Ярость в сердцах несчастного случая

Следующим же днём ученики первых классов геройского факультета UA отправились в центр сдачи экзамена, на получение временной лицензии, – национальный стадион в Такобе. Многие из учеников волновались, поскольку не знали, через что им предстоит пройти на сегодняшнем экзамене.

Аямэ тоже в какой-то степени беспокоилась от того, что на этом экзамене могут устроить "лично" ей, но находясь рядом с совершенно уверенным в себе Бакуго, ей становилось легче и спокойнее. По крайней мере их скреплённые руки, были символом их связи и поддержки, так что Тодороки просто не могла позволить себе оплошать сегодня, как и он.

– У меня уже нервы сдают, – взволнованно протянула Джиро, у которой дрожал и голос, и тело. Нервничала до трясучки.

– Блин, что же нас заставят делать на тесте? Фух, надеюсь я получу лицензию, – так же обеспокоенно твердил самому себе Минеда.

Тодороки внимательно наблюдала за их поведением и не понимала от чего они переживают настолько сильно: Неизвестные соперники? Собственная неуверенность? Страх провала и невозможность получить лицензию?

"И это люди, которые только ступив на путь героев столкнулись с реальными злодеями и дали им отпор?..." – Аямэ не сдержала разочарованного вздоха. – "Про летний лагерь вообще молчу, хотя там были люди по страшнее... "

– Видимо они придут в себя только когда окажутся на поле боя. Там им никто времени на понервничать не даст, – уж кто-кто, а Тодороки знала, что оказавшись в затруднительной ситуации эти люди быстро возьмут себя в руки.

Бакуго смотрел на девушку, что подперла рукой голову и отвернулась смотреть в окно. Она выглядела, как всегда, спокойной и уверенной, но парень чувствовал, что внутри неё многое переменилось. Это выражалось во взгляде, что чаще смотрел в пустоту, чем на что-то определенное, в выражении лица, что не испытывало тот же букет эмоций, что и раньше, и в легчайших жестах, которые она раньше не использовала. Он смог заметить это внешне, но внутренняя часть этих изменения оставалась для него загадкой. Потому он собирался внимательно наблюдать за ней и ждать, пока эти изменения не выйдут наружу, чтобы понять от каких страхов её нужно избавить.

– Мы приехали, – сообщил учитель, когда автобус неожиданно остановился.

Все разом посмотрели в окна, чтобы увидеть цель своего прибытия, но они не увидели ничего кроме другой кучи автобусов на одной парковке.

Не долго думая, Катсуки начал вставать со своего места, чтобы выйти, и разумеется потянул Аямэ за собой. Она не сопротивлялась. Ей нечего было рассматривать в окне, как и не зачем было оставаться в автобусе. Поэтому они вдвоем вышли первыми вслед за учителем, а уже за ними вышли и другие ребята...

– Помните, если вы сможете получить лицензию, то перестанете быть ростками. Вы прорастёте в настоящий стебель, в полу профессионалов. Так что выложитесь на полную, – давал свои наставления Сотриголова, ведя своих учеников к стадиону.

Учительское подбадривание эффективно сказалось на мотивации класса, их боевой дух заметно поднялся. Но только они собирались выкрикивать школьный девиз, как откуда ни возьмись выскочил парень из совершенно другой школы, перекричав всех учеников первого А.

"Ох, это ж этот идиот, которые ненавидит Шото и соответственно меня".

Аямэ было интересно увидеть его вживую. Особенно, как тот разбивает свою голову об асфальт в качестве своих глубочаших извинений.

Тодороки видела его и думала о том, что в нем нет ничего особенного. Массивному крепкому телу, конечно можно позавидовать, но по сравнению с бессмертным телом оно – ничто. Единственная чему она могла позавидовать, это причуде связанной с одной из стихий, которые она считала одними из сильнейших возможных причуд, когда они чистые.

"Если бы я смогла заполучить его причуду ветра и причуду земли Пиксибоб к моему огню и воде, то меня вполне можно было бы назвать аватаром..." – она резко вспомнила название сериала "Аватар" и кино "Повелитель стихии" из прошлой жизни, в которых как раз и присутствовали люди имеющие подобные способности.

Но опять же, бессмертное тело и ее прекрасные причуды делали ее сильнейшей из всех ровесников, так что мечтать не приходилось. Потому Аямэ безразлично отвернулась, наблюдая за другими группами входящими в здание стадиона. Она насчитала примерное количество людей в группах и увеличила на то число автобусов на парковке и прибавила к этому ещё примерное количество возможных гостей.

"Здесь вероятность пройти во второй этап выше, чем возможность поступить в UA, так что пробиться получиться легко. А вот уже на втором этапе придется быть более осторожной".

Бакуго заметил, что Аямэ снова носиться своим взглядом в разные точки и о чем-то про себя думает, что ему не очень-то нравилось. Но прежде чем он успел сделать ей замечание, к влезшему в разговор учеников UA подошли ребята из его школы. Это легко определилось по их одинаковой школьной форме...

– На востоке UA, а на западе Шикетсу, – так же безразлично произнёс Бакуго, глядя на своих возможных соперников, которые в данный момент его вообще не колышат. Его беспокойство касалось лишь одного единственного человека, который стоял рядом с ней.

Внимание Тодороки вновь вернулось к этому парню из Шикетсу, когда тот поднимал свою окровавленную голову.

"Ну что за идиот? Это же больно", – от вида того, как по его лбу текут капли крови, ей самой становилось больно. Пускай ей и пришлось пережить боль куда страшнее его, но все равно представить боль от разбитой головы – неприятно.

В момент, когда тот прекратил смеяться, Йораши встретился глазами с Аямэ, стоящей на совершенно другом конце замкнутого кривого круга из собравшихся учеников UA. Зафиксировав на ней свой удивленный взгляд, он как-то странно дёрнулся, а затем быстро развернувшись пошёл вслед за своими одноклассниками.

