Война Богов

Прохладный вечер, полный просыпающихся ночных звуков от сверчков и другой ночной живности. Становилось пасмурно. Серое небо навевало тоску и напряжение от ожидания.
Аминта в нетерпении покачивала ногой и сверлила своим огненным взглядом раму кареты, из-за чего та начала дымится. Феод же был спокоен как удав, что совершенно не было на него похоже. Лишь по мере продвижения его пальцы сильнее сжимали полу наряда.
Он попросил остановить карету и вышел наружу. Аминта незамедлительно последовала за ним, у неё возникало навязчивое чувство страха в одиночестве. Она не хотела оставаться одна хоть на секунду.
Молодой кучер-небожитель подогнал средство передвижения под запустелый орешник, в котором пряталась семья белочек, и наклонил голову набок, засыпая. Вредная лошадь так и лезла ему в лицо, пытаясь лизнуть, кучер толкал её, но любвиобильная лошадка не сдавалась, в итоге начала жевать его волосы. Он терпеливо вздохнул и задремал под фырканье коней.
Они оказались в странном лесу. Почему странном? Аминте казалось, что она его видела уже когда-то. Прищуривалась на густые деревья и сырую почву. Размашистые кусты и длинную траву, поросшую тут и там. Возвышались пушистые зеленые колосья. Редкие маленькие животные, искавшие пропитание, шуршали в листве.
Феод взял её под руку и повёл вглубь зарослей. Они вышли к большой каменистой дороге посреди леса. Мелкая галька и крупные камни валялись тут и там, а следы на дороге, продавленные от больших колёс, были ярко выражены. Здесь раньше часто ездили. Возможно, что совсем недавно это место было оживлённее.
-Почему мы не поехали по дороге? - удивилась Аминта.
-Потому что было бы слишком явно наше присутствие. Лучше перестраховаться и дойти пешком. - от кого он хотел перестраховаться, не понятно.
-Куда мы идём? - всё злее спрашивала Аминта. Ей не нравилась долгая интрига. А ещё больше не нравилось, что она единственная, кто всё ещё чего-то не знает.
Богиня Войны остановилась и увидела поодаль возвышающиеся желтоватые от грязи и времени стены. Они заметно потускнели и покрылись маленькими трещинами от постоянной непогоды в этом месте. За ними перестали следить, но масштаб сооружения говорило о былом величии.
-Это - Феод прикоснулся к воротам и обеими руками сильно надавил, заставляя мышцы заскрипеть, лопатки поднялись и выгнулся позвоночник. Бог никогда не отличался силой, поэтому Аминта чуть подтолкнула двери, не стараясь использовать силу. Ворота поддались и раскрылись для пришедших. Взору предстало место с многочисленными повозками, зданиями, похожими на склады, хорошо уложенные дороги. Разбросанные мешки с прогнившими продуктами, верёвки и другая полезная рухлядь.
-Продовольственный склад и пункт передачи пантеона Всевышнего, по крайней мере, что от него осталось. После смерти Всевышнего все работники ушли и разграбили большую часть всех продуктов и предметов обихода. Прямо сейчас место пустует и величественно гниёт от ненужности. - бог с видимой радостью приподнял подбородок, показывая гордость за свои знания.
-То есть ты привёл меня сюда посмотреть на бывший продовольственный склад и послушать экскурсию? - подвела вывод Аминта.
-Конечно нет! Нас не совсем интересует склад, ну, точнее, интересует что это именно склад пантеона, а еще там... Кароче! Важно не то что сверху, - он рукой показал горизонтальное положение - а то что снизу.- сразу выгнул ладонь в вертикальном положении.
-И что же снизу? - скептично продолжала развивать мысль она.
-А это - с бледнотой в лице говорил бог - это ты увидишь, сейчас. Надо только найти кое..
-Мы должны теперь что-то искать?!
-Нет! Не надо искать! Я помню где это. Погоди.
Феод решительно прошёл мимо повозок и конюшни, наугад заходя в небольшое здание. Оно выглядело заурядным и не выделяющимся на общем фоне. Аминта всё так же раздражённо, но с капелькой любопытства медленно следовала за своим глупым другом. В здании похоже должны были хранить инструменты для починки повозок или что-то в этом роде.
