Бессилие. Часть 12
В данной главе присутствуют описание жестокости и насилия, читайте дальше с осторожностью.
От лица Дениса Волкова
Я сидел на старом пне, чувствуя, как злость клубится внутри.
– Я знаю, кто причастен ко всему этому, – сказал я, сжимая кулаки. Мой голос прозвучал резко и холодно, даже для меня самого. – Тот парень, что был с ней.
Ванька, мой приятель и напарник, сидел рядом, задумчиво почесывая затылок.
– Это хорошо, Волк, но как мы будем их искать? – спросил он, и в его голосе слышалась неуверенность.
Я тоже пока не знал. Эта ситуация казалась безнадёжной, как будто они растворились в воздухе. Но я не собирался сдаваться. Я поклялся себе, что найду их, чего бы это мне ни стоило.
– Давай поищем тут, – сказал я, вставая с пня. – Вдруг что-нибудь найдём?
Мы начали осматривать местность. Ванька обшаривал кусты, а я пробирался через густую траву. Казалось, что всё зря, и они не оставили никаких следов, но вдруг Ванька что-то выкрикнул, и я поспешил к нему.
– Смотри, Волк! – сказал он, показывая мне какой-то блестящий предмет. Это был телефон.
Я сразу узнал его. Это был телефон Лены. Моё сердце забилось чаще, и надежда зажглась внутри.
– Слушай, – сказал Ванька, и я заметил, что он смотрит на экран. – Работает.
– Дай сюда, – сказал я, выхватывая телефон из его рук. – Наверняка тут есть номер телефона этого парня, узнаем и сможем выследить.
В голове тут же пронеслась мысль, и я почувствовал, как азарт охватывает меня. Я знал, что мы близки к цели, и я уже видел, как мы добираемся до этого парня и задаём ему пару вопросов. С этого момента всё изменится. Мы найдём их и заставим ответить за всё.
Я пролистал телефон, пока не нашёл раздел с сообщениями. Там было много переписок, но одна сразу привлекла моё внимание. Это была переписка с каким-то "Теодором". Я открыл её, чувствуя, как напряжение растёт с каждой строчкой.
– Теодор, миленько, – сказал Ванька, и я почувствовал, как он усмехается за моей спиной. Я не стал ничего ему отвечать, понимая, что он пытается меня подколоть.
Я прокрутил переписку вверх, стараясь понять, что именно их связывает. Судя по всему, они были довольно близки. Сердце кольнуло от ревности, но я отбросил эти мысли. Сейчас главное – найти этого парня и разобраться во всем.
Я знал, что читать чужие переписки – плохо, но мне нужно было узнать, он это или нет. И судя по тому, что я увидел, это точно был он. Его сообщения были написаны с той же манерой, с которой Лена говорила о своём "принце". Мне захотелось разбить этот телефон о ближайшую стену.
Я прокрутил переписку до конца, ища любую зацепку. В самом верху, под именем "Теодор", был его номер телефона. Я быстро вытащил из кармана блокнот и записал номер, не отрывая глаз от экрана.
– Есть! – сказал я, и мой голос прозвучал с торжеством. – Теперь мы его найдём.
Я быстро перешёл к настройкам телефона и посмотрел, включена ли геолокация. К моему удивлению, она была активирована. Я тут же открыл карту и увидел, где находится этот "Теодор". Мой взгляд стал ледяным.
– Ну что, Вань, – сказал я, отрываясь от телефона. – Кажется, мы знаем, где искать нашего принца.
Я чувствовал, как внутри меня закипает гнев. Этот "Теодор" заплатит за то, что обидел Лену. Я не успокоюсь, пока не добьюсь справедливости. Теперь, когда у меня есть его номер и местоположение, я был уверен, что мы найдём его.
От лица Вари
Он стоял передо мной, и его присутствие словно наполнило комнату густой, давящей тьмой. Тэкеши. Его имя само по себе вызывало у меня дрожь. Я невольно сделала шаг назад, пытаясь увеличить между нами расстояние, но он, словно хищник, почувствовавший добычу, сделал два шага вперед. Его грубые черты лица, которые до этого скрывались в полумраке, стали чётче под светом единственной, тускло горящей лампы. Его глаза, холодные и жестокие, смотрели на меня с таким презрением, что я ощутила, как по спине пробежал холодок.
Он подошёл ещё ближе, и я чувствовала, как моё дыхание учащается. Он был так близко, что я ощущала его жар. И вдруг, резко и грубо, он схватил меня за руку. Хватка была такой сильной, что я чуть не упала на него. Мои ноги подкосились, и я ощутила, как теряю равновесие, но в последний момент он подхватил меня другой рукой, грубо приобняв за талию. Его пальцы впились в мою плоть, не оставляя мне ни единого шанса на спасение.