"Что это сейчас было?" – от чего-то этот жест заставил все ее нутро почувствовать себя оскорбленной. От чего желание победить его с высокомерной улыбкой на лице увеличивалось.

Совсем скоро ученики Шикетсу начали уходить в здание вслед за другими студентами...

– Йораши Инасая, – пробормотал учитель Айзава.

– Вы его знаете, учитель? – спросила его Хагакурэ, которая услышала этот бубнеж, стоя рядом с ним.

– Этот парень не так прост, как кажется....

Шота поведал своим студентам о нём, как о таком же сдававшем экзамен в UA ученике. А так же нарочно упомянул о том, что его показатели были высочайшими из всех тех, кто получил рекомендательное письмо.

– Выходит... Если он был сильнейшим среди поступающих, то получается...

Всё подумали о том, что он мог быть сильнее близнецов Тодороки.

– Хотя из-за одной самоуверенной и ленивой ученицы, нам не удалось определить её реальные показатели, чтобы я сейчас мог сказать, кто был сильнейшим... – когда речь зашла об этой ученице, то Аямэ нарочно отвернулась от всех, делая вид, будто не понимает о ком идёт речь. – Однако, если судить объективно, то, с большей вероятностью, Аямэ была и будет сильнейшей среди первогодок и сильнее него.

– Учитель, я конечно благодарна за такую похвалу, но пожалуйста даже не сравнивайте меня с остальными... Я другой случай... – все обратили внимание на Аямэ. В чьих словах они совсем не услышали высокомерия, даже как факт это не звучало слишком самоуверенно.

– Это был не комплимент, а факт, – учитель Айзава придерживаться политики жестокой правды, а не искренней поддержки. Он быстрее сбросит ученика в пропасть, чем будет сюсюкаться или нянчиться с ним.

– Говорите, как хотите, контекст от этого не меняется. Я просто исключение из списка.

Многие слышала такое, думали, что таким образом Аямэ просто выделяла себя по причине больших стараний и тяжёлой жизни, которая вынудила ее стать такой сильной. Но учитель выдел это совсем не в таком свете. Он догадывался, что под "исключением" она имела в виду нечто другое. Только вот, что?... 

– Ластик?! Ластик, ты ли это?!

Айзава в тот же момент будто трижды помолился прежде, чем обернулся и посмотрел на ту, чью физиономию видеть сейчас не хотел совершенно.

К ним шла женщина. По костюму такой же герой и учитель, как Сотриголова, раз пришла в это место именно сегодня. Удивительным способом, она взызывала у Шоты величайший ужас. Одним лишь своим присутствием и зовом.

– Давай поженимся? – слёту совсем не серьёзно предложила она ему.

– Нет, спасибо, – дал свой незамедлительный ответ мужчина.

А гиперсваха-Ашидо тем временем тихонечко устроилась в сторонке, наслаждаясь этой ситуацией. Между ними развязалась весьма странная беседа на сплошных подкатах женщины.

Таких шуток-подкатов Аямэ и Бакуго не понимали, как и некоторые другие стоящие в этой группе, но уйти отсюда одни всё равно не могли. Не знали куда именно. А затем ещё и ученики этой странной женщины пожаловали.

– Я уже устала от этого. Когда мы уже пойдём внутрь?

Бакуго услышал недовольный шепот Аямэ, пока та внимательно наблюдала за подходящими к ним ученикам. Те, в свою очередь, выглядели очень взволнованно, увидев звёзд новостных строк собственными глазами. Да и вероятность оказаться с ними на одной арене равнялась где-то двадцати процентам, учитывая, что в Японии точек проведения экзамена было не так много.

Один из эти учеников – самый активный "с шилом в жопе", как очень хотелось описать его Аямэ, начал подходить ко всем подряд, хватая их за руки и неся беспрерывную околесицу, которая якобы являлась похвалой и комплиментами.

– И вместе с ними главные участники инцидента в Камино, Бакуго и Тодороки. У вас исключительный дух. Это честь для нас стоять рядом с кем-то вроде вас сегодня. Мы постараемся изо всех сил, – этот парень протянул руку Бакуго, а тот её быстрым махом откинул, не считая нужным отвечать ему взаимностью.

"Эта рука..." – Тодороки не забывала, что ей следует становиться и брать его за руку с определенной стороны. От того видеть, как вторая вылезла из кармана, пускай и не на долго казалось ей каким-то кощунством.

– Пошёл нах, лицемерное существо. Твои слова совершенно не совпадают с тем, как ты нас смотришь.

В итоге, Бакуго на него наехал и за это был раскритикован собственными одноклассниками. Однако и на этому ему было совершенно все равно. Дальше, раз с Кацуки не получилось, он нацелился на следующую без страха и сомнений в глазах:

– Мне несказанно жаль, что с тобой произошло, Тодороки. Но я уверен, твой дух не сломался после этого и мы сможем конкурировать, как следует?

Его рука потянулась в сторону свободной руки девушки, которая даже не думала скинуть ее в ответ. Они ещё с самого начала выставили свои скреплённые руки вперёд, чтобы тот посмотрел и сделала определённые выводы, но исходя из его действий они поняли, что до него не дошло.

– Ты совсем обарзел? – Бакуго отпустил руку Аямэ и этой же рукой перегородил к ней путь. А после вышел перед ней, загораживая её собой и не подпуская этого придурка к ней слишком сильно.

Многие подумали, что у Бакуго заскок ревности, но сейчас и сама Аямэ держалась на стороже.

– Ох, Бакуго, я просто хотел познакомиться и пожать ей руку.

Эта лицемерная улыбка, сквозь которую лилась наглая ложь раздражением прошлось под кожей Тодороки. И в месте с этим зародилось отвратительное желание стереть с лица эту отвратительную рожу.

– За кого ты меня принимаешь, лицемерное существо?  

Парень заметить не успел, как его тело замерло и то самое лживое выражение лица судорожно застыло, неспособное расслабить ни одну мышцу. Только взглянув в смотрящие на него через плечо парня сверкающие разноцветные глаза, Шиндо почувствовал бешеный страх. Словно его вот-вот сожрёт чудовище. Ни сглотнуть. Ни вздохнуть. Лишь чувствовать, как невидимый ком разросся в горле.