В любом случае богиня не ожидала увидеть за дверью спуск вниз. Широкая дорога, ведущая под склад, в подвал. На этом моменте у неё непроизвольно зашевелились волосы на теле.
Аминта всячески отрицала что-либо иное, как то, что это самый обычный подвал, для продовольствия. Верно. Ничего удивительного в этом не было. Но Феод без удовольствия заметил заминку в лице богини. Он сам был слегка расстроен своей скорой находкой нужного места, будто желая оттянуть неизбежное.
Они стали спускаться вниз. Спуск был неудобен для ног из-за наклона, скорее его сооружали для колёс. Стены, поросшие плесенью и мхом, странно пахли - за ними не ухаживали, как и в принципе коридором. Из под земли торчали корни всяких растений или валялись обломки досок.
Чем дальше продвигались, тем холоднее становилось на душе Аминты. Словно кто-то держал её за сердце холодными когтистыми пальцами, не давая ему свободно сокращаться. Туча опустилась на её голову и мозолила макушку. Пульс был быстрее, чем обычно, он отзывался в голове громким эхом, закрывая уши плотным щитом. Доходило до того, что шаги перестали быть слышимы, только голодный звук падающих капель с потолка. Нарастала беспочвенная паника.
Минуты длились как часы, ей казалось, будто они идут целую вечность. Ожидание разъедало её изнутри. В глубине души маленькая нежная часть скреблась наружу и кричала. Аминта боялась увидеть то, что хотела забыть.
Её спутник, на вид сосредоточенный, на самом деле сжимался в душе. Ему хотелось провалится под землю, исчезнуть, сделать всё что угодно, но не то, чем он занимается сейчас. Феод мог бы развернуться и убежать прочь, свернувшись калачиком на своей постели, как сделал бы он обычно. Однако, собрав себя в кулак, решил твёрдо идти до конца. Потому что это дело касается не только его, а может быть, весь мир. А самое главное - это касается и его близкой подруги Аминты. Он давно не ребёнок. Время стать более зрелым пришло именно в тот момент, когда смерть дышала ему в затылок и перед глазами мелькал белый образ вестника смерти. Двин спасла его, и Феод собирался сделать так, чтобы её труды не пропали даром.
Перед ними предстала каменная арка с закрытыми железными прутьями решётки. Скрипя сердцем, бог святой энергией заставил колесо деревянного руля поднять препятствие. Оно чудовищно затрещало. Между его палок для поднятия сиял святой свет, облагораживая его существование. Феод стоял спиной к Аминте, не желая показывать, как задрожала нижняя губа.
Помимо поднявшихся прутьев отворились ржавые врата. Глаза не сразу привыкли к странному свету, выливающегося из-за ворот.
Пещера.
Тёмная, пропитанная влагой. В нос бросился странный запах гнили, серы и других странных веществ. Воздух был пропитан божественной энергией до тошноты, словно здесь каждый день убивают богов, от которых выпускается огромное, неисчислимое количество магии. Свет преломлялся от витающией пыли и плывующих, как в океане, потоков энергии. Длинные сталактиты угрожающе свисали с потолка, с них стекали крупные капли грязной зелёной жидкости. Знакомые ощущения, Аминта раньше только и делала, что дышала этим воздухом.
Завораживающее и одновременно жуткое место хватало под дых и зубами впивалось в мясо тела. Кислотные пары плавили органы.
Аминта почувствовала, как слабеет, ноги приросли к земле, гравитация становилась сильнее, желая утянуть за собой богиню в недры почвы.
Противясь здешней среде, она упрямо пошла вперёд, Феод некоторое время пытался привыкнуть к атмосфере этого места, но увидев, как Аминта отрывается от него, ринулся за ней. Его настигла та же слабость. Однако он не терял самообладания и старался как можно меньше двигаться.
Липкая грязь приставала к обуви и крепко-накрепко впиталась в низ одежды и лямки сандалий, кожа ноюще горела от прикосновений с пыльцой энергии на этой грязи. Но эта прожигающая и нарастающая боль только заставляла Аминту всё ревностнее рваться вперёд.
-Аминта, стой! Ты же в обморок упадёшь! Не иди так быстро! - кричал ей Феод.
-Феод... - тихим голосом лепетала она. - Я знаю это место. Я знаю. - словно в бреду звучал её голос, она ужаснулась самой себе.
