46. А я испугался
Итак, Линь Шень все же любил его – да, именно так, любил в прошлом.
Ли Цзибай медленно сел на кровать. Прикосновение к мягкому матрасу, все еще хранившему тепло тела Линь Шеня, вернуло его к реальности.
Он осторожно обнял Линь Шеня:
- Прости, мне очень жаль. А Шень, пожалуйста, прости меня.
- Отпусти меня, и я прощу тебя, - ответил Линь Шень.
Руки Ли Цзибая, обнимавшие Линь Шеня, напряглись и окаменели, а в голове мелькнула мысль – может, и правда отпустить его? Если они и дальше будут продолжать в том же духе, от этого им будет только хуже. Но вслух он сказал совсем другое:
- Проси меня, о чем хочешь, но ты не можешь уйти.
«Ты не можешь уйти, и ты должен простить меня.»
Линь Шень в отчаянии оттолкнул его:
- Ли Цзибай, ты просто не в себе!
- Да, я не в себе. Я хочу, чтобы ты был жив и здоров, и чтобы ты был рядом со мной, - он коснулся рукой нахмуренного лба Линь Шеня, а затем начал целовать его веки, нос, губы, не давая ему возможности уклониться.
***
Поездку в Финляндию, которая должна была растопить лед в их отношениях, пришлось отменить.
И между ними всё снова стало, как раньше.
Ли Цзибай не стал разбираться с этой историей с телефоном, и Лао Дин продолжал вести себя как ни в чем не бывало. Раз хозяин притворился, что ничего не заметил, он тоже с радостью сделал вид, что ничего не произошло. Каждый раз, когда Линь Шень выходил на прогулку, он все также подходил поболтать с ним.
Возможно, Ли Цзибай был слишком занят, а, может, он просто чувствовал себя неловко перед Линь Шенем, но в последнее время он проводил с ним мало времени. Он поздно возвращался с работы и вечером, как обычно, рассказывал Линь Шеню, как прошел день. Тот молча слушал его, очень редко вставляя свои замечания.
Теперь, когда они высказали вслух то, о чем думали, больше не было нужды сдерживаться и делать вид, что все идет гладко и хорошо.
Жизнь шла своим чередом, и, казалось, что все идет по-прежнему, и ничего не изменилось.
Когда Ли Цзибай завтракал утром с Линь Шенем, ему позвонил Ли Сюй. Увидев его имя на экране телефона, он нахмурился и пробормотал:
- Явно ничего хорошего.
И действительно, Ли Сюй сообщил ему, что их дед плохо себя чувствует и, возможно, не переживет следующую зиму, поскольку постоянно болеет. Поэтому он попросил старшего брата приехать. Завершив разговор, Ли Цзибай попросил Фан Юаня забронировать билеты на самолет. Поручив Ло И и тете Су позаботиться о Линь Шене, он уехал в аэропорт.
Ли Цзибай взял с собой в Нанчен только Фан Юаня с Цяо Энем. В аэропорту их встречал Ли Сюй, вместе с которым приехали двое незнакомых охранников. Ли Цзибай окинул их взглядом, а затем сел на заднее сиденье рядом с Ли Сюем.
- Ну, как там дед? – рассеянно спросил он, отправляя сообщение Ло И.
- Не очень хорошо. Последние дни у него проблемы с сердцем, он жалуется, что ему трудно дышать, и ему каждый день требуется кислород.
Ли Сюй посмотрел на него и осторожно произнес:
- Ге, в последнее время дедушка часто вспоминал о тебе. Может, задержишься здесь и побудешь с ним несколько дней?
Ли Цзибай, наконец, оторвался от телефона и бросил на брата насмешливый взгляд:
- Вспоминал обо мне? Должно быть, ему что-то нужно от меня. У него ведь есть ты для компании, и уже хорошо. Если я останусь с ним, боюсь, он начнет задыхаться еще больше.
Ли Сюй слегка смутился:
- Дедушка был немного суров с тобой, но это простительно. Он теперь в таком состоянии. Ге, ты тоже не должен с ним больше спорить. Он просил тебя вернуться, потому что ему нужно кое-что обсудить с тобой.
