Глава 49 - Над городом
Они шли молча, по улицам, под вечерним небом, в котором маячила весна - уже тёплая, без той зимней пустоты. Нижний был шумным, будто сам пытался что-то забыть, как человек, который включает музыку погромче, лишь бы не слышать собственных мыслей.
Кира шагала чуть впереди, руки в карманах, плечи напряжены, будто она не просто идёт - а возвращается. Не к месту. К себе. Она не смотрела на Асю, не потому что не хотела - потому что знала: стоит встретиться глазами, и весь этот внутренний фронт, который она держала с утра, расползётся в улыбку, в дрожь, в признание, которое ещё не дозрело до слов.
Ася была рядом. Чуть позади. Ровная походка, лёгкий хруст песка под кроссовками, лицо закрыто капюшоном. Но Кира знала - она смотрит. Она всегда смотрит. Не в лоб, не как прожектор, а как солнце сквозь жалюзи - тихо, мягко, но всегда.
Когда добрались до подъезда, Кира на секунду замялась у двери. Вздохнула. Взгляд скользнул вверх - где-то там, пятый этаж, и выше - крыша. Место, где однажды всё началось. С сигареты, со взгляда, с той странной тишины между двумя незнакомыми людьми, которые почему-то не хотели расходиться.
- Пошли, - сказала Ася.
Кира усмехнулась. Почти по-настоящему. И пошла. За ней.
Крышу пришлось открыть с усилием - старый замок скрипел, как голос после долгого молчания. Дверь толкнулась с хрустом, и перед ними открылось небо: распахнутое, тёмно-синее, с остатками заката на горизонте, с уличными огнями внизу, как разбросанными спичками, и с ветром - прохладным, но уже без угрозы.
Они вышли на бетон.
Ничего не изменилось. Те же покосившиеся антенны, тот же бортик, на котором Кира когда-то сидела, закинув ноги, куря и не глядя. Та же ржавчина на трубе, тот же запах - города, дождя, асфальта. Только внутри всё было другим.
Кира подошла к краю, села. Рядом - пустота. Пространство, в котором раньше было страшно. Сейчас - нет.
- Помнишь? - хрипло.
Ася кивнула.
- Я тогда подумала, что ты - как ветер: не держится в ладони, не спрашивает, дует, куда хочет. И что если подойти ближе - сдует к чёрту.
- А я думала, что ты - как книга, из которой вырвали первую главу. Хотелось прочитать, но не было с чего начать.
Они замолчали. Город внизу шумел, жил своей жизнью. Но там, на крыше, было другое измерение - где каждая пауза значила больше, чем слово.
Кира достала сигарету. Закурила. Затянулась и сразу передала Асe. Не потому что та просила. А потому что теперь всё было «на двоих». Даже дым.
Ася взяла. Коснулась её пальцев. Смотрела в темноту.
- Я думала, что мы не доживём до этого момента.
- Мы не дожили, - усмехнулась Кира. - Мы просто передохли, а потом воскресли.
Пауза.
- Я больше не пью, - добавила она. - Уже три недели. Даже когда ты... когда ты молчала после того срыва. Я не пила.
- Я не молчала. Я - ждала. Это разное.
Кира выдохнула. Глубоко. Как будто вынула из себя последний камень.
- Я всё ещё думаю, что могу всё испортить. Что ты проснёшься однажды и поймёшь, что всё это - ошибка. Что я - это просто проект по восстановлению. Что ты уйдёшь и скажешь: «Ну, я пыталась. Не получилось».
Ася не сразу ответила. Просто подошла ближе. Села рядом. Уткнулась в плечо. Лбом.
- Я бы ушла, если бы не любила.
Кира замерла. Глаза распахнулись. Сердце - словно сорвалось с цепи. Воздух - стал густым. Она повернулась. Медленно. Очень. Глянула в глаза. Ася смотрела прямо.
- Что ты сказала?
- Я люблю тебя, - чётко. Без украшений. Без пафоса. Просто. Как глоток воды.
И в этом не было театра. Ни слёз, ни волнения. Только правда. Голая. Такая, от которой не отводят глаза, а замирают.
Кира выронила сигарету. Та упала, тлея, на бетон.
- Повтори.
- Я. Люблю. Тебя.
И в этот момент всё сошлось: шум города, свет фонарей, тусклая неоновая вывеска где-то внизу, запах пыли и старого асфальта, вечерняя прохлада - всё, что было между ними, за все месяцы - боль, секс, страх, ругань, недосказанность - сжалось в одной точке. И этой точкой было: «я люблю тебя».
Кира закрыла глаза. Медленно. Вдох. Выдох. Потом - открыла.
- Ты останешься? - тихо.
Ася улыбнулась. Легко. По-своему.
- Да.
И небо над городом было почти чёрным. Но впервые - не страшным.
А внизу кто-то кричал, смеялись прохожие, проехала машина с громкой музыкой, зажёгся свет в соседнем окне.
Но на крыше сидели двое.
И это было всё, что нужно.