Ониксовый шторм

ИМОДЖЕН
Если бы у хаоса было имя, оно бы звучало как Дрейтус.
Дождь колотил по стеклам моих летных очков, пока Глэйн поднималась к трем вивернам, которые изо всех сил пытались разорвать Квера на кусочки. Из-за очень крутой траектории ее взлета мне было крайне тяжело удержаться на месте, но я даже не думала просить ее притормозить. Хотя она бы в любом случае меня не послушала. Боди был в беде.
Я стиснула зубы. Этот идиот просто не понимал. Если мы потеряем и его, и Риорсона, Тиррендор склонит колени перед тем, кого назначит король. Я лучше умру, чем увижу наваррского аристократа на опаленном троне. Мама и Катрина погибли, защищая его. Тлевшее в моей груди пламя вечной ярости разгоралось все жарче. К Малеку эту орду виверн. К Малеку вэйнителей, которые на них ездили. К Малеку этот ебучий торнадо, который прямо сейчас образовывался на краю северного поля. И в задницу приказы оставаться на земле при таком ветре. Мы не потеряем Боди.
Несмотря на невероятное количество виверн, уничтоженное Сорренгейл, их все равно оставалось еще слишком много. И куда подевался этот долбаный Риорсон? Лучше бы он продолжал помогать в северо-восточной башне, потому что в последние двадцать минут я не видела ни следа тени.
«Крут говорит, мы привезли мало кинжалов», – предупредила Глэйн, передавая сообщение Квинн, которая находилась в арсенале башни внизу.
Вот дерьмо!
«Мы привезли два ящика!»
Этого количества было достаточно, чтобы развязать войну в нашем собственном королевстве – учитывая, что Риорсон утаивал производимое нашей кузницей оружие от короля Таури.
«Нуирлах говорит, что они послали за еще одной партией».
Прозвучало не очень обнадеживающе.
«Туда же четыре часа пути в одну сторону. Как… – Твою ж мать. Феликс знает о Гаррике. Боги, к этому моменту он, должно быть, в шаге от выгорания. – Тогда мы будем держаться и молиться, чтобы Сорренгейл удалось остановить эту проклятую бурю».
«А еще Крут передает, что тебе надо пить больше воды. Мы сражаемся дольше, чем рассчитывали».
Я усмехнулась.
«Пусть Крут передаст Квинн, что я в полном порядке».
Как это было похоже на Квинн – беспокоиться обо мне в момент, когда она делала основную работу.
Голова Глэйн резко дернулась вверх.
«Квер страдает», – сообщила она мне тем ворчливым тоном, который обычно означал, что она вот-вот сделает что-то импульсивное и необдуманное.
И точно: она изогнула крылья и стала подниматься почти вертикально вверх.
Чтоб тебя. Я понадежнее просунула ботинки между чешуйками и покрепче схватилась за них руками. Практически лежа на спине Глэйн, уткнувшись головой под гребень и прижавшись щекой к ее чешуе, я уменьшала сопротивление ветра при подъеме.
Было ошибкой посмотреть вниз на горящий город, но я не смогла не заметить двух виверн, пересекавших наше воздушное пространство. Кэт моментально взлетел на перехват. Я удивленно моргнула. Похоже, Аэтос каким-то образом превратился в нарушителя правил.
«Держись», – предупредила меня Глэйн.
Обычно я не получала и этого.
Она замедлилась на одну тошнотворную секунду, я напрягла каждый мускул, как можно крепче прижимаясь к ее спине, чтобы из всадника и дракона мы слились в одно существо. Глэйн проделывала этот маневр слишком много раз, чтобы я не понимала, насколько дерьмово мне сейчас будет.
Она атаковала снизу, сложив ради защиты крылья, обнажив клыки, выставив когти и взмахнув хвостом вверх.
Я полностью сосредоточилась на том, чтобы удержаться, свисая в воздухе вверх ногами, а хвост-кинжал пронзил следующую виверну. Брызги крови окрасили дождь в багровый. Несмотря на покрытые резиной перчатки, моя хватка ослабла, и я постаралась засунуть ладони как можно глубже между чешуйками.
«В любой момент».
«Ладно», – вздохнула Глэйн.
И мы рухнули вниз.
