Ониксовый шторм

– Ты уверен, что здесь должна быть именно я? – спросила я Сойера два дня спустя, когда мы в полпятого утра стояли с ним, Тэйрном, Андарной и Слизегом посреди летного поля. – Я не самый лучший вариант, чтобы ловить тебя в случае, если все пойдет плохо.
Он затянул лямки на рюкзаке:
– Не самый лучший. Но ты – единственная, кого я хочу видеть свидетелем моего позора, если я хлопнусь на задницу.
– Или кто отправится за помощью, если ты сломаешь ногу?
Сойер слабо улыбнулся:
– Давай надеяться, что обойдется без этого.
– Хочешь поговорить об этом? – Я указала на Слизега.
– Спасибо, я уже говорил с Есинией. Я готов. Ты нужна мне для более… практической части. – Он кивнул в сторону Слизега, затем присел и потянул за рычаг на внутренней стороне своего протеза. Плоский кусок металла шириной в два дюйма и с изогнутым концом выскочил из носка его ботинка. – И это не первый мой раз. Мне нужно второе мнение, потому что вчера все закончилось для меня не так уж и хорошо.
– Это ты сделал? – Выглядело очень круто.
– Ага. – Сойер встал и посмотрел на левую переднюю лапу Слизега. Красный мечехвост был меньше Сгаэль, но, если учесть, что собирался проделать Сойер, когти дракона все равно казались громадными. – Его чешуя в этом ряду не перекрывается. – Он указал вверх. – И в теории крюк просто должен цепляться за верхнюю часть каждой чешуйки, пока я поднимаюсь, но я не могу забраться, не сверзившись…
Слизег поднял над нами голову и выдохнул струйку пара, которую мне придется вытирать с моих очков. Проклятье. Было еще слишком рано для такой липкости.
– Я не о тебе говорил, – возразил Сойер. – Мы же уже обсуждали с тобой узор твоей чешуи, и тебе вовсе не нужно…
Слизег выдохнул очередную струю пара, и мое лицо обдало жаром. Если он добавит еще немного температуры, я заработаю ожог.
Тэйрн выступил вперед и наклонил голову к Слизегу с таким выражением, какого я бы никогда не хотела видеть в свой адрес.
Андарна быстро повторила движение Тэйрна.
– Потому что я не хочу, чтобы тебе приходилось это делать! – крикнул Сойер.
Слизег нехорошо прищурился в ответ.
Это был бы действительно нелепый способ умереть.
«Он не посмеет», – предупредил Тэйрн.
– Просто дай мне попробовать, – упрямо заявил Сойер.
Слизег оскалился.
Сойер оскалился в ответ.
«Я никогда не пойму отношений других всадников со своими драконами», – заявила я по связи.
Я едва понимала свои собственные, но, похоже, моя тактика максимально не трогать Андарну работала, раз уж она была здесь. Хотя она едва ли могла переждать здесь все время нашей ротации в Аретии, но я сочла ее появление своей победой.
«А тебе и не нужно их понимать», – заметил Тэйрн.
– Ну, поехали. – Сойер повел плечами и бросился к когтю Слизега.
Он успел сделать два шага, прежде чем носок его ботинка застрял в грязи, и Сойер рухнул лицом вниз.
Проклятье. Я рванула за ним, схватилась за его рюкзак и потянула на себя обеими руками, возвращая Сойера в вертикальное положение, прежде чем он успел изваляться в грязи полностью. Мои плечи предательски захрипели, но суставы оказали мне любезность и обошлись без вывиха.
– Спасибо… – пробормотал Сойер, уставившись на ботинок. – Видишь?
– Вижу. – Я присела, чтобы осмотреть устройство вблизи. – Ты можешь нажать на рычаг ногой?
– Теоретически, – ответил он. – Но, возможно, он немного маловат для этого. А у меня нет времени вносить в конструкцию какие-то изменения перед сегодняшним перелетом.
– Давай тогда попробуем как есть. Ты можешь доработать его в Аретии. Никто из нас не хочет оставлять тебя здесь. – Грязь чавкнула у меня под ботинками, когда я поднялась на ноги. – Бежать же ты можешь?
