теплые прикосновения.
Утро началось с тёплого прикосновения.
Ава ещё не до конца проснулась, когда почувствовала, как горячая ладонь скользит по её талии, медленно, лениво. Кончики пальцев Хисына чертили невидимые узоры на её коже, оставляя за собой приятное тепло.
Она пошевелилась, зарылась носом в его шею, вдыхая его запах — немного терпкий, с нотками дорогого парфюма.
— Доброе утро, соня.
Его голос прозвучал низко и хрипло, как бывает после сна.
Ава не ответила, только теснее прижалась к нему.
Хисын усмехнулся, коснулся губами её лба, затем щеки, а потом медленно скользнул к губам.
Поцелуй был неторопливым, ленивым, словно у них впереди весь день. Он гладил её спину, чуть сжимая, а потом перевернул на спину, накрывая своим телом.
— Ты любишь просыпаться так?
Ава сонно улыбнулась, обвила его шею руками.
— Если бы ты просыпался раньше, я бы подумала об этом.
— Значит, мне нужно исправляться?
— Ага.
Хисын коснулся губами её подбородка, чуть прикусил, затем снова вернулся к губам, целуя глубже, чувственнее.
Ава тихо вздохнула в его губы, и он улыбнулся.
Вот так бы всегда.
Ава прикрыла глаза, позволяя ощущениям захватить её полностью. Тёплые ладони Хисына скользили по её телу, чуть сжимая, исследуя, запоминая. Он лениво, но уверенно мял её грудь, будто изучал реакцию, вызывал у неё тихие вздохи.
И в этот момент в голове вспыхнул образ — их свадьба.
Она в белом платье, лёгком, воздушном, с длинной фатой, рассыпанной по полу. Хисын — в строгом костюме, с той же насмешливой ухмылкой, что и сейчас. Он смотрит на неё, держит за руку, склоняется для поцелуя. Их окружает шумный зал, свечи, музыка, но она видит только его.
А потом ещё один образ — ребёнок, их ребёнок. Чёрные глаза, такие же, как у него, пухлые губы, такие же, как у неё. Он смеётся, тянет к ней ручки, а Хисын стоит рядом, укрывает их обоих, защищая от всего мира.
Ава даже не поняла, как на её лице появилась улыбка.
— О чём задумалась? — Хисын слегка сжал её грудь сильнее, привлекая внимание.
Она приоткрыла глаза, глядя на него.
— О тебе. О нас.
Он приподнял бровь, но в глазах мелькнул интерес.
— И что же там у тебя в голове?
Ава лишь покачала головой, подтянулась ближе и накрыла его губы своими. Он не стал спрашивать дальше, только сильнее прижал её к себе, углубляя поцелуй.
Телефон Хисына завибрировал где-то на тумбочке, но он даже не дёрнулся, полностью сосредоточившись на Аве. Его руки скользили по её телу, жадно, нетерпеливо, будто он не мог насытиться.
— Игнорируешь? — Ава улыбнулась, чувствуя, как его ладонь легла ей на бедро, пальцы чуть вжались в кожу.
— Мне сейчас есть чем заняться.
Он прижался ближе, его губы нашли её шею, горячие, требовательные. Ава застонала, но тут телефон снова завибрировал.
— Хисын... — она тяжело дышала, чувствуя, как он всё настойчивее продвигается дальше. — Может, это важно. Возьми трубку.
Он выдохнул с раздражением, на мгновение застыв, потом потянулся за телефоном.
Суа.
Видеозвонок.
Хисын усмехнулся.
— Ну конечно.
Ава слегка приподнялась на локтях, глядя на экран. Он ответит? Или снова проигнорирует?
Хисын лишь бросил короткий взгляд на экран и, не раздумывая, убрал телефон обратно на тумбу.
— Где мы остановились? — его пальцы снова скользнули по её бедру, но Ава уже отвернулась, надув губы.
— Нигде.
Он приподнял бровь, усмехнулся и лёг на бок, опираясь на локоть.
— Ты серьёзно?
Ава скрестила руки на груди, всё ещё недовольно надувшись.
— Может, ты сначала ответишь своей дорогой Суа, раз она так настойчиво тебе звонит?
Хисын фыркнул, явно не впечатлённый её тоном.
— Ты сейчас устраиваешь сцену?
— Я? Сцену? Да что ты, Хисын, просто у меня пропало настроение.
Он вздохнул, запуская руку в её волосы, слегка потянул, заставляя снова посмотреть на него.
— Ты же знаешь, что она мне неинтересна.
— Тогда чего она тебе звонит?
Он прищурился, будто изучая её.
— Ты ревнуешь.
Ава только сильнее надулась, отвернувшись.
Хисын хмыкнул, скользнул губами по её плечу, оставляя тёплый поцелуй.
— Какая же ты милая, когда дуешься... — он улыбнулся, но в голосе скользнуло что-то тёплое.
Но Ава всё равно упрямо молчала, отстраняясь.
Хисын выдохнул, явно осознавая, что просто так это не закончится. Он скользнул пальцами по её спине, лениво, будто невзначай, но Ава только сильнее отвернулась, игнорируя его прикосновения.
— Правда будешь злиться? — он наклонился ближе, касаясь губами её уха.
— Я не злюсь. — её голос был холодным, но он уловил в нём что-то детское, капризное.
— Нет? Тогда чего надулась?
Ава молчала.
Хисын усмехнулся и вдруг резко перехватил её, переворачивая на спину. Оказавшись сверху, он опёрся на руки по бокам от её головы, наклонился так, что их носы почти соприкасались.
— Ты же знаешь, что она мне не интересна. — он смотрел прямо в её глаза, и в них читалась уверенность. — Знаешь, да?
