Египтус: Хрупкое равновесие

Буря стихла, песок осел, глазам открылся вид на невероятной красоты золотую пирамиду, даже не на одну, а целых три. И крепость, что окружала её. Но это был не Египет, какая-то другая земля, но очень похожая на дом. Песчаная буря переместила всех: богов, мумий и обычных египтян, даже Апофиса.

– Уаджит, Нейт, Хатхор! Отведите людей в пирамиду и заприте ворота! – приказал бол солнца.

Девушка прижала к себе детей и поползла к людям. На пару с Нейт они быстро сгруппировались и заперли каждого смертного в крепости. Закрыв огромные золотые ворота, богиня змей сползла по ним на землю, превратилась в обычную Уаджит и заплакала. К ней подошла Нейт.

– Ты чего? Нашла время удариться в траур, ещё не время!

– Заткнись, Нейт! Заткнись! – крикнула на неё богиня. Уаджит стала плакать навзрыд, сил воевать у неё больше не было. Она потеряла семью, а теперь и родной дом.

– Как знаешь, оберегай смертных, а я пойду помогу нашим, пока ещё кто-нибудь из богов не почил. – заявила богиня-воительница и отправилась обратно за крепость.
Там была настоящая бойня: крики, лязг мечей, рёв Апофиса.

Уаджит проклинала себя за то, что расклеилась в такой неподходящий момент, сейчас ей надо позаботиться о людях. Перед глаза мелькали смерть отца и сестры, их ранили прямо в сердце, а это значит, что они не воскреснут, не вернутся к ней. Руки тряслись, из глаз бесконечным потоком шли слёзы. Уадж почувствовала на плече маленькую ладонь, она повернулась и увидела сына Амона. Мальчик больше не плакал, но глаза его были красные и влажные. Уаджит протёрла лицо, пытаясь взять себя в руки, а ведь она даже не спросила его имя.

– Как...как тебя зовут?

Полубог ответил не сразу, он ещё не до конца доверял Уаджит.

– Рамзес.

– А твоего брата?

– Гиксос.

К Уаджит подошли Хатхор и Исида.

– Змейка, успокойся пожалуйста. – Хат упала на колени, обнимая подругу.

– Они их убили...

– Кого Уаджит, сегодня убили очень многих? – богиня любви преслонила ладони к её щекам, смотря в заплаканные глаза Уадж.

– Амона...отца...Бет... – голос каждый раз вздрагивал, произнося имена.

– И Нефтиду... – с печалью прервала Исида, у женщины до сих пор перед глазами всплывал труп любимой сестры, как она держала её на руках и плакала.

– Что!? – в один голос удивились девушки.

– Я нашла её тело в коридоре Чертога. – крупные слёзы намеревались растечься по лицу подобно Нилу, но Исида смахнула их, чтобы не терять самообладание. – Нужно успокоиться. Видите другую пирамиду? Там надо укрыть всех.

****

Эксатон и Кефер скрестили клинки, стоя вплотную друг к другу.

– Скажи...зачем? – бог воды гневно свёл брови и стиснул вместе зубы, сейчас он ненавидел брата больше всего на свете, жалел, что в них обоих течёт кровь их отца.

– Я заберу своё! Всё что должно было быть моим! Трон, государство, Уаджит!

Глаза младшего брата на секунду расширились от ужаса. Даже если он падёт от рук Эксатона, даже если сгинет в забвении, сын Ра не позволит себе уйти из жизни напрасно. Не позволит этому случится.

А рядом...

Нут рассекала верхом на Апофисе, как кораблик по волнам. Между змеем и Ра продолжалась битва.

– Сдавайся муж мой, ты слаб, и не сможешь никого защитить! Точно так же, как не смог сберечь Нефтиду! Какой она выглядела беспомощной, когда я воткнула нож в её сердце! – с каким упоением злодейка рассказывала эти подробности Ра, и с каким наслаждением она замечала смену выражения его лица. С гневного, стойкого и непоколюбимого, он стал подавленным, печальным и растерянным.

Но царь соскрёб со дна обречённый горем души, весь гнев и силу, которую только смог.

– Я тебя убью, Нут! Убью и никому ты вреда больше не причинишь!

