Жажда

-Артемий!- пронзительный крик доносился до моих перепонок, будто бы из-под толщи воды.

Ах, да. Так же и было.

Мое пьяное тело, по-прежнему в свадебном костюме, затолкнули в душевую кабину под струи ледяной воды, что заставляла одежду липнуть к телу, а все внутренности поджаться от холода. Хотя, не только внутренности.

-Если это не пробуждение после свадебной пьянки, то не нужно возвращать меня в трезвость,- ворчу, пытаюсь отодвинуть того, кто так зверски возвращает меня в реальный мир, но не выходит.

-Если я стану ждать, пока ты протрезвеешь и наплачешься на жизнь, то нас обоих уже успеют пригласить в изолятор или даже сразу на свадьбу Ники и сына Сингапурчика,- эти слова, весьма четким тоном, будто бы отец и сам не выпил бутылку виски, отрезвили меня намного сильнее холодной воды. Будто кто-то тронул колокол в храме, а звенело в моих ушах. В последний раз такую мощную волну зарождающейся ярости я почувствовал лишь тогда, когда вместо своей невесты обнаружил в ее комнате запертую Дашу. А Анисимовой и след простыл, словно бы и не существовало ее никогда.

Лучше бы и не существовало.

-Выходит, все это не предсвадебный мандраж и вскрытые старые раны, а самая что ни на есть спланированная операция,- язвлю я и все же встаю с кафеля, шлепая и разбрызгивая воду по полу.-Откуда тебе вообще это известно?

Вопрос был глупым. Ведь отец всегда знал все и на любые мои «почему» с раннего возраста отвечал уверенно и знающе. Только раньше меня интересовало почему небо голубое, а сейчас любое мое предложение начиналось с одного отвратительного и одновременно с тем прекраснейшего имени. Прикусываю щеку и даже незаметно, как чертов ребенок, скрещиваю пальцы на то, чтобы услышать: «Я и не знаю, просто только что выдумал, чтобы наконец ты прекратил пить».

Но нет. Отец не спешит «обрадовать» меня.

-Если посмотреть запись с камер, то видно, как Ника выходит из особняка и исчезает за поворотом, откуда очень скоро выезжает тонированная машина, принадлежащая... ты и сам понимаешь кому,- осекается он, замечая, с какой силой я удерживаю мрамор в руках. Вот-вот треснет и этим обломком можно сломать зеркало, чтобы изрезаться в кровь. Или себя или того ублюдка, что связался с Никой. Или всех сразу, чтобы наконец прекратить все это.

-Слежку установили?- ледяным убийственным тоном, который давался мне сильным трудом.-Где он живет? Работает? Где Ника?

Вопросы сыпались, как из рога изобилия, но ни одного ответа пока не получено. Этим прошедшие несколько дней так схожи. Гнев, агрессия, торг, забытие, приход в сознание и так по кругу. То, что сделала Ника... у меня всех матерных и не матерных слов не найдется, чтобы описать ее поступок. Я и зол, и ненавижу, и шокирован, и... и даже поражен уровню ее ненависти, ее актерским способностям в конце концов. Так умело все это время играть рядом со мной влюбленную дурочку, которую мне же еще нужно добиваться! И я добился, и я взаправду бросал все под ее ноги, не видел ничего откровенно плохого в том, чтобы положить и свою гордость под ее каблук. Только вот при одном условии – она должна чувствовать ко мне не меньше того, что чувствую к ней я. Но на деле... на деле она просто сука, которая ждала идеального момента, чтобы подобраться и укусить меня гадюкой, отравить и заставить корячиться от невыносимой боли.

Она должна быть рада, ведь ее план удался. Мне больно. Так не по-мужски больно и тошно, что топлю себя в пагубных привычках, которые сокращают мою жизнь все больше и больше.

Но самое отвратительное не это. А то, что даже выжигающий яд не способен вытравить мои чувства к ней. Что бы она не вытворила, я все равно, мать его, кручусь по кругу в своих эмоциях и возвращаюсь в самое начало, где все так же полным идиотом люблю эту суку.

-Артем, скажи честно. Зачем она тебе? Ника сделала свой выбор, достаточно четко показывая свою позицию и чувства к тебе. Сейчас лучше подумать о том, сколько информации она может слить Сингапурчику. Она знает столько... возможно, нам даже придется уехать из страны. Сейчас уже точно не до нее,- тяжело вздыхает отец и трет переносицу, явно от усталости обдумывания хода действий.- Так зачем ты ищешь ее?

