32 глава
/Jungkook/
Шестью годами ранее
Сайла любит Ёнхуна. Папа любит Ёнхуна. Он сплачивает семью. Он уже мой герой, а ведь ему всего два дня от роду.
Вскоре, после того как папа с Сайлой уходят, приезжает Чимин. Он не хочет брать Ёнхуна на руки, но Лисе удается его убедить. Он смущен, потому что никогда не держал ребенка, однако подчиняется.
– Слава богу, что Ёнхун пошел в Лису, – говорит он.
Я согласен.
Пак спрашивает, рассказывал ли я ей о том, что написал ему в тот день, когда впервые ее встретил. Я не понимаю, о чем он.
Он смеется.
– В тот первый день Гук сфотографировал тебя со своего места в классе, послал фотку мне и написал: «Это будущая мать моих детей».
Входит врач и говорит, что нам можно ехать домой. Чимин помогает мне перенести вещи в машину и подвести Лису к выходу. Потом дотрагивается до моего плеча. Я думаю, он хочет меня поздравить, но вместо этого он просто меня обнимает.
Немного неловко, но я рад, что друг мной гордится.
У меня хорошо на душе, как будто я все делаю правильно.
Я бы хотел, чтобы Лиса сидела рядом, но мне нравится, что она на заднем сиденье вместе с Ёнхуном. Я в восторге от того, как сильно она его любит. В восторге, что теперь, когда она стала матерью, меня влечет к ней еще сильнее.
Мне хочется поцеловать ее, сказать о своей любви, но, по-моему, я и так повторяю это слишком часто. Не хочу, чтобы ей надоело.
– Спасибо тебе за нашего малыша, – говорит она с заднего сиденья. – Он прекрасен.
– Ну, красоту он унаследовал от тебя. От меня у него только яйца.
Она смеется. Смеется от души.
– О да, знаю... они такие большие!
Мы оба смеемся.
– Поспи, – говорю я. – Ты же два дня не спала.
В зеркале заднего обзора я вижу, как она улыбается.
– Потому что не могу оторвать от него глаз.
А я не могу оторвать глаз от тебя, Лалиса.
Однако отрываю, потому что огни встречной полосы ярче, чем следовало бы. Я стискиваю руль. Намного ярче.
Говорят, за мгновение до смерти перед глазами проходит вся жизнь. В каком-то смысле так и есть. Вот только перед глазами не последовательные или разрозненные эпизоды, а одна-единственная картинка, которая застревает в сознании. Становится всем, что ты видишь. Всем, что чувствуешь.
Перед глазами стоит не твоя собственно жизнь, а те люди, которые стали ею.
Лиса и Ёнхун
Перед глазами лишь они двое - вся моя жизнь.
Гул. Один только гул. Внутри, снаружи, снизу и сверху. Лиса. Не могу ее найти....
Ёнхун...
Мокро. Холодно. Голова болит. Руки тоже.
Я её не вижу, я его не вижу, я их не вижу...
Тишина.
- Чонгук!
Я открываю глаза.
Вода. Везде одна вода. Её слишком много... В машине вода.
Я расстегиваю ремень безопасности и оборачиваюсь. Лиса сидит, обхватив руками автокресло Ёнхуна.
- Чонгук, помоги! Оно застряло!
Я пытаюсь. Пытаюсь еще раз. Но ее тоже нужно вытащить.
Я ногой выбиваю стекло - видел такое в каком-то фильме.
- Лиса, выбирайся наружу! Я его вытащу!
Но она отказывается бросить ребенка.
Она не может выбраться. Ремень заело - он слишком сильно натянут.
Я хватаюсь за ремень. Нащупываю пряжку уже под водой. Лиса бьет меня по рукам, пытается оттолкнуть.
- Сначала его! - кричит она. - Сначала вытащи его!
Не могу. Они оба застряли.
Мне страшно.
Ей страшно.
Повсюду вода, и я больше не вижу Ёнхуна. Моего сына...
Не вижу Лису. Мою любовь...
Я снова нащупываю пряжку. Расстегиваю ремень. Хватаю девушку за руки. Ее окно цело. Мое разбито. Тащу её вперед. Она
Кто-то просовывает в окно ладонь.
– Дайте мне ее руку! – кричит он.
В окно льется вода. Все заднее сиденье залито водой. Повсюду одна вода.
Я даю ему руку Лисы, и он помогает вытащить ее из машины.
Я пытаюсь найти Ёнхуна...
Не могу дышать...
Пытаюсь найти его...
Но не могу дышать...
Хочу спасти сына...
Стать для него героем...
Я зажимаю уши руками. Заковываю сердце в броню. Отплевываюсь, пока снова не начинаю дышать. Открываю глаза: мы в лодке. Оглядываюсь по сторонам: мы на озере.
Вижу Лису.
Ёнхун...
Не вижу его. Не вижу своего сына...
Я приподнимаюсь на локтях и подползаю к борту.
Нужно найти его...
Кто-то останавливает меня. Оттаскивает назад. Говорит, слишком поздно.
Я пододвигаюсь к Лисе. Хочу ее обнять, но она не дается. Она кричит. Всхлипывает. Рыдает. Бьет меня. Пинает. Говорит, что я должен был спасти его, а не ее.
Я же пытался спасти вас обоих...
– Ты должен был спасти его!
Я должен был спасти его...
Она кричит. Всхлипывает. Рыдает. Я все равно ее обнимаю.
Пусть меня бьет.
Пусть ненавидит.
Лиса меня ненавидит...
Все кончено.
Я плачу вместе с Лисой. Осталась одна вода. Закрываю глаза и вижу воду. Поднимаю взгляд к небу и вижу все ту же воду.
Как больно... Не думал, что сердце способно вместить тяжесть всего мира.
Я больше не делаю жизнь Лисы прекрасной.
Я уничтожил тебя, Лиса...
Прости...