Меня надежно прижало к ее чешуе, а Глэйн тянула и тянула за собой виверну с неба. Кости треснули, плоть разорвалась, и Глэйн отшвырнула тушу, словно мусор. Серая масса камнем рухнула вниз, Глэйн перевернулась в воздухе, и я наконец-то оказалась на ее спине, а не под ней.
«Семнадцать!» – провозгласила она.
«Я почти уверена, что это была шестнадцатая».
Воспользовавшись ее чешуйками как лестницей, я забралась обратно в седло и постаралась протереть рукавом стекла очков. Где-то здесь должна была быть руна, которая оберегала стекла от капель дождя.
«Та первая тоже считается», – возразила Глэйн, в то время как мы неслись к Кверу и оставшимся вивернам.
«Ту первую убил Кэт».
«Но только после того, как я ее ранила!» – рявкнула она.
«Все еще не считается убийством».
Как следует разглядев, с чем нам предстоит столкнуться, я сглотнула. Квер снова и снова взмахивал своим хвостом-мечом, отгоняя виверну позади себя, но его грудь по диагонали пересекала глубокая кровоточащая борозда, без всяких сомнений оставленная когтями виверны перед ним.
«Я хочу их обеих», – качнула головой Глэйн.
«Займись той, которая у него за спиной», – предложила я в надежде, что она в настроении прислушаться ко мне.
С Глэйн никогда не угадаешь.
«Отличный выбор», – согласилась она с ноткой жуткого ликования в голосе.
Боди держал в руке меч, но не мог дотянуться до врагов, поскольку все трое по спирали падали вниз. Мы должны были перехватить их.
Держась за луку седла одной рукой, я вытащила клинок. Я могла бы держаться в седле и без рук – мои бедра были достаточно сильны, – но Глэйн же непредсказуемая, а я не собиралась сегодня умирать.
Голубое пламя окутало всю голову Квера, от морды до рогов, и Боди пригнулся, когда остатки огня прокатились по шее дракона, впрочем, рассеявшись до того, как добраться до всадника. Я быстро выдохнула, пытаясь избавиться от неожиданной тяжести в груди. Это было слишком близко.
Затем я сосредоточилась на верхней виверне, выискивая слабые места…
Глэйн резко отклонилась от прежнего курса, делая крен влево, и устремилась за виверной, которая пыталась добраться до живота Квера.
«Я передумала».
«Я заметила».
Глэйн, словно таран, врезалась в виверну, и я покрепче вцепилась в луку седла, когда от внезапного изменения скорости меня резко бросило вперед. Мой пульс участился, когда до меня донеслись безошибочные звуки рвущейся чешуи, но по нашей связи я ощущала только решимость и ярость – не боль.
Над плечом Глэйн появилась огромная голова, и на долю секунды я не видела ничего, кроме щелкающих зловонных зубов, с которых что-то стекало.
Да пошло оно все.
«Лети ровно!» – велела я Глэйн, поднимаясь на ноги.
Затем я пробежала по скользким чешуйкам на ее шее мимо клацнувших зубов виверны. Пасть твари вновь раззявилась, и вдоль спины Глэйн пронеслась струя синего пламени.
Хорошо, что меня в седле не было.
Прежде чем виверна успела дотянуться до горла Глэйн, я вонзила меч ей в глаз и изо всех сил надавила. Лезвие ушло в мягкую плоть с тошнотворным хлюпаньем. Пронзительный визг твари ударил мне по ушам, а затем виверна резко дернула головой, едва не отправив меня в самостоятельный полет, и я мигом усомнилась во многих сделанных мною жизненных выборах. Я крепко вцепилась в стальное навершие на рукоятке меча, и, когда виверна рухнула вниз, оружие осталось у меня в руках.
Глэйн нырнула следом за падающей грудой чешуи и крыльев, и я завалилась назад. Моя задница пересчитала все чешуйки на шее драконицы прежде, чем столкнуться с гребнем седла.
«Ты шутишь?»
Не выпуская из рук меча, я забралась в сиденье и приняла позу, к которой мои мускулы привыкли больше.
Слева мелькнуло красное пятно. Кэт.
«Ты разве упала? Нет. Я с нытиком не связалась бы».
