Египтус: Хрупкое равновесие

Прошло несколько недель.
Кефер всё это время провёл с богиней в Пер-Уаджит. Самые незабываемые недели, вместе с любовью его жизни.
Принц дарил девушке всю нежность, на которую только был способен.

Пара беззаботно нежилась под тенью пальмы. Сердце Уаджит с каждым днём болело всё меньше.
Богиня пристроила голову на груди Кефера, смотря на реку и перебирая в руке крошечную змейку обвившую своим длинным тельцем пальцы.

Бог жизни чуть улыбнулся смотря, как Уадж нежно обращается со змейкой.

– Знаешь, я не понимаю, почему змей так не любят? – призналась богиня поглаживая тело рептилии. – Они ведь такие милые. – улыбнулась богиня, на что змеёныш, подобно котёнку, потёрся головкой об подушечки пальцев.

– Для людей они опасны, ядовиты.

– И что? Змеи никогда без причины не нападают, их яд можно использовать в медицине, они избавляют зерновые посевы от вредителей, считаются символом мудрости и власти. За пределами Египта змеи–зло.

Кефер задумчиво посмотрел наверх. Солнечные лучи ловко проскальзывали между узких проёмов широких листьев. Принц улыбнулся.

– Я тут вспомнил песню, ты её должна помнить. Обычно детям такую поют.

– Песен много. Напомни. – Уаджит отпустила змею, затем повернулась лицом к Кеферу.

Парень смущённо усмехнулся, но начал петь.

– Мудрец сказал: любовь–змея.
   Что жалит сильно, не щадя.
   И чей укус страшнее смерти.
   Он поражает сразу сердце.
   Бедняк сказал: любовь–змея.
   Что режет тело без ножа.
   Да будь ты сотни раз богат...
   Любовь ограбит–будешь рад.

Вспомнив строки, богиня тоже принялась подпевать.

– Любовь опасна, как змея.
   Но я вручаю ей себя.
   И сердце, что давно кричит.
   О яде просит, но болит.

– Опасен горький миг любви.
   Об этом пишут мудрецы.
   Но я дурак, и я бедняк.
   Вкушаю снова сладкий яд.

– Любовь опасна, как змея.
   Но в сердце я её впустила.
   А вместе с ядом я вкусила...
   Улыбку, радость и тепло.
   Что окружили, как кольцо.

– Пусть душит яростно змея.
   Я отдаю всего себя.
   Готов рискнуть я, погоди.
   Рабом я стану для змеи.

Закончив, Кефер залюбовался на девушку, он провёл пальцами по тёмным локонам. Выросли милые, белые жасмина, вплетая свои тонкие лозы в волосы богини.

– Рабом ты станешь для змеи? – спросила она игриво улыбнувшись.

– Я им стал уже давно. – принц прильнул к губам любимой. Уаджит взяла бога воды за шею, издав смешок во время поцелуя.

****

Вечер, пожалуй, лучший час для времяпровождения с любимым.
Пара нежилась на кровати в просторных покоях Уадж. Перед постелью располагался огромный балкон, через который проникал весь без остатка серебристый лунный свет. Им хотелось уединится в безмолвном, тихом полумраке. Ощущать прелесть и таинственность ночи. Ведь чаще всего в это время влюблённые сердце дарят друг другу нежные касания и ласку.

Кефер сидел спиной к балкону, завороженно смотря, как небо отражается в её зелёных глазах.
Уаджит поудобнее устроилась на бёдрах принца, смотря прямо в глаза и проведя кончиками пальцев по шее бога.

– От такого пристально изучающего взгляда можно и засмущаться.

– Раньше я только мечтал о подобном.

Уаджит сорвала ягоду с грозди винограда, живописно располагавшегося на золотом блюдце, и накормила ею Кефера, проведя большим пальцем по нижней губе.

– Теперь будешь видеть каждый день и каждую ночь.