Сойер кивнул:
– Я бы не стал это пробовать, если бы не мог бегать. Однако моя походка не такая, как раньше, я не могу сгибать ногу под нужным углом. Мне просто не хватает ловкости, чтобы взбегать по всей длине его лапы, как я привык.
– С этим можно поработать. – Я тоже кивнула. – Как тебе такой вариант? Ты бежишь точно так же, как раньше, а когда начинаешь чувствовать, что тебе не хватает инерции и ты вот-вот упадешь, дергаешь за рычаг и карабкаешься оставшуюся часть пути?
Сойер покосился на меня:
– Ты прошла так Полосу, не так ли?
– Типа того. Я дождалась, пока не стала заваливаться, после чего воткнула кинжал в древесину и подтянулась наверх. Но я почему-то сомневаюсь, что Слизег оценит данный подход. – Я еле заметно ухмыльнулась.
Слизег фыркнул, на этот раз обойдясь без пара, в подтверждение моих слов.
– Я попробую. – Сойер захлопнул рычаг и кивнул. – Ну, поехали.
Он бросился бежать, а Слизег максимально выпрямил лапу, чтобы облегчить ему подъем. Длинные ноги Сойера легко преодолели первые несколько десятков футов, но затем его продвижение замедлилось, и я затаила дыхание.
Где-то на полпути Сойер пнул рычаг и прижался к лапе Слизега, его нога несколько мгновений, на время которых у меня замерло сердце, искала места для захвата и нашла его.
– Получилось! – крикнула я. – Теперь карабкайся!
Левый ботинок держался, как и было задумано, но вот правый соскальзывал, оставляя полоски грязи на красных чешуйках Слизега.
Моя грудь сжалась от боли, когда Сойер попытался снова, затем еще раз, но все с тем же результатом.
– Проклятье! – крикнул он и прижался лбом к лапе Слизега.
«Я могу расправить хвост и поднять его», – предложила Андарна, подобравшись поближе.
Теперь мое сердце сжалось по совершенно другой причине. Это была ее первая положительная реакция с самого нашего возвращения.
«Это очень достойное предложение», – сказала я ей, после чего озвучила его Сойеру.
– Нет! – воскликнул он. – Спасибо, но нет.
Слизег глухо зарычал, а я продолжала беспомощно стоять на месте, зная, что ничем не могу помочь.
– Потому что это не то же самое, – полным разочарования голосом возразил Сойер, и я поняла, что он говорит не со мной. – Ты и так рискнул ради меня, и я не могу просить тебя обесчестить… – Он запнулся.
«Так вот что ты чувствуешь, когда подставляешь мне плечо? – спросила я Тэйрна. – Бесчестье?»
«Я второй по величине дракон на Континенте и уважаемый воин. Истории о моих свершениях легендарны. Моей самке нет равных. Мои подвиги…»
«Это не ответ на мой вопрос», – перебила я Тэйрна прежде, чем он принялся перечислять свои заслуги.
«Чтобы обесчестить меня, нужно нечто большее, чем простая смена позы», – ответил Тэйрн.
«Но тебе никогда прежде не приходилось менять позу для всадника, не так ли? Ни ради Наолин, ни ради…»
«Мы не говорим о тех, кто был раньше».
Нашу связь затопила мучительная волна боли, и я тут же пожалела о своем выборе слов.
Андарна подняла голову и наградила меня обвиняющим взглядом своих золотистых глаз.
«Я знаю!» – Я вскинула руки в знаке поражения.
– Ты же знаешь, что я вовсе так не думаю, – произнес Сойер, когда его руки начали дрожать. – Мы это уже проходили! Любой всадник на моем месте поступил бы так же! – Он покачал головой, потянулся к следующей чешуйке и подтянулся наверх, набирая пару футов с трудом завоеванного расстояния. – Разумеется, я тебя не виню! Это не… – Его голова резко повернулась в сторону морды Слизега. – Нет, я тебя не наказываю. Ради Амари, ты дашь мне хотя бы слово вставить?
Судя по воцарившейся тишине, Слизег не дал.