– Аямэ, прекрати, – сказал ей Айзава прекрасно чувствуя это особенное давление, вызывающее к подчинению. Кто бы увидел из ассоциации подумал, что это угроза.

Однако все не закончилось так просто.

– Да кто ты такой, что смеешь прикасаться ко мне? – не сдерживая своей рассерженности говорила с ним Аямэ, – И даже не смей стоять на моем пути, я раздавлю тебя, быстрее чем жалкую букашку...

– Что ты сейчас делаешь? – Бакуго развернулся и теперь уже перегораживал путь своей девушке, гнев которой он чувствовал своим затылком.

Его озаботило то, что она рискнула показать клыки, хотя раньше обычно использовала ситуацию в свою пользу, не показывая того, что беситься или знает о намерениях соперника. Он смотрел на неё и спрашивал себя, где та правокаторша, которую он знал?

– Не трать время на придурков. И так блять уже столько времени просрали на них всех.

Одноклассники этих двух немного испугались, когда увидели шок на лице учительницы Шиндо. Больше всего испугался Иида, который подумал, что слишком не вежливо было для Бакуго так высказаться в сторону подошедшей к ним учительницы, её учеников и учеников из Шикетсу, подошедших к ним ранее.

– Бакуго, немедленно извинить! Простите пожалуйста, за грубость нашего одноклассника! – Тенья выбежал из толпы и встал рядом с тремя ещё недавно конфликтующих учеников, к учительнице лицом и с поклоном принес свои извинения.

– Нехер мне делать! – сразу отказался от этого предложения старосты Катсуки.

– Аямэ, ты тоже. Нельзя называть других учеников тем более семпаев лицемерными существами!

– Я лишь назвала вещи своими именами, а если ты этого не видишь, то это уже твои проблемы, Иида, – парень задумчиво посмотрел на неё, что говорила излишне уверенно для той, кто оскорбил человека без причины. – Похоже, до вас дойдет, только когда вы столкнётесь лицом к лицу на поле боя, раз так радостно воспринимаете их слова...

Аямэ посмотрела на Шото, думая о том догадался ли он, о чем она сейчас говорила или нет. По его не испытывающему эмоций лицу трудно было сделать выводы, однако он испытал лёгкое удивление, когда настолько недовольный взгляд сестры коснуться его лица. Он растерялся, не понимая, чего та хочет от него этим добиться.

"Он вроде не глупый и всего держался за себя. Сомневаюсь, что появление друзей изменит его осторожность по отношению к другим".

– Не расслабляйтесь, иначе проиграете быстрее, чем успеете заметить, что вас обманули, – сказала она свои последние слова, глядя уже в глаза учителю. Только после этого она недовольно фыркнула снова взяла Бакуго за руку и пошла вперёд, наплевав на всех беззаботных.

"Из-за того, что мы в основном проводим время в дружеской компании или с уже знакомыми соперниками – классом Б, мы слишком расслабились. Напрочь забыли о том, что существует такая вещь, как конкуренция или ненависть к элите..." – все мысли Аямэ погрузились в проблемы того, что все вокруг неё ещё дети. Они не знали будущего, не знали какие беды будут дальше и что им следовало относиться к этой жизни серьёзнее... Они ничего не знали.

– Эй! Что с тобой?! – Бакуго остановился и выдавал свою руку, когда они отошли от остальных на достаточно значительно расстояние, чтобы они смогли поговорить наедине. Ему очень не нравилось то, что происходит с Аямэ сейчас. Он просто не верил, что подобная ситуация могла взбесить ее настолько сильно, что она дала волю эмоциям. У него даже сложилось такое впечатление, что став Ному в ней удивительным образом появилось больше эмоций, чем в бывшем человеке. Как так? Где логика?

– А? – Аямэ не поняла данной претензии. – Зачем ты спрашиваешь? Тебя же тоже взбесил этот придурок.

– Не настолько, чтобы беситься, как ты.

Аямэ не понравилось, что он сейчас намекал на её импульсивность, которой в ней, по её мнению, в помине не было.

"Разве я стала настолько эмоциональной? Быть того не может".

Тодороки сама не поняла, что произошло, сначала этот Йораши следом за ним Шиндо. Две ходячие проблемы, которые ей не нравятся с момента прочтения этой истории в первые.

"С этим явно что-то не так".

Тодороки сжала руки, совершенно не зная, что сейчас на это сказать Бакуго. Она просто не замечала, что делает и что говорит, ей просто казалось, будто она продолжает плыть по течению, как и всегда.

– Мне нечего тебе на это сказать, – в итоге ответила Аямэ на его вопрос, посмотрев в его глаза, ожидавшие услышать другой ответ. И когда она смотрела на это разочарованное лицо, ей на ум пришли слова некогда сказанные ею ранее, которые тут же превратились в не самый приятный дополнительный ответ:

– Я говорила, что ты будешь жалеть об отношениях со мной...

Этими словами она напоминала ему о том, что не она желала этих отношений, по крайней мере их осуществления. А так же она предупредила его, что не собирается ничего ему объяснять. Так что теперь ему следует лишь сожалеть, если что-то не нравиться. "Она" его об этом предупредила...

Разумеется, даже после недолгого времени проведенного, как пара, мысли о расставании отдались болью в сердцем и стразом в голове. Но Аямэ знала, что "важнее".

– Я сказал тебе, что не собираюсь жалеть, идиотка, – уверенно, до жути упрямо сказал парень, что явно рассердился на девушку за её слова и намек на расставание. Эти отношения и правда были очень странными с какой стороны ни посмотри. Одна сплошная неопределенность – то явная любовь, то сгусток не договоренностей. Такие же нестабильные, как и сама Аямэ, что менялась в своем поведении, чаще чем погода в Англии.

