кому умирать молодым.
[Гл.Автор не смог написать эту главу по личным причинам, её писал другой автор. Приятного чтения!]
Но вы можете перейти в наш тг-к, (ссылка в описании профиля на Wattpad!)и приступить к обсуждению!
Хисын наконец вошёл в комнату, лениво потирая шею. Замки уже успели поменять, так что теперь никто не мог войти без разрешения.
— Наслаждаешься одиночеством? — усмехнулся он, закрывая за собой дверь.
Ава всё ещё сидела на кровати, телефон лежал рядом. Она взглянула на него поверх плеча и пожала плечами.
— Разговаривала с братом.
Хисын кивнул, проходя дальше в комнату.
— Тем же тоном, каким ты разговаривала со мной вчера?
Она закатила глаза.
— Не всем хочется слушать такое, как тебе.
Хисын усмехнулся, подойдя ближе.
— Так значит, братец знает?
Ава почувствовала, как её сердце сжалось.
— Он догадался, — честно призналась она.
— Хм, — Хисын сел рядом, удобно откинувшись назад. — И что, начал читать нотации?
— Нет, — покачала головой Ава. — Он просто... стал другим. По голосу слышно было.
Хисын фыркнул.
— Конечно. Ты для него всё равно что святая, а тут вдруг...
Ава смерила его долгим взглядом.
— Ты издеваешься?
— Отчасти, — признался он, ухмыляясь. — Просто интересно, как быстро он приедет сюда, чтобы свернуть мне шею.
Она закатила глаза.
— Не драматизируй.
Хисын не ответил, лишь хмыкнул и потянулся к ней, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.
— Ты на ужин не спустилась, — заметил он, изучая её взглядом.
— Я не была голодна.
Он усмехнулся.
— Я бы нашёл способ разыграть твой аппетит.
Ава фыркнула, оттолкнув его руку.
— Ты неисправим.
— Разумеется, — он наклонился ближе, почти касаясь её губ своими. — Но ты же всё равно это любишь.
Хисын окинул её внимательным взглядом, изучая каждый элемент её наряда — лёгкую бежевую блузку, ненавязчиво подчёркивающую фигуру, короткие шорты, которые открывали стройные ноги, и небольшое украшение на шее, переливающееся в тусклом свете лампы.
— Одежда на тебе лишняя, — хмыкнул он, прищурившись.
Ава приподняла бровь, скрестив руки на груди.
— Ты так говоришь, будто имеешь право решать.
Хисын лишь ухмыльнулся, не отвечая. Он шагнул ближе, почти бесшумно, как настоящий хищник, и в следующий миг его пальцы уже скользнули к поясу её шорт.
— Хисын... — Ава с притворным укором посмотрела на него, но не отстранилась.
— Что? — он склонил голову, делая вид, что не понимает. — Разве я сказал что-то неправду?
Его пальцы ловко потянулись к застёжке, растягивая её.
Ава не удержалась и рассмеялась.
— Ты вообще когда-нибудь думаешь о чём-то другом?
— О тебе, — бесстыдно признался он, легко стягивая ткань вниз. — И о том, что мне хочется делать с тобой.
Она только покачала головой, но даже не пыталась остановить его.
Хисын ловко избавил её от шорт, оставив в одном кружевном белье. Его пальцы лениво скользнули по её бедру, затем выше, задержавшись там, где кожа становилась особенно чувствительной.
Ава вздрогнула, едва сдерживая дыхание.
— Ты неисправим... — выдохнула она, пытаясь сохранить остатки самообладания.
— Это ты меня такой делаешь, — пробормотал он, наблюдая за её реакцией.
Его прикосновения стали настойчивее, пальцы мягко гладили её между ног, пробуждая внутри тепло. Ава не удержалась — тело само выгнулось навстречу, из горла сорвался тихий стон.
Хисын усмехнулся, явно наслаждаясь этим зрелищем.
— Тише, — шепнул он, наклоняясь ближе, — или хочешь, чтобы нас услышали?
Но Ава уже не могла думать о посторонних. Вся её реальность сузилась до его рук, его голоса, его прикосновений.
Хисын продолжал гладить её, двигаясь лениво, будто смакуя каждую секунду. Ава изогнулась сильнее, её пальцы судорожно сжали простыню.
— Ты слишком этим наслаждаешься, — пробормотала она, дыхание сбилось, голос прозвучал хрипло.
Хисын тихо засмеялся, проводя губами по её шее.
— А ты нет?
