57. Попрощаться достойно
Ли Цзибай крепко сжал чашку, его лицо побледнело. Линь Шень был уверен, что, если он сожмет чашку еще сильнее, она разлетится на осколки.
Однако, Ли Цзибай ослабил хватку, и чашка осталась цела. Его реакция оказалась не такой бурной, как ожидал Линь Шень. Он не впал в безумие, не вышел из себя и даже не стал задавать никаких вопросов.
Казалось, он принял тот факт, что любимый человек окончательно отказался от него, а также понял, как больно слышать от любимого «давай закончим на этом».
- А Шень, - тихо сказал он, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы и становится трудно дышать. – Я знаю, что это бесполезно, но все равно хочу попросить у тебя прощенья. Прости, что причинил тебе столько боли. Я все это заслужил, я не достоин такого замечательного человека, как ты.
- Хорошо, - хриплым голосом выговорил Ли Цзибай, и каждое слово давалось ему с огромным трудом. – Давай закончим на этом.
Он понимал, что Линь Шеню не нужны извинения. Единственное, что сейчас ему было нужно, это время для исцеления. Когда его раны затянутся, возможно, он снова обретет способность любить.
И он был готов ждать. Ждать того дня, когда Линь Шень снова станет прежним, когда можно будет снова начать все сначала.
Он так долго и неотступно следовал за Линь Шенем и, стоило тому обернуться, он всегда был рядом.
Но сейчас им нужно прийти к согласию, отпустить прошлое и достойно попрощаться.
А после холодной зимы вновь наступит весна.
***
Линь Шень был рад началу учебы и с радостью погрузился в связанную с ней рутину. Его квартира находилась слишком далеко от школы, поэтому за месяц до начала занятий он снял себе новое жилье недалеко от дома Лу Циньчена и в десяти минутах ходьбы от школы.
Ему нравилась новая квартира, которая своей планировкой была похожа на предыдущую. Лу Циньчен помог ему снять эту квартиру. Хозяин квартиры, которого Линь Шень никогда не видел, жил за границей и согласился сдать ее по очень разумной цене, хотя земля в этом районе стоила очень дорого. Его жизнь наполнилась простыми радостями: уютным жильем, улыбками друзей, ласковым солнцем в выходной день, и он смог, наконец, расслабиться.
Лежавший на столике телефон завибрировал, и Линь Шень лениво скользнул по экрану взглядом. Это был все тот же знакомый номер: «Сегодня ужинаю с акционерами «Цихань», с теми, которых мы встретили в «Небесном оке». Встреча продлится не меньше двух часов.»
Пробежавшись глазами по сообщению, Линь Шень отбросил телефон и снова вернулся к учебникам.
После того как он наспех поужинал, принял душ и немного почитал перед сном, с того же номера пришло новое сообщение: «Ужин закончился, я дома. Вот это они пьют в этой «Цихань», собрались зайти на второй круг! Я не хотел идти, и они сказали, что я могу взять тебя с собой. Я сказал, что тебя нет дома, потому что ты учишься за границей. Они мне не поверили и стали требовать, чтобы я позвонил тебе прямо при них. Я отказался, и теперь они считают меня подкаблучником.»
К сообщению прикреплялся плачущий смайлик.
«А я и правда хотел бы взять тебя с собой, и пусть бы все знали, что я подкаблучник. А Шень, я так соскучился по тебе!»
Линь Шень посмотрел на длинную вереницу сообщений и невольно начал пролистывать их назад. Все сообщения были с одного номера, и в них была обычная болтовня о разных незначительных событиях повседневной жизни.
«Завтра улетаю в Нанчен, нужно принять участие в одном мероприятии. Это Ли Сюй так удружил мне. Придется продать «Ваньхе».
«Сегодня ужинал в «UH». Босс Чжу представил мне красивого парня, сказал, что он похож на тебя. Вот только «заместителей» мне не хватало! Послал их куда подальше! Больше не стану иметь дел с боссом Чжу.»
«Сегодня встретил одного твоего знакомого на ужине у Лао Мэна.»
Следом шло еще одно сообщение, явно написанное на эмоциях:
«Этот тип заявил, что чуть не остался с тобой! Лао Мэн сказал, что это его любовник, который втрескался в тебя с первого же взгляда. Он хотел отдать его тебе, но ты отказался. И правильно сделал – там же смотреть не на что! Урод какой-то.»
Линь Шень прокручивал страницу дальше и видел всё те же бессвязные сообщения обо всем на свете.
