глава 10.
Маша сидела на взводе несколько дней, её страх и тревога окутывали с каждым днём всё больше, не было и дня, без того, чтобы она смогла спокойно просидеть на месте, буквально день ото дня занимала себя чем угодно, дабы отвлечься от гнусных мыслей.
Маша пристрастилась к странным, бездушным занятиям. За окном Казани стоял угрюмый сентябрь, а она занималась чем угодно, лишь бы не встретиться с тем, что готовилось в её жизни. Гнусные мысли, словно тени, окутали её разум, и она стремилась ускользнуть от них, погружаясь в свои временные укрытия.
Серый фон Казани становился всё темнее с приближением встречи с заказчиками. Тот, кто должен был прийти, как тень нависал над её будущим.
День встречи с заказчиками выдавался облачным, гулкий ветер задувал в щели, которые Маша не могла никак задуть их монтажной пеной. Из рук валились предметы быта, ведь вечером предстоит первый личностный заказ, который она примет сама. Неизвестно, кто эти люди, неизвестно, что они из себя представляют и насколько кровожадны к своим жертвам. Понятно лишь одно, нужно смириться со своей участью и не совершить ошибку, за которую девушка будет жалеть всю свою жизнь. Сейчас она ежедневно вспоминает о Саше, который потерпел ужасное отношение к себе с её стороны, который пострадал от её рук. Убийство за убийством, и девушка прекратила контролировать свои действия и эмоции, ей казалось, что это абсолютно нормально, но внутри неё действовала разрушительная сила.
————————————
Кащей и Адидас прокладывали путь сквозь темные переулки ночной Казани, погруженной в таинственную атмосферу. Элегантные фонари, словно шахматные фигуры, слабо освещали тропу к заброшенной церквушке, где намечалась встреча с убийцей. На фоне старинных стен города, каждый шаг был пропитан напряжением и ожиданием неизвестности. При каждом медленном движении по узким улочкам, парни чувствовали, как зудит внутренняя тревога. Сомнения о том, действительно ли убийца явится, плелись в их уме, как темные тени. Вова Адидас, нервно потирая руки, ощущал волнение, которое не отпускало его с того момента, как они приняли вызов. Кащей, с глубоким вздохом, пытался подавить волнение, но сердце его билось быстрее в такт ночному городу. Подходя к церкви, они замечают ее темные контуры, словно замок, охраняемый мраком. Воздух наполняется напряжением, а каждый звук становится грозным шепотом. Ступени ведут к древней двери, за которой, вероятно, скрывается их судьба. Волнение достигает своего пика, когда Кащей касается ручки, словно сжимая руку судьбы. Дверь скрипит, открывая проход в заброшенное святилище. Внутри церкви царит мрак, пронизанный едва заметным светом свечей. Кащей и Вова вступают внутрь, ощущая, как пространство наполняется неведомой энергией. В углу сверкнул нож, их сердца замирают, но оказывается, это всего лишь отблеск света от окна. И вот, в темном полумраке, из тени выходит фигура. Напряжение достигло предела, когда они осознали, что перед ними не убийца, а старый знакомый, оставшийся в тени. Вова чувствующий волнение сменяется облегчением, а Кащей, с трудом сдерживая эмоции, ощущает смесь разочарования и радости. Следующий за ними мальчишка, из их же группировки, решается на маленькую шутку, которая так или иначе оборачивается не в его сторону. Кащей уже готовый надерет ему уши, за такие проказы.
Время в ожидании тянулось неимоверно долго, скрип гнилых, сырых досок начинал надоедать. Если бы не показавшаяся фигура из-за колоны, то Паша бы так и продолжил шугать стоявших рядом мальчишек, который не до конца поняли, что вообще происходит.
Из тени показалась среднего роста личность, которую так или иначе без освещения было сложно разглядеть. Подходящая фигура, снимая капюшон застыла на месте, её взгляд метался с одного знакомого лица на другое.
Кащей и Адидас, уставившись на девушку перед собой, почувствовали, как время замирает. Маша, долгожданная и неожиданная, стояла перед ними с раскрытым лицом, выражение которого было смесью насмешливой радости и неистовства. Этот момент был переполнен непроизносимыми эмоциями, прерывая тишину лишь смех Кащея, который отразил его смешанные чувства.
— Маша, блять! —, протягивающе проговорил Кащей, словно вырывая из себя признание. Его руки потеряли остатки сил, упав вниз по его лицу, словно пытаясь спрятать от глаз прошлое и настоящее. Между тем, Адидас оставался в молчании, его взгляд пронзал Машу, словно пытаясь разгадать загадку, слишком долго скрытую в тени.