-Я не сомневаюсь, но погоди секунду, это плохо скажется на здоровье, прекрати так быстро идти.
-Феод. - с покрасневшими от кислоты глазами она обратилась к нему. - Это же? - будто захлёбываясь, она пыталась говорить.
-Аминта прекрати! - он взял её выше локтя, но богиня быстрым движением откинула его руку. Не слушая, чуть ли не ковыляя ослабевшими ногами она продолжала упорствовать. Феоду трудно было за ней последовать.
Красные палатки.
Внутри них - брошенная одежда, остатки тухлой еды, хлеба, испорченной воды и множество склянок с подозрительным содержанием, острых игл и копий-оружий. А самое страшное - чёрные маски нелюдей. Тех самых, которые убили всю её деревню, сожгли дом и увезли её в подземелье.
Просыпались страшные воспоминания детства. Горящая деревня с родным домом и мёртвые родные, рыдающие маленькие дети в повозке. Тёмное место, полное смерти и пустых надежд. Жестокие люди в масках.
Аминте становилось тяжело дышать, так влияли то ли возбуждённые кошмары, то ли влиял из-за насыщенного божественной энергией воздух. Обильно выделялась слюна из-за отравления, глаза хотели выпасть из орбит. Но ничто не равнялось с смятением и ужасом. Она была бела словно мел. Женщина хваталась пальцами за лицо и одежду, до боли сжимая их и ногтями царапая сквозь ткань кожу ладоней.
Каменный дом. Дом каменный. Из камня дом. Дом... 
Он предстал перед ней в полной красоте. В голове мелькали холодные и голодные ночи взаперти. Маленькие худые тела, прижимавшиеся в поисках тепла. Их выступающие кости, врезающиеся ей в грудь и руки. Её тихие рыдания в тёмных углах, пока никто не видит. Боль в руках и ногах. Изнуряющая постоянная тошнота и дрожь. Крики друзей от боли. Следы от ногтей детей на каменных кирпичей здания.
Вокруг него и в нём - кости детей. Некоторые свежие. Гнилой запах исходил от маленьких холодных тельц. Все были в чёрной засохшей крови. Их всех перебили те твари в масках.
Серые комки плавились медленно, испаряясь и выводя из себя выбросы магии - это умершие дети от здешней среды. Их организм был слишком слаб, чтобы выжить. Но даже если бы они могли - то их закололи бы копьями за ненужностью более.
Маленькая Аминта, совсем ещё девочка, держащая на руках мертвых братьев и сестёр, которые задохнулись в собственной крови и серой жиже. Исчезающих и превращающихся в ничто. Она вдыхала их прах. Она слышала их последние вздохи. Она успокаивала рыдающих и боящихся неминуемой судьбы. Судьбы умереть в ужасающих муках. Судьбы видеть, как умирают близкие друзья.
Боль наполняла каждую частичку тела, заполняясь скорбью и впитываясь в сок тела.
Души маленьких деток окружали её и шептали, умоляя о смерти. Скользкими полупрозрачными руками хватали её за волосы и одежду. Тянули на себя, открывая куски ткани и вырывая клочки жёлтых густых волос. Убаюкивали её же колыбельными, гладили по голове, плечам. Протыкая её кожу острыми ногтями и оставляя кровавые следы. Аминта в страхе закрыла лицо руками, но не в силах оторвать от тел детей взгляд, смотрела сквозь ладони, тяжело вбирая в себя остатки допустимого ей воздуха. Из глаз брызнула кровь. Она потекла по тонким пальцам, страстно обжигая их. По коже протянулись тонкие ветви вздутых пурпурных вен. Посинели губы. Она начала проваливаться под землю. Но ощущения говорили ей, что ноги её ломаются пополам и соединяются с землёй, в которой она будет гнить вместе с детьми, лёжа и задыхаясь от поступившей тёмной крови на губах. Вкус железа на языке.
Мысли о воссоединении с умершими успокаивали разум. Аминта почувствовала облегчение и возжелала упасть и превратится в серую массу, стать одним целым с подземельем, с детьми, с семьёй. Она станет мертвым прахом в воздухе и будет наполнять лёгкие каждого, кто будет дышать здесь. Проникнет в голову и будет, словно маленькая девочка, смеяться над ними, вместе с братьями и сестрами. Рвать красивую одежду с глупых взрослых и вырывать волосы. Играть с масками ушедших дядь и тёть. Витать в воздухе. Маленькая девочка станет единым целым со своими друзьями и будет вечно играть на поле, полном трупов и детей и взрослых. Смерть пыталась поглотить угасающую богиню. Аминта упала в беспамятстве.
