27 глава
Юлия
- Привет, солнце, нормально добралась? – Игорь отобрал у меня ручку чемодана и крепко обнял.
- Да, спасибо, - я благодарно улыбнулась, легко похлопав его по спине в ответ.
Аэропорт Сочи в это время года мог похвастаться тишиной и отсутствием летней суеты.
Пассажиры спокойно выходили из здания, не торопясь оказаться на дождливой улице.
Ни тебе столичного шума, беготни опаздывающих на рейсы пассажиров, выяснений отношений с работниками аэропорта. Все мирно и спокойно. Словно здание в спячку впало, набираясь сил перед временем отпусков.
- Пойдем!
Я постаралась вести себя непринужденно по пути к машине Игоря, но получалось не очень. Чувство вины перед ним было сильнее.
Игорь позвонил как раз в момент, когда я решила вместе с мамой уехать к ней. Словно почувствовал.
Впервые после расставания дал о себе знать именно тогда, когда я была в полной прострации.
Просто хотел узнать как дела, по-дружески поинтересоваться жизнью и поделиться своей, да только голос мой расслышал сразу.
Я не стала рассказывать что произошло, не было никаких физических и моральных сил, а он просто предложил приехать к нему. Выдохнуть и набраться сил. И я согласилась.
Мне нужно было сбежать, потому что там, в городе, рядом с Милохиным, я бы не смогла дышать нормально.
Маме не сказала куда направляюсь, чтобы она ненароком не рассказала Дане, а мне почему-то казалось, что он начнет расспрашивать.
Его перекошенное ужасом лицо весь полет стояло перед глазами, пока я, забившись в кресло, смотрела из иллюминатора на удаляющийся город и тихо глотала слезы.
Он любит меня. Наверное, любит. Правда любовь у него странная, но я, кажется, поняла его жизненную позицию.
Только детей он никогда не захочет и обязательно вернулся бы, либо требуя аборта, либо заставив выбирать. А я уже выбрала.
И не важно, что моя любовь к Дане безгранична, токсична и болезненна. Так, как Кира, я поступить не смогу.
- Рассказывай давай! – Игорь завел машину и осторожно отъехал с парковки.
Не смотря на то, как закончились наши отношения, вел себя довольно внимательно и вежливо.
Я пристегнулась, оказавшись в той самой машине, в которой еще каких-то пару месяцев назад ездила чаще, чем на метро. Даже запах ароматизатора не изменился.
- Да нечего рассказывать, мне просто нужно место, чтобы пожить немного.
- Он обидел тебя, да? – проницательности бывшего можно было позавидовать. Я не ответила, а Игорь покачал головой так, словно говоря: «Я так и знал». – Я чувствовал, что это произойдет. Не для тебя этот напыщенный придурок. Где он и где ты, Юля! Шишка, блин, крутая он, вот кто. А ты у меня домашняя.
“У меня” прозвучало совсем неуместно.
- Давай не будем об этом, хорошо? – я прервала поток гневных обвинений и серьезно посмотрела ему в глаза. – Я буду благодарна, если ты сможешь мне помочь какое-то время пожить в гостинице твоего дяди. Я даже работать не отказалась бы. Только неофициально.
Моя трудовая осталась в офисе «АмбассСелл».
Думаю, со временем, когда эмоции немного улягутся, я смогу забрать ее или, что более вероятно, попрошу Лизу.
Пока даже мысль о встрече с Даней вызывает мучительные спазмы внутри.
- Ты можешь жить у меня. Я снимаю квартиру недалеко от гостиницы и работаю там же. Можно было бы вместе ездить.
Это однозначно перебор.
- Нет, спасибо, - я вежливо отказалась, расставляя рамки, - лучше будет, если я остановлюсь в гостинице. Какой-нибудь номер эконом, потому что на люксовый мне вряд ли хватит, а так, если можно будет еще и помогать в чем-то, то я с радостью.
Мне просто необходимо чем-то заниматься, потому что если буду сидеть, сложа руки, мысли и воспоминания сожрут изнутри.
Разъедят подобно серной кислоте и медленно уничтожат.
Возможно, просить помощи у Игоря было неправильно с моей стороны. Может он растолковал мой приезд не совсем верно и ожидал чего-то другого, но податься мне правда было больше некуда. А хотелось просто испариться.
Исчезнуть, отрезая прошлую жизнь одним резким движением.
Игорь привез меня в гостиницу и помог заселиться.
Комната оказалась небольшой, с кроватью, шкафом, санузлом и маленькой тумбочкой. Не шик, но большего мне не нужно.
Пара квадратных метров, как в больничной палате, чтобы просто переболеть где-то этой болезнью, набраться иммунитета и вернуться более сильной, готовой взглянуть в глаза тому, кто уничтожил меня теперь уже дважды и на этот раз окончательно.