Конечно, Ника показала какой сучкой может быть, но не думаю, что она тут же побежит выкладывать все секреты соперникам. Хотя бы потому, что ее месть была личной. Она адресовывалась мне и той ране, которую я нанес ей девять лет назад. Кажется, та была глубже и больнее, чем я мог представить. Раз Ника, моя самая нежная и чуткая девочка, простой и наивный цветок, отрастила такие зубы, которыми меня бы прожевала и не подавилась бы.

Завис, смотря на свое помятое небритое лицо в отражении пока еще целого зеркала.

И правда, Артем, зачем ты ее ищешь? Она при всех отказалась от тебя, выставила на посмешище, растоптала твои чувства, разбила надежды и мечты о будущем, а острыми осколками, напоследок, исцарапала всю душу.

Так зачем? Что ты будешь делать, когда утолишь свой голод и поймаешь ее в свои чешущиеся руки? Когда сожмешь тело в руках, вновь ощущая пьянящий запах ее кожи, когда взглянешь в эти, как оказывается, давно лживые глаза? Лживые, но такие красивые.

Убьешь? Нет, не обманывай себя. Ты и пальцем ее не тронешь.

Накажешь? Нет, ты не захочешь видеть ее слезы.

Силком потащишь под венец, как и клялся в порыве гнева в день свадьбы? Нет, насильно что-то требовать от Ники не имеет смысла.

Попытаешься вновь влюбить ее в себя? А пролезешь ли через те трущобы гнева, которые окутали твою нежную принцессу?

Так чего я хочу?

-Я хочу взглянуть ей в глаза,- получается как-то пафасно, но на деле звучит жалко.

Беру зубную щетку и пасту, чтобы наконец привести себя в должный вид. Пострадали и хватит. Пора действовать. Пока эта дура взаправду не выскочила замуж за первого встречного.

Вот зачем я хочу найти ее. Найду и отправлю к психотерапевту! Может хоть дипломированный специалист вытащит из нее все зло, как жало из пчелы. Невозможно ведь быть настолько слепой в своей ярости и обиде! Что я должен сделать, чтобы она наконец сбросила все острые шипы и позволила подойти, согреть ее израненное сердце?

-Зачем же?- отец усмехается и облокачивается о кафельную стену, скрестив руки под грудью.- Что такого особенного ты там не видел со дня свадьбы? Мало она тебя прокляла и задушила взглядом?

Моя бровь дергается от напряжения, но я стараюсь не выдавать этого, сильнее прилегая к зубной щетке, кажется, стирая эмаль в пыль. Только с помощью градуса я смог забыть все это, собственно зачем и пил не просыхая, а тут вновь одно напоминание и... и все в красках, в мельчайших подробностях и даже запахах того дня в памяти всплывает.

Если бы не запомнившиеся образы Ники в воздушном белом платье, то этот день определенно был бы самым отстойным в моей жизни. Девушка моей мечты отказала мне. Отказала и прямо в лицо сказала о том, что никогда не простит меня. Класс, Суворов! Стоит ли Лиза и Национальная Баскетбольная Ассоциация вот всей той моральной мясорубки, в которой ты сейчас оказался?

Ты мог бы играть в своей стране и при этом сохранить отношения с любимой девушкой по которой у тебя колени сводит от одного вида. Но ты позарился на позолоченный кубок, который шел с таким багажом, как душевное одиночество, физические травмы, куча статей в желтой прессе и слава, о которой после твоей жизни, вспомнят лишь раз в год на годовщину смерти.

Зато амбициозный малый! Гордо поднял голову, не доверился ей, ушел от той, что любила и так нуждалась в тебе. Сам взрастил эту баррикаду, ненависть, и сам об нее сейчас и споткнулся.

-Видимо, раз все еще не простила за эти девять лет, мало,- развожу руками, сплевывая пасту в раковину.- Пусть побесится, поорет, побьет посуду или еще чего, но наконец переварит свою обиду и мы сможешь дальше разговаривать и вести себя, как взрослые люди.

Черт его пойми, что дальше делать. Конечно, я не оставлю все это просто так, но так же понимаю, что выдохся, обдумывая, но так и не зная, как вообще подступиться к этому колючему кустарнику роз. Резать ранящие стебли не вариант.

