глава 11.
— Деньги будут не проблемой, естественно, придется постараться, чтобы сплавить её куда подальше, но кто говорил, что будет легко, — прикуривая сигарету, старший растерянно блуждал глазами по комнате, через несколько месяцев Вова отправлялся на срочную службу, после которой его ждала война в Афганистане. Не самое лучшее местечко, в самом деле, так ещё и эта неразбериха с Машей. Он ходил с угла в угол, вырисовывая замысловатые узоры. Его можно было понять, ведь сблизившись с девушкой в юном возрасте, он запомнил её другой, совершенно иной, от той, которую видел сегодня. Вова старался не показывать свое внутреннее напряжение, которое казалось наоборот пронизывает воздух во всем здании. Малыши, которые сидели и наблюдали за разговором старших, мельком перешаптывались, ведь никак не могли вразумить, что это за девушка и какого черта она делает в их здании, к которому есть доступ лишь членам «Универсама». Всё для них казалось очень подозрительным, ведь и сами ощущали опасность и напряжение.
Зима, который совершенно недавно присоединился к рядам группировщиков, ведь думал, что если сейчас не сотворит этого, то вряд-ли сможет постоять за себя, а уж тем более отстоять свою честь на территории улицы, которая подчинялась под «Универсам».
— Ты думаешь это поможет? Развернется война, Хади Такташ этого не оставят, ты последний, кто заикался о встрече с ней, — Вова, лицо которого олицетворяло полнейшее отчаяние, но в тоже время некое злорадствие, смотрел на мужчину, который так или иначе, обдумывал дальнейшие события. Кащей, ощутил, как его мир рушится, словно карточный домик, который он столь долго старался сохранить. Голова кипела от невероятных открытий, которые выворачивали его представления о реальности. Никогда бы он не подумал, что в жизни Маши существует столь мрачная тень. Эта новая, неожиданная глава ее истории прокладывала путь к пониманию, какой ценой приходится платить за скрытую боль и маскировку страданий. В его разуме возникали вопросы, на которые он не был готов ответить, и образ девушки претерпевал метаморфозу, превращаясь из привычной подруги в загадочную фигуру, пронизанную тайнами и темными переживаниями. Сердце мужчины сжималось от злости, то на себя, то на Машу. Злость на самого себя за то, что он оказался чужим в мире, который казался ему привычным и безопасным. Злость на девушку за ее молчание, за то, что она не доверилась ии раньше, и за то, что теперь, разгадывая этот мрачный пазл, он осознавал масштаб ее страданий, масштаб того, что она сотворила, за столь короткий отрезок времени. Трагичные события, связанные с жизнью Маши, внесли разлад в обыденность. Воспоминания о совместных моментах казались теперь тенями на стене, искаженными недосказанными правдами. В этом новом свете прошлое переписывалось, как если бы кто-то переключил перо в его сознании, изменивши смысл каждого момента. Казалось, что взрыв в его разуме разбудил дремлющих духов, которые теперь подняли шумный хор вопросов и переживаний. Жизнь девушки, на вид спокойная и уравновешенная, оказалась театром трагедии, в котором каждый актер скрывал свои личные драмы. Взгляд мужчины на Машу изменился. Она перестала быть лишь частью его прошлого и стала глубоким пазлом, где каждый кусочек представлял собой загадку. Он ощущал, как тонкая нить доверия, ранее непоколебимо связывавшая их, рвалась на части. Новые факты обостряли существующие внутренние конфликты. Изоляция, вызванная этим разочарованием, проникала в каждый аспект его существования. Он чувствовал себя чужим в мире, который казался недоступным, и в то же время, он сталкивался с трудностью восстановления собственной идентичности, которая казалась утраченной в потоке непрерывных откровений. Этот день, стал временем раскола, периодом, когда его внутренний мир раздирался на части, подобно геологическому разлому. Вопросы, которые он задавал себе, превратились в эхо внутри его души, напоминая о неразгаданных тайнах и потерянных ответах.
