Олененок, заблудившийся в лесу

Он толкнул Линь Шеня на кровать и прижал его голову к одеялу. Все еще чувствуя его сопротивление, Ли Цзибай потерял терпение и, придавив одной рукой его плечо к кровати, другой рукой стянул с него штаны.

Чувствуя, как Ли Цзибай придавил его сверху, Линь Шень снова застонал и, пытаясь оторвать голову от одеяла, хрипло прошептал:

- Ге, это я...

Ли Цзибай на миг замер, словно размышляя о чем-то, но уже через секунду стащил с него штаны полностью и прижал его под собой.

Линь Шень чувствовал тяжелое дыхание Ли Цзибая, и его окутало запахом алкоголя. Он был зажат словно в тисках, все его тело дрожало, а сердце билось как сумасшедшее, он не мог произнести ни слова.

Линь Шень не знал, насколько пьян Ли Цзибай и узнает ли он его, и он не знал, нужно ли более настойчиво воззвать к его рассудку, и что вообще из всего этого выйдет, но сейчас он и не хотел ничего знать об этом.

Раз Ли Цзибай этого хочет, он даст ему это.

Он попытался расслабиться и ответить на его ласки. Видимо, почувствовав его напряжение и готовность к сотрудничеству, Ли Цзибай постепенно перестал давить на него силой и стал действовать намного мягче. Он потянулся к тумбочке и что-то достал оттуда, после чего начал целовать его с безграничным терпением, словно этот человек был для него бесценным сокровищем.

Ли Цзибай никогда не церемонился со своими любовниками, часто оставляя на их теле следы. Линь Шень не раз слышал, как они жаловались на это. Даже Цзян Нин нередко обиженно ворчал по утрам, что Ли Цзибай слишком груб и не знает, что такое нежность. Иногда он говорил это прямо перед Линь Шенем, словно похваляясь перед ним, и тот невольно заливался краской от смущения. Но Цзян Нин все не унимался и говорил, что для мужчин это нормально обсуждать такие вещи, и нечего тут стесняться, они же не женщины.

Линь Шень не разбирался в этом и ему было не с кем сравнить Ли Цзибая, но, не считая того, как всё началось, тот постарался, чтобы Линь Шень никак не пострадал. И на последнем этапе он проявил удивительное терпение, чтобы как следует подготовить его.

Их дыхание смешалось, и их стоны и вздохи слились воедино. Линь Шеню казалось, что его разрывают на части, и ему становится нечем дышать. Он несколько раз пытался развернуться к Ли Цзибаю лицом, ему очень хотелось видеть его, но ему это не удалось. Стоило ему только попытаться, как Ли Цзибай то ли намеренно, то ли случайно, запускал пальцы ему в волосы и возвращал его в прежнее положение.

Наконец, окончательно выбившись из сил, Линь Шень погрузился в беспамятство.

Он очнулся глубокой ночью и с трудом перевернулся. У него ломило всё тело, словно по нему проехался каток. Ли Цзибай спал рядом с ним, во сне продолжая крепко обнимать его за талию. Линь Шень потер виски и, осторожно убрав руку Ли Цзибая, тихо встал с кровати.

Он подобрал с пола свою пижаму и, натянув ее на себя, вышел из комнаты.

В этот момент он почувствовал неладное – в гостиной на первом этаже кто-то был.

Он увидел Цзян Нина, чье лицо было мрачнее тучи, и он физически смог ощутить исходившие от него ярость и ненависть. Если бы они были в доме вдвоем, наверняка, он просто убил бы его на месте.

- Стоило мне ненадолго отлучиться, а ты уже нагло забрался к нему в постель! – голос Цзян Нина прозвучал неестественно в пустой и тихой гостиной. – Я и не думал, что ты настолько бесстыжий. Да ты... вы оба заслуживаете смерти!

Вернувшись домой, Цзян Нин понял, что с его отцом не случилось ничего страшного, и дома напрасно подняли переполох. Он немного посидел с отцом, а затем поспешил обратно. Когда он поднялся на второй этаж, то сразу же услышал подозрительные звуки, доносившиеся из комнаты Ли Цзибая. У него возникло подозрение, и он, повинуясь наитию, бросился к комнате Линь Шеня. И действительно, дверь в комнату был открыта, и там никого не было.

Цзян Нин был вне себя от ярости. Он уже собирался вломиться в комнату Ли Цзибая, но в последний момент остановился. Если он так безрассудно испортит удовольствие Ли Цзибаю, тот не спустит ему этого с рук. Хоть он и считал себя его парнем, все же он прекрасно осознавал, какое место занимает в его сердце. Если он оскорбит его, ему же самому будет хуже.