Мой рюкзак с каждой минутой становился все тяжелее. Поясница перестала ныть и начала откровенно кричать. Я переступила с ноги на ногу, перемещая вес.
– Потому что моя нога стоила и стоит твоей жизни! – огрызнулся Сойер, когда не смог дотянуться до сочленения следующей чешуйки. – Ну разумеется, ты можешь чувствовать то же самое. – Его руки соскользнули к предыдущему сочленению. – Ох.
Слизег фыркнул, затем вытянул левую лапу, скользя когтями по грязи.
Медленно его лапа приняла почти горизонтальное положение.
Мое горло сжалось, когда Сойер отпустил чешуйки и медленно поднялся на ноги. Расставив руки в стороны, словно кадет на Парапете, он начал шаг за шагом подниматься вверх. Я тем временем уловила какое-то движение краем глаза.
«Твои однокурсники прибыли», – пояснил Тэйрн.
Я не отрывала взгляда от Сойера до тех пор, пока он не добрался до плеча Слизега и не опустил руки. Его следующие движения были точными, быстрыми и уверенными, а через несколько секунд он оказался в седле.
Слизег выпрямился в полный рост, и я отступила назад для лучшего обзора.
– Выглядит так, словно ты уже сидел в седле раз или два! – крикнула я, когда Сойер устроился.
– Такое чувство, что я отсюда и не уходил, – с ухмылкой ответил он. – Я могу летать.
– Ты можешь летать, – согласилась я, широко улыбаясь. – Так имеет ли значение, как ты оказался в седле, или же важен лишь факт, что он выбрал тебя?
– Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, – с мягкой улыбкой ответил Сойер.
– Знаю, – кивнула я, затем повернулась к Андарне и отправила по связи сообщение только ей. – «Взгляни на меня».
Она уставилась на меня.
«Ты можешь горевать».
Раз уж мои слова не работали, может, сработают ее собственные?
Золотистые глаза не мигая смотрели на меня.
«Ты можешь горевать, – повторила я, – и, когда и если ты будешь готова об этом поговорить, я буду рядом».
«Ты не говоришь о своем горе, – возразила Андарна. – Он – тоже».
Кончик ее хвоста вильнул в сторону Тэйрна.
А она была права.
«Я иду к этому, – медленно произнесла я. – Да и он тоже не идеален».
Ноздри Андарны раздулись, а чешуя сменила окрас на фиолетовый, который она обычно и предпочитала.
Я кивнула и предпочла закрыть тему, но это определенно было похоже на прогресс.
– Хвала Амари, – прошептала подошедшая ко мне Ри, ухмыляясь Сойеру.
– Сойер! Дай только поглядеть на тебя! – Ридок побежал к нему, победно вскинув руки в воздух.
Слизег опустил голову и щелкнул зубами в паре шагов от Ридока.
– Дай только поглядеть на тебя издалека! – Ридок отступил назад, не опуская рук.
Столкнувшись с Марен, он обернулся и обнял ее, летунья засмеялась.
– Я не смогла ему помочь, – прошептала Ри, в то время как Сойер вспоминал, каково быть всадником на драконе. – Я его подвела?
– Нет. Ты была именно тем, кого он хотел видеть. – Я взяла ее за руку. Проклятье, этот рюкзак весит целую тонну. – Ты – наша подруга, но ты также наш командир отряда. Он не хотел облажаться у тебя на глазах, никто из нас этого не хотел бы. Мы хотим, чтобы ты гордилась нами. И я знаю, что ты привыкла нести за нас ответственность, и ты просто невероятна в этом плане…
Ридок отпустил Марен и потянулся к Кэт, которая приняла его объятия, даже не потрудившись обнять его в ответ и раздраженно закатив глаза.
– Но?.. – Ри искоса посмотрела на меня.
– Но ты никак не могла ускорить этот процесс.
Мы направились к остальным.
– Никто не мог. Ни ты, ни я, ни Ридок, ни Есиния. Это всегда зависело только от них двоих. Это должно было произойти на их условиях.
Ридок повернулся к Нив, и летунья-третьекурсница, наградив его таким взглядом, словно у Гэмлина отросла вторая пара глаз, попыталась уклониться от его объятий и врезалась прямо в Брегена. Ридок метнулся к Имоджен, которая как раз проходила мимо вместе с Квинн, но та предупредительно вскинула руку.
