Полукровка : Падшие Ангелы

Некоторое время спустя в доме у Джеймса всё совсем омертвело. Эмили и Мэри говорили шёпотом. Ни в одной комнате не горел свет. Они ходили тихо, как мыши, ведь.. звук жизни, будто ядовитый кинжал, вонзался Джеймсу в сердце и отравлял его. Пока тот.. запивал боль коньяком. Ещё более горьким и крепким. Дни шли, Миранду похоронили. И мысль об этом давила на Джеймса, будто он сам лежал в гробу, засыпанный землей. Он чувствовал эти удушье, одиночество и холод. Его Миранду, нежную и мудрую, теперь заковала в свой плен земля. Пропитанная кровью и грехами. Джеймс даже не смог оставить ее дома, вырыть ей могилу там, где она была счастлива и любима. Он знал, что Альктар был прав и до туда рано или поздно добрались бы. Денег на хороший склеп ни у кого тогда не было. Да и могильщики со скульпторами.. где их было тогда найти? Всех поубивали. Теперь Миранду похоронили в медленно строящемся склепе Победы,
которую ещё никто не завоевал. Она была героем в глазах народа и почевала там, куда будут приносить цветы ещё много лет.. « Каким же огромным станет склеп, если в него собрать всех, кто умер за победу?» - вновь сидя со стаканом коньяка в руке, думал Джеймс. Казалось, он уже врос, как дерево, в свое кожаное кресло. Мужчина много дней не видел света. Не выходил из комнаты. После похорон Миранды он не помнил аромата свежести и ласок ветра. Все это стало ему чуждым, и даже лица Мэри.. он больше видеть не мог. На похоронах они молчали, а, увидев ее еще более поалевшие глаза, Джеймс окончательно разочаровался в себе. Он уничтожил, изжил свою дочь, не спас ее мать, обрёк их всех на страдания, хотя должен был защищать от любых невзгод. Слабый, помутившийся Джеймс вёл себя не как человек, а как безвольный призрак, запертый в темнице сожалений.
Его рука крепко сжимала стакан коньяка, и взгляд медленно поднялся, когда дверь приоткрылась. Джеймс ожидал увидеть Эмили.. Кого угодно, но только не Мэри. Она подошла к нему решительно, но не торопясь. Наоборот, растягивая момент, рассматривая отца медленно, скрупулёзно. Ее лицо с каждым днём становилось все менее живым, глаза побагровели. Прислушавшись, мужчина понял, что внизу кто-то собирался..

- Эмили уезжает? - спросил он и даже не хмурился. Его лицо посерело и стало абсолютно бесчувственным.

- И что это? - будто не слыша его вопроса, Мэри задала свой. Она с особым презрением обводила взглядом душную комнату, рассматривала отца, безвольного до отвращения. Тот сидел неподвижно. У его ребёнка прорезался голос. Ничего страшного. Пусть покричит. Она и раньше это делала. Только в этот раз Мэри впервые развернётся и уйдёт. Ее взгляд, острый, как меч, упал на стакан в чужой руке. Казалось, где-то загремела гроза.

- Пьёшь утром и вечером, как лекарство? - выхватив у него из рук стакан, девушка со всей силы бросила его в стену. Осколки разлетелись по всей комнате, пока Джеймс медленно поднялся из кресла и посмотрел Мэри в глаза. Его поджатые губы не дрогнули. Он даже не собирался что-то говорить.

- Думаешь, твое горе кому-то как-то поможет? У тебя все ещё есть долг. Его Высочество не станет вечно прикрывать тебя. - не в силах достучаться до отца, Мэри подбирала слова, - Идёт война. На маме никто не остановится.

Она будто говорила с глухим, немым, слепым. Действительно, не человеком, а призраком. Но.. мужчина прекрасно все понимал, его трогало каждое ее слово, но он молчал.

- Разве ты не хочешь отомстить за неё? - смотря в глаза, девушка буквально предлагала ему. И это заставило его заговорить.

- Осторожнее, дочка. Месть коварна. Когда она ведёт тебя, ты слепнешь сильнее любого незрячего. Становишься безвольнее любого раба. - голос Джеймса немного охрип. Мэри наблюдала за мельчайшими переменами в его лице. В чем-то.. он был прав, но, когда мужчина опустился обратно в кресло, девушка поняла, что разговор не окончен. Она пришла не за советами, а за отцом.