-Если за девять лет не прошло, то и сейчас не пройдет,- нехотя отмечает отец, отводя взгляд в сторону.- Отчасти и я виноват. Думал наперед, совершенно позабыл о том, насколько сильно Нике было... плохо? Больно? Все и сразу. Я взаправду привязался к ней, часто беззвучно называл своей дочкой и уже давно спланировал вашу свадьбу. И даже не подумал о том, что чувствует она. Ни разу не спросил,- все больше и больше удивлял он меня ходом своих мыслей.

Все же мой отец скорее тот самый тип мужчин, который видит лишь свою правду и обычные людские переживания, тем более девушек и женщин, он не считал чем-то столь важным. Сейчас переживают из-за длинны юбки, через час - из-за цвета лака для ногтей. А тут вот как... такие переживания одной девушки влились в полнейший хаос, подмоченную репутацию, легкое разочарование и разрушенные до фундамента планы.

Я и сам на секунду замер, словно бы до меня дошло что-то, чего я раньше и сам не понимал. Да, знал, что Ника была зла на меня. Она ведь сама говорила о том, что ей тяжело простить меня. Но я так быстро уцепился за идею «завоевать вновь, пока она дает хотя бы мизерный шанс на это», что и позабыл о корне проблем. Я ведь толком и не слушал ее, не дал выплакаться себе в плечо по старым ранам, не залечил каждую. Не разобрал детально всего, что случилось тогда, а значит не исправил ситуацию. Не прочувствовал всех ее страхов и боли на собственной шкуре, раз так и не понял раньше, почему она не простила. Почему этот светловолосый добрый ангел был подавлен чернильной тьмой.

Это как строить новый дом на старых подгоревших обломках. Пока не уберешь предыдущее – нового не выйдет.

Жаль я понял это лишь тогда, когда этот самый новый дом дал трещину и рухнул.

-Никто из нас не принял это настолько серьезно, насколько оно было,- выдыхаю я, вытираю умытое лицо полотенцем.- Что сделано, то сделано,- пожимаю плечами.-Но это не значит, что я позволю какому-то там дегенерату учиться на наших ошибках. Нике и самой нужно все обдумать, насладиться свой выходкой, успокоиться. Но одной, а не в компании того, кто запудрил ей мозги.

Но, как бы Ника не притворялась, рядом с ней я понял одно – никогда не поздно. В наших отношениях никогда не поздно вновь поджечь фитиль. Как бы она не скрывала свои чувства за глухой стеной ненависти, пока я чувствую хотя бы каплю ее любви ко мне, что нехотя, возможно для нее самой, но просачиваются, понимаю, что этого хватит, чтобы утолить жажду, которую я чувствую, глядя на нее. И, уверен, задетая девочка внутри нее, ждет, пока я не приду и не исправлю все.

-Думаешь, это Слава запудрил мозги Нике?- он усмехается.- Знаешь, не удивлюсь, если и им Ника вертит, как хочет.

-Что значит твое «и им»?- возмущаюсь, подходя к гардеробной, чтобы сменить одежду. На подсознательном уровне понимаю, что он прав. Ника из меня те еще веревки вила. Впрочем, она единственная, кому я это могу позволить.- Ладно, так что там за адрес? Где искать этого Славу?- имя скользнуло по языку, как гадкая устрица. Если бы мы были не дома, где я все еще, не смотря на возраст, мог получить затрещину, сплюнул бы под ноги.

-Ты же не собираешься заявиться к сыну Сингапурчика с пистолетом?

-Кто? Я? Нет. Я просто прикончу его и все,- весьма доходчиво.

Как для отца, так и для этого Славы, который точно поймет, что негоже чужих невест воровать.

-Артем! Не развязывай ту войну, которую ты не сможешь остановить,- гневно говорит отец и хочет попытаться отобрать оружие, но вовремя осекается, отступает назад.

-Хочешь сказать, что Ника не стоит того?- поднимаю бровь и одновременно проверяю магазин. С моим не самым богатым опытом в стрельбе, хватит, чтобы хотя бы одна из пуль достигла противника.

-Я говорю, чтобы ты не сходил с ума! Пока мы еще можем решить все миром...

-Каким к черту миром? Фактически, он сейчас один на один с моей невестой. За такое по вашим законам ему уже голову можно открутить от позвоночника!