«Ты уже поел? Я только что из-за стола. Тут рядом есть ресторан, где подают очень вкусный суп. Когда вернешься, свожу тебя туда пообедать.»
«Завтра еду на фабрику к Лао Дину. Нужно лечь спать пораньше, иначе, утром не встану. Кстати, Лао Дин совсем обнаглел, все от меня нос воротит. Как вернешься, сбей с него спесь, а то он совсем от рук отбился.»
«Сегодня навестил бабушку. У нее было хорошее настроение, она очень скучает по тебе. Я сказал ей, что ты сейчас учишься и увидишься с ней на каникулах. Она очень обрадовалась, когда услышала это.»
«На завтра обещают похолодание. Одевайся теплее.»
«Завтра будет дождь, не забудь взять зонт.»
..............
Таких сообщений было очень много, все они были от Ли Цзибая, но Линь Шень так и не ответил на них. С момент их «официального расставания» Ли Цзибай писал ему каждый день, сообщая в подробностях обо всем, начиная от бытовых мелочей и заканчивая принятием деловых решений. Он сообщал ему о погоде и желал ему доброго утра и спокойной ночи, и эти сообщения шли бесконечным потоком.
Поначалу Линь Шень даже не читал их, но затем, стоило ему прочитать оно сообщение, он уже не смог удержаться и прочитал их все разом. Когда он очнулся, он уже прочитал сотни таких сообщений.
После этого он перестал сдерживаться и читал все сообщения сразу, хотя по-прежнему не отвечал на них.
В последнее время Ли Цзибай разрывался между двумя странами. Перед отъездом он сообщал ему в сообщениях, что уезжает и будет занят, а, вернувшись, сообщал о приезде и о том, что останется на несколько дней.
Дела «Хунбай» и «Ваньхе» не позволяли ему надолго задерживаться в стране М, но, приезжая сюда, он все равно не позволял себе беспокоить Линь Шеня.
Иногда Линь Шень замечал его внизу с сигаретой в руке, маленький огонек то вспыхивал, то снова гас в темноте, не позволяя как следует разглядеть его лицо. Когда Ли Цзибай поднимал глаза, Линь Шень поспешно отскакивал назад, не зная, успел он заметить его или нет.
Он приходил и по несколько часов стоял у него под окнами, выкуривая несколько сигарет, а на следующий день ему приходилось возвращаться обратно и заниматься делами. Линь Шеь прекрасно знал об этом.
И он каждый раз каким-то образом чувствовал, что Ли Цзибай приехал, даже если внизу все было тихо. И, разумеется, после этого он получал на телефон сообщение: «Я приехал.»
Иногда, услышав стук в дверь, Линь Шень выглядывал в коридор и видел на пороге кучу пакетов с продуктами и разными необходимыми мелочами, но самого Ли Цзибая нигде не было видно.
Обычно Линь Шень принимал эти покупки, поскольку Ли Цзибай выдерживал дистанцию, он не навязывался, не мозолил ему глаза и не покупал все эти вещи слишком часто.
Всё это было так не похоже на того Ли Цзибая, которого знал Линь Шень, это был совсем другой «Ли Цзибай».
Этот «Ли Цзибай» с его ребяческим поведением казался наивным подростком, который впервые влюбился и пытается робко и неуклюже выразить свои чувства. И это было совсем непохоже на поведение того властного хищного дельца, для которого выгода всегда была на первом месте.
Однако, за действиями этого наивного подростка крылся свой расчет, и каждым своем сообщением он явно или тайно давал понять, что тоскует по нему и ждет его возвращения, заодно сообщая ему новости о близких ему людях.
В каждом его сообщении был скрыт лишь один подтекст: «Оглянись, я рядом.»
Прежде чем переехать, Линь Шень вдруг ощутил странные сомнения в душе. Ему не хотелось признаваться себе в том, что стояло за этими колебаниями, поэтому он мысленно отругал себя и, подыскав квартиру, поскорее собрал вещи. На все эти приготовления ушло меньше одного дня.
Он словно боялся пожалеть о своем переезде.
Несколько дней спустя он получил от Ли Цзибая сообщение: «Ты переехал? Я спросил шисюна, и он сказал, что ты теперь будешь жить поближе к школе. Ты правильно сделал, твоя прежняя квартира была слишком далеко от школы, да и с безопасностью там неважно.»
Линь Шень, как обычно, не ответил, но вдруг почувствовал странное облегчение.