— С хадишевскими я сам разберусь, хрен с ними, — говоря это, Кащей, понимал, что терять такие узы соприкосновений с влиятельными людьми — очень трудно и не нормально, как минимум в их реальности, они должны наоборот держаться за малейшую ниточку этой жизни, а не осуществлять новые проблемы. Тем не менее, сейчас это его меньше всего беспокоило, он раздумывал над дальнейшими планами на свою жизнь, так ещё и его подопечной Маши, которую так или иначе — нужно спасать, дабы избежать разрушения. Хорошим планом для осуществления, был бы запихнуть её в лечебницу, либо же сдать ментам, чтобы прекратились эти страдания окружающих людей, но в тоже время он чувствовал сочувствие к ней. Не так он представлял себе её дальнейшую жизнь, не при таких обстоятельствах хотел бы встретить её, но факт является фактом, ничего не изменить, лишь смириться и продолжать жить.
Маша долго старалась очухаться, где она находиться и почему её окружают неизвестные для неё люди. Конечно, она понимала, что это закрытое помещение, то есть подвал, который не походил на хадишевский, к которому она так привыкла. Этот был светлее, не такой сырой и уютный даже. По комнате висели какие-то постеры, на табурете возле неё стоял травяной чай, который успокаивал и приводил в чувство. Заприметив знакомую фигуру, девушка ещё сильнее вжалась в быльце дивана, словно мышка загнанная в угол. Казалось бы, она может вершить самосуд над многими людьми, но понимая, что находится в заложниках обстоятельств, при которых нужно смотреть страху в глазах — смелость исчезает. Нащупывая нож во втором кармане, который всегда при ней, в отличии от ствола, она успокаивается, ведь в любом случае, сможет за себя постоять и не дать в обиду. Но почему же, губы так предательски дрожат, а руки начинают обильно потеть? Однозначно, она не готова была к такому исходу, хотелось оказаться в родном крове и укутаться с головой в одеяло, дабы проснуться и понять, что это всё сон. Она учиться и работает, не зная о кровавых убийствах и страхе. Её жизнь кажется сюжетом для грандиозного фильма, который бы вышел в прокат и собрал всю приверженность зрителей, но нет — это реальность, от которой не убежишь, как от назойливых фанатов.
Маша чувствовала на себе несколько пристальных взглядов, которые пепелили её, словно изнутри поедавшая болезнь. Решимость, адреналин и воспоминания о всех тренировках с холодным оружием, девушка выстраивает в своей голове маленький план, который даст возможность сбежать и остаться лишь воспоминанием у всех этих ребят.
Всё произошло в мгновение, раскладной нож оказывается перед мальчишкой, который сидел на табурете в полуметре от дивана, который стал пристанищем для Маши. Обойдя его сзади, девушка уже подставляет нож к шее парня, слегка надавливая остриём ножа на юношескую, белоснежную кожу. Его глаза наполняются слезами, не так он хотел провести свой первый день в составе группировки, он ожидал, что может умереть грандиозно, в схватке с врагом, а по итогу может подохнуть от рук девчонки. Цепкая хватка Маши, заставляет его поежиться и сдаться в каких-либо сопротивлениях.
— Вы меня отпускаете, а этот сопляк остаётся в живых, — выводя парня в дверной проем и ставя ультиматум, Маша надеется на то, что Паше и в правду важны жизни его ребят, что он отпрянет и не станет с ней возиться, но его сверкающие глаза говорят об обратном, он понимает, что она этого не сделает, как минимум из своих соображений. До этого, её убийства были крупными и над влиятельными людьми, если не учитывать последних двух, то можно и вправду считать, что последние стали жертвами стечения обстоятельств.
— Режь, мы посмотрим, — все так же, без какого-либо возмущения, спокойным тоном, говорил мужчина. Из своих соображений, он даже подбадривал её, громкими возгласами, чтобы увидеть реакцию. Уж так ему осточертело, что девушка позволяет себе слишком много. Он умел надавить на нужные рычаги давления, дабы добиться нужного результата. Так же, осознавая, что загнав Машу в угол, можно вынести пользу, как минимум для себя: узнать, чем же так насолили жертвы Хади Такташ и как она попала во все движение. — ну давай, давай, мы же ждём, когда театр одного актера откроется.