Глэйн понеслась сквозь дождь вниз, а затем вцепилась виверне в шею и вырвала твари горло.
Я отклонилась влево и смогла – с трудом – уклониться от брызг крови.
«Восемнадцать!» – триумфально заявила Глэйн, расправляя крылья, чтобы выйти из пике и вернуться обратно к северной стене.
«Семнадцать, если следовать твоей логике: я ранила ее первой!»
Еще одна серая туша размытым пятном рухнула впереди нас. Я подняла взгляд и увидела, что к нам спускаются Кэт и Квер. В правом крыле Квера зияла дыра, от рваной раны на груди наверняка останется шрам, но с этого ракурса я не могла разобрать, ранен ли Боди.
Голова Глэйн дернулась: вдали, на южной стороне города, виверна выдохнула синее пламя и подожгла ряд деревьев.
«Летим за этой».
«Это не наша линия обороны».
Восточную, южную и западную части города, которые из-за ветров быстро превращались в эпицентр битвы, удерживали Каори и другие офицеры. Однако они лишились своего самого сильного всадника – Гаррика. И нигде не было видно Шрадха.
«Для столь решительного человека ты еще не совершила ни одного решительного действия…» – принялась было читать лекцию Глэйн.
«Прекрати немедленно, и я соглашусь, что ты убила восемнадцать виверн».
Мы спускались к городу, и все мои мышцы напряглись. Вэйнители перестали тянуть резину и взялись за нас сами. Спиральная башня была окутана синим пламенем – спасибо двум вивернам, взбирающимся по ее стенам. Пламя метнулось вверх, стоило только стоявшей на вершине достопримечательности темной заклинательнице в безвкусном алом балахоне взмахнуть посохом. Летуны на грифонах взмыли в воздух, направляясь к новой угрозе.
Меня охватило тоскливое предчувствие. Их еще так много, а наши силы истощены: трое драконов погибли, еще четверо раненых лежали вдоль западных стен, рядом с бесчисленным количеством убитых и пострадавших грифонов. Истекающие кровью летуны делали все возможное, чтобы помочь им, и я отвела взгляд от, скорее всего, смертельной раны на боку большого коричневого грифона с отрубленным хвостом.
«Приказы?»
Я всегда знала, что умру в бою. Просто не хотела умирать сегодня.
«Башня!» – рявкнула Глэйн.
Квинн.
Я бросила взгляд налево, и мое сердце замерло. Один темный заклинатель в пурпурном балахоне с таким видом шагал по восточной стене, словно она принадлежала ему, а другой, в багровом боевом костюме, приближался по северной. Оба направлялись к башне, где находился единственный человек на всем этом поле боя, который что-то для меня по-настоящему значил. И она, скорее всего, даже не догадывалась, что вэйнители идут.
«Свяжись с Крутом».
«Уже».
Мы неслись к башне. Мое сердце колотилось с той же скоростью, с какой Глэйн махала крыльями. Мы ничего не могли сделать с воздуха. Я должна была спешиться.
Глэйн зарычала.
«Ты знаешь, что я права. И я не брошу ее умирать».
Я убрала меч в ножны и, несмотря на ревущий ветер, толкавший меня в спину, направилась к ее плечу. Приказы я смогу получить и позже, идти нужно было сейчас.
Пехотинцы отчаянно сражались, пытаясь остановить темных заклинателей, но те расшвыривали их в стороны, словно кукол. Солдаты падали со стен высотой в пятьдесят футов и умирали, освобождая дорогу вэйнителям.
Меня охватил ужас. Сердце бешено колотилось.
«Ты должна защищать башню вместе с командиром крыла», – с недовольным рычанием передала Глэйн, подлетая к стене.
«Отлично. Давай к стене, сейчас же».
Темные заклинатели были уже в десятке шагов от дверей башни, а двое уцелевших стражников, стоявших на арбалетной платформе, казалось, вот-вот обратятся в бегство.
Проклятье. Предполагалось, что они будут в безопасности. Никто не должен был знать, что происходит в этой башне, но целенаправленное движение этих темных заклинателей доказывало, что они оба были в курсе.
«Твоя смерть станет раздражающим событием».