Хотя уже сейчас я знала, что иммунитета нет. Я буду вечно любить его, до самого конца, смотреть со стороны на его полную красок жизнь и жить своей собственной, не менее красочной, но с другими оттенками. В моей будет наш малыш.
Он будет смотреть на меня Его глазами и напоминать о том, что его отец мог любить так, что я теряла себя в нем.
Отдала ему однажды все: душу, разум, тело, а он предпочел свободу. Так вот пусть теперь в ней и плавает, в своей свободе с бездушными женщинами, которых можно менять хоть каждый вечер, выпивке и бесконечных удовольствиях.
Я тряхнула головой, отгоняя едкие мысли, и разложила вещи.
Приняла душ и нашла на привезенном Игорем ноутбуке частную клинику, чтобы сдать там завтра все анализы и сходить к гинекологу.
После таких нервных напряжений мне необходимо знать, что с ребенком все в порядке. Больше я не позволю себе изводить малыша переживаниями.
Я закрою их на замок и буду стараться жить новой жизнью, во всяком случае приложу к этому максимум усилий.
Игорь так же поделился со мной своим старым мобильным.
В ближайшем магазине я купила карточку и сразу же позвонила маме, усевшись на скамейке в парке недалеко от гостиницы.
Солнце стояло уже высоко, согревая своими теплыми лучами. Погода разительно отличалась от Московской.
Если оттуда меня провожал снег и леденящий ветер, то здесь приветливо чирикали воробьи и плескалось море о большие валуны, недалеко от которых я и устроилась, подставляя теплому солнцу лицо.
Мама ответила сразу же после второго гудка.
- Мам, привет.
- Юля! – на той стороне раздался облегченный выдох. Бедная мама, ей пришлось стать свидетельницей такой ужасной ситуации. Матерям приходится порой хуже самих детей, потому что если ребенок переживает и решает свои проблемы сам, то матери достаются и ее собственные, и своего чада. А как известно, за детей у них болит сердце сильнее, чем за самих себя. – Господи, дочка, как ты? Где ты?
- Нормально, мам. Уже лучше. Я немного успокоилась.
- Ну слава Богу. Я так волновалась!
- Не переживай. Мне правда уже лучше. Как ты? Приехала домой?
- Да. Я приехала. Юля, - мама замялась, или не горя желанием говорить, или подбирая слова, - тут такое дело, Даня приходил! – я крепче сжала трубку и опустила голову, открывая глаза.
- Что хотел?
- Ой, дочка, я не понимаю ничего. Он выглядел таким разбитым. Пообещал, что найдет тебя. А еще сказал, что любит.
Угу, себя он любит. Вот кого. А то, что он называет любовью ко мне – это не любовь. Это какая-то извращенная игра эгоистичного мерзавца. Разве так любят?
- Надеюсь, ты не поверила?
- Не знаю, Юль, но мне показалось, что он испугался, когда узнал, что ты уехала. Требовал помочь ему в поисках. Может вам поговорить стоит, дочка? Решить все вместе?
- Нет, мам. Я уже все решила. Хватит с меня.
- Ладно, не злись только! Где ты хоть?
- Далеко, мам.
- Что значит далеко? – мама всхлипнула, а я представила, как ей тяжело от незнания.
- Я скажу, только пообещай, что не скажешь Дане. Мама, пожалуйста. Я приеду через месяц, может больше и сама все решу. Только не говори!
- Хорошо, я не скажу! Обещаю!
Я вздохнула, но поверила. Мамино обещание стоит сотни клятв на Библии.
- В Сочи. Я у Игоря.
Повисло молчание в несколько секунд. Представляю, как это выглядело со стороны, но мне было все равно.
Я Игорю ничего не обещала, и он это знает. Мне просто нужна помощь и поддержка.
Был бы загран паспорт, я бы полетела к Кате в Испанию, но на его изготовление понадобится несколько дней, если заказывать срочный, а мне необходимо было уехать уже сегодня.
- Я поняла, дочка. А он знает, что ты беременна? – осторожно поинтересовалась мама спустя несколько мгновений.
- Нет.
- Думаю, ему нужно сказать. Это будет правильно.
Мама тоже понимала, что скорее всего у Игоря остались какие-то надежды, и водить его на поводке пользуясь чувствами мерзко и нечестно.
- Я скажу, мам. Просто пока не выдалась возможность.
- Хорошо, дочка, это твой номер? Я могу звонить на него?
- Конечно. Это мой. Звони, и я буду.
Мы попрощались, а потом я набрала Лизу.
Оказывается, Даня и ее со Славой успел потревожить.
