Любовь Демонов: Просто Дыши

- И что же ты поняла? - Спросил Эриксон, когда девушка остановилась, чтобы перевести дыхание и глотнуть уже остывший кофе. Его не особо интересовал ответ на вопрос, ему просто хотелось отвлечься на лишние тридцать или сорок секунд от навязчивых мыслей, которые терзали его последнее время.

- Что насколько бы человек не хотел показаться сильным и счастливым, внутри него всегда есть та часть души, которая с радостью свернётся комочком под одеялом, надеясь, что это её спасёт, - в этих словах определенно было больше смысла, чем Артисс мог сейчас понять.

Время словно стало идти медленнее или вообще застыло, пока они ждали хоть каких-то вестей от врачей. Солнце потихоньку появлялось за горизонтом, и начинались вторые сутки, когда они не спали. За последнее время в этой компании произошло столько событий, сколько обычно не происходит в жизни любого другого подростка. Может то, что они уже не подростки является ответом на вопрос, которым всегда задавался Джастин? Может именно так и выглядит взрослая жизнь?

Наконец, через небольшие стеклянные окошки в белых дверях стал различим приближающийся силуэт. Прошло буквально несколько секунд до того момента, как вышел врач, но и это показалось всем вечностью. Может это просто сон? Может стоит заставить себя открыть глаза, и всё встанет на свои места? Может это всё злая шутка не смешного режиссёра наших жизней? Хотя вариант взрослой жизни всё ещё остаётся возможным.

Человек в белом халате стоял и смотрел на ребят поочередно: Челси, недавно оставившую Джастина одного и удалившуюся к Джейку; Джейка, обнимающего близняшку; Ким, поджимающую колени к груди с самого начала истории Челси; Стива, смотрящего в одну точку на противоположной от него светлой стене; и, наконец, Джастина, глаза которого были полны надежды. Не выдержав взгляда последнего, доктор опустил глаза в пол и пробормотал:

- Простите, я сделал всё, что мог, - после этих слов всех словно ударило разрядом тока, и пять пар глаз устремились на врача.

- Извините, что вы только что сказали, - оклемавшись первой, спросила Ким, пытаясь придать ясность этой ситуации.

- Вашей подруги больше нет с нами, - слова давались ему просто, как будто он говорил их каждый день. Хотя это неудивительно, ведь он врач. - Ещё раз приношу свои извинения, - все тем же отрешённым тоном произнёс человек в белом халате.

У Джастина подкосились ноги; он сел в кресло, с которого вскочил, как только увидел врача, и протер салфеткой руки и лоб.

Слова были жестокими; они глубоко уязвили Эриксона: внутри они будто обжигали его, а снаружи обвевали холодом. Но в ответ он улыбнулся. И это была, я готова поспорить, самая жалкая реакция на такого рода известие. Он сидел с этой улыбкой бессилия, ослабевший от ожидания и бившихся внутри чувств. Его потухший взгляд ясно говорил: «Я хочу отправиться за ней», но это было невозможно. После того, как твоё сердце перестаёт биться, мир не останавливается: он продолжает жить, пока тебя окружает кромешная тьма, в которой тебе предстоит провести ещё не одно столетие.

Джастин как сел, так и остался в кресле.

Всё погрузилось в сон и мрак около него. Он сидел, опершись на руку, не замечал мрака, не слышал всхлипы и голоса вокруг. Ум его утонул в хаосе безобразных, неясных мыслей; они неслись, как облака в небе, без цели и без связи, - он не ловил ни одной.

Сердце было убито: там на время затихла жизнь. Возвращение к жизни, к порядку, к течению правильным путём скопившегося напора жизненных сил совершалось медленно.

Прилив был очень жесток, и Эриксон не чувствовал тела на себе, не чувствовал ни усталости, накопившейся за последние два дня, никакой потребности. Он мог лежать, как камень, целые сутки, или целые сутки идти, ехать, двигаться, как машина.

За что или отчего полюбил он именно её, отчего так отчаянно искал её на протяжении долгих лет, а, когда нашёл, долго не понимал этого непонятного чувства внутри?

Хотя любовь и называют чувством капризным, безотчетным, рождающимся, как болезнь, однако ж и она, как все, имеет свои законы и причины. А если до сих пор эти законы исследованы мало, так это потому, что человеку, пораженному любовью, не до того, чтоб испытывать её, как болезнь, как вкрадывается в душу впечатление, как оковывает будто сном чувства, как сначала ослепнут глаза, с какого момента пульс, а за ним сердце начинает биться сильнее, как является со вчерашнего дня вдруг преданность до смерти, как исчезает своё я и переходит в него или в неё, как ум необыкновенно тупеет или, наоборот, изощряется, как дрожат колени, являются слёзы, паранойя...