Поравнявшаяся с северной стеной Глэйн сбавила скорость ровно настолько, чтобы я выжила при прыжке, и вытянула переднюю лапу.
«Аналогично».
Я сбежала вниз по чешуе. Квинн была в опасности, поэтому у меня не было времени на страх, не осталось пространства для ошибок. Добравшись до когтей Глэйн, я без колебаний прыгнула вперед.
Бешеный пульс эхом отдавался в ушах, северная стена устремилась мне навстречу. Я согнула колени, чтобы погасить силу удара, и, как только мои ботинки коснулись каменной кладки, бросилась бежать, иначе инерция меня бы погубила. Едва избежав близкого свидания моего лица с мокрым камнем, я устояла на ногах и рванула следом за одетым в багровое вэйнителем.
Между нами было шагов сорок.
Потом стало тридцать.
У основания башни началась какая-то суматоха, но я не сводила взгляд с темного заклинателя и посоха в его правой руке.
«Они выносят оружие», – откуда-то сверху сообщила Глэйн.
Хорошо. Мои легкие горели, но дышать сразу стало легче. Квинн будет в безопасности.
Рядом послышался топот, сбоку мелькнул металл. Аэтос нагнал меня справа. Половина его лица была залита кровью, в руках командир крыла сжимал кинжал и щит высотой в половину его роста.
Твою ж мать, это нехорошо.
Двадцать шагов.
Я отринула саму мысль о страхе и направила в движение всю свою ярость. Вытащила из наплечных ножен один из кинжалов с навершием из сплава и приготовилась нанести удар. Мы были почти у цели.
Темный заклинатель неожиданно остановился, развернулся с поистине сверхъестественной скоростью и замахнулся посохом в нашу сторону. К нам смертоносным потоком устремилось пламя, и, пока мы спешно тормозили, я за долю секунды перебрала в голове все имеющиеся в нашем распоряжении варианты.
Он попадет в нас? Мы погибли. Мы прыгнем со стены? Мы погибли.
«Ты не сгоришь!» – потребовала Глэйн.
Блядь, мне очень не хотелось этого делать, но я мысленно открыла дверь в дом моего детства и наполнила тело силой Глэйн.
– Встань… – начал было Аэтос.
– За меня! – рявкнула я, вцепившись в его щит.
Он удивленно распахнул глаза, но щит отпустил. У нас было всего несколько секунд, поэтому я перевернула щит, ухватилась за кожаный ремень, грохнула нижний край о камни и спряталась за нашей единственной защитой.
Аэтос нырнул следом за мной. Сила устремилась в мои пальцы так быстро, что я стиснула зубы, чтобы не закричать. Жар окутал нас, и кожаный ремень затвердел, когда щит превратился в камень. Огонь ревел, полыхал и обтекал нас. Мы были скалой в реке, разделяющей поток воды.
Жар рассеялся, и Аэтос тут же вынырнул слева и метнул кинжал. Я, сжимая в руках свой клинок, вскочила на ноги.
Выражение шока так и не покинуло лицо темного заклинателя, когда он посерел, усох и сорвался со стены.
Один был готов, но два последних стражника исчезли из виду, и я успела заметить, как пурпурное пятно скрылось в дверях башни. Хуже того: еще один одетый в багрянец вэйнитель быстро шагал вдоль восточной стены.
Аэтос выпрямился и выхватил оставшийся кинжал.
– Я им займусь. Разберись в башне. – Он мельком глянул на окаменевший щит, затем бросился бежать, я припустила за ним изо всех оставшихся сил. – Об этой херне потом поговорим! – крикнул он через плечо, но я уже обогнала его, придав себе ускорение с помощью малой магии.
Крут ревел, приближаясь к земле, но Дрейтус, как и все остальные города Поромиэля, был специально построен таким образом, чтобы не давать драконам приземляться на его узких улочках.
Из дверей башни выскочили две насмерть перепуганные женщины с вопящими карапузами на руках. Когда я поравнялась с ними, взгляд той, что повыше, зацепился за меня.
– Вы должны ей помочь! Мы заблудились и попали не в ту башню, а она…
– Бегите на запад! – крикнула я, указав в том направлении, откуда прибыли мы с Аэтосом. Командир крыла тем временем бежал к темному заклинателю. – И быстро!