Святая кровь сочилась прямо на гнилую землю. Прямо перед закатывающимися глазами женщины, мелькала чья-то разорванная грудная клетка с обнажёнными костями рёбер. Судороги свели мышцы.

Аминта открыла глаза и жадно ловила ртом свежий воздух. Перед её лицом сидел юный кучер с блондинистыми вьющимися волосами.  Она сначала схватила было его за руку, но сразу же отпустила. Ей показалось, будто перед ней сидел её старый друг...
Юный небожитель внимательно оглядывал горячее лицо богини, подступающий жемчуг пота скатывался по её щекам. Приятная прохлада касалась её тела. Это была влажная от пасмурной погоды трава. Душистая, приятно щекочущая травушка. Спасительная влага. Аминта в этот момент мечтала лишь вечно лежать на ней и дышать свежим запахом леса.
- Господин Феод! - крикнул, явно не привыкшим громко говорить голосом юноша - Госпожа Аминта проснулась!
Тут же перед её лицом возникло и уставшее лицо Феода, его длинные волосы свисали с лица, а очки - полумесяцы блестели от влаги и капель на них. Богиня была невероятно рада видеть знакомое лицо.
-Аминта? Ты как? - обеспокоенно прошептал он, проводя пальцами по её горячему лбу и убирая мокрые беспорядочные волосы с него.
-Что случилось? - отрезвляюще она присела.
-А ты не помнишь? - Феод приподнял бровь. Юноша тактично покинул беседу, присоеденившись к лошадям, поедающим траву неподалёку. Он следил за ними и жевал кончик дикого колоса зерна.
-Я помню.. - вспоминая бормотала богиня. - Я помню что... Это место! - вдруг подпрыгнула Аминта и встала. - Оно?
-Да, это оно. Ты упала в обморок от духоты и ядовитых газов.
-Я от него камень о камень не оставлю! - вспыхнула богиня и двинулась вперёд, но бог остановил её.
-Аминта, спокойно, один раз ты уже пошла, сломя голову. Ты знаешь как у меня внутри всё сжалось, когда я увидел, как тебя судороги свели и ты тряслась, захлёбываясь в крови? Я еле как тебя поднял, так ещё и самому надо было как-то держаться! А рядом валялись эти... Я брезглив по натуре.
-Вот именно! Ужасное место! Его надо замуровать!
-Аминта.
-В нём погибли наши братья и сёстры! Там нас держали и кормили всякой дрянью. Там мы провели всю нашу юность! В страхе! Я больше не хочу, чтобы оно существовало! Его давно надо было разрушить! - богиню затрясло - Чтобы это адское место сдохло, чтобы души их упокоились с миром, зная, что они великомученники!
-Аминта, трупы свежие.
Богиня перевела круглые, застывшие глаза на Феода.
-А? - её губы задрожали.
- Это другие дети, они погибли не так давно, может несколько недель, а может месяц назад.
-Этого не может быть! - закричала в бешенстве Аминта. - Это неправда! - перед глазами вставали образы увиденных тел. - Всевышний не мог допустить издевательства над этими детьми! Злые люди держали их, если бы он знал, он бы всех их заживо сжёг. Я бы их своими руками задушила. Я бы!
-Аминта, это место прямо под пантеоном Всевышнего. Как ты думаешь, он был НЕ В КУРСЕ что тут происходит?
-Что ты такое говоришь! - она во второй раз за сегодня откинула его руку. - Естественно нет! Он не мог допустить!
-Аминта. - успокаивал её Феод. - Присядь, ну же, аккуратно. - он посадил её на поваленное дерево.
Бог Астрономии сел перед ней и посмотрел прямо в глаза.
-Что ты аминткаешь? - раздражённо прокомментировала богиня.
-Как ты думаешь, что Великий Бог забыл в тот день на пустой поляне? Зачем он забрал детей-сирот на пантеон?
-... Он не мог знать про это место.
-Он не мог НЕ знать. Это место находится прямо под пантеоном Всевышнего и под...
-Подобное есть ещё где - либо?! - она встала.