Из пасти змея вырвался столб огня.
Бог вобрал в свой жезл столько мощи, сколько у него оставалось и вызвал мощный луч света, перерубив голову Апофису.
Разгневанный на жену и сына, опечаленный гибелью любимой, он не мог позволить умереть другим. Там, где стоял Ра, произошёл взрыв сверхэнергии, ударная волна сбила с ног всех. Те кто были за стеной, лишь слегка пошатнулись.
После такого противовеса, силы оказались не равны.

– Отступаем! Живо! – повелел воинам и богам Эксатон.

– Не так быстро! – из песка вырвались золотые цепи, окутывающие тело бога смерти.

– Отступаем! – приказала всем Нут.

– А как же Эксатон? – спросила её Сехмет.

– У меня есть план, но сейчас нужно сдаться, чтобы одержать победу позже!

Истративший всю свою магию Ра, упал без сознания на песок.

– Отец!

****

По городу прямо к золотой пирамиде, скованного цепями Эксатона, вели Апис и Гор.
Люди торопливо расступались перед богами. Кефер нёс слабого отца на руках, остальные боги, кто остался в живых, шли позади. Исида шла впереди всех, по-видимому, она уже знала это место. Богиня привела Кефера в главные покои, он уложил на кровать Ра, который начал приходить в сознание. Произошло разделение. Часть охраняла во дворце Эксатона, и часть решила пойти за Владыкой.

Уаджит относилась ко второй группе, она от страха на месте умрёт, если окажется рядом с Эксатоном. А если посмотрит ему в глаза, то возможно вообще расплачется сильнее прежнего. Вспоминая всё то зло, что он сотворил.
Рамзеса и Гиксоса она по-прежнему держала рядом. Ра приоткрыл глаза и заговорил.

– Выйдите все. Исида, Кефер, Осирис, Хатхор, Уаджит–останьтесь. – хрипло и обессиленно заговорил бог солнца. Его слабые веки, то прикрывались, то закрывались, дыхание было слабым и редким.

Все кого не назвали–вышли не мешкая.

– Отец... – Кефер подошёл к Владыке, он подозревал, что жизнь отца висит на волоске, но не хотел с этим мириться.

– Тихо Кефер, дай мне всё объяснить. – Ра прикрыл и закрыл глаза, делая пару тяжёлых и медленных вдохов. – Этот мир, мы когда-то давно создали с Пта, на подобный случай. Новое убежище и дом для людей и богов. Мы назвали этот город–Египтус. Исида и Осирис всё знают, они вам расскажут. Кефер...– он взял сына за руку. – Я умираю, мне нужно отбыть в царство сна, я не хотел оставлять тебя в такой ситуации, но я истратил все свои силы. Возлагаю царство на тебя и Уаджит.

– Что? – девушку охватил шок. Неужели её только что решили сделать царицей? Снова.

– Царю нужна супруга, которая будет править вместе с ним рука об руку. Вы заключите союз прямо сейчас. – Ра посмотрел на богиню материнства и брака. – Исида, приступай.

Богиня кивнула, в её руках появился уже знакомый Уадж брачный договор.

– Желаете ли вы что-то изменить в контракте?

– Да, одно условие. Я отказываюсь от возможности иметь вторую и более жён. Для меня есть только Уаджит. – чётко и уверенно говорил Кефер, это было давно спланированное решение, ему не нужны ни дополнительные жёны, ни гарем при собственном дворце. Только одна единственная Уаджит.

На лице богини показалась лёгкая улыбка. Она сияла теплом и доверием, такой поступок по отношению к ней, достоен уважения, и не может не сопровождаться ответным действием.

– Я тоже отказываюсь от этой привилегии. – произнесла Уаджит. То что для неё сделал Кеф. А именно то, что никто из женщин для него более не существует. Никто кроме неё. Это возвышение достойное богини.

– Да будет так.

– На клятвы времени нет, подписывайте. – прервал их хриплым голосом Ра.

Жених и невеста подписали договор страусинным пером, любезно предложенное Исидой, и с этой минуты стали мужем и женой, царём и царицей.

– Вот и всё. Осирис, друг мой, ты поможешь им отнести моё тело в усыпальницу.... – казалось, будто Владыка намеревался сказать что-то ещё, но он закрыл глаза, а рука безжизненно обмякла и ослабила хватку.