– Даже не думай, Гэмлин, – сурово произнесла она.
– Ты такая мягкая и пушистая! – воскликнула Квинн, обнимая Имоджен за плечи.
– Но только для тебя. – Имоджен перевела взгляд на Сойера. – Рада тебя видеть там, где тебе самое место, Хенрик!
Ридок развернулся и обнял Даина, который удивленно вскинул брови, затем медленно поднял руку и дважды неловко хлопнул Ридока по спине.
– Хорошо выглядишь, Сойер! – крикнул Аэтос и направился к Кэту.
– Молодец, Маттиас, – похвалил проходивший мимо Боди. – Вернула кадета на его законное место.
– Это не я… – начала она, и я сжала ей руку. – Он сам это сделал, но мы гордимся им. Спасибо, командир крыла.
Боди кивнул и улыбнулся, и улыбка его так напомнила Ксейдена, что у меня в груди стало тесно. Ни у Боди, ни у Даина не было ни единого шанса пройти рунный курс из-за графиков дежурств и нашей провалившейся миссии, так что мы взяли в нашу командировку их обоих.
– Вы только поглядите на него! – Ридок добежал до нас и сгреб нас обеих в объятия. – Наконец-то мир в полном порядке! – Его хватка ослабла, он отстранился, и на лице появилось извиняющееся выражение. – Ну, за вычетом того, что сейчас происходит с Риорсоном.
– Я поняла, что ты имеешь в виду. – Я перевесила рюкзак и выдавила из себя улыбку. – Надеюсь, я увижу его в Аретии.
Когда мы отправились в Аретию, надежда спряталась в наших сердцах, словно маленький, защищенный от ветра пассажир, и каким-то образом пережила ночь, когда мы разбили лагерь прямо на границе Тиррендора. Должна признать, это было потрясающее ощущение – летать, не беспокоясь о том, что нас заметит патруль виверн или обнаружит Теофания. И только после того, как мы убедились, что грифоны все еще выдерживают подобную высоту после нескольких месяцев отсутствия, мы начали последний этап путешествия, оказавшись под защитным куполом аретианских чар.
Приземление в долине над Аретией тем вечером ощущалось словно возвращение домой, вот только Ксейдена дома не было. Ну или Сгаэль, что означало одно и то же.
«Отстой», – с тяжким вздохом пожаловалась я Тэйрну.
Он рыкнул в знак согласия.
Пока я слезала с Тэйрна, Андарна огрызнулась на Каори, который, невзирая на бурные протесты Панчека, подошел к ней слишком близко, а затем поднялась в воздух и пустилась в погоню за стадом овец.
– Прошу прощения, – проговорил профессор, нахмурив свои темные густые брови. – Я вовсе не хотел…
– Но вы хотели, – перебила его я. – И я понимаю, зачем вы отправились с нами. Но она не позволит вам изучать себя. Даже здесь.
– Я понимаю. – Каори кивнул, затем оглядел расположенную высоко в горах долину с ее пышной зеленой листвой и заснеженными вершинами. – А еще я совершенно эгоистично хотел посмотреть, как функционирует этот Эмпирей. Подозреваю, что Панчек увязался за мной по той же причине.
Мои губы расплылись в улыбке.
– Удачи вам в ваших исследованиях.
– Все готовы? – спросила Рианнон, поравнявшись с нами таким пружинящим шагом, что он граничил с ходьбой вприпрыжку.
– Да. – Я широко улыбнулась, радуясь счастью моей подруги. – Давай спустимся, чтобы ты смогла повидаться с семьей.
– Я бы предпочел, чтобы мы провели построение… – начал было подошедший Даин, но, когда мы с Рианнон уставились на него укоризненными взглядами, быстро поправился: – Завтра утром. Семья превыше всего, я понимаю.
– Семья превыше всего, – с улыбкой согласилась Рианнон и направилась к каменистой тропе, ведущей к дому. – Я понимаю, что он тоже должен был пройти курс по рунам, но почему с нашим отрядом?