- Что именно? – взгляд Ли Цзибая помрачнел.
- Я не знаю, дедушка ничего не сказал. Думаю, он просто соскучился по тебе, поэтому останься с ним на несколько дней.
Ли Цзибай посмотрел, наконец, Ли Сюю в глаза. Он взглянул на встревоженное лицо младшего брата и быстро уловил главное в их такой простой на первый взгляд беседе.
- Откуда ты знаешь, что дедушка хочет, чтобы я остался с ним? – глядя на него испытующим взглядом, спросил он. – Он сам так сказал или это только твое предположение?
Ли Сюй слегка растерялся – это что, так важно? Дедушка говорил, что в последнее время ему часто снится покойный дядя. Теперь, когда они все умерли, у него остались только два внука от его второго сына, один из которых все сильнее отдалялся от него. Он надеялся перед смертью увидеть Ли Цзибая и поручил Ли Сюю уговорить его остаться на несколько дней в их старом доме.
Что же касается вражды между семьей Ли и Линь Шенем, после переезда в санаторий он больше ни разу не упоминал об этом, видимо, согласившись с тем, что Ли Цзибай «сам с этим разберется».
Но почему он именно сейчас, действуя явно или скрытно, настоял на том, чтобы Ли Цзибай задержался здесь?
Машина неслась по скоростной трассе, и за окнами быстро мелькали зеленые деревья. Смутная догадка в голове Ли Сюя начала приобретать четкие очертания, и он резко поменялся в лице.
Ли Цзибай, видимо, соображал быстрее. Он поспешно отправил Ло И сообщение и заявил непререкаемым тоном:
- Немедленно возвращаемся в аэропорт!
Ли Сюй тоже все понял. В критический момент он всегда был готов защищать своего брата, поэтому приказал водителю повернуть назад.
Один из незнакомых охранников, сопровождавших Ли Сюя, сидел за рулем, второй – рядом с ним на пассажирском сиденье. Услышав слова Ли Сюя, они переглянулись между собой. Сидевший за рулем охранник, не сбавляя скорости, нерешительно произнес:
- Но... господин сказал, чтобы мы ехали прямо в санаторий.
- Что? Ты разве не слышал...
Глухой удар прервал слова Ли Сюя – это Ли Цзибай пнул ногой кресло водителя.
- Останови машину! – холодно приказал он.
Водитель, все еще не пришедший в себя после удара, инстинктивно затормозил. Ли Цзибай открыл дверцу и вышел из машины.
Ли Сюй посмотрел на съехавшее со своего места сиденье, и его лицо побледнело. Он поспешно выскочил из машины и побежал вслед за братом. В этот момент вторая машина, в которой ехали Фан Юань с Цяо Энем, тоже остановилась. Цяо Энь вышел из машины, вытолкал водителя с его сиденья и сам сел за руль. Они забрали Ли Цзибая и умчались обратно в аэропорт.
Вся эта сцена заняла не больше минуты.
Ли Сюй так и остался стоять на обочине дороги, крича что-то ему вслед, но Ли Цзибай даже не взглянул на него.
***
Перед своим отъездом Ли Цзибай так пичкал Линь Шеня едой, словно боялся, что тот без него умрет с голоду. Было десять часов утра, ярко светило солнце и, Линь Шень, чувствуя легкую сонливость, задремал, сидя в садовом шезлонге.
Он не знал, сколько проспал, когда у сидевшего неподалеку Ло И зазвонил телефон. Звонок был негромким, но все же разбудил его. Линь Шень открыл глаза и увидел встревоженного Ло И, который отрывисто произнес:
- Иди за мной!
Пока они шли обратно в комнату, Ло И сделал несколько звонков по телефону, на ходу раздавая указания. Из его коротких фраз Линь Шень понял, что он распорядился обновить систему безопасности в доме и усилить охрану. По сравнению с напряженным Ло И он сохранял полнейшее спокойствие.