По щеке принца, а с этой минуты фараона, скатилась слеза, всё его существо показывало скорбь по отцу.

– Где матушка? – задал вопрос фараон, таким голосом, словно его самого покинула жизни.

– Кефер, мне жаль, но её тоже с нами нет, и... никогда больше не будет. – выдала горькую правду Исида.

Парень замер, лицо не выражало ничего, только непроизвольный поток слёз выдавал настроение его души. Они просто лились и лились. Не нужна ему была ни трон, ни власть, тем более не такой огромной ценой.

– Выйдите, все... – в полголоса приказал молодой фараон.

– Хат, пригляди пожалуйста за детьми, я скоро. – попросила Уаджит подругу. Хатхор кивнула, заботливо уводя за собой мальчиков. Дверь закрылась, в комнате остались только она, Кефер и бездыханное тело Ра. Уаджит обняла мужа за плечи, бог жизни повернулся к ней.

– Кефер...– девушка тоже расплакалась, им обоим было сейчас невероятно тяжело. Они единственные друг у друга остались. – Мы вместе, мы со всем справимся. Скажи, что ты мне веришь.

– Всё случилось в одно мгновение, мне кажется, что мы оба ещё не готовы к такому. – он прижимал её к своей груди, в этот момент их обливающиеся слезами сердца, словно соприкоснулись.

Уаджит подняла голову и посмотрела в его серые глаза. Каждый из них сейчас искал защиту и поддержку друг в друге. Богиня так сильно впилась в плечи мужа, будто боялась упасть от бессилия. Она глубо вздохнула и на выдохе сказала:

– Не готовы, но у нас нет выбора, нам остаётся быть стойкими, и пережить этот день, и помнить его, помнить тех, кто отнял у нас всё. Дети, которых ты видел–это дети Амона, полубоги, я поручилась за них, и буду оберегать как собственных.

Кефер приложил ладонь к её щеке, стерев пальцем горькие слёзы. Как же смело и уверенно звучали её слова, сколько той стойкости она взяла в кулак, ради того, чтобы поддержать их обоих. В этой хрупкой на вид богине хранилось столько самоотверженности, что оставалось только представлять. Её речь повлияла и на Кефера, вселив в новоиспечённого фараона уверенность.

– Всем бы такую жену и мать, как ты, моя царица. – сын Ра аккуратно прикоснулся губами к её виску и прижал к себе ещё крепче. Как самое ценное и единственное, что осталось в его бессмертной жизни.

****
Среди богов состоялось совещание.
Исида пояснила, что в этом мире магия каждого живущего в этом мире бога и полубога будет ограничена. Женщина произнесла какое-то заклинание и от самой пирамиды, на всю округу, пронеслась едва ощутимая ударная волна. На левой руке у каждого, появились золотые браслеты, они начинались практически от локтя и заканчивались пластиной закрывающей тыльную сторону ладони, а по середине располагались три синих камушка.

Баст была в бешенстве и считала что случившегося бы не произошло, если бы покойный Ра был более бдителен. Богиня ушла из города, забрав с собой нескольких людей, которые разделяли её мнение.

Осирис Кефер, Уаджит и Хатхор, когда на небе наступила ночь, отвезли покойного Владыку солнца в тайную усыпальницу под лабиринтом. Так было надёжней. О захоранении должны знать только самые близкие, дабы гробницу никто не осквернил и не нарушил покой Ра.

Стеклянный, летающий в воздухе гроб расположили в отмеченном на полу треугольнике, он активировался и появилась золотая пирамида. Она поглотила Владыку, скрывая и защищая его ото всех, до наступления знаменательного дня.

Хатхор сидела на коленях перед золотой пирамидой, что-то шептала и плакала. Уаджит же вспоминала умерших близких. Даже будучи взрослой, не ощутить ей больше отцовской заботы, не услышать тёплых слов от любимой сестры. Она их даже похоронить нормально не может.

Абсолютно всё поменялось и ещё поменяется в жизни каждого.

Привет! Мои любимые змейки.
Моя сессия подходит к концу и я возвращаюсь к вам. Скучали?)

1761 слово