Он снова берет её за руку, когда остальные их наганяют и идёт дальше, как будто ничего не произошло, но при этом все чаще смотрит на неё, надеясь подловить хоть на чем-то. Только девушка словно в камень превратилась после этого и совсем не менялась в лице до самого их расставания у раздевалок...

***

В раздевалке Тодороки испытала дикий дискомфорт. Там находилось слишком много зевак из других школ, что любопытно и настойчиво без стыда и совести пялились на ее тело и его нынешние особенности, а потом другим другом о чём-то очень тихо шептались. Особенно некомфортно было тогда, когда она почти полностью разделась и показала всё сове тело на всеобщее обозрение. За этим последовала и соответствующую реакция в виде ужаса многих девушек, что даже осмеливались вскрикнуть или очень громко охнуть.

– Честное слово, я точно сегодня кого-то прикончу, – едва сдерживая себя и своё раздражение, говорила Аямэ. Убить очень хотелось и всех сразу.

"Как же меня все это бесит", – она агрессивно надевала свой костюм, пока одноклассницы рядом с ней неловко улыбались:

– Успокойся, они же не привыкли к такому твоему внешнему виду, как мы.

"Надеюсь и не привыкнут. Это только начало ужаса, который они должны испытать".

Аямэ сдерживала себя до тех пор, пока полностью не переоделась и не стала слушать уже вздохов восхищения.

"Пустите меня уже на поле избить кого-нибудь!" – она с громким хлопком закрыла дверцу шкафчика, не забывая запомнить его номер. А затем села и начала ждать, пока ее одноклассницы не переоденуться в своих костюмы, чтобы пойти вместе с кем-нибудь.

Другие тем временем не прекращали пялиться на неё, пытаясь рассмотреть этот гордый геройский вид, с которым та важно стояла скрестив руки на груди. И вот так незаметно для самой себя она обрела одновременно и множество фанаток, и такое же количество презрения. И это результат одного похода на экзамен.

"Интересно, как все измениться к концу экзамена. Что-то мне подсказывает, что количество воздыхателей значительно уменьшиться, проникнув ко мне ненавистью за проявленный экзамен".

Спустя ещё какое-то время мальчики и девочки встретились в главном зале, где собрали всех экзаменующихся студентов. Аямэ поразилась количеству учеников на квадратный метр, она думала, что в этом месте будет чуть свободнее.

– Как же душно, не могли местечко посвободнее сделать?

Аямэ терпеть не могла такое большое количество людей в столь маленьком помещении. И пока она недовольная стояла в ожидании, кто-то неожиданно прикоснулся к её руке. Это прикосновение она узнала за несколько секунд. Только "этот" парень, мог сначала обхватить её запястье, а затем спуститься рукой ниже, сближая их ладони, а затем проникнуть своими пальцами между её.

"Как же он любит себе противоречить".

– Что ты собираешься делать? – Бакуго, противснувшийся между других, сразу, как увидел двух цветную макушку, встал рядом с ней.

– Всё зависит от того, что задумали остальные. Я так понимаю, у вас в раздевалке тоже не только обо мне шептались?

"Понятное дело, они сговорились против UA. Потому хочу немного помочь ребятам в начале, прежде чем пройти дальше".

Студенты слушали правила и условия выполнения экзамена, паралельно общаясь. И на той ноте, где им сообщили что из тысячи пятисот сорока учащихся пройдут лишь сто, не заставило этих двух в отличии от других удивиться. А после им поведали правила, которых должны будут придерживаться абсолютно все.

– Звучит интригующе, – усмехнулась Аямэ, у которой чесались руки. А Бакуго испытал восторг от того, что этот экзамен куда серьёзнее вступительного экзамена в UA.

Спустя ещё какое-то время крыша и стены своеобразной комнаты начали расходиться в разные стороны, демонстрируя учащимся их арену для действий. Масштаб был сопоставим с USJ, но чуть меньше.

Почти сразу после падения стен им раздали цели и шары со специальными датчиками.

Этой парочке пришлось расцепиться, чтобы заняться делом.

– Так где ты собираешься тусоваться? – Бакуго вновь задал похожий на недавний вопрос.

– Я не собираюсь задерживаться и останусь здесь, где будет больше всего людей. Эта толпа определенно нацелена на нас. Так что я собираюсь выиграть нашим время и за один удар выбить достаточно целей для прохода, – она уже знала, как следует нападать и что у нее точно получиться выбить не один десяток целей за раз. Ведь в этом зале уже находилось живое подтверждение того, что это возможно.

"А чем я хуже?"

– А ты что собираешься делать?

– Уйду дальше и убью кого-нибудь.

– Ну да это в твоём духе...

– Глупо находиться вдвоем в одним и том же месте, когда вокруг столько слабаков, – он прицепил на себя все цели и торопливо начал уходить, Киришима же увидев это последовал за ним.

"Верно, только мешать друг другу будем... Надо будет сказать ему спасибо, что уступил мне это место".

– А ты что будешь делать? – Шото, как оказалось, стоял неподалёку от них, так что девушка догадалась, что он услышал их разговор.

– Я не смогу использовать свои способности в большой группе, так что тоже уйду.

– Разумно.

Шото прикрепил на себя последнюю цель и убежал в противоположное от Бакуго направление. Аямэ же стояла и смотрела на то, как след тех двух простыл, а Мидория копошился на месте, объясняя всем свою стратегию держаться вместе.

"Дальнобойные ушли, так что я теперь могу разгуляться и спасти задницы оставшихся. Как же хорошо..."

Время истекло, а ребята почти ничего не успели обсудить...

– Экзамен начнётся с поражения UA! – и это выкрикнул тот самый Шиндо, кто больше всего восхищался UA и его учениками.

Гадкие черви вылезли из земли, словно учуяв надвигающийся на них штормовой ливень. Ребята в растерянности смотрели на нападающих, которые объединились и окружили их ради того, чтобы слить учеников UA.

– Не позволю! – резким рывком Аяме очутилась перед группой одноклассников. Она уже вытащила из ремня рукоять для своего особого приёма. – Водяная плеть!