Когда они вернулись в комнату, он посмотрел на ощетинившегося Ло И и сказал:
- Не нужно торчать возле меня, иди занимайся своими делами.
Но Ло И был все также напряжен:
- В прошлый раз ты едва избежал смерти. Господин был готов разорвать все связи с семьей. Если бы старейшина Ли не пошел на уступки в последний момент, он бы не оставил это дело так просто.
Все активы семьи Ли теперь находились под контролем Ли Цзибая. Если бы он действительно решил разорвать все отношения с семьей, «Ваньхе» больше не была бы собственностью клана Ли. В отношении Линь Шеня Ли Цзибай занял очень жесткую позицию, не собираясь терпеть провокации со стороны родни. Из всей семьи кроме старейшины Ли мало кто был заинтересован в мести. После убийства Ли Циньло семья Ли постепенно успокоилась. Пока с «Ваньхе» все в порядке, в семье Ли будут царить мир и благоденствие.
При таком раскладе Ли Цзибай тоже вздохнул с облегчением, он подумал, что эта история осталась позади и все успокоились. Но, оказалось, что его дед отказывался смиряться и по-прежнему желал, чтобы Линь Шень заплатил кровью за жизнь его сына.
Слова Ло И на миг выбили Линь Шеня из колеи. Он никогда не верил, что Ли Цзибай ради него пойдет против своей семьи. Идти на такие жертвы без всякой выгоды было совсем не в его духе.
Однако, слова Ло И прозвучали слишком сурово, с ноткой осуждения в голосе, словно это Линь Шень поставил Ли Цзибая в такое затруднительное положение. К этому моменту Линь Шень уже потерял всякое желание выяснять что-либо, ему было все равно, правильно он понимает происходящее или нет.
Закончив раздавать указания, Ло И ушел. Линь Шеню было нечем заняться, он ничего не знал о том, что сейчас делает Ли Цзибай. Какое-то время он просто лежал на кровати, а затем коснулся браслета на ноге и вздохнул.
Он не спустился к обеду и проспал весь день.
Его разбудило ощущение чьего-то присутствия в комнате. Он медленно сел и посмотрел сонным взглядом на человека, сидевшего на диване.
Ли Цзибай сидел рядом уже более получаса. Он сразу же примчался назад, внешне сохраняя спокойствие, но внутри у него все холодело от ужаса. В молодости старейшина Ли был жестоким и беспощадным человеком. Да и в старости, даже когда собственный внук оттеснил его от дел, он еще сохранил свои возможности и был вполне способен нанести удар исподтишка.
Ли Цзибай ненавидел себя за беспечность и Линь Шеня за его безразличие. Как можно удержать человека, которому даже жизнь не дорога?
Увидев спящего в постели Линь Шеня, он смог, наконец, перевести дух. Тетя Су сказала, что он сегодня не обедал и полдня проспал у себя в комнате. Солнечный свет проникал в комнату сквозь щель между занавесками. Линь Шень с растрепанными волосами и порозовевшими после сна щеками был похож на ребенка.
- Ты долго спал. Не проголодался? – Ли Цзибай пересел на кровать, касаясь бедром ноги Линь Шеня и с улыбкой пригладил ему волосы.
- Ты... а ты почему вернулся?
Линь Шень никак не мог прийти в себя после долгого сна. Он посмотрел в окно, не понимая, почему Ли Цзибай сейчас дома.
Ли Цзибай опустил глаза и, немного помолчав, тихо сказал:
- Прости, я напугал тебя?
Линь Шень был окончательно сбит с толка.
- А вот я испугался, - сказал Ли Цзибай. – Старик обманом заставил меня приехать. Он хотел задержать меня в Нанчене, чтобы затем подослать кого-нибудь... - он не договорил, но они оба знали, что это значит.
- Едва почуяв неладное, я сразу вернулся в аэропорт, - он погладил Линь Шеня по щеке, а затем прижался лбом к его лбу, и Линь Шень не стал сопротивляться.
- Мне страшно, - прошептал он, и в его голосе была слышна неприкрытая мольба человека, который пытался добиться сострадания. – Не покидай меня.