Племянница кричала, требовала ей все объяснить, иначе она приедет и обоих нас привяжет к батарее, чтобы изводить пытками за то, что заставляем ее нервничать в ее собственный медовый месяц. Пришлось рассказать.
Лизке я доверяла все и знала, что она не выдаст, особенно когда узнает всю историю.
Племяша правда тоже сильно удивилась, узнав, куда именно я подалась, но ругать не стала.
Она вообще молча слушала, пытаясь вероятно поставить себя на мое место, а потом только сказала, чтобы я дождалась ее и она во всем меня поддержит.
После того как услышала родные голоса, я прошлась по парку, наслаждаясь теплом, но продолжая кутаться в теплое пальто.
Выпила зеленого чая в одном из кафе, а потом вернулась обратно в гостиницу.
Игорь позвонил вечером, когда солнце уже село, а на меня навалилась тоска, и я свернулась на кровати калачиком, пытаясь отключиться от мира.
В ушах стоял требовательный громогласный вопрос «Чей тест, Юля?», а потом звук падающей палочки на коврик.
Он был таким тихим, а я все еще помнила этот оглушающий шелест о зеленый ворс)
Игорь предложил пойти поужинать, и я согласилась. Находиться в одиночестве оказалось намного сложнее, чем можно было представить.
Ресторан, в который мы собирались, оказался прямо на первом этаже гостиницы.
Большое и довольно уютное помещение с небольшими круглыми столиками и маленькими светильниками посреди каждого из них.
Игорь заказал себе мясо с салатом, а я ограничилась Цезарем и шоколадным брауни.
- Ты же никогда не любила десерты? – удивленно заметил Погорелов, когда официант ушел отдавать наш заказ.
- Теперь люблю, - я улыбнулась, отпивая воду из бокала.
- С чего вдруг?
Поставив бокал на стол, я нерешительно посмотрела ему прямо в глаза.
Он ждал ответа, а я вот уже во второй раз собиралась отобрать у него появившуюся надежду.
А в том, что именно ведомый ею он сегодня позвал меня сюда, сомневаться не стоило. Игорь выглядел великолепно.
Даже рубашку надел вместо ожидаемого свитера в такую пору года.
Проскользнула мысль, что так он пытается стать похожим на Даню. Даже волосы гелем уложил в модной прическе, чего вообще никогда не делал раньше. Хотел произвести впечатление.
- Я беременна, Игорь, - призналась, набравшись смелости.
Синие глаза вспыхнули и тут же потухли. Игорь набрал в легкие воздух, опустил взгляд в тарелку, а потом откинулся на спинку стула и медленно выдохнул.
Мне даже показалось, что он сейчас просто встанет и уйдет, оставив меня одну. А потом и вовсе вышвырнет отсюда.
Нужно было ему еще утром признаться, тогда возможно он бы не предлагал приехать, но находясь в состоянии полной подавленности я не сообразила.
А теперь чувствовала себя отвратительно.
Официант подошел, предлагая вино, но заметив, что ни я, ни Игорь не реагируем, понял, что сейчас не лучшее время для выпивки, и ретировался.
- Надо же, - голос Игоря прозвучал приглушенно и сипло спустя несколько долгих минут, - не думал. Тогда почему ты здесь, Юль?
- Это не важно.
- Ладно, я понял, - снова качнув головой, он потер переносицу, а потом протянул руку и неожиданно сжал мои пальцы, - в любом случае, Юль, я хочу, чтобы ты знала, что я рядом. Скажу честно, когда ты согласилась приехать, я подумал, что смогу тебя вернуть, но судя по всему ошибся.
Повинуясь порыву я накрыла его руку своей и ободряюще погладила.
- Прости, что так вышло. Я должна была сказать тебе раньше. Не подумала.
- Должна была. Но в любом случае я бы тебе не отказал. Я люблю тебя, Юль. Не смотря на то, что мы расстались. Пытался заводить новые отношения, но пока не смог.
Вот почему так происходит в жизни? Почему мы любим тех, кто причиняет нам боль, а те, кто готов быть опорой и поддержкой остаются в зоне близких знакомых?
- Сможешь! У тебя впереди прекрасное будущее, я уверена! Я бы очень хотела, чтобы между нами не осталось обид и недопониманий. Ты замечательный, Игорь, и знаешь…
Договорить я не смогла. Внутри словно волна какая-то всколыхнулась, заставляя сердце биться чаще.
Я почувствовала присутствие Дани кожей. Под ней мощный электрический ток побежал.
Только рядом с ним во мне рождалась подобная реакция.
Резко повернула голову налево и наткнулась на беспросветный голубой взгляд яростных глаз.
Почва из-под ног ушла, сбрасывая меня в бездну.
Даня стоял в проходе, крепко сжав кулаки и испепеляя взглядом поочередно то меня, то Игоря.