Он прикусил кожу у её ключицы, отчего Ава вздрогнула, вцепившись в его плечи.
— Ты бесстыдник.
— Разве это новость? — Он поднял голову, встречаясь с её затуманенным взглядом. — Или ты ожидала, что я стану просто смотреть на тебя и держать руки при себе?
Ава хотела было ответить что-то колкое, но не успела — его пальцы вновь коснулись её клитора, и она лишь застонала, уткнувшись ему в плечо.
— Вот и тише, — усмехнулся он, целуя её в висок.
Его руки скользнули к её талии, поглаживая кожу, изучая её реакцию. В груди нарастало напряжение, но Хисын, будто нарочно, никуда не спешил, сводя её с ума медленными, изматывающими движениями.
Ава судорожно втянула воздух, зарылась пальцами в его волосы и слегка дёрнула, заставляя посмотреть на неё.
— Ты... — её голос дрожал, но в глазах читался вызов. — Думаешь, только ты умеешь мучить?
Она резко перевернулась, заставляя его оказаться под ней. Хисын удивлённо приподнял брови, но лишь ухмыльнулся, скользнув ладонями по её бёдрам.
— Так покажи мне, чему ты научилась, — его голос звучал низко, с нотками явного удовольствия.
Ава наклонилась ближе, едва касаясь его губ, и в следующий миг её пальцы уже прошлись по его обнажённой груди, повторяя его собственные ласки.
Ава ухмыльнулась, её пальцы лениво скользнули по его груди, слегка царапая кожу.
— О, девочка, — Хисын хрипло рассмеялся, перехватывая её руку. — Моя чувствительная зона явно не тут.
Он с лёгкостью перевернул её обратно, прижимая к кровати.
— Но ничего, — его губы скользнули по её шее, оставляя лёгкие покусы. — Я научу тебя правильным местам.
Ава застонала, когда его ладонь прошлась по её бедру, легко сжимая кожу.
— Ты невыносим, — прошептала она, зарываясь пальцами в его волосы.
— Я не слышу просьб остановиться, — Хисын усмехнулся, спускаясь губами ниже, к ключице.
Ава прикусила губу, её тело предательски выгнулось навстречу его прикосновениям.
— Потому что ты... — она тяжело дышала, пытаясь сохранить хотя бы остатки самообладания, — играешь нечестно.
Хисын тихо засмеялся, прикусывая мочку её уха.
— Я всегда играю только на победу, малышка.
Хисын прижался к ней сильнее, его дыхание стало тяжелее . Ава едва слышно застонала, чувствуя, как через тонкую ткань белья её касается его члена — брюки натянулись, обнажая очевидное желание.
— Чувствуешь? — его голос прозвучал низко, почти срываясь на хрип. — Это ты виновата.
Его пальцы прошлись по её талии, затем ниже, оставляя на коже лёгкое, но электризующее тепло.
— Я? — Ава прищурилась, цепляясь за его плечи. — Ты сам говорил, что всегда берёшь то, что принадлежит тебе.
Хисын усмехнулся, склонившись ближе, его губы прошлись по её шее, оставляя едва ощутимые укусы.
— Именно. — Его пальцы скользнули по её бёдру, сжимая кожу. — Так что не жалуйся.
Ава с силой втянула воздух, её сердце бешено колотилось.
— И что же ты собираешься взять?
Хисын отстранился лишь на миг, его взгляд был затуманен, но в нём читалась дьявольская искра.
— Всё, что ты позволишь. — Он резко притянул её ближе, заставляя почувствовать каждую линию его напряжённого тела. — И, кажется, позволишь многое.
Ава не стала спорить — вместо ответа она медленно, нарочно плавно, прижалась крепче и качнула бёдрами, затираясь чувствительным местом об его напряжённую плоть.
Хисын резко втянул воздух, его пальцы сильнее сжали её талию.
— Ах ты... — он хрипло засмеялся, но в голосе звучало заметное напряжение. — Играть решила?
Ава невинно посмотрела на него из-под ресниц, но продолжила двигаться, едва касаясь его, но заставляя чувствовать каждую секунду этой пытки.
— Ты ведь сам сказал, что научишь меня правильным местам, — её голос был бархатным, пропитанным вызовом.
Хисын прищурился, его ладони сжались на её бёдрах, не давая двигаться дальше.
— Осторожнее, Ава, — прошептал он, его губы едва не касались её. — Ты же знаешь, что я не из тех, кто терпит провокации.
Она усмехнулась, проведя ладонями по его груди.