-Вы с этим Славой два балбеса,- стучит по голове костяшками пальцев.- Какие, мать его, законы? Что вы о них вообще знаете, щенки? Вы не принадлежите тому миру и тому закону! Поэтому отдай мне пистолет и спокойно поговори с ним, если так уж крутит в заднице, вернуть Нику.

-Понял,- кивнул, соглашаясь, замечая, что отец начинает выходить из себя.- Мне поможет Егор,- уже тише добавил себе под нос, протягивая оружие мужчине.

Уж кто-кто, а Егор точно будет «за» даже до того, как я озвучу свой план. Наверное, такой и должна быть дружба.

Впервые выходя из спальни за последние дни почти трезвым и в чистой одежде, понял, что мой выход - словно второе пришествие Христа. По крайне мере моя "доведенная до нервного срыва" мать смотрела на меня именно такими глазами.

-Артемий,- еле слышным голосом, но таким громким в тишине огромного дома. Смотрю вверх, на высокие белы потолки, а мысли волей не волей возвращаются все к одному. Да, тут планировалась вечеринка в честь нашей свадьбы.

Остановился, застегивая манжеты на рукавах. Развернулся, из-под лба смотря на то, как мать старательно изображает полудохлого лебедя, заставляя всю прислугу бегать вокруг нее с компрессами, водой и нашатырем. Я видел тех, кто взаправду мучается от сердечной боли. И факт остается фактом – моя мать симулянтка.

-Я думал, тебе уже стало лучше, узнав, что я не женился на Нике. Все прямо как ты и хотела.

Не мог сдержать своей язвительности. На кануне свадьбы моя мать заездила мою голову до диких мигреней тем, что Ника мне не пара. Ну, вот! Как она и желала! Я остался холостым и свободным. Никакого кольца на пальце и жены рядом. Так где же радость на ее лице?

-Как ты можешь так говорить?- в сердцах вскрикивает она, кладя руку на грудь и морщась, другой рукой подзывая домработницу, которая подает ей стакан воды.- Да, я не хотела этой свадьбы! Но еще меньше я бы хотела, чтобы то, как тебя унизили, сейчас мусолили в газете и на идиотском телевидений!- она с такой силой нажала кнопку на пульте управления, что странное дело - та еще не вдавилась в пластик.- Ты ведь не последний человек, Артем! Как ты только позволил кому-то так обойтись с тобой... тем более этой...

Лениво перевожу взгляд на экран, поджимаю губы, замечая те кадры со своей неудавшейся свадьбы, которые и сам прекрасно помню. Зря снимали. Такое хрен забудешь.

-В следующий раз надо подобрать другие цветы, а то от этих я расчихался,- непроизвольно потираю нос, вспоминая не самый приятный момент.

-Какой еще следующий раз?- ошарашенно и вместе с тем роняя пуль на мраморный пол.

-На нашей второй свадьбе с Никой. Даст Бог, последней.

Ну или дай Бог Нике поменьше упрямства, побольше сговорчивости и желания на примирение.

Разворачиваюсь, желая оставить вновь шокированную мать на попечительство отца и корвалола, иду в сторону выхода. Егор никогда не любил опаздывания. Да я и сам не хочу задерживать реализацию плана, по которому я скоро почувствую такую приятную боль от сломанных костей кисти об одну наглую воровскую рожу.

-Артемий! Тебе совсем на меня плевать, да? На ту, которая тебя в муках двадцать часов рожала! Воспитывала и...

-Катя, успокойся,- вздыхает отец и сам отсчитывает капли в стакан.-Молодые сами разберутся. Если мозгов хватит, кончено,- недовольно ворчит и протягивает матери стакан.- Понаражали на свою голову,- выдыхает в сторону и практически залпом иссушает остатки в пузырьке корвалола без воды.

-Гена! Ты же можешь остановить его! Он пошел за этой... за этой...

Хорошо, что моя мать понимает одну важную вещь – не стоит выражаться в сторону Ники. Она может придумать ей хоть тысячу ярлыков, которые с удовольствием навешает и затянет на шее. Однако, знают все – лучше бы это не дошло до моих ушей.

-Один раз мы уже влезли в их жизнь. И к чему это привело, Кать?- отец развел руками, смотря матери прямо в глаза.-Оставь их в покое и молча жди хороших новостей.