С трудом подавив свой порыв, он вернулся в гостиную. У него не хватало духу разозлить Ли Цзибая, но он мог выместить злость на Линь Шене.

Наконец, Линь Шень вышел из комнаты. На его теле были отчетливы видны яркие следы, и это окончательно вывело Цзян Нина из себя. Он взлетел вверх по лестнице и, вцепившись в Линь Шеня, потащил его вниз. Линь Шень и так с трудом стоял на ногах, и у него совершенно не было сил сопротивляться ему.

Когда Линь Шень смог, наконец, твердо встать на ноги, он стряхнул с себя руки Цзян Нина и посмотрел на него бесстрастным взглядом.

Не то чтобы он боялся ссоры с Цзян Нином, просто это было бы слишком нелепо, и он не хотел, чтобы они выглядели, как две женщины, не поделившие между собой мужчину. К тому же, Ли Цзибай сейчас спал, и его нельзя было будить. Но его молчание вовсе не означало, что он чувствовал себя виноватым. Линь Шень холодно смотрел на обозленного Цзян Нина, который в ярости выкрикивал обидные слова. Дав ему выговориться, он спокойно сказал в ответ:

- Какой смысл высказывать это всё мне? Подожди до завтра, когда Цзибай-ге проспится, и тогда поговоришь с ним.

После этих слов он развернулся и ушел к себе, больше не обращая на него никакого внимания.

Эта ночь стала для Линь Шеня настоящим испытанием, и теперь его тело и разум были в полном смятении. Сейчас у него не было сил думать о чем-либо, он запер дверь и, рухнув на кровать, провалился в сон.

На следующее утро его разбудили громкие голоса внизу.

Вчера ночью Цзян Нин ушел, громко хлопнув дверью, но сегодня он снова вернулся, чтобы увидеться с Ли Цзибаем. Он не осмеливался кричать на Ли Цзибая также, как он кричал вчера на Линь Шеня, да и Ли Цзибай явно был не в духе. После того, как Цзян Нин предъявил ему обвинения, Ли Цзибай и не подумал извиняться и даже велел ему пойти к себе и успокоиться. Он держался почти так же, как и Линь Шень вчерашней ночью.

Хотя семья Цзян была не так влиятельна, как семья Ли, Цзян Нин все же с детства рос, окруженный заботой и обожанием. Он ожидал, что Ли Цзибай утешит его и успокоит, и на этом инцидент будет исчерпан. И он не ожидал, что Ли Цзибай будет держаться так холодно и не выкажет ни малейшего раскаяния. Не в силах вынести такое унижение, Цзян Нин в гневе наговорил лишнего. Он, позабыв про свою гордость, дал этому человеку возможность исправить положение, но тот не захотел воспользоваться этой возможностью, и тогда он заявил, что разрывает отношения.

Они были вместе почти год, и Цзян Нину на самом деле не хотелось расставаться подобным образом. Но сказанное уже не воротишь, и к тому же, приходилось помнить о собственной гордости и достоинстве. Видя, что Ли Цзибай и не собирается удерживать его, Цзян Нин в ярости хлопнул дверью и ушел.

В доме снова стало тихо.

Ли Цзибай раздраженно нахмурился.

Теперь он жалел о случившемся. Когда он бросил Линь Шеня на кровать, и тот сказал ему, что это он, в тот момент он узнал мальчика, к которому привык относиться, как к младшему брату. Но, когда он смотрел на извивающееся под ним фарфорово-белое тело, на порозовевшие шею и уши, его словно бес попутал, и он дал волю своим желаниям.

Этот мальчик открывал ему дверь, встречая его со смущенной улыбкой, делил с ним трапезу по несколько раз в день, рисковал ради него жизнью и поместил его в центре своего сердца.

В тот момент он просто хотел обладать этим человеком.

Но теперь, после пробуждения, ему пришлось мучиться от гнева и чувства сожаления.

Он не хотел осложнять их отношения с Линь Шенем, и теперь он не знал, как им поладить между собой. Он ведь не дурак и видел, что Линь Шень не сопротивлялся этой ночью, позволяя ему делать все, что он хотел. Он понял, что нравится Линь Шеню.

