Глава 26
* * *
Данила встает из-за стола беседки и направляется в мою сторону. Он в серых спортивных штанах и белой футболке, которая обтягивает торс и сильные мышцы рук.
Даня выглядит немного удивленным, потому что наверняка не ждал, что во время важного личного разговора я буду стоять у него за спиной. Пусть скажет спасибо, что не с бензопилой как в книге «Кровавый отпуск», когда жена узнала об измене мужа… И дальше началось самое интересное.
Делаю глубокий вдох-выдох. В сердце вонзается сотня острых осколков, которые стремительно и сокрушительно ранят.
Он любит. Любит Радмилу. Это ведь та самая девушка, которую я нашла в социальных сетях? Та сногсшибательная красотка в дорогих нарядах? Я не ошиблась, интуиция подсказала. Ревность огненным ядом распространяется по организму, уничтожая и сжигая на своём пути всё живое. Мне кажется, что я вот-вот умру. Прямо здесь. На месте. Одно дело знать, что у Дани когда-то до меня была личная жизнь, и совершенно другое — услышать о чувствах к Радмиле из его уст после того, что произошло между нами ночью.
Господи, на что я вообще надеялась? Что Даня изменится со штампом в паспорте? Это как минимум глупо и наивно. У нас фиктивные отношения. Милохин живёт со мной только потому, что по-другому не смог бы забрать от отчима. Я об этом знала. Изначально знала. Это не было никаким секретом. Просто вчера ночью что-то изменилось. Выдержанный и хладнокровный Данила отреагировал на меня так, как, наверное, не хотел и не должен был. Сорвались тормоза, мы переступили грань. Но я до сих пор не понимаю, как можно было прийти в комнату к нелюбимой и ласкать её, не испытывая при этом ничего и близко похожего на чувства. Возможно, я просто ничего не смыслю в мужской психологии. Даня иначе устроен. Не даром говорят, что мужчины с Марса, а женщины с Венеры. Мы вертимся в одной галактике, но на разных планетах. Мне всего девятнадцать, и я не имею ни грамма опыта за плечами. Оказывается, получать его не слишком приятно. Он набивает шишки и оставляет на сердце шрамы.
Данила поднимает телефон и хмыкает, увидев покрытый сеточкой трещин экран. Мобильный у меня относительно новый — я приобрела его полгода назад, когда ещё могла себе позволить дорогие покупки. И при других обстоятельствах я бы непременно расстроилась, но новость о том, что Даня испытывает глубокие чувства к другой, выбивает меня из колеи. Парализует, травит изнутри.
— Кажется, экран тоже треснул. Не только защитное стекло, — произносит задумчиво Даня.
— Жаль.
— Не расстраивайся — купим новый.
Он заглядывает в мои глаза. Я согласно киваю и опускаю взгляд. Рассматриваю руки Дани и невольно вспоминаю, как он сжимал ими мою грудь и трогал везде, где только можно. Я была честна как никогда. Сказала прямо, что, лаская себя под одеялом, думала о нём и только. О ком же этой ночью думал Данила? Ответ очевиден.
— Я искала тебя, — произношу чуть громче, чем планировала.
— Я здесь, рядом, — отвечает Даня. — Что хотела, Юля?
— Мама… Моя мама в городе. Она хочет встретиться сегодня вечером.
Я рассказываю сумбурно и сбивчиво, несколько раз заикаюсь, за что раздражаюсь на саму себя. Где взять хладнокровность и выдержку? Как много времени я буду лелеять надежду на то, что Даня оттает и влюбится в меня так же сильно, как и я в него? Глупая, глупая девочка!
— Хорошо, я тебя понял, — выслушивает Даня. — Выедем после обеда, и я закину тебя в торговый центр. Можешь вместе с мамой выбрать себе новый телефон.
Я коротко благодарю Милохина и мысленно думаю о том, что он от меня откупается. Догадывается, что я услышала? В очередной раз жалеет? Мне стоит нечеловеческих усилий держать себя в руках, в то время как охота лезть на стену и громко выть от несправедливости, которая творится в этом мире. Но я никоим образом не должна выдать себя. Я справлюсь со своими чувствами и направлю их в другое русло. Чего бы мне это ни стоило. Стану сильнее, мудрее, лучше. И однажды Даня сам поймет, что я ничем не хуже. Откроет глаза шире и осознает, что я готова дарить ему свою любовь целиком. Безвозмездно, в полной мере.
Вернувшись в дом, я нацепляю на лицо улыбку и приступаю к готовке вместе с Раей. Она не нагружает меня и занимает всякой ерундой, лишь бы не сидела без дела. Мы много разговариваем, тётка Данилы делится личными переживаниями, несмотря на то, что мы слишком мало знакомы. Бывает такое, что «своего» человека ты чувствуешь с первой секунды.