Я задохнулась от его близости. Он прижал меня к себе слишком близко, и я чувствовала, как бьётся его сердце. Это было отвратительно. Я ощущала его силу, его грубость, его превосходство, и это вызывало во мне бурю отвращения.
– Не хочешь подписывать бумажку, ну и ладно, – прошептал он мне прямо на ухо. Его дыхание обжигало мою кожу, и я содрогнулась от отвращения. – Нам не нужно разрешение, чтобы пойти и свергнуть тебя с трона.
Его слова, прозвучавшие как приговор, эхом отозвались в моей голове. Я не могла позволить ему так со мной разговаривать, не могла сдаться без боя. С отчаянным усилием я попыталась вырваться из его хватки, дёргаясь и извиваясь, как дикая кошка. Но его руки держали меня крепко, как стальные тиски.
Мои попытки, похоже, только рассмешили Тэкеши. Я видела, как уголки его губ приподнимаются в презрительной усмешке. Он немного ослабил хватку, словно позволяя мне сбежать, зная, что это лишь иллюзия свободы.
И едва он сделал шаг назад, давая мне крошечный шанс, я не раздумывая воспользовалась им. Собрав всю свою ярость и ненависть, я со всего маху влепила ему звонкую пощёчину. Моя ладонь с силой врезалась в его грубую щеку, и я почувствовала, как его кожа горит под моим ударом.
– Не смей ко мне больше приближаться, – прошипела я, глядя ему прямо в глаза, и в моём голосе не было ни тени страха. Я хотела показать ему, что он не сломил меня, что я буду бороться до последнего.
Его глаза вспыхнули яростью, словно два раскаленных угля. Он явно не ожидал такого отпора. И в тот же миг, словно удар молнии, меня поразила ответная пощёчина. Его рука обрушилась на мою щёку, и я потеряла равновесие. Меня швырнуло назад, и я сползла на пол, чувствуя, как боль пронзает мою голову. Удар был настолько сильным, что меня на мгновение оглушило.
В ушах звенело, а в глазах поплыли тёмные пятна. Я попыталась подняться, но боль пронзала каждую клеточку моего тела. Я ощущала слабость и бессилие, но не собиралась сдаваться.
– Диктовать мне условия не ты будешь, женщина, – прорычал Тэкеши, и его голос был полон звериной ярости. Он навис надо мной, словно хищник, готовый наброситься в любую секунду. – Но плюс тебе в копилку за смелость. Пока здесь рабыней моей будешь.
Он произнес эти слова с такой жестокой уверенностью, что я почувствовала, как холод пробегает по моей коже. Рабыней? Его рабыней? Нет, я не позволю ему сломить меня. Я выстою. Я буду бороться до конца, чего бы мне это ни стоило.
Боль в щеке пульсировала, но я постепенно приходила в себя. Звон в ушах стихал, и я снова могла видеть и слышать. Я не торопилась вставать, оставаясь лежать на холодном полу, и наблюдая за Тэкеши. Он всё ещё нависал надо мной, словно тень, и его смех, грубый и жестокий, разносился по комнате.
Он наклонился ещё ниже, и я невольно вздрогнула. Я видела его наглую ухмылку и зловещий блеск в глазах. Я ощущала, как страх пытается сковать меня, но я отчаянно цеплялась за остатки самообладания.
– Вот это видишь? – произнёс он, и его пальцы бесцеремонно указали на область ниже пупка. Мой взгляд невольно скользнул по его телу, и я тут же отвернулась, чувствуя отвращение.
– На колени вставай и за дело принимайся, – добавил он, и в его голосе звучал приказ.
Я похолодела от его слов. Моё сердце забилось в груди с бешеной скоростью, и я с ужасом осознала, чего он от меня хочет. У меня перехватило дыхание, и я невольно сжала кулаки. Он хотел меня унизить, растоптать мою гордость, превратить меня в послушную рабыню.
Он наслаждался моим бессилием, наслаждался тем, как меня трясет от его мерзких слов и взглядов. Его жажда унизить меня была такой явной и омерзительной, что у меня внутри всё переворачивалось.
– Чего молчишь? Помочь тебе? – проговорил Тэкеши, и в его голосе послышались садистские нотки. Он наклонился ещё ниже, и я увидела в его глазах звериное предвкушение.
В этот момент меня охватил панический ужас. Я видела, как он протягивает свою руку, и, прежде чем я успела что-либо сделать, его пальцы вцепились в мои волосы, грубо схватив меня за голову. Его хватка была такой сильной, что я ощутила, как моя кожа натягивается, а глаза начинают слезиться от боли.
Мои мышцы напряглись, пытаясь вырваться из его цепких пальцев, но он с невероятной силой тянул меня вниз, приближая моё лицо к его телу. Я боролась, отчаянно пыталась оттолкнуть его, но он был слишком силён.