Отец прислал ему Линь Шеня с определенной целью, и Ли Цзибай это знал, но он не хотел, чтобы они с Линь Шенем стали любовниками. Линь Шень был очень способным молодым человеком. Для Ли Цзибая не было проблемой найти себе любовника, а вот толкового помощника днем с огнем не сыщешь. Он даже разговаривал со своим отцом, обсуждая с ним свои планы на будущее Линь Шеня, и тот полностью поддержал его во всем.

И вот теперь, поддавшись минутному порыву, он все испортил.

Ли Цзибай повернулся и увидел стоявшего на лестнице Линь Шеня. Неизвестно, сколько времени он стоял здесь. На нем все еще была вчерашняя пижама, и он выглядел так, словно только что проснулся. Встретившись с Ли Цзибаем взглядом, он сразу отвел глаза и замер, не зная, что сказать.

Ли Цзибай тяжело вздохнул. Ему нужно было решить эту проблему, он не привык избегать трудностей.

Он медленно поднялся по лестнице с видом человека, страдающего от похмелья и только что пережившего скандал.

Остановившись в двух шагах от Линь Шеня, он осторожно сказал:

- Вчера... я слишком много выпил.

«Типичные слова подлеца», - подумал Ли Цзибай. Он слегка помотал головой, словно пытаясь избавиться от смущения и головной боли. Но он никак не мог заставить себя сказать: «Давай сделаем вид, что ничего не было».

Повисло тягостное молчание. Ли Цзибай несколько раз пытался заговорить, но слова не шли у него с языка.

- Я знаю, что ты много выпил... - заговорил, наконец, Линь Шень.

Он немного помолчал, а затем вдруг взглянул на Ли Цзибая прямо и открыто.

- Я сказал тебе, что это я, и я знаю, что ты узнал меня.

Ли Цзибай не нашелся, что ответить.

Они так и разошлись с неприятным осадком в душе.

Одному хотелось сделать вид, что ничего не произошло, другому - прояснить ситуацию.

И в итоге, один был смущен и раздосадован, а другой – упрям и растерян; один пытался остановиться у самого края пропасти, а другой был готов идти дальше.

И из этого не могло выйти ничего хорошего.

Так и не сумев найти подходящего решения, Ли Цзибай решил выдержать паузу в несколько дней.

Он взял с собой своего нового знакомого и укатил с ним на каникулы в западную часть страны М. Поначалу он не собирался никуда уезжать на эти каникулы, но теперь подумал, что эта поездка даст время им обоим успокоиться.

- Я уезжаю ненадолго, - сказал он перед отъездом Линь Шеню, делая вид, что не замечает его выжидающего и тоскливого взгляда, после чего ушел вместе с чемоданом.

Но эта поездка затянулась.

Линь Шень все время оставался дома один, занимался и гулял с Бруком. Казалось, все идет также, как и раньше, когда Ли Цзибай куда-нибудь уезжал, но в то же время, всё было по-другому. Раньше они все время переписывались и звонили друг другу, делясь впечатлениями и последними новостями, но теперь прошла уже неделя после отъезда Ли Цзибая, а они ни разу так и не связались друг с другом.

Радостное волнение очень быстро оставило Линь Шеня, сменившись тревогой и чувством беспомощности, а затем переродившись в молчаливое уныние. Он подолгу сидел на балконе, глядя пустым взглядом в одну точку перед собой или на темный экран телефона.

Он понимал, что означает молчание Ли Цзибая, но ему хотелось попробовать еще раз. Впервые в жизни ему так сильно захотелось получить желаемое, и он эгоистично желал привязать к себе этого человека, чтобы больше никто не смог претендовать на него.

Однажды вечером он все же набрался смелости и сам позвонил Ли Цзибаю.

После нескольких гудков на его звонок ответили.

- Цзибай-ге... - Линь Шень старался говорить спокойно и расслабленно. – Когда ты вернешься? Мне нужно поговорить с тобой.

После нескольких секунд молчания в телефоне послышался холодный и отстраненный голос Ли Цзибая:

- Я уже вернулся. Я сейчас в городе, буду дома завтра.

Прежде, чем звонок прервался, Линь Шень услышал кокетливый голос какого-то парня, который больно кольнул его слух.

Значит, он уже вернулся, просто ему не хочется возвращаться домой. Линь Шень еще долго сидел, сжимая телефон в руке. В его ушах все еще звучали голоса Ли Цзибая и его нового парня, вызывая у него головную боль. Эта боль нарастала и становилась все сильнее, его мысли путались, и у него все плыло перед глазами. Он сполз на пол и с силой ударился головой о стену, пытаясь избавиться от этой боли.

У него возникло предчувствие, что у них с Ли Цзибаем уже никогда не будет так, как прежде.