Они кивнули и именно так и поступили.
Я заскочила в дверной проем и заморгала, пытаясь приспособиться к тусклому освещению. Затем принялась спускаться по винтовой лестнице вниз, ища того, про кого говорила женщина.
– Где же ты?
Скрипучий, полный разочарования рев заполнил башню, и ком встал в горле, когда я свернула за угол третьего этажа.
По лестничной площадке метался вэйнитель в пурпурной одежде, пытаясь достать кинжалом с зеленым лезвием Квинн, которая мелькала вокруг него, появляясь в одном месте только для того, чтобы через несколько секунд исчезнуть и возникнуть где-то еще. Их было две… нет, три Квинн кружило вокруг темного заклинателя.
Ее здесь не было – это были проекции. От облегчения у меня едва колени не подкосились.
Я остановилась вне поля зрения вэйнителя и перегнулась через перила, пытаясь найти Квинн внизу, но никого не увидела. Скорее всего, она была уже в нескольких кварталах отсюда, вместе с Феликсом обустраивая новый арсенал. Перехватив кинжал за острие, я принялась спускаться по ступенькам, подбираясь на расстояние броска.
Стоп.
Квинн нашлась несколькими ступеньками ниже меня. Прикрепив к спине свой лабрис, она аккуратно приближалась к разъяренному темному заклинателю, который быстро поворачивался то в одну, то в другую сторону, размахивая кинжалом, пока проекции Квинн порхали вокруг него, отвлекая внимание.
Я метнула свой кинжал в тот же миг, как Квинн сделала выпад своим, а вэйнитель повернулся в нашу сторону. Его глаза вспыхнули и тут же остекленели. Он посерел, съежился и рухнул у ног Квинн с двумя кинжалами в груди.
– Мы его достали!
Я торжествующе вскинула руки и перепрыгнула оставшиеся ступеньки. И тут Квинн повернулась ко мне, неверяще смотря на свою грудь.
Нет! Кинжал вэйнителя торчал между ее ребрами в районе сердца. Мир вокруг меня застыл. Квинн пошатнулась, ее испуганный взгляд встретился с моим.
– Нет! – крикнула я и бросилась к ней. Квинн начала оседать на пол, но я успела подхватить ее, и в итоге мы вместе упали на ступеньки, и каменная стена оцарапала мою спину. Я осторожно устроила Квинн в своих объятиях. – Квинн, нет!
– Они выбрались? – хрипло спросила она.
Вокруг кинжала расплывалось кровавое пятно.
– Мы сможем тебя починить, – пообещала я и внезапно поняла, какая же Квинн стала тяжелая. – Нужно просто найти восстановителя…
– Выбрались? – повторила она, опустив голову на мою руку.
Женщины. Дети. Они никого не теряли. Они хотели сказать, что Квинн их спасла.
– Ага. – Я кивнула. Глаза жгло. Горло сдавило. – Они справились. Ты их спасла.
– Хорошо… – На губах Квинн появилась слабая улыбка.
– Ты только держись, ладно? Мы обязательно тебе поможем! – Я посмотрела вверх и вниз, но мы были одни на этой долбаной лестнице. Должен же был кто-то быть рядом. Может, Аэтос?
«Приведи помощь!» – крикнула я Глэйн.
– Прости, – мягче, чем я когда-либо слышала, мягче, чем я когда-либо хотела услышать, произнесла Квинн. – Но мне уже никто не поможет.
– Неправда.
Я покачала головой. На глаза навернулись слезы.
Квинн будет в порядке. Веселая, жизнерадостная, которой везде и всегда хорошо, она будет смеяться вместе с Джаксом, будет свисать вниз головой с моей кровати, разметав свои кудряшки по полу и читая мне лекцию о чувствах…
Чей-то полный боли рев сотряс камень за моей спиной. Крут.
– Здесь нет восстановителей, и никакая руна не исцелит такую рану, – с проклятой успокаивающей улыбкой произнесла Квинн. – Ты не сможешь это исправить, Джен. – Ее лицо исказилось от боли, и я была готова поклясться, что чувствую эту боль в своей груди, что она разрывает мне мышцы и обнажает вены. Ее дыхание сделалось прерывистым. – Прошу тебя, скажи Джаксу, что я люблю его.