И тут мой взгляд упал на его руки, и моё сердце пропустило удар. Я увидела, как он небрежно расстегивает свою ширинку военных джинс, словно это была обычная вещь, а не акт насилия. Меня пронзила леденящая дрожь. Вся кровь, казалось, отлила от моего лица, и меня затопила волна ужаса, отчаяния и мерзости.
Он хотел меня сломить. Он хотел уничтожить меня не только физически, но и морально. Он хотел отнять у меня всё, что у меня осталось: гордость, достоинство, волю к сопротивлению. И в этот момент я поняла, что если я позволю ему это, то потеряю всё.
Я не знала, что делать, но я знала одно: я не сдамся без боя. Я не дам ему так легко одержать верх надо мной. Мой разум лихорадочно искал выход, пока он тянул меня вниз, всё ближе и ближе к своему телу.
От лица Влада
Я открыл глаза, и резкий свет ударил по зрачкам. Голова гудела, тело ныло, а во рту ощущался отвратительный привкус крови. Я понял, что сижу на каком-то жёстком стуле, и мои руки, скованные цепями, были прикованы к спинке.
Я поднял взгляд и увидел перед собой Лимоора. Его лицо, надменное и жестокое, освещала тусклая лампа. Рядом с ним, чуть в стороне, стоял его третий сын – Толлэк Белкруз. Его холодный, бесстрастный взгляд вызывал во мне дрожь.
– Ну что, проснулся, дракончик? – проговорил Лимоор, и чья-то рука бесцеремонно растрепала мои волосы, словно я был каким-то домашним питомцем. Я почувствовал себя униженным и беспомощным.
– Как наказывать будем тебя? Толь, – обратился Лимоор к своему сыну. – Ты не знаешь?
– Смерть, отец, – ответил Толлэк, и его голос прозвучал равнодушно, словно он обсуждал погоду.
– Скучно, – усмехнулся Лимоор. – Смерть для нашего князя слишком дорогой подарок. После его предательства он предал не только Повелителя, но и всех нас. А вот как насчёт его прекрасной жёнушки и дочурки?
Меня словно ударило током. Сердце бешено заколотилось, а в груди всё перевернулось. Я не мог позволить им навредить Варе и Лене.
– Отпустите их, меня можете убить, – произнёс я, чувствуя, как слабость сковывает всё моё тело. Я был готов отдать свою жизнь, лишь бы защитить их.
– Нет, условия мы диктовать будем, – ответил Лимоор, и в его глазах блеснула садистская искра. – А знаешь, где сейчас Варечка твоя? Толь, скажи ему где.
– В камере с Тэкеши Белкрузом развлекается, – с ледяным спокойствием ответил Толлэк, и его слова пронзили меня, словно ледяные иглы.
Лимоор захохотал, и этот жуткий звук наполнил помещение.
– Верно подметил, сын, раз-вле-ка-ет-ся.
Сердце бешено колотилось в груди, словно птица, бьющаяся в клетке. Тэкеши. Одно его имя вызывало во мне приступ первобытной ярости и леденящего ужаса. Я знал его репутацию, его жестокость, его беспринципность. Он был зверем в человеческом обличье, способным на любые зверства. И моя Варя, моя нежная, хрупкая Варя, сейчас находилась в его лапах.
Я представил себе её глаза, полные ужаса и отчаяния, её тело, дрожащее от страха. Я не знал, что он с ней делает, какие мучения она сейчас испытывает. Но одно было ясно: он причиняет ей боль, и я ничего не могу сделать. Бессилие, словно цепи, сковывало меня, не давая пошевелиться, не давая помочь.
Я пытался бороться с гнётом отчаяния, но оно было сильнее меня. Я был князем, защитником своего народа, а сейчас я не мог защитить даже свою жену. Я был заперт, связан, лишён права голоса. Я чувствовал себя ничтожным, беспомощным, словно последняя нитка в руках жестокого палача.
Моё сознание разрывали ужасные картины. Я видел, как он набрасывается на неё, как она кричит от боли, а я не могу её спасти. Я мысленно просил прощения у Вари, за то, что не смог её защитить, за то, что позволил этому зверю добраться до неё.
Я чувствовал, как боль разъедает меня изнутри. Ярость клокотала в моей груди, но я не мог выплеснуть её наружу. Мои руки были скованы, мои ноги подкошены, мой дух разбит. Я был в ловушке, и мои мучения были только началом. Я был бессилен, и это было самым страшным наказанием. Я был готов отдать свою жизнь, чтобы вырвать Варю из лап этого чудовища, но сейчас я мог только сидеть и ждать, чувствуя, как моё сердце разрывается на части.