Ава отвернулась.
— Не знаю.
Он хмыкнул, зарываясь лицом в её шею, оставляя там пару ленивых поцелуев.
— Тогда, может, мне доказать тебе?
Ава попыталась отстраниться, но он крепче прижал её к кровати, не давая уйти.
— Отпусти, Хисын.
— Нет.
— Ты отвратителен.
— Ты любишь меня таким.
Ава закатила глаза, но он заметил, как уголки её губ дрогнули.
— И что, ты так собираешься заглаживать вину?
Хисын наклонился, поймал её губы в поцелуе, медленном, ленивом, растягивая удовольствие.
— Получается, да.
Ава хотела было ответить что-то резкое, но поцелуй сбил её настрой. Она почувствовала, как его пальцы снова скользнули по её талии, едва касаясь, вызывая мурашки.
— Ты ещё дуешься? — прошептал он, прерывая поцелуй.
Ава нахмурилась, но в её глазах уже не было прежней обиды.
— Чуть-чуть.
Хисын усмехнулся.
— Ну, значит, мне придётся постараться.
И он снова накрыл её губы своими.
К обеду они наконец-то спустились вниз.
Агон встретил их с той же ухмылкой, которая больше подходила пошлому старикану, чем серьёзному человеку в костюме. Алан же сидел за столом с недовольным лицом, ворчливо ковыряя вилкой свою тарелку. Похоже, утро у него не задалось.
Хисын усмехнулся, бросив на него взгляд, но комментировать ничего не стал. Он сел рядом с Авой, лениво перекинув руку через спинку её стула.
— Как спалось? — Агон говорил с ним, но смотрел на Аву, словно намекая на что-то.
Она промолчала, сосредоточившись на еде, а Хисын хмыкнул:
— Отлично. Особенно под утро.
Алан раздражённо застонал и хлопнул вилкой по тарелке:
— Можно без этого за столом?
Агон лишь усмехнулся, но, к счастью, сменил тему.
Обед прошёл спокойно, если не считать парочки ехидных комментариев со стороны Агона и ворчания Алана. Когда еда закончилась, Ава извинилась и ушла в спальню, оставив мужчин разбираться со своими делами.
Хисын же направился в кабинет, который выделили ему здесь на время.
Во всех резиденциях были такие комнаты для гостей — со строгой мебелью, книжными шкафами и непременным сейфом. Мафия — это постоянные дела, контракты, оружейные сделки и сотни страниц документов. Неделя здесь обещала быть загруженной.
Закрыв за собой дверь, Хисын опустился в кресло и, прежде чем взяться за бумаги, на мгновение прикрыл глаза, вспоминая утро.
Задание.
Месяц.
Ава.
Он сжал челюсти и резко потёр лицо руками.
Как же всё это дерьмово.
Хоть что-то радовало.
Они уже совсем скоро улетят в Россию, потом обратно в Корею... и он, наконец, разорвёт с Суа.
Его уже не мучили сомнения. Он любит Аву. Любит. Точно любит.
Звонки от Суа не прекращались. Экран телефона раз за разом вспыхивал её именем, пока он не вытерпел и уже было потянулся, чтобы заблокировать её номер.
Но тут зазвонил Сону.
— Да, бро? — ответил Хисын, откидываясь в кресле.
— Ты не берёшь трубку.
— Ты мне не звонил.
— Не берёшь от Суа. — В голосе друга слышалась легкая усмешка. — Что случилось, чувак?
Хисын устало выдохнул, потерев переносицу.
— Я занят.
— Ну, она в бешенстве. Узнала, что ты... назвал Аву своей женой.
— Я рад за неё. — Хисын равнодушно пожал плечами. — Скажи пока, что это просто формальность.
— Хорошо... — Сону замолчал, а потом добавил осторожно: — Ещё кое-что. Узнали тут одну штуку об Аве.
Хисын нахмурился.
— Говори.
— Она недавно была на какой-то вечеринке... И общалась с каким-то актёром.
— И что?
— Говорят, она рассказала ему о какой-то «Минджи». Специально.
Хисын замер.
Сука.
Минджи...
Это самое сильное оружие, которое готовилось исключительно для Кореи. Ни одна мафия за её пределами не знала о его существовании.
Откуда Ава могла узнать? Как это вообще возможно?
Сердце сжалось от ярости и... тревоги.
Хисын молчал.
Сону тоже.
Повисла тяжёлая тишина, будто даже связь не могла передать всего накала напряжения.
— Повтори. — Голос Хисына стал ледяным, обволакивая сталью каждую букву.
— Она слила информацию об оружии. Специально.
— Зачем?
— Ты хочешь услышать версию с её стороны или нашу?
— Говори, как есть.
Сону тяжело выдохнул.
— Мы выяснили, что Ава встречалась с каким-то русским чиновником. Вероятно, он предложил ей сделку. По слухам, в обмен на информацию она получила гарантии безопасности.
— От чего?
— От тебя.
Хисын сжал телефон так, что костяшки пальцев побелели.
— Она что, реально думала, что я её убью?
— Похоже на то.
— А кто ещё об этом знает?
— Только мы. Но если это правда, то слухи уже пошли. Через пару дней это дойдёт до корейской мафии.
Хисын усмехнулся. Низко, холодно.
— Что именно она сказала про Минджи?
— Неизвестно. Но теперь русские знают, что оружие существует. Они понятия не имеют, где оно, но сам факт утечки уже катастрофа.
— И ты хочешь сказать, что Ава в этом замешана?
— Все улики указывают на неё.
Хисын встал, чувствуя, как злость разливается по телу густым ядом.
Предала?
Хорошо.
Значит, он устроит ей прекрасную жизнь.
Поиграем, детка. В кошки-мышки.