В покои ворвался приятный ночной ветерок, обдав смуглую мужскую спину, словно подталкивая к дальнейшему действию. Кефер уложил пряди за ухо Уаджит и поцеловал, нежно, ненавязчиво. Внутри только гармония и спокойствие. Рука бога скользнула по открытому колену, пробираясь под ткань зелёного платья. Уадж расстегнула пояс, позволяя шёлковой ткани медленно развестись в стороны, оголив ложбинку между грудей, живот и ниже...
Но Кефер не мог оторваться любуясь чертами лица богини.

– Всё хорошо? – взгляд бога воды был пристальным и, как ей показалось немного задумчивым.

– Такое чувство, будто я всю жизнь прожил праведно, а после смерти меня отправили в святые поля Иалу, показав такой блаженный рай, который сложно представить. – Кефер ценил каждую минуту проведённую с Уаджит, пусть и огромной ценой, но судьба позволила им для чего-то сойтись и любить друг друга.

Уаджит было приятно, что он сравнивал её с самым светлым и чистым, что можно было помыслить. На такие слова был способен только Кефер. Она положила ладонь на его грудь. Оба чувствовали энергию. Всё исходит от иб–сердце, но в понятии души. В ней сила, в ней все деяния плохие и хорошие, в ней вся сущность личности человека и бога. У Кефера энергия светлая, яркая, с оттенками синего, подобно водной глади. У Уаджит она такая же светла, как огонёк, окрашенная зелёным, подобно жизни, свежести. Может ассоциироваться с цветом змеиной чешуи.
  
Кефер припал губами к ключице, рукой прокравшись к животу, пальцами прочерчивая дорожку вверх.

Немного откинув голову назад, Уадж обхватила руками мускулистые, смуглые плечи. Касания и губы принца распаляли страсть всё больше.
Девушке было недостаточно только получать ласку, ей хотелось её дарить в ответ. В руке Уаджит появился флакончик с ароматным маслом. Розовая блестящая жидкость потекла тонкой струйкой на плечи бога, в нос ударил запах миндаля и чайной розы. Кефер отстранился чувствуя, как девичьи пальцы распределяли масло по его телу: груди, шее, немного очертив контур лица.
Девушка чувствовала под ладонями сильные и притягательные мышцы. Смотрела в серые, чарующие и добрые глаза. Так необычно было прикасаться к нему. Осознавать, что возможно самая верная и светлая любовь, всегда находилась на расстоянии вытянутой руки, но ей пришлось страдать от собственной ошибки.   Каждое касание отзывалась у них приятными волнами и трепетом. Они слились в поцелуе. Мягкое прикосновение губ. Осторожная, нежная ласка языка.

Кефер ловил томные вздохи богини. Мысль о том, что девушка мечты целует его, отвечает на любовь и желает близости с ним, всё ещё ощущалась призрачной. Словно это очередной сладкий сон бога жизни, которому никогда не суждено сбыться. Но вот она, нежная возлюбленная тает в объятиях принца. Самая настоящая, прекрасная Уаджит, не из сновидений. Шаловливые руки богини словно змеи ползли то вверх, то вниз по телу сына Ра.

Из стоящего на полу кувшина с вином взлетела крупная капля. Тёмно-алая заколдованная жидкость построила влажную дорожку от груди до губ. Уаджит с наслаждением проглотила каплю вкусного лотосового вина. Этот напиток разгорячал страсть ещё больше. Кефер прошёлся губами по следам от вина. Его губы настолько нежные, что затуманивают разум.

Уаджит прикрыла глаза от удовольствия, всецело отдавая себя и своё сердце в руки принца. Она верила, что с ним её душа больше не познает страданий. Богиня по-прежнему чувствовала его ласки. Кончики пальцев прошлись вдоль позвоночника, вызывая мурашки. С губ слетел шумный вздох, когда широкие ладони принялись мять и стимулировать грудь.

Уадж продолжала гладить твёрдые, напряжённые мышцы. Она блуждала по рельефу плеч, торса. Часто дыхание богини, звучало прямо у Кефера над ухом, вызывая приятные ощущения.
Ловкие руки опустились ниже, развязывая схенти. Кефер с предвкушением наблюдал, глаза его хитро сузились. Земля ушла из-под ног, когда Уаджит села на него, вводя в лоно разгорячённый орган.

