.
Лиа медленно подняла глаза на мужа.
Её пальцы сжимали флешку в кармане, и сердце билось с такой силой, что казалось — он слышит его через стену.
— Да, — наконец сказала она. — Я кое-что нашла.
Он шагнул ближе, взгляд сосредоточенный, спокойный, но в напряжённой линии плеч уже читалось: если там хоть крупица угрозы — он всё сотрёт с лица земли.
Лиа достала флешку. Подала ему.
— Это не просто подозрение, Данте. Это он. Сальватори.
Старый склад на юге города. Тот, что по бумагам уже два года не существует. Камеры — не наши. Кто-то поставил их недавно. В обход всей вашей системы. Я нашла их через отчёт поставки по вторичным каналам.
Он там.
Данте не сразу взял флешку.
Он смотрел на неё. Словно не мог поверить, что она не скрыла. Что пришла. Что не пошла одна.
— Ты могла не говорить, — тихо сказал он.
— Могла, — просто ответила она. — Но я — не просто сотрудник. И не тень. Я — твоя жена. Мы семья. А в семье не молчат.
Он взял флешку. Сжал её в ладони.
— Ты понимаешь, что если это правда — всё начнётся заново? Он объявится. Он даст знать, что не закончил.
— Я понимаю, — ответила она. — Но я не боюсь. Не потому что не страшно. А потому что… я не одна.
Данте протянул руку, коснулся её щеки.
— С тех пор как ты вошла в мою жизнь… я знаю, что значит быть не одному.
Он посмотрел в сторону двери.
— Пойду. Проверю запись. Подниму Марко. Пусть готовит людей. Мы всё сделаем правильно. Без суеты.
Лиа кивнула.
— Только, прошу… не иди туда один. Если это ловушка…
Он крепче сжал флешку.
— Я не допущу, чтобы ты снова пострадала.
— А я не допущу, чтобы ты погиб.
Она встала и обняла его. Крепко, молча.
Они оба знали: начинается новая фаза. Но теперь — вместе.
В комнате было темно, только экран компьютера освещал лица сидящих за столом.
Видео повторялось третий раз.
Фигура в капюшоне. Уверенная походка. Руки в карманах.
Тот самый поворот головы, даже не в сторону камеры — в сторону чего-то, будто человек знал, что его могут увидеть.
— Он, — тихо сказал Данте. — Это Сальватори.
Марко молча кивнул. Его глаза были прикованы к экрану, но мысли уже работали в другом направлении. Склад. Точка входа. Потенциальные выходы. Зоны засад. Путь отхода.
— Он вернулся, — добавил Рик, сжав кулаки. — И всё это время сидел в нашем городе. Под носом.
— Как крыса, — процедил Луиджи, отпивая глоток виски. — Только эта крыса сожгла половину больницы и чуть не убила твою жену.
Данте не ответил. Он просто поднялся, отключил экран и повернулся к столу.
— План простой. Мы зачищаем всё.
Склад берём тихо. Без шума. Люди уже собраны — наша личная команда. Ни одной утечки.
Рик — берёшь северный периметр.
Марко — ведёшь основной заход.
Я зайду первым.
— Один? — перебил Луиджи.
— Не один. В маске, как гость. Он не должен знать, что мы идём на него. Думает, что контролирует игру — отлично.
Но в этот раз он ошибся с фигурой.
— А полиция? — спросил Марко.
— Мы не полиция, — хрипло сказал Данте. — Он взорвал палату моей жены. Похитил её. Думал, что может уйти.
Нет. Он умрёт.
В комнате повисла тишина. Слишком напряжённая, чтобы её разрезал даже ветер с улицы.
— Когда выходим? — спросил Рик, вставая.
Данте посмотрел на часы.
— Через час.
Все уже собраны. Снаряжение в фургонах.
В этот раз — мы играем по своим правилам.
Он подал Марко руку. Затем Рику. Затем Луиджи.
Молчаливая клятва. Братство. Кровь.
Они вышли в ночь.
И ночь знала — вернулись не просто мужчины. Вернулись хищники.
Ночь легла плотно, как тишина перед бурей.
На горизонте не было ни звука, ни лишнего света. Старый склад на юге города стоял без движения, будто заброшенный. Но Данте знал — это обман.
На крыше — люди Рика.
По периметру — группа Луиджи.
Основной заход — у Марко.
Он сам — у восточного входа. В маске. Оружие — под курткой. Сердце — как сталь. В этот раз он не даст уйти ни одному.
По рации — короткий сигнал:
— "Зелёный".
Склад загудел от тихого, отточенного движения.
Первым вошёл Данте. Через боковой люк. Там, по данным с камер, часто курили охранники. В этот раз место пустовало.
— Чисто, — сообщил он в рацию.
За ним просочились ещё трое. Бесшумно. Как тени.
Внутри пахло плесенью, оружейным маслом и чем-то… гнилым.