Мальчишка смотрел заплаканными глазами на всех присутствующих в помещении, он действительно боялся за свою жизнь, но сейчас ему было стыдно, что его слезы могут принять за слабость, но никто и внимания на него не обращал, все лишь следили за движениями рук девушки. Было интересно, как она себя поведет в сложившейся ситуации. Было ясно, что либо это все закончится убийством, либо она попросту уйдет. Вова застывший на месте, наблюдая за дебатами ребят, словно вспоминал все очертания девушки, её движения были точно такими же, как и год назад, но уже более резкими, обдуманными. Её глаза с каждой минутой приобретали жестокости, ранее это не прослеживалось в ней, серый цвет приобретал разных оттенков, лишь в нескольких случаях, но сейчас они были темно-серые, что было очень удивительно. Пугала лишь спокойная реакция Кащея, на крик и взволнованность Маши, её руки так же дрожали, от этого нож ходуном бродил по шее заложника. Несколько минут молчания между этой закадычной парой и девушка сдается, её порыв эмоций разряжает воздух, кажется, что всё остановилось и лишь её немой крик в этой тишине, является поднятием белого флага. Она прекращает бороться за дальнейшую деятельность и просто отступает, упавший на бетонный пол нож, звучит, как симфония этого немого театра и казалось бы, все можно было решить мирно, но девушка упрямиться и выбирает другой ход.
— Маш, поднимайся, давай, — поднимая девушку с пола, мужчина тащит её назад в комнату, чтобы уложить на диван, её тело не оказывает никакого сопротивления и поддается любой манипуляции, словно кукла, которой можно водить, как угодно. Слезы стекают по её щекам и чертят дорожку к шее, где капельки останавливаются и впиваются в теплый свитер. Она и сама не понимает, по какой причине пускает слезы сейчас, она виновата во всем случившемся, ей хочется исчезнуть из этого мира и больше никому не доставлять проблем. Ведь она понимает, что ждёт Универсам в дальнейшем, её кинутся искать и не найдут нигде, она будто бы прекратит свое существование для жителей Казани. Знаете: был человек и нет его. Так и Маша, она просто пропадет. Прислушиваясь к разговорам за дверью, ей становится не по себе. Обсуждают ее, её эмоциональное состояние, психику и поведение, которые являются закалкой улицы, закалкой пацанских понятий, других она, к сожалению не знает. На данный момент, досада окутывает её с ног до головы, неужели она и вправду больна? Определённо, жаль, что она понимает это только сейчас, ей нужно лечение, которое возможно поможет избавиться от всего гнетущего, что накопилось в ней. Каждое убийство оставляло свое отпечаток в её душе. Девушка до сих пор помнит запах крови, которым наслаждалась при первых убийствах, казалось бы это просто алая жидкость, но сколько она несла ценности в её душе..
«FLASHBACK
— Маша, постой! Я же с тобой разговариваю! — крича в догонку девушке, парень старается как можно скорее крутить колеса своей инвалидной коляски. Если бы не она, он бы уже добрался к ней, схватил её за руку и все объяснил, неужто он виноват, что прикован к коляске с раннего детства?
Девушка шла не оборачиваясь, её эмоции брали верх, она не осознавала, как жить дальше, он знает теперь слишком много, для обычного смертного.
— Я хочу объясниться, я не сдам тебя никому, я хочу помочь! — не унимаясь, Карим ехал за ней до самого спуска к реке, дальше был тупик. Он знал, что сюда Маша приходит лишь для успокоения своей души, когда слишком тяжело, вот и сейчас не справляясь с эмоциями, девушка, буквально бежит к излюбленному месту. Закат, который наполнялся оттенками красного и фиолетового, вправду завораживал. Тихое, безлюдное место навевало не очень приятные ощущения, особенно в таких обстоятельствах. Карим чувствовал неладное, но старался съехать с крутого спуска к самой реке, чтобы наконец объясниться и не чувствовать вины перед Машей. Он испытывал смешанные чувства, по отношению к ней, ведь его подруга нуждается в помощи, а он просто бездействовал всё время их дружбы, она наверное нуждалась в его поддержке, а он дурак не замечал этого! Поборов спуск, парень приближается к стоящей возле реки Маше, он чувствует безнадёгу в своих действиях, но не покидает ощущение того, что он в правильном месте и в нужное время..Но когда девушка оборачивается к нему лицом, с жестокостью во взоре, он понимает, что всё потеряно, он не сможет противостоять её хладнокровию и желаниям. Её поведение можно было сравнить с животными инстинктами, которые так и лезут наружу. При последующих ударах по телу, Карим мало что соображал, поэтому подростковое тело поддалось на верную смерть..»
[ткг: fglwupg]