— Тогда докажи.
Прошло полтора часа. Ава лежала на простынях, раскинув руки, обессиленная и едва дышащая. Щёки горели, губы припухли, а тело лениво отзывалось на каждое движение.
Рядом, всё ещё полон сил, Хисын лениво посмеивался, наклонившись над ней.
— Что, моя смелая девочка, уже не дерзишь? — Он провёл пальцами по её щеке, любовно заглядывая в её усталые, но всё ещё блестящие от эмоций глаза.
Ава что-то невнятно пробормотала, прикрывая лицо рукой.
— Что ты там мямлишь? — Хисын рассмеялся и откинул её руку, заглядывая в глаза.
— Я больше не могу, — её голос был тихим, почти детским, и в нём звучала капризная усталость.
Хисын усмехнулся, но взгляд его смягчился.
— Ах ты моя бедная... — он поцеловал её в висок, затем в щёку, нежно проводя ладонью по её волосам. — Измучилась, да?
Ава устало кивнула, прижимаясь к нему, как маленький ребёнок, уткнувшись в его плечо.
— Ну что же ты, — его голос был бархатным, тёплым, заботливым. — Я ведь говорил, что ты не выдержишь.
— Сам виноват... — пробормотала она, почти засыпая.
— Конечно, конечно, — усмехнулся он, гладя её по спине. — Моя бедняжка... моя уставшая девочка...
Его губы снова коснулись её кожи, теперь уже с ласковой нежностью.
— Спи, глупышка, — он улыбнулся, укрывая её одеялом и обнимая крепче. — Я рядом.
Ава чуть нахмурилась, не открывая глаз, и пробормотала:
— Я не ребёнок...
Хисын усмехнулся, проводя пальцами по её спине.
— Правда? — протянул он с легкой насмешкой. — А кто сейчас свернулся калачиком, уткнувшись в меня, и дышит, как маленький котёнок?
Ава недовольно шевельнулась, но, кажется, сил спорить у неё уже не было.
— Просто... погладь животик... — тихо попросила она, едва слышно.
Хисын приподнял брови, но быстро сменил насмешку на тёплую улыбку.
— Ох, малышка... — Он нежно положил ладонь на её тёплый, расслабленный живот и начал медленно, размеренно гладить, чуть надавливая кончиками пальцев.
Ава довольно вздохнула, плотнее прижимаясь к нему.
— Так лучше?
— Угу... — протянула она, уже почти проваливаясь в сон.
Хисын тихо засмеялся, продолжая водить ладонью по её коже.
— Смотри, а то привыкну вот так тебя баловать.
Но Ава уже не ответила — её дыхание стало ровным, спокойным. Она уснула у него на груди, совершенно довольная.
Тишину комнаты нарушил настойчивый звонок телефона. Хисын резко открыл глаза, моргнул несколько раз, привыкая к полумраку. Рядом, под одеялом, свернувшись калачиком, мирно спала Ава. Её лицо выглядело таким спокойным, что он невольно задержал на ней взгляд.
Чёрт.
Он резко выдохнул и, стараясь не разбудить её, протянул руку к телефону. Сонхун.
— Он что, совсем поехал? — прошипел Хисын себе под нос, накидывая халат и выходя из комнаты.
Дверь закрылась тихо, но всё равно ему показалось, что в этом звуке было что-то неправильное.
— Алло? — он ответил резким, глухим голосом, спускаясь по коридору.
— Спишь? — голос Сонхуна был чересчур расслабленным, словно время не имело значения.
Хисын помолчал, глядя в окно, за которым ночная тьма накрывала город.
— Нет.
— А чем занят?
Хисын прищурился.
— Ты мне позвонил в четыре утра, чтобы понять, чем я занят? — его голос стал ледяным.
— У нас уже двенадцать.
— Я тебя поздравляю.
На том конце провода раздался смешок.
— Вы долетели до России?
— Даже не садились на самолёт. Он всё ещё не готов.
— Писал... Он.
Хисын напрягся.
— Хозяин?
— Да. Сказал, у тебя месяц... на выполнение задания.
В висках застучало. В голове, будто вспышка, мелькнул образ Авы: обнажённая, она сидела на нём верхом, её кожа горела, губы были приоткрыты, а стоны срывались с дрожащих губ.
Как?
Как он сделает это с ней?
В груди вспыхнуло неприятное чувство. Оно было не похоже на страх, не похоже на вину. Это был гнев. Гнев, что выбора нет.