– По той же причине, по которой с вами и я. – Показавшийся рядом Боди подставлял лицо солнцу, словно приветствовал старого друга. – Это лучший отряд.
– Я уже и забыл, как здесь жарко, – пожаловался Ридок, расстегивая летную куртку.
– Здесь же гнездовья, – с широкой улыбкой напомнила ему Рианнон. – Учитывая, сколько драконов здесь сейчас собралось, температура тут не ниже, чем в Долине.
– Мы обогнали грозу, но, готова поспорить, завтра она снизит тут температуру. – Я тоже расстегнула пуговицы на куртке, прекрасно осознавая, что замерзну в ту же секунду, как мы пересечем магический барьер, который и определял эту территорию как землю для гнездования.
И разумеется, к тому моменту, как мы добрались до дома Риорсонов, воздух уже был ледяным.
Боги, один только вид их семейного дома заставил меня скучать по Ксейдену.
Наш отряд прошел мимо стражников в парадные двери и оказался в огромном фойе с гигантской лестницей в пять этажей, вырубленной прямо в склоне горы. Здесь было тихо для этого времени дня. А возможно, дом казался опустевшим просто потому, что в коридорах больше не суетились кадеты.
Каори оборачивался по сторонам с ошеломленным, полным неверия взглядом.
Феликс похлопал его по спине, что-то сказал Рианнон, а затем увел Каори прочь.
– Все внимание на меня! – эхом разнесся по помещению голос Ри. – Располагаемся согласно распределению. Сегодняшняя ночь ваша, так что можете делать все, что вам заблагорассудится. Но построение завтра в семь, так что я бы дважды подумала, прежде чем отправляться на поиски ближайшей таверны.
Мы рассредоточились и принялись подниматься по первому лестничному пролету.
– Давай уйдем отсюда как можно быстрее, – предложила Ри Марен.
– Не могу дождаться, когда увижу своих братьев. – Марен взволнованно хлопнула в ладоши, луч света упал на длинный серебристый шрам на тыльной стороне ее ладони. Уверена, среди нас не осталось ни одного человека, на котором последние несколько лет не оставили никаких следов. – Кэт, ты идешь?
– Я бы не отказалась повидаться с маленькими ужастиками, – кивнула она, когда мы достигли следующей лестничной площадки.
– Ви? – спросила Ри, обернувшись.
– Разумеется. – Я согласно закивала. – Я люблю твою семью.
– Мы с Сойером тоже пойдем, – заявил Ридок, направившись на третий этаж.
– Хорошо! – громко произнесла Ри. – Все, кто хочет пойти ко мне домой, встречаемся в фойе через сорок минут. Это даст вам возможность помыться и переодеться. Если от вас будет нести серой, моя мать выгонит вас из дома, я не шучу!
Я остановилась на лестничной площадке, и мой взгляд метнулся к коридору слева.
– Только не говори мне, что заблудилась, – произнес поднимавшийся последним Боди.
– Разумеется, нет. – Я медленно покачала головой. – Просто у меня нет здесь своей комнаты, и я не уверена в том, где мне следует спать.
Он фыркнул и указал вдоль коридора.
– У тебя есть тут комната. Она никуда не делась.
– Это его комната, – шепотом поправила я. – А он по-прежнему хандрит.
– Мы – дома, Ви. Веди себя как дома. – Боди улыбнулся и спиной вперед стал отступать по правому коридору. – Спи в своей постели. Он просто начнет хандрить еще сильнее, если тебя там не окажется.
Я вздохнула, когда Боди исчез за своей дверью, а затем повернула налево и отправилась в мою – нашу – комнату.
Ручка бы не повернулась просто так, поэтому я щелкнула пальцами и, представив, как механизм открывается, воспользовалась малой магией, чтобы отпереть его.
Входить внутрь было… сюрреалистично. Когда я проходила сквозь защитные чары, магия покалывала мою кожу. Комната выглядела точно так же, как мы оставили ее в декабре, – разве что большинство наших вещей теперь находилось в Басгиате. Закрыв дверь, я стянула с плеч рюкзак и поставила его на тот самый стул, на котором Ксейден ждал все те дни, когда я спала после ранения под Рессоном.