– Нет. – Я смахнула скатившуюся по щеке слезу прежде, чем она сорвалась на волосы Квинн. – Ты сама скажешь. Через пару месяцев ты закончишь учебу, а потом выйдешь за него замуж в том самом красивом черном платье, которое ты выбрала, и будешь счастлива.
– Скажи ему, что он был самой лучшей частью моей жизни. – Губы Квинн изогнулись, взгляд скользнул куда-то мимо меня. – Ты не в счет, Крут. Ты стал моей жизнью. – Она снова посмотрела на меня, и лицо ее побелело. – Пожалуйста, Джен. Он с офицерами на юге, и я не…
Я кивнула:
– Я скажу.
Это же не могло быть правдой, не так ли? Как это могло быть правдой?
– Спасибо, – прошептала Квинн и как-то обмякла, стала моргать медленнее. – Передай моим родителям, что это того стоило. Я рада, что ты сейчас со мной. Парапет у порога Малека. Мне так жаль, что в этот раз мне придется идти первой. – Ее дыхание прерывалось. – И обязательно признайся ему в своих чувствах, Джен. Скажи ему, и ты тоже обретешь немного счастья.
– Квинн… – Мой голос сорвался. – Не уходи. Не бросай меня, – взмолилась я, утирая еще одну слезу. Мое зрение то прояснялось, то затуманивалось. – Ты – моя лучшая подруга, и я люблю тебя. Пожалуйста, не умирай.
Ее жизнь не должна была закончиться на какой-то темной лестнице в Дрейтусе.
Такого просто не могло быть. Это я должна была погибнуть. Квинн должна была жить вечно.
– И ты – моя лучшая подруга. Я тоже тебя люблю. – Улыбка Квинн превратилась в гримасу, и у меня по щеке скатилась еще одна слеза. – Мне так страшно. Я не хочу бояться.
Мое лицо исказила гримаса боли, но я постаралась скрыть ее.
– Не бойся. – Я покачала головой и выдавила из себя улыбку. – Моя мама позаботится о тебе. И Катрина тоже. – Еще одна гримаса боли. – Она немного задавака, но она будет рада, что у нее появилась еще одна младшая сестричка. Я постоянно рассказываю им про тебя. Они знают, кто ты. Не бойся.
Дыхание Квинн было уже едва заметным.
– Они знают, кто я…
Я кивнула:
– Они знают, кто ты. Они полюбят тебя. Тебя невозможно не любить.
– Имоджен, – выдохнула Квинн, и ее глаза закрылись.
– Я здесь, – прошептала я, не сумев заставить себя произнести эти слова громче, потому что мое горло стиснуло горе.
– Мы выжали из этого максимум…
С этими словами Квинн обмякла в моих руках. Когда я поднесла дрожащие пальцы к ее шее, пульса не было.
Квинн умерла.
Я провела рукой по ее лицу и крепко прижала к себе.
Крик, вырвавшийся из моей груди, отчаянным эхом отразился от камня. Он становился тише и тише, и наконец я замолчала.
«Привет! Я – Квинн Холлис. Я решила, что мы должны стать подругами», – сказала она мне, когда мы поднимались на башню в День новобранца.
«Ты же понимаешь, что мы сейчас ступим на парапет и можем умереть в любую секунду?»
«Ну, если это будет короткая дружба, то мы выжмем из нее максимум».
Запутавшись в своих воспоминаниях, я тупо смотрела на противоположную сторону лестницы. Прямо на моих глазах камни начали бледнеть, а затем один за другим терять свой цвет. Мое сердце каким-то образом продолжало биться, отсчитывая то, что я привыкла называть временем, а камни теряли цвет так неспешно, что я задалась вопросом, уж не забрала ли Квинн, уходя из этого мира, весь цвет вместе с собой.
– Квинн! – проревел кто-то наверху, и послышались громкие шаги. – Ты где? Нам нужно уходить… – Слева от меня послышался глубокий вдох. – Имоджен? Ох, твою ж мать.
Я медленно повернулась на звук голоса. На ступеньку выше нас присел Гаррик. В его карих глазах было столько страдания, столько сочувствия, что по моим щекам вновь потекли слезы.