Хисын сжал телефон, пальцы побелели от напряжения. Он чувствовал, как внутри всё закипает, но голос оставался ровным, бесстрастным.
— Какого чёрта только месяц?
— Приказы не обсуждаются, Хисын. — Сонхун вздохнул, будто ему самому было неприятно это говорить. — Ты знаешь, как он работает. Сказал месяц — значит, месяц.
Хисын не ответил. Его челюсть сжалась так, что заныли зубы.
— Ты понимаешь, что это значит, да? — продолжил Сонхун. — Если ты не...
— Я понимаю.
Он понимал слишком хорошо.
Сонхун замолчал на несколько секунд, а потом спросил уже другим тоном, чуть мягче:
— Что ты собираешься делать?
Хисын посмотрел в сторону комнаты. Туда, где сейчас спала Ава, совершенно не подозревая, что её жизнь уже давно принадлежит не только ей.
— Не знаю.
— Не тяни, брат. Если не ты, он найдёт другого.
Хисын тихо выдохнул, закрывая глаза.
— Ты мне помогать не будешь?
Сонхун рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья.
— А ты что, думаешь, я могу что-то изменить? Это твоя проблема, Хисын. Разбирайся.
На том конце провода раздались глухие шаги, словно Сонхун ходил взад-вперёд.
— Я бы не звонил, если бы не знал, что для тебя это важно. Но ты сам должен решить, кто для тебя важнее — она или твоя голова на плечах.
Хисын закрыл глаза.
— Понял.
— Вот и отлично. Удачи.
Гудки.
Он медленно опустил телефон, глядя на экран, пока тот не погас.
Один месяц.
Один месяц, чтобы решить её судьбу.
Хисын замер в дверном проёме, ловя этот взгляд.
Ава лежала на боку, её волосы были немного растрёпаны, губы приоткрыты, а в глазах застыло что-то между обидой и тревогой. Будто он не просто ушёл, а бросил её одну умирать.
Сердце кольнуло так резко, что он едва дышал.
Чёрт.
Он и раньше видел её такой — растерянной, уязвимой. Но теперь, зная, что должен будет сделать, это билось в груди совсем иначе.
Что если он пойдёт до конца? Что если сделает это с ней... и она посмотрит на него так же?
Что он тогда скажет? Как посмотрит ей в глаза?
Сможет ли он вообще?
— Почему ты так смотришь? — выдохнул он, стараясь не выдать своего состояния.
Ава не ответила. Её пальцы вцепились в простыню, будто это было единственное, за что она могла держаться.
Хисын прошёл в комнату, сел на кровать рядом с ней, провёл ладонью по её щеке.
— Я же не навсегда ушёл.
Ава молчала, но глаза не отвела.
Хисын почувствовал, как внутри всё сжимается.
— Эй... — он лёг рядом, обнял её, прижимая к себе. — Ты что, правда испугалась, что я не вернусь?
Она уткнулась носом ему в шею, и он ощутил её дыхание — тёплое, чуть прерывистое.
— Нет.
— Врёшь.
Она сжала его футболку в пальцах.
— Не вру.
Хисын усмехнулся, но в этой усмешке было больше горечи, чем привычной насмешки.
Он думал, что сумеет остаться холодным. Что сможет просто сделать то, что должен. Но глядя на неё сейчас...
Как, чёрт возьми, он это сделает?
Хисын вздохнул и одним движением стянул с себя футболку, отбросив её в сторону. Ткань раздражала его во сне, мешала нормально чувствовать тепло её тела.
Ава тут же потянулась к нему, прижалась, словно искала защиты. Горячая, мягкая, такая родная.
— Погладить животик? — он усмехнулся, но голос прозвучал мягче, чем обычно.
Ава кивнула, закрывая глаза.
Хисын улыбнулся краешком губ, скользнул рукой вниз, положил ладонь ей на живот. Медленно, лениво провёл пальцами по коже, ласково, почти гипнотически.
— Ты точно не ребёнок? — он наклонился ближе, касаясь губами её виска.
Ава издала что-то похожее на мурлыканье, уютно устраиваясь у него на груди.
— Я не ребёнок... — сонно пробормотала она, но в её голосе не было ни капли твёрдости.
— М-м, конечно.
Он продолжал гладить её, чуть сжимая, разминая кожу лёгкими движениями, будто успокаивал.
Как он вообще дожил до этого момента, не разглядев, насколько она важна?
Сердце в груди сжалось.
Один месяц.
Или он её спасёт, или потеряет навсегда.