Постельное белье того же темно-синего цвета, огромные окна, раздвинутые шторы, пропускавшие вечерний свет, и каждая книга в его коллекции на своем законном месте на встроенных полках справа от входа.
На столе виднелись следы закаленных рун с моего последнего урока, а в верхнем ящике нашлась забытая тетрадь. Заглянув в шкаф, я нашла один из моих свитеров и по одному комплекту формы для каждого из нас. В правый угол было запихано одеяло, связанное для него матерью.
И, боги, как же здесь пахло Ксейденом. Меня внезапно и остро уколола невыносимая тоска. Но и я тоже оставила здесь свой след. В ванной комнате все еще витал аромат моего мыла для волос, и я нашла кусок там, где я его и оставила. Мне потребовалось несколько минут, чтобы привести себя в порядок, затем я переоделась в чистую форму, в глубине души ожидая, что в любую секунду в комнату войдет Ксейден и спросит, как прошел мой день.
Вся эта комната была словно вырвана из самого времени, крошечный уголочек вселенной, где мы одновременно и жили вместе, и не жили. Единственный признак того, что с тех пор прошли месяцы, – стеклянный ящик из Зехиллны на его тумбочке и покоящийся внутри клинок Аретии с изумрудной рукояткой. Возле самого навершия не хватало одного камня, но в целом меч не выглядел пострадавшим после шестисот лет нахождения в собственности Наварры.
Кто-то постучал в дверь, и я взглянула на часы. Неужели прошло уже сорок минут?
За дверью оказался Бреннан. Его глаза были уставшими, но улыбка сияла все так же ярко. Он окинул меня тем фирменным взглядом, которым обычно пользовались они с Мирой, встречая меня после разлуки.
Я ничего не могла с собой поделать и поступила так же, довольно кивнув: новых шрамов на брате не обнаружилось.
– Проведи меня внутрь. – Он протянул руку. – Когда Ксейден в последний раз был здесь, он наворотил тут чар.
– Ну разумеется, он это сделал.
Я взяла брата за руку и втянула внутрь. Бреннан мгновенно сграбастал меня в объятия.
Я наслаждалась этим редким мгновением мира, пока он не отстранился от меня. Улыбка сошла с его лица в какую-то секунду.
– Тебе нужно что-нибудь восстановить?
– Нет. – Я покачала головой.
– Ты уверена? Потому что обычно ты здесь появляешься в состоянии «на волосок от смерти».
Бреннан посмотрел на меня так, словно не сомневался в моей лжи.
– Я уверена.
– Хорошо. – Он пинком закрыл дверь. – Звуковой щит работает только при закрытой двери, верно?
– Верно. – Я в ужасе сделала несколько шагов назад. – Что случилось?
Бреннан изменился в лице и уставился в пол.
– Я не могу его восстановить.
– Понятия не имею, о ком ты говоришь. – Я вскинула брови в полном замешательстве. – Мы все здоровы. По дороге сюда никто не пострадал.
Бреннан поднял взгляд, и печаль в его глазах заставила меня судорожно сглотнуть.
– Я говорю о Ксейдене. Я не могу его восстановить, Ви. Я пытался каждый день, пока он был здесь на прошлой неделе.
Мне стало трудно дышать.
– Ты знаешь.
– Я знаю. – Он кивнул. – Должно быть, он продвинулся дальше, чем Джек, когда Нолон начал с ним работать. Мне очень жаль.
Эта единица измерения была непостижима.
– Мне тоже.
– Мы пробовали молчаливые подношения в каждом местном храме, пытались вернуть магию обратно в землю, даже сидели с яйцами на землях гнездования. Мы перепробовали все, что только могли придумать, хотя в письме, которое он отправил вчера из Левеллина, содержалось странное… – Он уставился на меня так, словно у меня выросли рога. – Ты… улыбаешься?
– Вчера? – Я даже не пыталась бороться с робкой улыбкой.
Бреннан кивнул:
– Он хочет исправить пятно в Басгиате.
– Хорошая идея.
Теперь в моей улыбке не было ничего робкого.
Может, Ксейден и продолжал хандрить, но он не сдался.