- Я.. попросила тётю Эмили обучить меня. - сделав шаг к нему навстречу, Мэри подняла голову и встретила его твёрдый опасно холодный взгляд, - Я буду заниматься вместе с остальными бойцами на всех ее тренировках. Щадить меня никто не станет. А как будет довольна.. Эмили пустит меня в бой.

Девушка помнила, как проснулась после трагедии в первый раз. Постель была вся мокрая от ее пота. По спине бежал холодок. Сердце билось сильно, прямо разрывая ее грудь каждым толчком. Эмили тогда сидела рядом. Чистая, собранная. Она нежно поменяла на лбу у Мэри влажное полотенце и улыбнулась. Устало и горько.

- Теперь нет смысла.. что-то мне запрещать. - тяжело дыша, Мэри смотрела на неё алыми, как кровь, глазами, - Война коснётся всех. В тылу, окопе и бою.

Мягко поглаживая ее по волосам, Эмили покачала головой.

- Твой отец будет разгневан. Но может ты и права. - она провела рукой по ее щеке, вытирая капли пота. « Превращение. Ее магия переживала его столько лет, что теперь.. Гораздо опаснее будет удерживать ее. Возможно, война вправду и есть ее среда.» - раздумывала Эмили, вспоминая детство Мэри и ближнюю юность. За все те годы.. ее магия не проявила своего потенциала ни в чем в обычной мирной жизни. Сколько всего Мэри перепробовала.. И бестолку. Магия копилась в ней, душила. И Эмили это чувствовала, когда приезжала к ним. Было понятно, почему для Мэри тайные тренировки становились все важнее. Она сбегала, ловила моменты, занималась сама, ведь Эмили никогда ее не учила. И так.. давала жизнь своей магии. Возможно, война это часть Мэри. Ее Судьба. Но узнать это можно было только методом проб и ошибок.

- Нет. - посмотрев ей в глаза, Джеймс одним словом отрезал все ее намерения. Он не собирался подвергать дочь такой опасности.

- Папа, уже ничего не изменить. Мамы нет, а я.. - тяжело дыша, Мэри показала рукой на свои глаза, - Это только говорит о том, что пора. Пойми, ты не сможешь вечно держать меня. Ты сделаешь хуже.

Видя, как отец качает головой и вздыхает, закрывая лицо рукой, она подошла к нему и осторожно опустилась на колени. Ее руки нашли его ладонь и нежно сжали. Последний раз так его касалась Миранда. Этот жест всегда успокаивал его, снимал лишние тревоги, дарил ясность и ответ.

- Тётя Эмили будет со мной. Я не останусь одна. Я.. просто попробую, поучусь, поживу, как все солдаты. Если у меня не получится, она не отправит меня на поле боя. Но я смогу. - последнее Мэри говорила больше себе, чем отцу. Мечта, желание, хранимое много лет, оказалось так близко.. Что мимолётная неуверенность закралась ей в душу. Но она быстро умирала, когда ненависть и скорбь вновь окутывали Мэри.

- Я не отпущу тебя. - не смотря ей в глаза, Джеймс крепко сжал руки дочери в ответ.

- И не надо. Ты нужен мне. И тете Эмили. И Его Высочеству. Всем. - приподняв бровь, он мельком глянул на неё и вздохнул, - Нам необходимы союзники. Димитрия нужно удушить как можно скорее. А он.. застал нас врасплох. Мы слабы, и пока не поздно.. Должны собрать всех, кого только можно. Чтобы достать Димитрия из-под земли.

В глазах Джеймса проскользнуло лёгкое удивление от слов дочери. Ее расчетливость. Вкрадчивость. Когда-то давно сам Димитрий подметил ее обаяние и выдержку.
Однако.. Мэри все ещё оставалась подростком. В этом крылась опасность. Стоило ли оно того.. Довериться ей, понадеяться, что она действительно выдержит.

- Я буду ждать тебя у Эмили. За это время может как раз.. натренируюсь. - шумно вздохнув, Джеймс помассировал переносицу. Ее улыбка, глаза добрые и преданные.. выбивали из него всю твердость, которую он имел. Ведь такой.. она была только с ним. Как говорила Миранда, даже понимая, что отец не прав, она всегда будет с ним. Мэри не побоится сказать, но никогда не уйдёт и не оставит его.

