Глава 34 - Первый раз
Они вошли в квартиру молча.
Дверь захлопнулась мягко, почти извиняясь, будто знала, что сейчас нельзя шуметь, нельзя нарушать то хрупкое, что между ними возникло - не как вспышка, а как медленно разогретый воздух между телами, где пальцы ещё не переплелись, но уже хотят.
Кира шла чуть впереди, привычно бросила ключи в металлическую чашу на полке, сняла куртку, повесила. Оглянулась.
Ася стояла у порога. Тихая. Собранная.
Но в ней что-то было другим. Плечи - расслабленнее. Взгляд - не напряжённый, а просто... честный.
- Проходи, - сказала Кира, голос хриплый, как после сигарет на голодный желудок.
- У тебя тепло, - выдохнула Ася.
- Потому что ты со мной.
Пауза. Неловкая. Но не давящая.
Кира прошла в комнату. Села на край кровати. Облокотилась на ладони, запрокинула голову. Воздух вибрировал, как провода под током. Хотелось закричать - но вместо этого просто ждать, что будет дальше.
Ася подошла. Не резко. Не уверенно. Но без страха.
Она остановилась рядом, чуть коснулась пальцами плеча Киры.
Кира подняла глаза. В них - ничего привычного. Ни «пошли», ни «можно», ни «ну, давай уже». Только вопрос, не произнесённый вслух.
Ася ответила не словами.
Просто сняла свитер. Медленно. Не соблазняя. Без пафоса. Просто потому что тело тоже может быть жестом.
Кира выдохнула. Резко. Как после нырка. Потом встала.
Они стояли лицом к лицу.
Без поцелуев. Пока.
Только дыхание.
Стук сердец - так громко, что почти неловко.
Пальцы - дрожащие. Не от возбуждения. От того, что наконец-то.
Кира коснулась лица Аси - как будто впервые. Хотя знала каждую черту. Только сейчас - по-настоящему.
- Если ты не хочешь, - прошептала, - скажи сейчас.
Ася взяла её ладонь, положила себе на шею. Там, где бьётся пульс.
- Я здесь. Сама. Не потому что надо. Не потому что ты. А потому что хочу быть.
И тогда - Кира поцеловала её.
Не в губы.
В щеку. Потом в висок. Потом в уголок глаза.
Словно читала по коже то, что не могла осмыслить иначе.
Кира провела ладонью по её шее - медленно, по коже, не как ласка, а как команда: «оставайся здесь».
Потом опустила руки на её талию, сжала слегка - почувствовать, как дышит. Не спросить, а утвердить. Не «можно?», а «теперь — да».
Ася откинулась назад, села на кровать, ноги немного подогнула.
Кира не спешила раздеваться сама. Сначала - Ася.
Снимала с неё остатки одежды, будто разворачивала подарок, осторожно, но с чувством, будто знала: это для неё, только для неё.
Тонкие лямки белья соскользнули с плеч. Кира смотрела - не как голодный, а как жаждущий.
Не вожделение - нужда.
Она склонилась к ней. Поцеловала в грудь. Мягко. Потом язык. Потом зубы.
Ася зашипела сквозь сжатые зубы, вцепилась пальцами в простыню.
- Всё хорошо? - прошептала Кира.
- Да... Только не останавливайся.
Этого было достаточно.
Кира завела руку за спину Аси, притянула к себе. Ласкала не аккуратно, но в меру - с ритмом, с намерением, с тем особым нажимом, который не требует объяснений.
Ася поддалась.
Кира перехватила её руку - прижала к кровати.
- Я - веду.
- Хорошо, - шепчет Ася, глядя снизу вверх, как будто впервые отдала контроль - и не испугалась.
Кира спустилась ниже. Не сразу. Сначала провела пальцами по бокам, по животу, по внутренней части бёдер - будто писала своё имя на коже.
Потом - сняла последние сантиметры ткани.
Ася была уже мокрая. Кира почувствовала это пальцами - медленно провела, как будто пробовала температуру воды. Вошла - одним пальцем. Потом двумя. Медленно. В ритме. С напором.
Другой рукой гладила грудь. Потом шею. Потом волосы.
Губами - плечо, ухо, подбородок.
Всё тело Аси было под ней. Дрожало. Сжалось. Потом - расслабилось.
Когда она кончила, тихо, сдержанно, с долгим сдавленным «Ки-ра», как будто не могла выговорить до конца - Кира осталась рядом. Не ушла. Не перевернулась.
Она смотрела на неё.
Целовала в плечо.
Гладила по пояснице.
И только потом, только когда Ася дышала ровно, позволила себе разжаться.
Упасть рядом.
После - Кира лежит, глядя в потолок.
Сигарета в руке. Не горит. Просто привычка. Пульс в шее - ровный. Но в голове - паника.
Ася спит.
Нет. Просто лежит с закрытыми глазами.
Рука на животе. Нога - рядом. Не касается, но почти.
Кира хочет сказать: «Ты не жалеешь?»
Хочет, но не может.
Хочет сказать: «Ты завтра уйдёшь, да?»
Но боится ответа.
И тогда она просто поворачивается на бок. Смотрит. Слишком долго.
Ася открывает глаза.
- Что?
- Я...
Кира хочет пошутить. Сбить градус. Сказать: «Я просто офигела, что ты красивая даже в полумраке».
Но не выходит.
- Ты жалеешь? - выдыхает.
Ася смотрит. Тихо. Без грима. Без щита. Без защиты.
- Нет, - говорит.
И тянется.
И целует в лоб.
- Я не исчезну.
И в этой фразе - больше, чем в признаниях, больше, чем в клятвах, больше, чем в любом «я тебя люблю».
Потому что это то, чего Кира боялась всю жизнь.
Что люди всегда исчезают.
А Ася - осталась.