Девственный пруд
ВИЗЕРИС III
Его советники сказали ему оставаться в стенах Девичьего Пруда, что не может быть никакой надежды победить армию такого размера, какая была у Молодого Волка, Визерис посмеялся над этим. Он не собирался прятаться за стенами города, пока армия его врага осаждала его. Он был драконом, а драконы не трусили, они оставались стойкими и сражались. Он не собирался позволять запятнать свою репутацию подобными мыслями. Он облачился в доспехи, собрал своих людей и выехал из города на битву, они встретили первое крыло армии Молодого Волка, и прямо сейчас Визерис сражался с ними, его меч был обнажен, голос хриплый, кровь бурлила в жилах, а сердце бешено колотилось.
Знамя коронованного лютоволка развевалось в нескольких местах, и это разозлило Визериса, как смеет этот мальчик Старк нести коронованное знамя, его предок преклонил колени перед Эйгоном Драконом, и именно там Старки должны были остаться. Он не собирался позволять этому щенку продолжать свои претензии, это было оскорблением для него и для всех, на кого работали его предки. Пришло время покончить со Старками и их союзниками. Он проревел команду, и его люди последовали за ним, пробиваясь сквозь толпу с обнаженными мечами, рубя и кромсая. Визерис был полон решимости стать тем, кто убьет Робба Старка, чтобы заставить мальчика увидеть ошибочность своих поступков.
Здесь много мужчин, сражающихся за Молодого Волка, ни один не ушел под своим собственным знаменем, и это в некотором роде шокирует его. Он так долго верил, что жители Вестероса просто ждут его возвращения, вместо этого он оказывается лицом к лицу с армией такого размера, который он не может по-настоящему осознать, в то время как у него самого всего около десяти тысяч наемников, а также несколько тысяч человек из земель короны и речных земель. Боги, он знает, что смущение от всего этого - это то, чего он никогда не преодолеет. Он знает, что некоторые задались бы вопросом, почему он думает, что сможет выжить, но он не сомневается, что выживет, он дракон, а драконы не умирают от рук волков.
Хаос, его люди сражаются с силами речников, как он думает, но он не уверен. Они не решаются убить своих собратьев-Речных лордов, и что-то их сдерживает. Он видит, как они с силой размахивают мечами, но силы недостаточно, чтобы убить, что-то есть, и что-то мешает им. Визерис отдает приказ, и наемники следуют за ним, они единственные верны ему, но они верны до тех пор, пока он может им заплатить, и он начинает сомневаться, сможет ли он. Он также задается вопросом, что стало с Сиром Герионом, рыцарь отсутствовал некоторое время, и он не знает, куда он мог подеваться. Или, скорее, он прекрасно знает, куда мог пойти этот человек, но не уверен, хочет ли он позволить себе признать это.
Теперь его меч действует сам по себе, есть люди, истекающие кровью, Визерис не знает, его ли это люди, или они на стороне врага, ему все равно. Он обнаруживает, что его мысли возвращаются к королю пиратов. Эурон Грейджой привез его в Вестерос, а затем попросил разрешения совершить набег на коронные земли, и хотя Визерис несколько неохотно разрешал это, в конце концов он дал разрешение. Грейджой был сумасшедшим, и Визерис знал, что в конечном итоге ему придется иметь дело с этим человеком. Тем не менее, пока он создавал проблемы мальчику на троне, и все это было хорошо. Дорн, Флоренты и их союзники сражались с Тиреллами в пределах Досягаемости, и Визерис надеялся, что они будут разбиты достаточно скоро.
Визерис обнаруживает, что его мысли обращаются к сестре, возможно, это была ошибка, что он не взял ее с собой, возможно, ему следовало быть более решительным в том случае. Он не должен был разрешать брак с этим ублюдком-лошадью, он должен был сказать, что она выйдет замуж за кого-то подходящего ей. Его сыграл торговец сыром, и теперь он думает об этом, им играли все это время, как будто его вообще не должно было быть в Вестеросе, есть много вещей, которые сейчас начинают осмысливаться. Если действительно было так много сторонников Таргариенов, почему они не попытались оказать помощь ему и его сестре, когда они бродили по Эссосу? Почему они позволили им стать нищими?
Такие мысли приводят его в замешательство, он не знает, что с ними делать, хотя теперь они имеют смысл. Возможно, есть доля правды в слухах, которые он слышал, о том, что его отец был сумасшедшим, а брат - еще более безумным. Их действия, безусловно, подтверждают подобные утверждения, сейчас он обнаруживает, что погружается в неопределенность, пытаясь понять, как совместить это откровение с предстоящей битвой. Он не может отказаться от своих притязаний, потому что, если он это сделает, его, скорее всего, убьют, боги небесные, что происходит? Как до этого дошло? Его меч красный, но звучит другой рог, и вскоре приближаются новые армии, он не знает, что делать, поэтому бросает вызов и движется вперед, чтобы встретить это новое воинство.
Визерис видит смерть, ожидающую его там, с протянутыми руками, и обнаруживает, что готов принять ее объятия. Он чувствует себя уставшим, он так долго нес бремя, и теперь, когда он думает об этом, тем больше он понимает, что, возможно, бремя того не стоило, он продолжает идти вперед, подняв меч, смерть подходит все ближе и ближе. В конце концов, он закрывает глаза, и смерть приветствует его, он видит свою мать там, ее протянутую руку, и он улыбается.