-Хороших?! По-твоему то, что наш сын тащится за какой-то приблудой, которая оскорбила и унизила его на всю страну – это хорошая новость? Остаться с той, которая ради него даже на преступление пошла? Нет, зачем оно надо, верно? Будем одержимы всякими стервами!- она чуть ли не бросает стакан в служанку.- Наш сын сошел с ума! Замечательная новость, Гена! Просто замечательная.

-Хочешь сказать, что все еще рисуешь в невестки Лизу?- удивился отец.- Тогда отвлекись от созерцания свадебного видео своего сына на вот это,- он переключил канал полусдохшим пультом, являя всем, но все же больше матери, интервью Жени, который своими грязными сплетнями (хотя, скорее всего правдой) размазывает остатки репутации Лизы по асфальту так же легко, как и машинное масло.

Теперь, осознав весь масштаб проблемы и поняв, почему Ника так сильно ненавидела Лизу, я и сам не чувствую к ней жалости. Всем должно воздастся по заслугам. Великая слава и репутация Лизы были построены на лживом основании, на боли других людей. А значит и расплата будет беспощадной.

Под очередной крик матери вышел из отчего дома с небывалой улыбкой. Пусть лил дождь, пропитывая одежду до последней нитки, но это не мешало мне четко осознавать свою цель.

Если Ника думает, что своей выходкой поставила в наших отношениях точку, то ей стоит знать, что я уже переделываю её в запятую. Суворовы просто так не сдаются!

Насвистывая засевшую в голове песню (прим. автора, отсылка к треку BTS- «DNA»), зашагал по вымощенной дорожке, приглаживая мокрые волосы назад, подставляя лицо мороси. Странное чувство лёгкости поселилось в душе. Словно наконец я взаправду ощутил, что больше между нами нет секретов и тайн. Теперь все будет иначе, Ника, обещаю.

-Да, мама, я сумасшедший,- чуть ли не пропел, потягиваясь и вдыхая свежий воздух в котором так и чую свою скорую победу. Да, слетевший с катушек, по одной девушке, которая ненавидит меня так, будто бы я виновен во всем, что случилось на этой бренной Земле. И я полон решимости показать ей, что признаю это и готов пройти сквозь весь окутавший ее мрак, чтобы вытащить нас обоих на свет.

Я же сумасшедший! А сумасшедшие всегда побеждают.

****
-Ну и что тут не понятно?- искренне удивился выражению лица Егора, которое так и кричало: «Все не понятно!».

Он вновь переводит взгляд то на меня, то на карту-схему действий, где я детально нарисовал и объяснил, как нужно вызволять из лап одного ублюдка свою невесту.

Кажется, он полностью окунулся в роль «семейного человека». Потому, как раньше точно бы бросился за моей идеей даже раньше всех объяснений. Сейчас же сидит, анализирует и высчитывает риски.

-У тебя, походу, уже последняя извилина заспиртовалась, Суворов,- крутит пальцем у виска и за секунду иссушает очередную стопку текилы. Даже не поморщился и жестом попросил у бармена добавки.

Повторил за ним.

-Тогда предлагай ты, критик великий,- бормочу в ответ и так же выпиваю содержимое стопки. Быстро и легко, как топливо в бензобак. Так мысли приходят быстрее и каждая следующая интереснее другой.

-А что я? А я дипломатичный человек и поддерживаю идею твоего отца. Поговори сперва ты с этим Славой, как мужик с мужиком!- будто пытается достучаться и красным маркером зачеркивает вырезанную и приклеенную на «карту» фигурку дома, где предположительно находилась Ника.

-Да как у вас еще язык не отсох от желания со всеми поговорить,- закатываю глаза.- Хорошо. Представь, что Слава сейчас с твоей Дашей…

-А давай мы не будем представлять!

-Нет, будем! Для полноты ощущений! Ну как? Представил? Появилось резкое желание поговорить?

Егор не удивляет меня. Все такой же мрачный, немного отстраненный. И если бы я не заметил дрогнувшей выпивки в стакане, что был зажат в его руке, то точно бы решил, что ему все равно. Но, нет. Егору не все равно. Он понял, что испытываю я лишь отчасти, но и этого, кажется, хватило.

-Вот я смотрю на тебя, Суворов, и понять не могу… ты окончил лучший вуз, крутился в таких сферах, что, кажется, должен людей уже, как орехи щелкать. А у тебя по-прежнему подростковый бунтарь в жопе крутит. Ты когда собираешься взрослеть?

-Что ты хочешь этим сказать?