Девушка продолжала смеяться, её смех наполнял помещение, словно эхо давно забытого времени. Она знала, что эта встреча была неминуемой, и теперь, стоя перед своими старыми друзьями, она решила насладиться каждым моментом их изумления. Всё, что её окружало, вращалось вокруг этой драматической паузы, как будто мир приостановил свое вращение, чтобы позволить им осознать перемену. Наконец, Маша подняла взгляд, встретившись с глазами Кащея.
— Удивлены? Я тоже, - произнесла она, прерывая свой смех. Её слова звучали холодно, словно лёд, который растворяется под первыми лучами весеннего солнца. Адидас, наконец, прочищая горло, еле тихо спрашивает «почему?». Девушка взглянула на своих старых друзей, чьи лица выражали смесь изумления, удивления и горечи. Её глаза просвечивали тайны, о которых они забыли или старались забыть.
— Вы меня бросили, - прозвучало её тихое замечание, как будто напоминание о давно зажатой в глубинах души ране. Кащей опустил руки, его лицо осталось неподвижным, но в его глазах мелькнула искра понимания.
—Мы не знали, — начал он, но его слова застыли в воздухе, как не высказанные искренности прошлого. Секунды растеклись в молчании, как будто каждый из них погружён в свои размышления. Разлом, который ранее отделял их друг от друга, теперь стал пропуском для потока невысказанных чувств. Маша продолжала стоять там, словно воплощение перемен, которые несёт время.
— А вы, когда-нибудь пытались узнать? — крик, сливающийся со смехом, говорил сам о себе, её чувства было сложно описать, ведь она знала, что когда-нибудь встретиться с ними, ей будет стыдно о совершенном, стыдно говорить о себе вовсе, сейчас же, понимая, что всё потеряно. Они знают больше, чем окружающие её люди, соседи, страх забирали землю из-под ног. Ружье в кармане куртки, было наготове, она в любой момент была готова сделать выстрел, если ей будет угрожать опасность, хотя он ребят её не ждала.
Маша, скованная невидимым внутренним напряжением, нащупывает леденящую рукоять ружья, спрятанного в кармане её куртки. Глаза её наполнены тоской, а лицо выражает неопределенный страх. Прислушиваясь к каждому шороху вокруг, она продолжает наблюдать за ребятами.
Парни, в свою очередь, ощущают странный диссонанс в воздухе. Импульсивная попытка Вовы подойти к Маше срывается, когда она резко вытаскивает ружье. Их выражения лиц колеблются от изумления до беспокойства. Страх замедляет их движения, словно невидимая сила заставляет их замереть на месте.
Девушка, взволнованная и испуганная, словно в ловушке своих эмоций, не может скрыть слезы, которые текут из её глаз. Ружье в её руках кажется тяжелым грузом, символизирующим её внутреннюю борьбу. Её руки дрожат, и каждый толчок в душе переносятся на дрожь оружия.
Вова, пытаясь преодолеть напряжение, осмеливается заговорить.
— Маша, что случилось? Давай спокойнее, опусти оружие, — его голос звучит настороженно, смешанный с нотками беспокойства. Он чувствует себя на грани между дружбой и опасностью, и его взгляд пристально фиксируется на руках Маши, удерживающих ружье.
Маша, едва сдерживая дрожь в голосе, отвечает.
— Я не могу больше терпеть. Вы не должны были меня видеть, вы не уйдете отсюда живыми, — её слова звучат как эхо её внутренней боли. Ребята вокруг, подкупленные необычной атмосферой, молча прислушиваются, не понимая полностью, что происходит. Диалог, начавшийся внутренним криком Маши, развивается в том же тоне. В этот момент они оказываются в ловушке не только внешних обстоятельств, но и сложных эмоциональных взаимодействий. Ситуация накалялась с каждой минутой, казалось, что вот-вот и девушка выстрелит, но нахлынувшие эмоции, тоска по друзьям развела все мысли, как бы тяжело не было, но она сдалась. Опустив ружье, девушка лишь с тихим треском пала на пол. Её тихие рыдания нарастали в мгновение.
Было страшно узнавать в этой девушке ту, жизнерадостную, веселую и беззаботную Машу, которую они знали.
Её руки были по локоть в крови, она это означала, поэтому встретив ранее близких ей людей — не сдержалась, совесть мучила её, будто бы предчувствовала нехорошее.
—————————
Укутывая девушку в теплый плед, ей принесли ещё и теплый чай с цикорием, чтобы она поскорее уснула. Сейчас, Маше нужен был долгожданный отдых, без страха и тревоги. Сидящие в подвале Кащей и Вова, никак не могли понять, что произошло, как случилось то, что они упустили её из виду. А всё было невероятно просто, увлекаясь жизнью улицы, мальчишки вовсе позабыли о давней подруге, решили, что это не стоит их внимания. Она бы и дальше продолжала бегать за ними, выискивать встречи, но этого не произошло. Она молча ушла из их жизни, без объяснений и вопросов.