Ее предложение подсобить им в поиске союзников.. было заманчивым. Джеймс много кого знал и так мог приблизить победу. А с ней и заветное отмщение, о котором так мечтали он и Мэри. Однако мужчина старался не думать о последнем. Холод рассудка - единственное, что могло спасти солдата на поле боя. А так, казалось, он уже даже приметил, кто смог бы достать Димитрия из-под земли, пускай и не будучи лучшим союзником. Пора было прибегнуть к крайним методам.

И так считал не он один. Стефан Латшон, посол из Асгарда, после смерти старших Виндзоров был далёк от их семейства. Но теперь, когда Димитрий вернулся, и все 9 миров оказались как никогда слабы, он навестил их. Добравшись до дома Виндзоров, Стефан увидел, как Эмили собирала вещи. Она запрягала лошадей, подготовила две небольшие сумки и обвела взглядом сад. Усеянный цветами.. Теперь, когда дом опустеет, он превратится в обыкновенные заросли. Природа возьмёт своё. Возможно, оставит дом таким же красивым, хоть и не жилым. Но.. те милые нежные руки Миранды уже никогда не коснутся его. Поклявшись сердцем однажды вернуться и достойно оберегать этот дом вместе с Джеймсом и Мэри, девушка тихо выдохнула и посмотрела в сторону города. Она увидела неподалёку стоящий силуэт, что, оказавшись замеченным, двинулся ей навстречу.

- Мисс Виндзор. - чуть склонив голову, Стефан неожиданно для себя вспомнил их первую встречу. Он никогда не смотрел на Эмили, как на женщину. Долг, служба.. Вот, что было для него главным. Отношения их не сложились. Ведь.. именно он когда-то разоблачил Димитрия в глазах Эфрона Виндзора. Охваченная любовью Эмили не поверила ему, пока жизнь не взяла ее за волосы и не окунула с головой в горькую правду. Впоследствии.. во время войны Эмили и Стефан редко, но сталкивались. Ей было стыдно смотреть ему в глаза, ведь он своим холодом напоминал ей собственную ошибку.

- Солдат Латшон. Давно мы не связывались с Асгардом.. - чуть опустив глаза, Эмили шумно выдохнула, - Как Фригг? Его Высочество?

- Держатся. Примите мои соболезнования. Потерять жену и мать.. Страшная утрата для вашей семьи. - вновь, как и много лет назад, в его голосе звучала лишь посредственное.. вежливое сочувствие.

- Да. Казалось, мы только недавно пережили тоже самое. - вспоминая тот день, когда, потеряв мать, она набросилась на Стефана и обвинила в клевете, Эмили не смотрела на него.

- Увы. - он же наоборот разглядывал ее, пытаясь понять, изменилась ли она. Повзрослела ли. Конечно, Эмили стала рассудительнее, решительнее, но чувство.. столь безумное и до боли искреннее было не искоренить. Стефан знал, что подобное не умирает. Оно остаётся глубоко в сердце, но только человек выбирает, давать ли этому отголоску чувства решать за него.

- Джеймс сейчас не в состоянии говорить. Не думаю, что он спустится. - калитка была нараспашку открыта, и Стефан уже стоял на земле Виндзоров.

- Ничего. Встречусь с ним позже. Его Высочество Один прислал меня и велел остаться с вами вплоть до решения вопроса с Димитрием. - с лёгкостью убрав свои мысли подальше, Стефан вернулся к разговору. Его слова заставили девушку еле заметно нахмуриться.

- С чего такая неожиданность? - за столько лет войны из Асгарда к ним ни разу не отправляли высоких личностей. Каждое государство само решало проблему на своей территории. Они могли обмениваться военной силой, ресурсами, объявлять переговоры. Но отправлять кого-то единолично..

- Он хочет, чтобы все было под контролем. Без происшествий. - не ожидая подобного, Эмили вскинула бровь и отвела взгляд. Один и Фригг беспокоились за неё, но.. почему-то все это звучало, будто плохо скрытое недоверие. Кроме того.. она отлично слышала тонкий намёк на то, кем действительно считает ее Стефан. Влюблённым, беспечным, слабым человеком. И ни грамма уважения на самом деле в нем нет. 

- Раз так, хорошо. Мы с племянницей отбываем в штаб. Отправитесь с нами. - затянув подпругу, девушка оставила Стефана и перепроверила сумки. Дорога предстояла длинная, опасная. Кто знал, что с ними случится в пути.

Так, ещё до захода солнца трое всадников пустились в дорогу и уже к наступлению темноты были на полпути к столице. Джеймс, седлав своего коня, отправился гораздо позже, когда с сумерками на Ванахейм опустился туман.