-Что может быть пора отпустить её? Не зря же говорят: «любишь – отпусти». Ника не раз говорила и показывала тебе, что не хочет связываться с тобой. Так не хочет, что сбежала со свадьбы и сейчас готова скрываться у сына врага вашей компании, лишь бы ты только не нашел ее. Ну и зачем тогда принуждать её? Будет ли от этого счастлив хоть кто-то из вас?

С каждым его словом мрачнел все сильнее. Потому, как Егор беспощадно бил правдой по той бетонной стене, которую я уже давно выстроил для себя. Да и невозможно не заметить, насколько лучше она стала относится к своему отцу, когда тот перестал давить на нее и искать встречи.

-Ненавижу тебя,- выдавливаю сквозь стиснутые зубы.

-За то, что прав?

-За это,- киваю, а на деле ком неопределенных чувств не удается проглотить.- Но если не могу? Ну не могу я отпустить её!

По крайней мере не просто так. Без разговора? Без последнего взгляда? Нет. Или да и я просто ищу отговорки, пытаюсь притянуть то, что пора бы уже перерубить?! Если бы только Ника дала мне более прозрачный намек, то я бы даже не стал слушать слова Егора и осмысливать их. А так, может быть, я и правда делаю ей лишь больнее, когда на деле она даже видеть меня не желает? Я же не полный психопат, чтобы насильно заставлять её что-либо делать! Меньшее, чего я хочу, принуждать Нику к чему-либо.

-У меня есть один хороший психотерапевт…

-К тому же я уверен, что в глубине души она и сама не хочет, чтобы я отпускал,- добавил то, что понималось мной на интуитивном уровне. Или, по крайней мере, мне хотелось верить в это.

-Тогда вместе можете сходить к этому психотерапевту…

-Егор, блин, я ж серьезно.

-Так и я тоже! У вас у обоих крыша не на месте,- он крутит пальцем у виска.-Но если серьезно, то поговорил бы ты сперва с этим Славой. Может он расскажет что-то, чего ты не знаешь, а сама Ника тебе не скажет.

-Мне иногда кажется, что все, о чем она со мной говорила – выдумка. А может она со всеми так разговаривает и мы все видим разную Нику? И в итоге ее настоящую не знает вообще никто?- лезли из меня философские вопросы.

-О-о-о, кажется ты вообще загрузился,- Егор хлопает меня по плечу.-Сворачивай свою чудо-карту и продолжим завтра.

-Нихрена подобного,- возмутился и отобрал сложенный лист.-Не откладывай на завтра то, что можешь седлать сегодня, Егорка! Мне нужно поговорить с Никой и набить морду Славе. А там уже будь, что будет…

-Ничего хорошего точно не будет,- вздыхает Егор, но негласно соглашается на всю эту авантюру.

Прекрасно усвоив урок еще в давние годы, когда мы с Никой поругались из-за того, что сел за руль в нетрезвом виде, сейчас именно водитель вез нас в центр города, где находится здание-офис Славы. И ему лучше быть на месте, а не рядом с Никой.

-Добрый день, у вас назначено?- практически сразу нас встречает весьма миловидная блондинка с огромной улыбкой.

Эх, а Ника знала с кем у кого и когда у меня назначено и таких вопросов не задавала. Пришедшие не по записи или договоренности сразу получали отворот поворот и никто без ее разрешения ко мне не проскочит.

-Нет, но мы уверены, что нас прим… Артем?! Эм… Артем Геннадьевич?!- голосом Егора можно было бы кого-то изрезать. Кажется, он выпил меньше меня или же просто был адекватнее. Мне же… мне уже и море по колено. Терять нечего.

-Постойте! Вам нельзя…

Мне? Мне все можно. Тем более, когда в одном предложении есть «набить морду» и «этому ублюдку». Какая-то блондинка собирается остановить меня? Смешно.

Пока Егор любезничал и извинялся, я, не собираясь ждать у моря погоды, направился прямиком к лестнице наверх. Ведь где сидят большие шишки? Верно! Поближе к поднебесной. Не смотря на количество выпитого алкоголя, перескакивал практически по несколько ступенек, желая как можно скорее увидеть того, кто может дать мне целый ворох ответов и, бесспорно, моральное удовлетворение видом своей разбитой рожи.

В приемной сидела несколько перепуганная девушка, сильно стискивающая папку в своих руках. Слава же стоял возле её стола, лениво разговаривая по телефону.