Одним круговым движением над головой она смогла собрать все летящие в них шары, управляя потоками воды что двигались соответственно рукояти вымышленного кнута, увеличивающего свои объёмы и длинну в геометрической прогрессии.

– Спасибо, Аямэ! – благодарно вскрикнули ребята стоящие прямо за её спиной.

– Как только я освобожу вам путь, немедленно бегите! – дала им свои указания девушка, пока толпа червей готовила свои усиленные атаки. К счастью, она уже знала о способностях некоторых из них, потому это всё играло ей на руку. – Длань Посейдона!

Ещё одним круговым движением руки она создала водный поток, увеличенный в размере в несколько десятков раз с более дальней дистанцией захвата. Это было подобие огромной человеческой руки, что поглощала людей на своём пути, словно мелких рыбёшек. Были те, кто попытался залечь на дно небольших щелей в земле, но это им нисколько не помогло, ведь вода имела свойство растекаться, от чего попадая в самые узкие щели, она топила людей в них, заставляя их искать путь назад на поверхность или силой водных потоков вымывала их оттуда. А всё благодаря тому, что границы её слияния с причудой "Гидрокинеза" просто исчезли.

Она чувствовала воду, как продолжение самой себя, от чего чувствительность при её использовании повысилась, а контроль значительно улучшился. И вот, когда Тодороки почувствовала, что все возможные цели были схвачены, она превратила руку Посейдона в нечто более захватывающее.

– Водяной смерч.... – на её лице заиграла улыбка, когда над её головой разверзлась настоящая водяная буря, которую можно было наблюдать со всех точек арены. Именно это и станет её вызовом для тех, кто посмел считать, что в этом поколении найдётся герой сильнее и лучше неё.

– Ребята, бежим, пока путь чист! – Мидория повёл остальных вперёд, пока Аямэ продолжала стоять и смотреть, как внутри огромного водоворота кружатся люди. Пока ей это немного не надоело и та не решила их отпустит.

Вода расплескалась по всей арене, совершенно не задевая её саму. Всё разбросавшиеся ученики сейчас выплёвывали воду, давились воздухо пытаясь жадно его глотать.

– Наконец-то, первый прошедший участник... Что?! Для прохождения первый участник выбил девяносто восемь участников?!

"Ну это ничто по сравнению с тем лысым парнем из Шикетсу, который разобьёт сто двадцать учеников, если я не ошибаюсь".

– Снимайте цели и проходите в комнату ожидания, – передал сообщение специальный датчик, прикрепленный на воротник куртки. Когда Аямэ начала снимать цели и спускаться с этого своеобразного пьедестала, находящегося выше всех тех, кто сейчас ползал по земле, пытаясь вернуться к своему рабочему состоянию, она нарочито медленно шла мимо них, совершенно не чувствуя себя виноватой. – Благодарите меня за то, что я вас так пожалела. Если бы в округе не было моих одноклассников. Выбывших было бы куда больше, чем вы могли бы себе представить...

На одну секунду она остановилась перед тем парнем из Кецубуцу, который очень хорошо разглагольствовал с ними перед экзаменом с милейшей улыбкой на лице, а сейчас во всей красе продемонстрировал свою истинную натуру.

– Вы с самого начала полезли не на тех. Думали, если все сплочитесь против UA то мигом выиграете? Какое же нелогичное решение... Очень глупо, что вы подумали, что ослабив нашу бдительность, хоть что-то сделаете. Мы привыкшие... На нас постоянно нападали в самое неожиданные моменты... И если бы мы хоть в какой-то из этих моментов замешкали, нас бы здесь не было.

Шиндо смотрел на девушку, которая говорила это так, будто рассказывала ему какую-то поучительную историю. И этот самые получающий, перемешанный с высокомерием взгляд его раздражал. Он прям видел, какой кайф она ловит от того, что правда оказалась на ее стороне.

– Не бесись ты так, – расслабилась она, собираясь уходить. Свое удовольствие от этой ситуации она уже получила. И в впереди оставалась ещё одна. – Я тебя изначально предупреждала: "Не вставай на моем пути".

Потерпевший поражение парень не смог ей ничего ответить, ему нужно было продолжить экзамен, но вода ещё находилась в лёгких, потому он всё это время продолжал откашливаться.

– Однако... Повезло же тебе, – она обратила внимание на количество его пораженных ею целей. – В отличии от твоих соратников... Твоя последняя цель осталась жива... – она говорила о не задетой цели на его бедре.

Он ещё мог участвовать в испытании, а все остальные ученики той же школы – нет. Все их цели были поражены, благодаря чему их песенка была спета.

– Но не волнуйся, Шиндо, если у нас будет ещё одно испытание связанное с соперничеством, то я позабочусь о том, чтобы ты последовал за ними. Всё-таки не зря говорится в Великой мудрости: "Один за всех и все за одного"! – она злорадно усмехнулся и всё-таки пошла за роботом, который уже некоторое время кидал в неё предупреждения о том, что ей требуется покинуть поле...

***

– Мои бедные ученики! Что за дьяволы учатся в своём классе, Стёрка?! – женщина-героиня была погружена в отчаяние. За одну единственную атаку одной из учеников другой школы лишь один её ученик едва уцелел и мог продолжать бороться за лицензию.

– Надо лучше воспитывать своих учеников. Аямэ же мм ясно сказала, что к ней и другим моим ученикам луче не лезть, – совершенно беспристрастно прокомментировал этот её провал он. –

В данный момент она считается гениальным перевородкой академии. У неё просто безумная сила и ужасающий контроль, от чего она уже выходит за рамки понимания обычного человека. И это было с ней ещё до того, как произошёл этот тот инцидент...

– Да. Я помню, что случилось на спортивном фестивале. Она превратила арену в настоящий ад, от чего даже камеры вывело из стоя, – многие запомнили этот случай, поскольку это было похоже на настоящее пробуждение демона.

