32. Я ему ничего не должен
Лу Мин прятался в дупле, пока не стемнело.
Те люди ушли и унесли тело его сестры с собой. На земле осталась лишь лужа засохшей крови и острый нож, которые свидетельствовали о том, что здесь произошло чудовищное преступление. Этот нож – единственное, что отец оставил его сестре, но в конце концов, он пронзил ее тело.
Лу Мин поднял нож и крепко сжал его в руке. Он долго бродил по лесу, словно в тумане, утоляя голод ягодами, а жажду водой из ручья. Он сам не помнил, сколько скитался подобным образом. Когда он, наконец, выбрался из леса и увидел небольшую деревушку, он был уже на грани помешательства.
У него остались лишь смутные воспоминания о том, что произошло дальше. Сначала его спасли местные жители, а, когда ему стало немного лучше, он поднялся вверх по реке и снова сбежал в страну Т. Опасаясь навлечь беду на дедушку с бабушкой, он не осмелился вернуться домой, поэтому бродяжничал возле границы.
И лишь спустя полгода его нашел Лао Сань.
Лао Сань был ближе к Лу Чжоухану. Когда Лу Чжоухан сдружился с Ли Циньло, он не очень доверял последнему и называл его волком в овечьей шкуре.
Лу Чжоухан был человеком широкой души, и он доверял своим побратимам. В этом была его сила, и это же стало его роковой ошибкой. Он слишком доверял Ли Циньло, и в итоге потерпел сокрушительное поражение.
Еще до того, как Лу Чжоухан и Ли Циньло разорвали отношения, Лао Сань попал в ловушку, устроенную Ли Циньло, и едва не погиб, пока находился в Европе. Ему тогда просто повезло. Когда он вернулся в свой родной город, то обнаружил, что от семьи Лу ничего не осталось, а его собственная жена была убита прямо в доме.
Лао Сань был одним из немногих, кто знал о существовании Лу Мина. Он тайно собрал преданных ему людей и начал искать Лу Мина, заодно выжидая возможности отомстить.
Однако, отомстить теперь было не так просто. Ли Циньло вернулся в Китай с огромными деньгами и встал во главе «Ваньхе».
Лао Сань, переживший тяжелое ранение и только что найденный им Лу Мин никак не могли дотянуться до Ли Циньло и отомстить ему, и им пришлось разработать долгосрочный план мести.
Поэтому 12-летний Лу Мин утратил свое имя и личность, превратившись в Линь Шеня, и Лао Сань отправил его в приют страны Т, где его «случайно» выбрала семья Ли. Благодаря своим выдающимся способностям, он был отправлен на остров Байдоу, а позже, воспользовавшись случаем, стал членом семьи Ли и все эти годы выжидал возможности нанести удар.
Лао Сань взял себе имя Цзян Хай и остался на приграничной территории, занимаясь своими делами. Действуя заодно, один явно, а другой втайне, они приготовили ловушку, на изготовление которой ушло более десяти лет.
И вот, когда момент настал, Линь Шень не чувствовал ни злорадства, ни волнения. Он смотрел на отчаявшегося Ли Циньло, как на человека, который уже был мертв.
- Каково это осознавать, что от твоей семьи ничего не осталось, и все твои близкие мертвы? – Линь Шень наклонился ближе к нему и едва заметно улыбнулся. – Оба твоих сына сделали слишком много зла и заслуживали смерти. Кто-то должен был положить этому конец. Этим человеком стал я, а они получили по заслугам.
- Я потерял только одного сына, а Лу Чжоухан – троих дочерей, - с ненавистью глядя на него, прохрипел Ли Циньло. – Я не проиграл...
Линь Шень усмехнулся и внезапно поднял нож. Острое лезвие сверкнуло холодным блеском и снова вонзилось в живот Ли Циньло.
Ли Циньло захрипел, и у него на губах появилась кровь.
- Ты правда думаешь, что твой второй сын сумеет выйти из тюрьмы? – Линь Шень отодрал кусок одежды Ли Циньло и вытер им нож. – Он уже никуда не выйдет оттуда.
