой дверь, и сразу услышал тихий шум из кухни. Пройдя туда, увидел сестру. Она сидела за столом, обхватив кружку ладонями, и смотрела в одну точку.
— Ты вообще спишь? — спросил я, прислоняясь к дверному косяку.
Она даже не вздрогнула.
— А ты? — её голос был спокойным, но безжизненным.
Я вздохнул, проходя к холодильнику.
— Ты всё ещё злишься на меня, да?
Элианна усмехнулась, но в этой усмешке не было тепла.
— Злюсь? Нет. Просто не понимаю, зачем ты это сделал.
Я сжал пальцы на дверце холодильника.
— Мне казалось, что ты не против.
— Мне казалось, что ты — мой брат.
Эти слова ударили больнее, чем я ожидал.
Прошла уже середина мая. С того вечера на вечеринке многое изменилось.
Она больше не игнорировала меня полностью, но и не была той же, что прежде. Я ощущал её усталость. Не столько физическую, сколько эмоциональную.
Я видел, как она не смотрит в сторону Пэйтона, как делает вид, что её не волнует, если он рядом.
Но ведь я знал свою сестру.
Я видел, как она замолкала, когда кто-то упоминал его имя.
Как порой слишком быстро отводила взгляд, если он проходил мимо.
Как сжимала пальцы, когда думала, что никто не смотрит.
И я знал, что он всё ещё пытается.
Как-то вечером я задержался в универе, а когда вернулся домой, застал Пэйтона возле нашего крыльца.
— Ты серьёзно? — спросил я, кивая на коробку с клубникой в шоколаде у него в руках.
Он молча пожал плечами.
— Думаешь, она примет?
— Конечно, нет, — он криво усмехнулся. — Но мне некуда девать.
Я хмыкнул.
— Пэйтон, ты сам понимаешь, что всё испортил?
Он посмотрел на меня устало.
— Будто я этого не знаю.
Я долго на него смотрел, прежде чем спросил:
— Ты бы поступил иначе, если бы мог повернуть время назад?
Пэйтон не ответил сразу. Он провёл ладонью по лицу, взъерошил волосы, тяжело выдохнул.
— Да, — наконец сказал он.
— Тогда почему не скажешь ей этого?
Он горько улыбнулся.
— Думаешь, она меня послушает?
Я не знал, что ответить.
Я не оправдывал Пэйтона. Он был мудаком. С самого начала.
Но я видел, как он изменился.
И видел, как изменилась Элианна.
Я не был уверен, смогут ли они когда-нибудь простить друг друга.
Но одно я знал точно:
Ни она, ни он — не отпустили эту историю до конца.