– Я не знаю, что ей управляет и чего она пытается достичь. И тем более не знаю такой цели, способной настолько сильно влиять на ученика. Я не видел подобных ей за весь свой преподавательский опыт...

– Уф, звучит тяжело...

Айзава на секунду затих, ничего не говоря в ответ на ее предположение.

– Трудно же тебе наверное приходиться, Стёрка. Несколько Я поняла проблемных учеников у тебя достаточно. Я бы с такими, скорее всего, не справилась...

–  Потому что это могу быть лишь я...

– Что? – женщина растерялась, когда ухом услышала это бормотание Айзавы.

Шота четко видел то разграничение в отношении Аямэ по отношению к нему и другим учителям. Подробное доброжелательное отношение и выказывание уважения помимо него мог заслужить только директор. и этот присутствовало ещё с самого начала учебного года, словно Аямэ уже знала, кто будет её преподавателем и что он из себя представляет.

– Ничего...

***

– Второй участник для прохождения выбивает сто пять учеников?! Первогодки в этом году просто ужасают! Эти неожиданности помогли мне немного проснуться. Дальше будет только интереснее...

"Почему только сто пять?! Разве их не должно быть сто двадцать? А может я где-то в числах запуталась?"

Аямэ уже была в комнате ожидания, когда сделали следующее объявление. Теперь она ждала того момента, когда первый этап закончиться. К счастью, в комнате временного пребывания была еда и вода, так что она, наслаждаясь первенством, улеглась на одну из скамеек, поедая печенье и выпивая воду с привкусом винограда. Только так она могла скрасить свое одиночество, пока кто-нибудь из класса пройдет испытание и присоединиться к ней.

"Блин, первым же из класса был Шото. И то он попал лишь пятьдесят четвёртым участником".

– Дам... Ждать придётся долго... –тяжело вздохнув, она продолжила лежать на скамье и пихать в рот вкусное песочное печенье. Все это происходило в абсолютной тишине ровно до того момента, пока в комнату не вошёл второй прошедший участник.

Зайдя в помещение Йораши первым же деловом кинул взгляд на первого прошедшего участника. И первое, что он увидел знакомая ему девушка, что разделась на скамье и ела печенье, от чего ее рот был усыпал крошками, которые та не торопилась ни стряхивать, ни слизывать. Это был очень быстрый взгляд, поскольку парень резко отвернулся, осознав, что они больше десяти секунд смотрели друг на друга.

Затем он ушел в другую часть комнаты, явно показывая тот факт, что не собираешься с ней контактировать.

"Хочу уже закончить второе испытание и свалить в общагу"...

***

Постепенно чисто человек в помещении увеличилось, а этот второй прошедший ученик, начал расхаживать туда-сюда, заводя пустые разговоры ни о чём. Для Аямэ находившейся в этом помещении единственной из своего класса, этот парень был единственным развлечением. Он единственный, кто отличался своей энергичностью, по сравнению с другим уставшими или излишне серьёзными студентами.

"Похоже он действительно ненавидит меня, как и Шото".

Не успела Аямэ подумать о своем брате, как он тут же появился на пороге комнаты. Она тогда, наконец, оживилась и слезла со своей скамейки, которую занимала всем телом. За все это время никто не осмеливался подойти к ней ближе нескольких метров или попытаться выпросить освободить место.

– Блин, ну чё так долго!? Вы там все в черепах превратились?! Почему я должна сидеть здесь одна? – очень громко возмутилась девушка. И ей было абсолютно всё равно на всех тех стоящих вокруг людей, которым она могла своим криком помешать. Все равно те даже носа своего к ней не поворачивали и не повернули бы.

Шото, который услышал этот крик, смог сразу определить, где находиться его сестра и сразу же двинулся к ней, проходя через расступающихся людей. Аямэ стояла в одиноком углу, что выглядело довольно печально. С ней никто не разговаривал и ее словно избегали, повернувшись к ней боком или спиной.

– Ты же закончила первой? Я видел твой водоворот, – обратился к ней Шото, подходящий всё ближе.

– Это был Водяной смерч, а не водоворот. Водоворот звучит слишком банально.

Остальные в комнате, уставшие это, подумали о том, что им было бы без разницы, как назвать столь мощный и убийственный приём.

– Кстати говоря о первенстве... – чуть убавила громкость девушка, чтобы услышал её лишь брат. – Тебе не показалось, что этот Йораши как-то странно себя ведёт в нашем присутствии?... – она села и потянула Шото за собой, заставляя того сесть очень близко к себе. Таким образом тихо разговаривать получилось лучше всего. – Он постоянно смотрит на нас с тобой. А когда я смотрю на него в ответ, он странно дёргается и отворачивается. С тобой так же, но почему-то имеет более возмущённое выражение лица.

– Ты тоже заметила? Я думал мне показалось.

Шото согласился с девушкой, поняв, что это вовсе не его паранойя.

– Я наблюдаю за ним с встречи на улице. Почему-то он очень взбесил меня, поэтому я собираюсь убедиться и убедить его в том, что превосхожу его. А если нет... – она перевел свой взгляд на того парня, что сейчас стоял и что-то эмоционально обсуждал учеником другой школы. – Я просто его уничтожу и заберу себе абсолютное первенство...

На лице Аямэ появилась предвкушающая хитрая улыбка, заставившая Шото испытать ту самую опасность, которую ему не раз приходилось чувствовать на себе за все время их общего обучения.

– И всё равно... – перевел свой взгляд на Йораши Шото. – Почему он так на нас смотрит?

"Не думаю, что должна что-то говорить. Ты же всё равно его об этом спросишь".

– А тебя волнует?... Конечно, напрягает, когда кто-то смотрит на тебя из-под тишка, но... Мне на него плевать. Пускай смотрит сколько влезет. Это всё равно ничего не изменит.

Старший близнец посмотрел на младшую, продолжив восхищаться её уверенностью и непоколебимостью.