Принц принял сидячее положение, одной рукой держа опору, а второй взялся за бедро девушки. То, что они ощущали, невозможно описать, можно только почувствовать. Богиня стала двигаться. Уадж громко стонала, держась за мужские плечи. Перед глазами всё плыло, от взрыва эмоций. В это время ты начинаешь покидать реальность. Рука Кефера сжала её крепче, помогая двигаться быстрее.

Голова приятно шла кругом. Принц пытался не стонать, чтобы не закончить удовольствие быстрее нужного. Лицом он уткнулся в ложбинку между грудей, тяжело дыша и осыпая поцелуями свою любовь.

****

Мило разговорившись после долгого и нежного наслаждения, пара заснула. Однако Уаджит долго спать не удалось. Девушка накинула на тело платье-халат, вышла на балкон. Лёгкий ветерок приятно обдувал кожу и трепал распущенные волосы. Уаджит улыбнулась разминая ладонью шею.
Кефер отогнал от неё боль и печаль. Она уже не с такой разрывающей болью вспоминала несостоявшийся брак и смерть дочери. Египтяне не относились к смерти мрачно и с ужасом. Люди готовились к ней, не боялись, зная что за благие деяния их душа обретёт блаженство и бессмертие. Боги тем более не волновались, да, их можно убить, но через какое-то время они оживают вновь, единственное слабое место–это сердце. Проткнув его бог не сможет воскреснуть и окажется в забвение и небытие.

Неважно, человек или богиня, каждый родитель будет горько оплакивать ушедшее из жизни дитя. Сейчас это горе ощущалось не так остро. Спасибо Кеферу.

Уаджит запустила пальцы в волосы, прикрыла глаза и глубоко вздохнула через нос. Ей всегда нравилось проводить время дома. Тут красиво, свежо и не так жарко чем в других регионах Египта. Ветер колышет растения и пускает лёгкую рябь по реке, в глади которой отражается ночное небо. Небо–безобидная красота этого мира, но как только вспоминаешь, кто им повелевает, то начинаешь бояться собственной тени.
Уаджит посмотрела наверх, жутко было бы осознавать, что за тобой могут беспрепятственно наблюдать свысока. Она почувствовала прикоснование пальцев по спине, а к затылку нежно прижались чьи-то губы.
Богиня улыбнулась.

– Кефер, почему не спишь? Я тебя не разбудила?

Молчание, но девушка почувствовала отрицательное покачивание головой. Только вот, за её спиной стоял далеко не Кефер, а Эксатон, точнее его смутный, полуматерильный силуэт.
Он призрачно наблюдал за ней всё это время и только сейчас осмелился подойти так близко. Он бы мог поговорить с ней, объясниться, но всё было против него и этого не изменить. Пусть лучше так, пусть думает, что за ней стоит его брат. Которому перешли все превелегии: любить, трогать, разговаривать, целовать её. Всё то, что не позволено ему, даже просто рядом стоять, отзывалось призрачной мечтою.

Уаджит ни о чём не подозревая любовалась ночным Нилом, ощущая теплое дыхание на затылке и прикосновение кончиков пальцев между лопатками.

По щеке бога смерти скатилась слеза, он до скрежета сжал челюсти, вдыхая запах фруктовых аромомасел, которыми всегда пользовалась Уаджит. Трон для него был не так важен, как она. Бескорыстно, нежнолюбящая его в недалёком прошлом Аджит. А какая у них могла бы родиться дочь? Маленькая, милая Месектет, которую он тоже навсегда потерял.

– Почему ты молчишь? Кефер...– богиня обернулась, но никого за ней не оказалось. Девушка удивлённо похлопала ресницами и огляделась по сторонам. Никого. После этого Уаджит решила не задерживаться на балконе, а наконец лечь спать в обнимку с Кефером.

Христос Анестис, дорогие мои! Всех с праздником!💗💗💗

NigarAliyevaaa ТЫ ЖДАЛА ЭТУ ГЛАВУ БОЛЬШЕ ГОДА! ВОТ ОНА! ВЫШЛА!

1606 слов