Феод посадил её обратно:
-Ты наверное не знаешь, что это за место. Это так называемая "лаборатория". На этом полигоне растят детей, но не обычных, а выносливых и предрасположенных к работе сосудом божественной силы. Для этого их организм закрепляют, отравляя его малыми дозами магии. Слабые сразу умирают от того, что их органы плавятся от божественной энергии в их жилах, а более сильные уживаются и могут прожить больше пятнадцати лет. Поэтому мы с тобой - самые удачные образцы сосудов. По поводу Руби не знаю, его возраст не перевалил за срок для определения его удачным, всё-таки в итоге он умер. Наши тела легко приняли божественную форму, всвязи с подготовленным организмом, уже наполненном магией. Когда такие дети умирают, то все вещества, вкачиваемые в них, выходят и становятся частью воздуха. А поскольку недавно их всех перебили, потому что начальство забило на их существование  после смерти Всевышнего, то воздух стал ядовитым даже для богов.
-Мы были экспериментальными кроликами? - отчуждённо шептала Аминта. - Всевышний, от него скрывали?
-Нет, он организовал эти "лаборатории". Он пытался изменить природу человека искусственным путём. Заодно заменив всех ему неподчиняющихся богов. Так он сделал с богом Процветания, богом Астрономии, богом Войны, но он не смог вырастить до сих пор бога Солнца. Почему то прогресс застрял на нашем помёте - оно вышло наиболее удачным. Всевышний...
-Что ты такое говоришь! - опять загорелась Аминта - Кто тебе сказал эту чушь? Она не может быть правдой! Разве не Всевышний дал нам кров? Разве не он дал нам силу, чтобы мы защищали людей?
-Он дал нам силу, чтобы мы были сильными марионетками! - разозлился до этого терпеливый Феод. - Он гонял тебя как собаку! Иди туда, иди сюда! Убей тех! Ты для него была боевой мощью! Ведь если бы он тебе сказал убить кого-то из богов, обвинив их в предательстве, то ты бы сделала это!
-Если бы кто-то сделал непростительное, я бы не колебаясь убила врагов.
-Так что же ты не убила Руби? Потому что Всевышний не приказывал тебе делать это! Ведь он уничтожал земли, лишая их плодородия, кошмарил деревни, убивал людей и обречал их на голод! Что же ты не убила его?! А если бы Всевышний сказал, что меня надо убить, потому что я творю террор или пошёл против пантеона, то ты бы убила меня?! Отвечай!
Она встала в ступоре.
-Он не мог заставить страдать тех детей! Он не мог, он был благодетелем! Кто-то затуманил тебе разум! Это тебе сказал Рубеус?!
-Он здесь не при чём! Раз Всевышний такой благодетель, то почему он полностью забил на людей?! Почему его народ терроризирует другие страны? Ему на них плевать! Его интересовали только его исследования! Его слава! Ведь он стал Великим как раз после нашего обожествления! После победы смерти над человеком! А как он этого добился? Как раз страданиями тысячей детей!
-Всевышний не мог быть таким! Он был добрым!
-Да?! А что тогда все шарахаются от тебя? Что же это за секрет такой? Все знали, чем он занимается, но не смели перечить! Они все знали и при этом ничего не делали, чтобы хоть как-то помешать этим зверствам. Это всё ради науки! А на самом деле, если дело их не касается, то они х*й ложили на нас, на тех детей! Ведь как только умер Всевышний , так детей сразу убили, и никто! Никто не пришёл спасти их! Ведь им всем плевать! Ну вот давай вернёмся и спросим Хьюго! Этот чёрт пусть и умный, но врёт хуже пьяного мужика.
-Ты.. - её голос задрожал. - Они все... - богиня Войны топнула ногой и по земле прокатилась волна землетрясения, поваленное дерево раскололось на щепки. Лошади недовольно заржали вдалеке. - Ты хочешь сказать, что все эти года, все это столетие, мы просто... Эти дети... - воздух вокруг наколился от жара её тела. Трава обуглилась и стала чёрной. - Я убью их! - наконец вырвалось что-то связное из её уст.
-Аминта.
-Прекрати! Прекрати немедленно! Я уничтожу всё это место, заодно похороню там всех этих лицемеров! Как жаль, что Всевышний умер, я бы сожгла его горло своими собственными руками!