– Сестра, скажи... – он на секунду засомневался стоит ли задавать этот вопрос, но понял, что та может разозлиться за то, что он недосказывает начатую мысль. Аямэ не любит нерешительных, это он уже принял, как должное. – Откуда в тебе столько уверенности в том, что ты не проиграешь?

Аямэ снова посмотрела на своего брата, которого казалось действительно заботили вещи, на которые она сама уже давно перестала обращать внимание. Для неё любая победа – это уже как должное. Обязательное условие каждого столкновения, к которому у неё есть шанс подготовиться, как никому другому. Для неё имея столько знаний в руках, поражение казалось немыслимым позором. Но этого нельзя было так объяснить. Не сейчас так точно...

– Я никогда не иду в бой с мыслью о том, что обязательно одержу победу, если ты думал, что это так, – пыталась как-то сформулировать альтернативное объяснение её хода мыслей. – Я всегда сражаюсь с мыслью: "Если я не одержу победу сейчас, когда всё только начинается и всё настолько легко, то... как я смогу победить в будущем, когда всё будет в разы сложнее и опаснее?"

Готов замер в удивлении. Вдумался в очередные мудрые слова своей сестры, начиная чувствовать, как внутри снова происходят перемены и его взгляд на происходящее координатной меняется.

– Я считаю, что некогда думать о поражении, своих сомнениях или страхах – в этих вещах нет никакого смысла, поскольку на кону будут стоит намного большее:... чужие жизни или их будущее. Страх за разрушение этих вещей, становится для меня такой мотивацией, что способна перебороть все остальное... – получилось поэтично и философски, пускай и далеко от того, что происходит внутри Аямэ на самом деле. – Именно поэтому я костьми лягу, но не позволю себе проиграть ни одного сражения. Никогда!...

Она до хруста в суставах сжала своих руки в кулаки. Слова и мысли обо всем этом, вновь дали эмоциям проскочить и сделать этот монолог воодушевляющим даже для самой себя.

"Боже, я всегда так говорю о своём будущем, что мне кажется, что скоро кто-то начнёт догадываться о моём великом плане. Но надеюсь этого не произойдёт хотя бы до нужного момента..."

Пока Аямэ говорила в помещении повисла тишина, благодаря которой любопытные уши, смогли добраться до её голоса и услышать нечто невероятное. И теперь Аямэ было слегка неприятно от того, что разговор получился какой-то массовый.

"Как долго остальные будут находиться на поле? Конечно, многие из них смогли выбраться только под конец испытания, но всё же. Ждать других так утомительно..."

***

Время шло. Ученики UA постепенно подтягивались в комнату небольшими группами, на которые разделились в тот момент, когда Аямэ обеспечила им одноклассникам путь к отступлению.

И вот в в один момент в помещение вошло сразу шесть человек, в число которых входили Мидория, Урарака, Серо, Каминари, Киришима и Бакуго. Тогда же в комнате уже находилось пять учеников: Аямэ, Яойрозу, Джиро, Асуи и Шоджи. В сумме получалось одиннадцать, а это значило, что ещё девять до сих пор находились на поле.

– Сказали, что прошло восемьдесят два человека, значит осталось лишь восемнадцать мест... – нагнетала Яойрозу. – Интересно, как так Иида?

– Иида? – Мидория не думал, что Иида ещё там, но надеялся на то, что с ним всё будет в порядке.

"Они все выберутся независимо от того, сколько и кто на них нападёт. Всё-таки это наши ребята".

Аямэ немного задумалась о том, что сейчас должно происходить на арене, вспоминая прочитанные чёрно-белые слайды. И задумавшись, она не заметила, как рядом с ней приземлился никто иной, как Бакуго. Его появление характеризовалось лёгкой тряской и скрежета отодвигающегося стула, который и вернул её к реальности.

– Опять о всякой херне думаешь? – в его руках был стаканчик с фруктовой водой. Держать его с учётом тяжёлых наручей на своих руках было довольно сложно, но исходя из того, как спокойно парень сидел, ему уже было не привыкать.

– Типа того... – с лёгкой улыбкой ответила та. Она впервые мягко улыбнулась с приезда на этот экзамен. Разговор с Шото настолько растрёс её эмоционально, что уже и злиться или оставаться серьёзной не очень хотелось.

– Когда ты уже прекратишь страдать этими тупыми мыслями? – парень преподнёс к губам стаканчик и разом осушил его. Тодороки оставалось лишь смотреть на то, как при каждом глотке дёргается его кадык. Брови Катсуки хмурились, а взгляд оставался недовольным.

– Хотелось бы мне самой это прекратить, – с тяжестью вздохнула она.

"Но в нынешней жизни это просто невозможно".

– Так сделай это, в чём проблема? – он сжал в руках несчастный стаканчик и тот скукожился, принимая неестественную форму.

– Не могу. Это единственная вещь, которую не в моих силах изменить... – её голова приземлилась на твердое напряжённое плечо парня. Спустя пару мгновений оно стало мягче, поскольку напряжение с мышц ушло.

"Как же хорошо, что ты рядом..."

***

Прошло ещё какое-то время и весь класс А оказался в комнате ожидания, от чего начались радостные ликования. Только вот ликования были не долгими, поскольку началось что-то куда более странное.

– Те сто человек, что прошли. Пожалуйста, взгляните...

Всё взгляды устремились на включившийся экран помещения. Там показывали то самое поле, на котором они все сражались. За несколько секунд идеально воссозданные постройки обернулись разрушенными обломками, превратившимся в настоящее место бедствия.

– Это будет ваш следующий и последний раунд! На месте катастрофы. Вы должны будете провести спасательные работы.

"Операция спасения... Всем на ум определённо придёт лишь одно..."

Аямэ не смогла не заметить сосредоточенных на себе взглядов, которые с точностью в девяносто девять целых и девять десятых процентов подумали об инциденте в Камино, которое всё ещё было у всех на слуху.

– Вот это совпадение? – усмехнулась она, пробегаясь взглядом по всем присутствующим. Они дёргались стоило разноцветным глазам с ними столкнуться. – Не удивлюсь если всё это было специально подстроено, чтобы задеть меня. Хотя... Не слишком ли много чести для меня одной? – рассуждала про саму себя Аямэ, попутно слушая объяснение сути экзамена, которые она и так знала.