– Квинн умерла.
Даже произнеся это вслух, я по-прежнему не осознала реальность случившегося.
Его лицо вытянулось.
– Мне так жаль. – Гаррик посмотрел вниз. – Но нам нужно идти. Там полдюжины вэйнителей, они приложили руки к городским стенам и высасывают жизнь из города. Нам нужно идти.
Я крепче прижала Квинн к себе, не в силах постичь саму мысль об уходе, как будто оставался какой-то крошечный шанс, что, если я прожду здесь достаточно долго, она оживет.
– Я не могу. Просто уходи.
«Я с тобой. Ты не можешь умереть», – прорычала Глэйн.
Гаррик стиснул зубы:
– Ты должна. Мы должны уйти, иначе они высосут и нас тоже!
– Я не оставлю ее!
– А я не оставлю тебя! – Гаррик приобнял меня за плечи. – Я не оставлю тебя, Имоджен, – повторил он еще раз, уже мягче. – Мы заберем Квинн, но нам нужно уходить немедленно. Позволь мне взять ее.
Я заметила синяки под его прекрасными глазами, необычайную бледность его точеного лица. Гаррик был вымотан до предела, и впервые в жизни мне было все равно, что он видит меня в таком состоянии – он и сам пребывал в похожем. Я кивнула.
– Хорошо. – Он быстро спустился на ступеньку ниже нас, пинком убрав что-то с дороги, и обнял нас обеих.
Я покрепче прижала к себе Квинн, чтобы она не выскользнула, когда Гаррик поднимет нас с пола. И тут площадка под нами утратила цвет.
– Давай вытащим вас отсюда. – Он сделал шаг.
Охватившие нас тепло и свет заставили меня зажмуриться, живот свело судорогой.
Когда я вновь открыла глаза, мы были уже в другом месте. За открытой дверью шел дождь, в нос ударили запахи дыма и серы.
– О боги, – ахнула профессор Трисса, когда Гаррик опустил меня с Квинн на теплый каменный пол неприметного здания. Может, это был магазинчик?
Тело Квинн выскользнуло у меня из рук, и Гаррик, поддерживая голову Квинн рукой, помог мне положить мою лучшую подругу на пол.
– Вэйнитель, – одним словом объяснил он. – Вы творите чары? – спросил он у Триссы.
– Начинаем. – Ее взгляд метнулся ко мне. – Они будут слабыми, пока мы не сможем подкрепить их большей силой, но это – наш лучший шанс.
– Этого по-прежнему недостаточно. – Гаррик поднялся на ноги и понурился. – Я не могу… – Он вздохнул и вышел наружу.
Подчиняясь простому инстинкту следовать, я поднялась на ноги и заставила свое тело двигаться. Шла битва. Мы были на войне. Малек может унести еще больше жизней. Я прошла мимо маленькой комнаты, в которой возле ящиков с кинжалами работал Феликс. Там все было просто пропитано силой, даже воздух гудел.
Затем я вышла под дождь и осмотрелась. Город горел. Среди разрушенных зданий валялись тела виверн и грифонов. Кричали гражданские. Пролетевший по небу Крут сбил виверну прямо на землю. Боди на четвереньках стоял посреди площади, его громко рвало.
Если темные заклинатели высасывали городские стены, мы были на очереди.
– Ты куда? – крикнула я Гаррику в спину.
– Я не могу больше перемещаться. Даже если я доберусь до Аретии, я ни за что не успею накопить достаточно сил, чтобы вернуться, – ответил он. – Так что лучше бы мне найти какой-нибудь другой способ хоть что-то сделать.
Я вытащила свой последний кинжал с навершием из сплава и взглянула на кишевшее вивернами небо. Затем я вернулась обратно в дом, забрала последний кинжал Квинн из ее набедренных ножен и потянулась к Глэйн.
«Передай всем всадникам, которые находятся внутри городских стен, чтобы они прилетели сюда и разоружились. Только так мы сможем пережить битву».
К северу от города небеса продолжали чернеть. Уж лучше бы Сорренгейл справиться со своей задачей и уничтожить их гребаного командира, иначе все наши жертвы, все наши усилия окажутся напрасны.