Теперь он знает о его переезде... может, теперь он сдастся и перестанет мотаться туда-сюда. В последний раз, когда Линь Шень видел Ли Цзибая внизу с сигаретой, он заметил, как сильно тот похудел.
Но несколько дней спустя, этажом ниже, в пустовавшей квартире послышался какой-то шум, и вскоре Линь Шень получил сообщение: «Привет, я твой сосед снизу.»
Через пару секунд пришло еще одно сообщение: «Не волнуйся, я не стану тебя беспокоить. Все будет, как прежде. Можешь не обращать на меня внимания. Просто я очень по тебе соскучился, и мне достаточно слышать твои шаги наверху.»
Он словно боялся, что его примут за сталкера.
Линь Шень не мог понять, что чувствует. Ли Цзибай всегда мог с легкостью обнаружить его местонахождение, ну и пусть делает, что хочет.
На выходных Линь Шень отправился за покупками, поскольку они договорились с Лу Циньченом встретиться у него дома и приготовить хого. Всякий раз, когда Шень Цзюньхуай уезжал по делам, Лу Циньчен приглашал Линь Шеня к себе домой на маленький «междусобойчик».
- Ты зовешь меня к себе всякий раз, как шисюн Шень куда-нибудь уезжает. Со стороны может показаться, что у нас с тобой тайный роман. Я теперь боюсь попасться ему на глаза.
В прошлый раз, когда Шень Цзюньхуай проводил круглый стол у них в школе, он послал Линь Шеню приглашения, но тот не пришел.
Лу Циньчен, выуживая из бульона мясную фрикадельку, усмехнулся в ответ:
- Ты боишься встретиться с тираннозавром только по этой причине?
Линь Шень, которого вывели на чистую воду, замолчал и сосредоточился на еде. Он всегда видел в Шень Цзюньхуае отражение Ли Цзибая, и в последнее время это ощущение становилось все сильнее.
- Он приезжал в последнее время? – спросил Лу Циньчен, и они оба понимали, о ком идет речь.
Рука Линь Шеня, сжимавшая палочки, на миг замерла в воздухе, он покачал головой в ответ. Он не видел Ли Цзибая уже около месяца, и внизу тоже не было никаких признаков жизни. Наверное, он был слишком занят. У «Хунбай» было несколько крупных проектов, требовавших его личного контроля, к тому же, судя по его сообщениям, он теперь разъезжал по всему миру.
Он вспомнил, когда в последний раз видел Ли Цзибая – тот, видимо, только что приехал, и его чемодан стоял у обочины дороги. В тот вечер он стоял, прислонившись спиной к уличному фонарю, и курил.
Линь Шень стоял у окна на третьем этаже и смотрел вниз через тюлевые занавески. Ли Цзибай, стоя с сигаретой в зубах, опустил голову и что-то печатал в телефоне.
Линь Шень получил сообщение: «Ты спишь?»
А затем еще одно: «Я лечу в Южную Африку и попутно заскочил к тебе. Мой рейс через три часа. Я пробуду там дней десять.»
Десять минут спустя, Ли Цзибай затушил окурок и написал: «Спокойной ночи.»
Линь Шень, сжимая телефон в руке, наблюдал за тем, как Ли Цзибай медленно опустился на каменное основание фонаря. Когда он поднял взгляд и посмотрел на его окно, Линь Шень отпрянул вглубь комнаты.
Ли Цзибай успел разглядеть лишь колыхнувшуюся занавеску в освещенном окне.
Попутно? Ну да, это по пути, если не считать крюк в несколько часов. Линь Шень подумал, что Ли Цзибай всегда умел мастерски играть словами, сбивая людей с толку.
Заскочил к нему? И все это, чтобы простоять внизу три часа и увидеть только свет в окне и занавески? Вся эта демонстрация глубочайшей привязанности была предназначена лишь для того, чтобы надавить на жалость.
Но даже понимая это, Линь Шень все равно чувствовал, что ему стало тяжело на душе, и он никак не мог избавиться от этого чувства.
Той ночью Линь Шень так и не смог заснуть, пока не дождался ухода Ли Цзибая.
- Не ожидал, что он продержится так долго, - сказал Лу Циньчен, покусывая палочки, и его глаза заблестели. – Некоторые вещи требуют определенных усилия, а где-то нужно просто время, а дальше нужно положиться на естественный ход событий.
- Но все же мерзавец всегда останется мерзавцем, - он холодно усмехнулся. – И тебе нужно как следует подумать.