Старые ящики. Некоторые — явно новенькие.
Под потолком — точка наблюдения.
На стенах — недавно повешенные камеры. Работали. Но уже глушились их людьми.
— Север чист.
— Южный вход — на месте.
— Готов к взрыву двери при команде, — сказал Марко.
И тут — шаги.
Два голоса. Один — резкий, раздражённый.
Сальватори.
— Тебе не кажется, что она зашла слишком далеко? — звучал его голос в темноте.
— Неважно. Мы закончим это. Завтра. Или через неделю. Главное — чтобы Морелли понял, что у него ничего нет.
Сальватори.
Во плоти.
Данте сделал шаг, и этого хватило.
— Кто здесь?! — вскрик.
— Что за…
— Контакт! — рявкнул один из охранников.
— Начали.
Двери с треском вынесло.
С разных сторон влетели люди Морелли.
Грохот. Выстрелы.
Свет резанул глаза.
— Ложись! — закричал кто-то.
— Не стрелять по Данте! — проревел Рик в ухо своим, пока давал прикрытие.
Сальватори попытался скрыться.
Данте шёл за ним. Прямо. Без колебаний. Словно шёл за смертью.
— Ты думал, я не найду? — рыкнул он, кидаясь на него.
Сальватори выстрелил.
Мимо.
Выстрел Данте — в плечо.
Второй — в бедро.
Тот рухнул, задыхаясь, проклиная.
— Это… не конец…
— Нет, — тихо ответил Данте, нависая. — Это начало твоего конца.
Он не добил. Не сейчас.
Он подал сигнал. Люди подошли, скрутили его.
Через минуту склад был под контролем.
Зачистка закончилась.
Мужчины вышли наружу. Под утреннее небо.
— Мы его взяли, — выдохнул Марко, подходя к брату.
— Да, — Данте убрал оружие. — И теперь… я лично сделаю так, чтобы он сгнил в аду. Медленно.
Подвал охранного офиса Данте никогда не был в списке туристических мест. Холодный бетон, металлический стол, цепи, камера без доступа извне.
Сальватори сидел. Закованный, измождённый. Рана на плече перевязана. На бедре — кровь, запёкшаяся под бинтом.
Он знал — заживёт. Но ненадолго.
На другом конце стола сидел Данте.
Пальцы сцеплены. В глазах — ничего. Ни злости. Ни ярости. Только ледяное спокойствие.
— Ну что, Бруно, — начал он. — Расскажешь, за что?
— За что?.. — усмехнулся тот, кроваво. — Ты спрашиваешь, за что? За то, что твоя семья уничтожила мою. За то, что ты — Морелли. За то, что весь этот город дрожит, когда ты проходишь мимо. А я? Я был никем. Песком под твоими ногами.
— Ты был гнидой, — тихо сказал Марко, стоявший у стены. — И остался ею.
— Я был умнее, чем вы думали, — с вызовом прошипел Сальватори. — Я достал твою жену, Данте. Прямо из твоей крепости. И ты не смог её спасти. Ни тогда, ни в больнице.
Данте не пошевелился. Только поднял глаза.
— Ты знаешь, что у меня есть дочь? — сказал вдруг он.
Сальватори моргнул.
— Приёмная. Семь лет.
Маленькая. Хрупкая.
И ты... вошёл с оружием в её комнату.
Сальватори сглотнул.
— Это был… не я.
— Не ври мне, — голос Данте стал опасным. — Ты дал приказ. Ты отправил тех шакалов. И ты — сжёг больницу. Ты убил трёх невинных, только чтобы замести следы.
Сальватори засмеялся. Горько. Безумно.
— Да! И я сделал бы это снова. Ты думаешь, ты — герой? Нет, Данте. Ты просто палач с хорошим костюмом. Ты думал, что женившись, вымоешь свои руки? Ха!
Данте встал.
Подошёл к Сальватори.
Наклонился.
— Нет, Бруно. Я не вымываю руки.
Я просто делаю так, чтобы твоя кровь больше не пачкала этот город.
Он дал знак.
Дверь открылась. Вошёл Рик с чемоданом.
Металлический. Тяжёлый.
— Что это?.. — начал Сальватори.
— Последняя комната, куда ты войдёшь, — ответил Рик спокойно. — Без камер. Без следов. Без прощения.
Сальватори понял. Запоздало.
— Вы… вы не посмеете. Данте. Это… ты не судья!
— И не должен им быть, — ответил Данте. — Я — Морелли. А ты — ошибка, которую нужно стереть.
Он повернулся к Марко.
— Сделай это чисто.
Марко кивнул.
Данте вышел. Не оглядываясь.
За спиной — только слова Сальватори, последние, затихающие в стенах подземелья:
— Данте! Данте, подожди! Мы можем договориться! Эй! Данте!.. Дан—
Тишина.
И всё.