Ли Циньло поменялся в лице, он не мог произнести ни слова.
Сбоку послышались чьи-то шаги – к ним кто-то приближался.
- Не надейся, что Ли Цзибай вытащит твоего сына, его только что убили в драке прямо в тюрьме, - этот человек поднес телефон к глазам Ли Циньло, чтобы он мог получше разглядеть видеозапись, и от увиденного на экране у того все поплыло перед глазами.
Он попытался рвануться вперед, но его израненное тело уже не повиновалось ему.
- Лао Сань... - прорычал он не своим голосом.
- Да, это я, - Лао Сань провел пальцем по шраму на левой брови и спокойно улыбнулся. – Теперь меня зовут по-другому, ты наверняка слышал это имя. Меня зовут Цзян Хай, а тот человек, с кем ты сейчас вел переговоры – подставное лицо.
Какая ирония! Сегодняшняя сделка была реальной, документы – подлинными, и улики – настоящими, и только Цзян Хай оказался фальшивым.
Ли Циньло, только что видевший смерть своего сына, уже не мог говорить, из его горла вырывались лишь рваные хриплые стоны. Он смотрел на этих двух человек полным ненависти и бешенства взглядом, желая растерзать их на части и выпить их кровь.
- Осталось еще два удара, - Линь Шень снова вонзил нож ему в живот, а затем вытащил его из тела и воткнул еще раз. – Эти четыре удара за моего отца и трех сестер. Теперь мы в расчете.
Ли Циньло забился в конвульсиях, его одежда, изначально защитного цвета, была залита кровью. Но в этот момент, находясь при смерти, Ли Циньло неожиданно рассмеялся:
- Неужели ты думаешь, что тебе удастся уйти от Ли Цзибая? Мы с тобой в расчете, а вот с ним тебе еще предстоит рассчитаться...
Линь Шень на миг замер, а затем, вытирая нож, спокойно сказал:
- Я ему ничего не должен.
Он работал на него, он спал с ним, он закрыл его от пули. Он сполна рассчитался за все эти годы.
- Ты нанес удар семье Ли, ты его предал, а значит, теперь ты стал его врагом... Но мой дорогой племянник куда более жесток, чем я, хахаха...
Даже перед лицом смерти он все еще пытался бороться и старался нанести последний удар хотя бы на словах.
Линь Шень повернулся к Цзян Хаю:
- Твоя очередь.
Цзян Хай подошел ближе и приставил пистолет ко лбу Ли Циньло, глядя на него с некоторой жалостью:
- А теперь отправляйся в преисподнюю и извинись перед моей женой.
Звук выстрела разорвал тишину, и стая птиц взметнулась в небо над лесом.
Где-то вдалеке в небо поднимался дымок, солнце садилось за горизонт, и этот день, наконец, закончился.
Он ждал этого дня с двенадцати до до двадцати пяти лет, пройдя путь от жгучей ненависти до полного опустошения, от беспечности до полной безысходности.
От Линь Шеня до Лу Мина. (1)
Вокруг сгущались сумерки, и густой лес, где совсем недавно произошло убийство, вновь обрел спокойствие, а от происшествия не осталось и следа.
Линь Шень сидел на камне возле домика, запрокинув голову и прислонившись спиной к стене. Наконец, он закурил, и дым окутал его словно облако.
К нему подошел Цзян Хай и бросил ему толстую папку:
- Здесь все документы.
Внутри были паспорта разных стран и банковская карта. Линь Шень открыл первый попавшийся паспорт и увидел на фотографии серьезного молодого человека с выразительными чертами лица и спокойным равнодушным взглядом. В строчке с именем были написаны всего два слова – Лу Мин.
- Сменив имя, проще скрыться, - сказал Цзян Хай.
Как ни крути, а от «Линь Шеня» осталось слишком много следов.
- Пора уходить, - сказал Цзян Хай.
- Хорошо, - Линь Шень прижал к себе папку и, затушив сигарету, поспешно догнал его.
_______________
1. Если учесть какими иероглифами записываются эти имена, то получается примерно так: дождался, когда в глубине леса раздастся крик оленя. Или вроде того))