— Я долго не могла забеременеть, — рассказывает Рая. — Десять лет планировала, по врачам бегала. Мне ставили бесплодие, но я не унывала. И вот когда после очередного курса лечения мне всё же удалось увидеть на тесте долгожданные две полоски, я была счастлива как, наверное, никогда в своей жизни.
Я напрягаюсь, потому что понимаю, что счастливого финала не вышло. Рая одна. У неё и Антона совершенно точно нет детей.
— Ребёнок замер на десятой неделе беременности. Во время очередного обследования меня направили на чистку и сказали, что это был мой первый и последний шанс. Всё. Другого больше не будет. Я тогда ревела белугой, Антон рядом находился и вытирал мои слёзы. Мне так жалко его стало, Юля! Я ведь отчётливо понимала, что это из-за меня он не может стать отцом. Сдуру предложила ему развестись. Когда он отказался — сама подала на развод, хотя любила страшной силой!
— А он?
— Он долго оббивал мои пороги, таскался всюду с цветами. Пытался переубедить, а я втирала ему, что пусть лучше оставит меня в покое и найдет другую. Полноценную, здоровую. Отталкивала его, унижала, прогоняла. Прошло несколько месяцев, и Антон оставил попытки. Возможно, дал мне время остыть, а быть может, просто устал стучаться в закрытые двери. Как сейчас помню, шла после работы и встретила его с другой.
Рая грустно усмехается и достает из духовки румяный пирог.
— Я тогда вернулась домой, в квартире стояла жуткая тишина. Ни ребёнка, ни любимого человека, которого я сама оттолкнула. Никого. Я одна. Свернувшись калачиком, я лежала на диване и отчётливо понимала, что если не соберусь, то навсегда потеряю Антона. Я задавала себе вопросы: готова ли я так просто отпустить человека, который прошёл со мной огонь, воду и медные трубы? Готова ли перестать бороться? Ведь если по-настоящему любишь, то будешь сражаться за отношения ежеминутно! Любовь — это не состояние войны, но вечный бой, который продолжается всю сознательную жизнь. А жизнь, она долгая и периодами сложная. Но ведь главное правило влюбленных — никогда не опускать руки. И не отпускать тех, кто дорог сердцу.
* * *
Оставшееся время мы проводим с пользой. Завтракаем, после чего отправляемся на конюшню, где работает Антон. Данила всё пытается всучить мне костыли, но я упорно отказываюсь. Иду самостоятельно, не принимаю помощи. Не жалуюсь и не выдаю ни единой эмоции, даже когда ломаюсь и устаю.
После обеда мы прощаемся с родственниками Данилы и едем в сторону города. Дорога назад проходит легче и быстрее, несмотря на то, что в салоне плотный наэлектризованный воздух, который давит на нервы.
Списавшись с мамой, я обещаю ей, что скоро буду. Всю дорогу напрочь игнорирую взгляды Данилы, хотя мне до чёртиков интересно: он вспоминает о том, что мы делали ночью? Да, это была я, далеко не Мила. Возможно, не настолько сексуальная и привлекательная...
Даня обещает забрать меня после встречи с мамой несмотря на все мои протесты. Находиться рядом с ним сложно. И чем реже я буду это делать, тем мне будет проще. Но насколько это выполнимо в условиях совместного проживания?
Мама опаздывает на полчаса, поэтому я успеваю купить новый телефон. В точности такой же, какой был у меня раньше.
Занимаю столик в кафе, достаю старый мобильный и переношу из него всю нужную информацию. Родительница опаздывает, я начинаю скучать. От нечего делать пишу Жеке, но та занята и мне приходится открыть социальные сети.
На экране всплывает аватарка Милы. Она выложила несколько новых сторис. Я захожу на её страницу и, кусая губы, размышляю, как лучше поступить. Посмотреть, чем она занималась вчера? Или лучше не стоит бередить себе душу?
Первое сторис — букет роскошных белых роз. Когда я вижу его, то непроизвольно сцепляю зубы. От кого цветы, даже гадать не хочу, хотя на подкорке сидит мысль, что они от Данилы.
Я уверенно пытаюсь закрыть просмотр, но случайно отправляю реакцию на фотографию Милы! Боже мой! Боже, что я наделала? Надеюсь, она ни за что не догадается, что это запасная страничка жены Данилы!
Недолго подумав, я жму на кнопку и отписываюсь от страницы Радмилы. На всякий случай ещё и блокирую её!