Именно поэтому Эриксон ни с кем не встречается. Он боится привязаться к человеку. Даже его лучшие друзья не в курсе того кошмара, что творится у него в голове. Понять, почему он держался на расстоянии от девушки, которая ему нравится, не так уж и сложно. Правда в том, что, подлетев к огню слишком близко, ты можешь сгореть.

Она была искоркой, от которой весь его мир вспыхнул и окрасился новыми эмоциями.

***

Прошла неделя. Неделя, полная скорби, страданий и осознания необратимости процесса. Словно кто-то щелкнул переключатель, и поэтому чья-то жизнь оборвалась. Но это была не просто чья-то жизнь - это была её жизнь, которая ещё только начиналась, которая должна была принести ей много потрясений, как плохих, так и хороших, которая должна была длиться как минимум шестьдесят семь лет, ведь согласно статистике это ожидаемая продолжительность жизни в мире. А нить, отвечающая за эту девушку, просто не выдержала и порвалась, лопнула, как и все надежды, пронесённые через весь тот путь, что остался позади.

Сумерки забрызгали небо розово-рыжими пятнами. Начинает неспешно темнеть. Сквозь деревья пробивается гам воды; он звучит, точно возможность...

Она никогда не узнает, как мы мчались на всех парах в другой город, ради её спасения.

Она никогда не почувствует вкус кофе из того автомата.

Она никогда не вернётся домой ни завтра утром, ни во вторник, ни через три месяца...

Она никогда не вернётся.

Она ушла, и мир продолжает вертеться без неё.

Ещё секунда, и её гроб погружается в холодную, мокрую после дождя, землю.

Сейчас должно было стать легче, ведь именно этого события компания из пяти ждала целую неделю. Но, к сожалению, это не то мероприятие, по окончанию которого жизнь встаёт на своё место, легкие заполняются воздухом спокойнее, а сердце возвращается к привычному ритму. Сейчас это так не работало.

- Мы познакомились много лет назад в компьютерной игре, имитирующей реальность. Звучит иронично, - усмехнувшись, начал Джастин. - Два ребёнка, не познавших жизни, пытались выстроить свои отношения на расстоянии, не замечая времени, проведённого около монитора, просиживая своё зрение. Немногие взрослые способны на такое, но мы смогли. Это стало частью нашей истории, которая со временем, как и всё вокруг, заиграла новыми красками. Сейчас мы все вспоминаем это время с улыбкой на лице и самыми тёплыми чувствами, которые вообще можем испытывать. Единственные чувства, на которые мы сейчас способны, связаны с тобой. Ещё одна ирония, ведь ты больше не увидишь ничего светлого: голубое небо будет появляться и прятаться за облаками, океан продолжит омывать берега, а шумные улицы Лос-Анджелеса никогда не стихнут, охваченные вечеринками.

Да, наверное, это глупо. Кто-то может сказать, что мы были совсем юными, даже скорее маленькими, когда познакомились, но ничего лучше в своей жизни я не делал. Рядом с тобой, Джейком, Стивом, Челси и Ким, даже чертовым Хэйденом я чувствовал себя собой, чувствовал, что я на нужном месте. Когда я был с тобой, я никогда не чувствовал себя одиноким в своём доме горя, со мной была та, кто знакома с его архитектурой так же хорошо, как и я, кто мог пройти со мной из одной горестной комнаты в другую, и вся эта шаткая конструкция из ветра и пустоты уже не так пугала, и мне уже было не так одиноко.

Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Ты ушла, оставив меня одного среди пепла и камней. Расставание было долгим и мучительным. Сам не понимаю, как я умудрился не свихнуться, но, поверь мне, это было тяжело. Джейк не даст соврать, - кивком парень указал на своего друга, словно надгробный камень мог что-то ответить.

- Знакомство, полностью изменившее нашу жизнь, - продолжила Челси, стирая очередную слезу с лица. - В тот день на вечеринке я думала, что узнала тебя, тебя настоящую, когда ты сидела за барной стойкой вся поникшая, а Хэйден, как ни в чем не бывало, шнырял по холодильнику. Тогда я даже не могла догадаться, что проблемы у тебя возникают чаще, чем мы с Ким ссоримся, а ты ведь знаешь, это происходит регулярно, - девушка посмотрела в сторону своей сестры и увидела что-то похожее на улыбку.

