война
Шум голосов детей будто исчез. Киёми сидела среди них, но перед глазами у неё был не Шинки и не Хиёри, а густой туман леса.
Сердце било в висках. Воспоминание тянуло её обратно — в тот день, когда она впервые поняла, что Кабуто Якуши видит в ней не просто союзника, а источник силы.
---
Лес. Ветер шевелит листву.
Киёми стоит напротив Кабуто. Его очки отражают багровый свет — глаза прячут эмоции, но улыбка говорит всё.
Кабуто:
— Ты ведь понимаешь, Киёми-сан. Орочимару-сама оставил в тебе след… и не зря. Проклятая печать — это ключ. Ты сама — ключ.
Киёми (холодно):
— Я тебе не Анко. Второй раз один и тот же трюк не пройдёт.
Она складывает печати, и из земли вырываются змеи. Их тела извиваются, обвивая пространство. В тот же миг вспыхивает огонь — алое пламя, тянущееся, как дыхание Учиха.
Кабуто лишь отступает на шаг, его руки светятся мягким зеленоватым свечением медицинской чакры.
Кабуто:
— Ты всегда была умна. Но ты не умеешь тратить силы разумно. Вот поэтому ты не станешь победителем.
Он исчезает с места, словно растворился. Киёми напрягается, активируя шеринган — три томо вращаются, загораются, и на миг в её глазах блеснул узор мангекё. Но она гасит его сама.
Киёми (шёпотом):
— Нет… не сейчас. Это мой запасной план.
Змеи бросаются, огонь смыкается кольцом, но Кабуто выныривает из тени и вонзает руку ей в плечо.
Боль прожигает всё тело — чакра проклятой печати вспыхивает, будто отвечая его прикосновению.
Кабуто (тихо, у самого уха):
— Видишь? Ты такая же, как Анко. Метка — часть тебя. Сопротивляйся сколько угодно… я всё равно смогу забрать твою силу.
Киёми, сквозь кровь на губах, усмехается.
Киёми:
— Ха. Попробуй, дружище. Только учти… змеи кусают даже своих хозяев.
Она резко складывает печати, и змеи, которых она призвала, разворачиваются назад — прямо на неё и Кабуто. Он вынужден отпрыгнуть, и на мгновение хватка слабеет.
Но это было лишь мгновение. Кабуто оказался быстрее. Его удар по нервной системе парализует половину тела Киёми. Она падает на колено, дыхание рваное, рука дрожит.
Кабуто (ровно, чуть усмехаясь):
— Ты потеряла ход. Я не убью тебя. Но запомни: твоя сила мне нужна. Орочимару-сама не зря оставил тебя живой.
Киёми поднимает взгляд — шеринган всё ещё горит.
В её глазах пылает ярость, смешанная с болью и странной решимостью.
Киёми:
— Забудь. Я — не твоя добыча.
---
Воспоминание рушится.
Она снова сидит среди детей. Хиёри тянет её за рукав, Сарада внимательно смотрит, Шинки хмурится, а Мицуки будто понял больше, чем сказал.
Киёми мягко усмехается, пряча дрожь в пальцах.
Киёми:
— Да… я была на войне. И да, я встретила Кабуто. Но остальное… останется при мне.