— Как думаешь, что дальше делать с ней? — Вова сидит, задумавшись, с сигаретой в руках. Его взгляд утоплен в дымке, которую создает каждый выдох. Руки дрожат, когда он поднимает сигарету ко рту, а глаза выражают глубокую тревогу. В словах его тон прерывается, а голос звучит нарушенным – он явно напуган и растерян, — Мы же не можем её отдать назад хадишевским, они разорвут её на мелкие кусочки, за то, что завалила своего же, — узнав о том, что девушка убила участника Хади Такташ, парни значительно напряглись, но в тоже время были очень растеряны, ведь в своих кругах, они бы не оставили такого человека в живых, они бы просто его уничтожили, стёрли с лица земли, поэтому размышления были достаточно тяжёлыми для их сознания, поглядывая на Кащея, младший ждал вразумительного предложения от старшего, ведь он умел найти точки соприкосновения в таких ситуациях. Неизвестно, что бы было, если не они догадались, что это она. Девушка всегда отличалась рисунками, а особенно портретами, было в них что-то не свойственное другим художникам, а ещё и характерная её шраму буква «Х», всё сходилось, но улики были лишь косвенными, поэтому сейчас поймав её с поличным, всё стало ясно.
— К родственникам моим поедет, без обсуждений, плевать, что она там думает, — сглотнув вязкую слюну, мужчина в который раз пытался сложить все мысли воедино, ему было настолько трудно понять, что это произошло, что несколько часов назад они были на волоске от смерти, если бы её рука дрогнула, а палец спустил курок ружья, они бы сейчас не сидели здесь, не обсуждали всё произошедшее. Кащей надеялся, что это ошибка, что всё это сон и реалистичное видение, иначе и быть не могло! Сколько же эта девушка натерпелась, что пришла к такому образу жизни, что сотворила столько убийств и наверное не об одном не пожалела. Оправдывать её было бессмысленно, кровожадный взгляд, который он разглядел в её зеркально чистых глазах — говорил сам о себе..
«FLASHBACK
Маша и Саша встретились в момент, когда дружба начала ткать между ними невидимую, но прочную нить. Весна расцвечивала город своими яркими красками, и парк, где они проводили большую часть времени, превращался в место, где рождалась их неповторимая дружба.
Саша, с его безудержным оптимизмом, всегда придавал обыденным вещам необыкновенные эпитеты. Каждый день для него становился "солнечной симфонией", а Маша, его верная подруга, была "звездой в бескрайнем небесном ансамбле". Их встречи наполнялись смехом, словно колокольчики, и радостью, которая распространялась вокруг, словно аромат свежих цветов.
Они гуляли по парку, словно дети, разгадывая тайны природы. Цветы под ногами расцветали под шагами друзей, словно ковер из ярких лепестков. Маша восхищалась мастерством Саши создавать из обыденности нечто волшебное, и каждый момент, проведенный вместе, становился неповторимым кадром в их внутреннем альбоме воспоминаний.
Саша был исключительно креативным другом, который превращал обычные вещи в источник вдохновения. Даже дождливые дни он называл "танцем капель", а каждая капля дождя становилась каким-то особенным крошечным драгоценным камешком, добавляя своеобразный шарм их приключениям.
Однажды, они решили устроить пикник в самом центре парка. Саша превратил простое покрывало в "плед сказочных снов", а еда, которую они взяли с собой, стала "пиром вкусов и ароматов". Улыбки на их лицах были яркими, словно цветные фейерверки, взлетающие на фоне чистого неба.
Они делились своими мечтаниями и планами, словно строя свои собственные замки в воздухе. Девушка была увлечена идеей Саши о "колесе жизни", где каждый оборот представлял собой новый этап, полный волнующих событий и встреч. Для нее, он был не только другом, но и проводником в мир идей и фантазий.
Однако, как в любом сказочном сценарии, наступил поворот. Тень неведомого страха окутала Машу, и ее глаза потеряли свой обычный блеск. На тот момент Саша еще не заметил перемены, и они продолжали свои приключения, но что-то было не так. Все те яркие краски дружбы стали тусклыми, словно пламя свечи, гаснущее на ветру.
Судьба развернула свою загадочную драму, когда Маша, словно уходя в тень, свернула на кривую дорожку, оставив Сашу в изумлении и одиночестве. Радуга их воспоминаний рассеялась, оставив лишь остатки разбитого дружества.
Во сне убийство становилось красочнее, кровь приобретала ярко-красного оттенка, который запачкал всю одежду девушки, а парень становился неестественно синим, его душа будто бы летела вверх, а она это видела.. Страх, непонимание, ощущение, что она летит спиной в глубокую пропасть, которая так и старается её вобрать в эту рутину, забрать всю жизненную энергию, словно черная дыра на этой земле..»
[ткг: fglwupg]