- Ты поинтересовалась всё ли у меня в порядке, тогда, в библиотеке, пару лет назад. Знала бы ты, как я удивилась твоему появлению, а уж тем более тому, что ты заговорила со мной. Мне было непонятно, что такая девушка, как ты, делает в библиотеке в обеденный перерыв, - Ким выглядела так, как будто в её голове проносятся все эти воспоминания. - Это была именно та самая ссора, после которой мы все встретились в твоём доме. Я отмахнулась от тебя в доме книг, сидя на полу, но ты не растерялась и не отстала, как это обычно делают другие: просто спрашивают из вежливости, всё ли хорошо, а удовлетворившись ответом, уходят прочь, - ты нашла нужные слова, ты помогла мне.

- Я помню день, когда Джастин не смог ответить на твой звонок, и, естественно, ты сильно беспокоилась, - решил продолжить Стив. - Я сильно удивился, увидев твоё имя на экране своего телефона, и, поразмыслив пару секунд, решил ответить. Это был наш первый разговор один на один и мой первый душевный разговор. Для родителей я был обычным среднестатистическим подростком, для Джастина и Джейка - хорошим другом, который не грузил их своими проблемами, хотя их тоже было не мало, остальные видели просто умного парня в очках. Ты же смогла разглядеть что-то такое, на чем держался весь наш диалог, ты пыталась найти меня настоящего, и тебе это удалось. Не знаю как. Ты обещала рассказать, как ты умудрилась вытворить такое, но не успела, и теперь я никогда не узнаю этого, - повисло молчание. Последним, кто стоял всё это время с задумчивым и в то же время грустным лицом, был Джейк.

- А я просто тебя любил, - немного подождав, сказал парень. - Любил, как свою младшую сестренку. И прекрасно знаю, что это было взаимно. Ты поддерживала все мои шутки и приколы, даже над самой собой. Для меня это был какой-то верх самоиронии: ты превзошла даже меня в этом плане. Я гордился тобой, считая, что общение со мной сделало тебя такой, но как же я ошибался. Именно ты изменила меня, а не наоборот. Ты изменила нас всех. Ты была нашим проводником в сложных ситуациях, всегда знала, как выпутаться, и, вдруг, как по щелчку пальцев, ты нас оставляешь. Знаешь, это затронуло моё самолюбие и оставило огромную дыру в сердце и, уверен, не только в моем...

Повисло долгое и тяжелое молчание, иногда прерываемое всхлипами и шумным дыханием. Было много недосказанных слов, которые никогда не дойдут до получателя. Все взгляды были обращены на надписи, которые красовались на сером камне, как бы смеясь над людьми, ведь камни, в отличие от людей, могут быть вечными.

Виктория Роджерс
1997 - 2018
Дочь, Подруга, Девушка

- Эта девушка - мой ангел. С первой секунды, как увидел её, я знал, Господь послал Вики на Землю специально для меня. Она верила в меня даже тогда, когда я сам уже в себя не верил, - из глаза Джастина потекла слеза. Было видно, насколько парню больно говорить об этом. - С ней я понял, что такое настоящая любовь и, наверное, самую главную её суть. Любовь не может всё исправить. Она не побеждает всё. Настоящая любовь заставляет тебя двигаться дальше, идти и добиваться своей цели, потому что ты знаешь, что она, самый дорогой человек, стоит и наблюдает за тобой. И, что самое важное, настоящая любовь не нуждается в сказках, по типу «жили они долго и счастливо и умерли в один день», ведь дело совсем не в этом. А в том, что она меняет тебя. Сжигает твоё сердце в пепел, для того, чтобы оно восстало как феникс, сильнее и прекраснее, чем раньше.

Все понимали, что это был конец. Настал момент, когда они должны отпустить пять небесных фонариков, а вместе с ними и все эти слова. Сначала Стив, потом Ким, за ней Челси и Джейк и, наконец, Джастин. Перед тем как расстаться с ним, Эриксон долго смотрел на красное сердце, в котором трепыхался маленький огонек. Но это был конец.

На этом история заканчивается. Наша история. Я написал её для того, чтобы ты помнила. Чтобы мы все навсегда запомнили о девушке с фамилией Роджерс. В тот вечер, который должен был стать одним из фильмов. Жаль, что никто никогда не говорил мне, что это будет фильм ужасов. А сейчас только время может сказать, поговорим ли мы друг с другом ещё раз или нет.