-Я очень рад, что ты всё поняла, но нельзя действовать опрометчиво.
-Опрометчиво? Я сейчас этот пантеон Небес в прах превращу! Они все почувствуют своё безразличие на собственной шкуре! Их убить мало, надо их запереть в клетках и кормить помоями, регулярно бить плетьями, жечь им кожу раскалённым железом! А потом травить, душить, и чтобы это длилось несколько веков!
-Так, слушая тебя, я начинаю думать, что деятельность Руби ещё цветочки...
-Точно! Руби! Его я тоже задушу собственными руками! Этот паршивец бросил нас одних в пантеоне, полном этих змеюк, ползучих тварей! Надо было и меня затащить на землю палить страны этих обсосов. Я бы устроила ужасов побольше его!
-...ага.
-Что ты агакаешь?! Разве тебя не прожигает ненависть?! Почему ты такой спокойный?! Тебе плевать? Тебе что, нет дела до того, что происходило, пока мы были в незнании!?
-Я, конечно, когда узнал был тоже зол, но не настолько сильно как ты. Во первых у нас перекрёстный огонь. Епистимея...
-Ты думаешь я не справлюсь с этой с*кой?!
-Я верю, что ты справишься, но вопрос стоит в другом. Ты накинешься на Епистимею, за это время пантеон Войны поймёт что к чему и быстро нас убьёт. А если ты накинешься на пантеон Войны, то ослабнешь и Епистимея убьёт тебя. Я обдумал и решил, что сначала мы избавимся от Епистимеи, прогнём под себя пантеон Войны и поговорим спокойно с Руби. Потому что мы теперь примерно понимаем его мотивы.
-Мне кажется, что всё ясно как прозрачное стекло!
-Нет, не ясно. Если его цель - простая месть, то не ограничился простыми убийствами богов. Ну, как ты выше описала все эти ужасы, думаю они приходили ему в голову. Его действия -  холодный расчёт, так мало того, мы с тобой тоже его цели. Зачем ему нас то убивать? Если мы такие же жертвы как он? Значит, им движет что-то ещё. Или же я глупый и не понимаю какую хрень он творит.
Аминта скрестила руки.
-Я не собираюсь сотрудничать с богами Войны. Они убл*дки..
-Я всё понимаю. Но ты руководствуешься политикой Руби - убить всё и вся. Ты ведь не такая. Надо думать более гуманно, ведь мы не такие монстры. К тому же... Когда Двин спасла меня... Она чувствовала стыд и сожаление за свою безразличность и бездействие. Однако большинство богов не могли чисто физически ему противостоять, так что им оставалось делать?
-Объединится и сломать ему шею. - упрямо сказала Аминта.
-Боги солнечных земель тоже так хотели. Их никто не поддержал. Из-за страха или ещё чего.
-Тогда они виноваты! Ведь была возможность свергнуть его. А они отсиделись! Им плевать на его действия! Им бы лишь хорошо им было!
-... Ладно, я с эти спорить не могу. Но Аминта, прошу, давай поступим как сказал я. Пролилось достаточно крови. Нам это не нужно.
-Ты слишком миролюбивый. - упрекнула его богиня.
-А ты агрессивная. Но первое впечатление пройдёт. Нам нужно решать дела на пантеоне. Теперь мы знаем, что делать и против кого мы воюем.
Аминта оскалилась злобной улыбкой.
-А толк в Войне я знаю. И особенно хорошо дело пойдёт, когда я уверена, кому хочу пустить кишки.
Феод сглотнул. Его подруга была слишком жестокой на словах. Впрочем, решимость успокаивала.
-Эй, как там тебя? Приводи лошадей! Мы едем обратно на пантеон Войны! - позвал бог.
-Остап, господин Феод. - юноша-небожитель привёл двух лошадей и начал запрягать их.

Где-то на другом конце континента.
-АПЧХИ, а-а-АПЧХИ, АПЧХИ.
От чихов цветы в горшках расцвели и вылезли через ободки глиняных изделий. Зелёные листья заполонили поверхность пола и углы. Пыльца цветов поднялась туманом над полом. Пару ярких лепестков околоцветников выползли из под белых кудрей Руби.
На соседнем кресле Кай спросил.
-Ты чего?
Энджи почесал нос и равнодушно развёл руки.
-Может вспоминает кто.