– Аямэ, с тобой точно всё будет хорошо? – решил поинтересоваться у неё Иида.

– Да всё ок! Не волнуйся, меня таким не пронять! – показательно сжала кулак она, убеждая старосту в своей правоте. Ему в любом случае не узнать правды, пока Аямэ сама ее не скажет.

– Там что-то происходит? – Иида обратил внимание на странный конфликт возникший между Мидорией и Каминари с Минедой. Поэтому закончив разговор с Аямэ поспешил их разнять, пока в их направлении не двинулись люди из Шикетсу.

– Бакуго... – обратился к нему парень, чьё массивное тело было покрыто густым слоем волос.

"Интересненько".

Аямэ подошла и встала рядом с Киришимой и Бакуго, хватая в руку булочку, чтобы не так палевно было, что она подошла ради того, чтобы послушать этот разговор. Ну, как она поняла и вспомнила, то разговор зашёл об их однокласснике, с которым столкнулся Бакуго и одолел его, от чего тот не прошёл во второй этап экзамен.

– Мы бы очень хотели установить хорошие отношения с UA. Примите наши извинения.

Вот так уже давно забытый конфликт, который по сути был уже давно разрешен проигрышем обидчика, снова был поднят и тут же закрыт окончательно, с надеждой на лучшее отношение между школами.

– А ещё... – волосатик перевёл свой взгляд на девушку, что стояла совсем рядом с Бакуго. – Тодороки, для меня большая честь познакомиться с тобой. Позволь выразить тебе моё уважение и восхищение. Я ещё никогда прежде не видел столь сильных и способных людей, как ты. Поэтому мне хотелось бы подружиться с таким невероятным человеком вроде тебя, – он протянул девушке свою руку. – Если Бакуго, конечно, не против.

"А он умный тип. Внимательный, в отличие от некоторых. Подружиться с ним было бы не так плохо..."

– Я ей не хозяин, пусть делает, что хочет, – только и ответил он, окончательно заканчивая свою беседу с ними.

– Спасибо за комплименты, я не против подружиться с кем-то из другой академии... – Аямэ протянула свою руку и пожала руку нового знакомого. – Постараемся во втором этапе "Спасения".

– Ага.

Вот так вот Аямэ обзавелась знакомыми там, где совершенно этого не ожидала.

– Йораши, ты ничего не хочешь сказать? – слегка неожиданно поинтересовался этот волосатый парень у своего товарища.

– Нет... – очень отстранено ответил тот, стоя к ним спиной, от чего эмоции его в данный момент было просто не прочесть.

– А ведь он так ждал этой встречи. Какая муза его укусила, – с тяжестью выдохнул волосатик.

"Что? Почему он ждал встречи со мной? Что происходит?"

– Ну тогда на этом всё, – заявил предполагаемый лидер и главный представитель Шикетсу, начиная отводить своих в сторону.

– Подождите, ты с короткой стрижкой, – Шото всё-таки подошёл к тому парню, желая узнать, что это был за взгляд, которым тот одаривал его, – Я тебе что-то сделал?

"Лучше бы он просто проигнорировал его. Хотя тогда бы это уже был не Шото".

Йораши развернулся к нему лицом, одаривая таким же ненавистны взглядом, каким смотрел на него и до.

– Ну извиняюсь, но... Если на чистоту, сынок Старателя. Я ненавижу вас обоих. Похоже манерам тебя всё-таки научили, но эти твои глаза... Они такие же, как у Старателя.

После озвучки данного факта Аямэ снова непроизвольно взбесилась. Было ли это от того, что он действительно оскорбил сказанным их обоих, или же дело было лишь в том, что она перекинула эти оскорбления на себя из-за того, что у них абсолютно одинаковые лица. А про глаза можно было вообще промолчать. Хоть разрез и форма у них и идут, как у мамы, но касаемо самого взгляда, которым они смотрят на окружающих людей в точности копия отца.

"Ну если быть до конца честной, то я куда больше чем Шото похожа на нашего отца. Поэтому и ненавижу его намного больше, чем он... Людям никогда не нравиться те, кто на них похож, поскольку они являются полным отражением друг друга. Таким образом можно увидеть себя со стороны и заметить свои плохие качества, о которых знать не хотелось бы".

Тут же очень резко на всё помещение раздаётся жуткий гул сирены, заставившей всех дёрнуться от неожиданности. А затем начался основной сценарий.

– Злодеи совершили террористический акт! Повреждён весь город. Разрушение множества зданий привело к многочисленным жертвам!...

"Вот и начало. Я, конечно, не смогу представить будто это все правда, но надеюсь смогу хотя бы работать так, как будто это реальное поле действий", – невольно Аямэ вспомнила тот сон, где первый хранитель Одного за всех показал ей времена революций, где мир больше был подобен кровавому полю боя. Даже тогда, когда это все было отражением правды со спецэффектами, в ней это не пробуждало ничего. – "Соберись, дура. Тебе нужна эта лицензия, иначе ты лишишься своего главного оружия..." – кулаки сжались и тело постепенно начало нагреваться, активируя огненную причуду для полной готовности к полёту.

Потолок и стены расходятся в стороны, позволяя ученикам выбраться на поле открытых действий. Тодороки, не думая, взлетела вверх выпуская пламя из своих перчаток и ботинок, что моментально подняли её тело воздух, давая возможность оценить полный масштаб разрушений.

– Удачи тебе! – с улыбкой на лице передала девушка, замечая Бакуго, когда пролетала рядом с ним, а затем быстро полетела на опережение, нагоняя того парня Йораши и нарочно обгоняя его. Тем самым она заставила большое количество людей смотреть ей прямо в спину.

– К чёрту! Она мне не нужна! – только и слышала она со спины, начиная снижаться в эпицентре бедствия, чтобы оценить остановку вокруг...