-Насть, не переживай… он уже почти… здесь,- все так же неторопливо говорил он, осмотрев меня так, словно бы оценивая подхожу ли я для чего-то.- Так, Суворов, ты пугаешь мой персонал и мешаешь работать. Потому давай побыстрее закончим с…

Без проблем! Я сюда за этим и приехал!

На полной уверенности иду вперёд до того момента, пока не оказываюсь настолько близко, чтобы ударить его кулаком по лицу, но тот с весьма скучающим видом не просто блокирует, а даже отражает удар, чем застает меня врасплох. Сидя на полу холодной приемной со звоном в ушах, кружащейся комнатой перед глазами и онемевшей челюстью, пытаюсь понять, что произошло.

-Если хочешь подраться, то ты не вовремя и явно не в форме,- вздыхает он, разминая кисть.- Даже противно бить тебя бухим. Трезвей и приезжай в спортивный клуб. Там я, так и быть, уделю тебе особое время.

-Ты совсем охренел? Какой, мать его, клуб? Украл мою жену и сейчас ведешь себя как ни в чем не бывало?!- злился все сильнее и почти вновь набросился с кулаком, но его реакции действительно можно позавидовать, ведь я был скручен за считанные секунды.

-Ты ничего не слышала и вообще у тебя сегодня выходной, верно?!- прямо намекнул Слава своей перепуганной секретарше, которая закивала и, подхватив сумку, тут же пулей выскочила из приемной.- А с тобой, Суворов, мы поболтаем. Муженек недоделанный,- раздраженно сказал он и буквально затолкал меня в свой кабинет, куда через минуту спокойно зашёл Егор.

Он окинул нас уставшим взглядом и сел на стул, явно готовясь смотреть за этим спектаклем.

-О чем болтать? Куда ты спрятал Нику? Говори и расходимся,- бурчу, массируя плечо. Слишком уж сильная у него хватка для человека, который выглядит более хилым в комплекции, нежели я.

-Подожди, я дойду до твоей кондиции и мы поговорим на равных,- отмахивается он и залпом выпивает одну треть налитого из личного бара коньяка.

-А чего ждать? Я сейчас перелом носа организую быстро и…

-Суворов, ты если не усядешься, то я буду тебя держать у себя на коленках,- шипит Егор, перехватывая меня за локоть.

Дипломат сраный.

-Да, я знаю, где находится Ника. Даже более того – лично отвёз её туда после вашей неудавшейся свадьбы,- ответил то, что в общем было и так понятно. Однако, стоило ему подтвердить это, как моя злость не просто подожгла внутренности, а спалила их к чертям собачьим. Он так спокойно говорит об этом? Точно у него не все дома!- Лучше сядь на место, Суворов, если не хочешь явиться перед ней с фингалом под глазом. Я его тебе быстро поставлю.

Еле остановился, стискивая подлокотник так, что вот-вот и он бы треснул. Здравая, более трезвая, часть меня рассуждала, что пока я ловлю вертолеты после алкоголя, то действительно не могу соперничать с ним. Да и показываться перед Никой с последствиями петушиных боев, правда, не лучшая затея.

-Так ты собираешься говорить, где она?- раздраженно спрашиваю я, отстукивая ритм пальцами по подлокотнику.

-Нет,- пожимает плечами.- Я уже обещал Нике, что не сделаю этого и дам ей время всё осмыслить, понять себя, свои чувства и разложить их по полочкам,- объяснял, как ребенку, и подал нам с Егором по бокалу.

До зубного скрежета бесила его правильность и терпимость. Или это ревность? К тому, что Ника с какого черта доверяет ему. Потому как молчит? Вон, даже сейчас он не выдает абсолютно ничего лишь из-за того, что пообещал ей. Поджимаю губы, болтая янтарной жидкостью по стенкам бокала, засматриваясь на дно. Такой, как Слава, действительно может нравится Нике.

-И о чём нам тогда разговаривать? К чему эти разговоры, если только открытая война может дать мне того, что я хочу?

Ну, как война… я просто зашибу Славу с его отцом, а Егор поможет спрятать тела.

-Если ты хочешь, чтобы Ника тебя возненавидела еще сильнее, то да, Суворов, ты все делаешь верно и продолжай в том же духе,- чуть ли не взрывается он, явно сдерживаясь от того, чтобы всплеснуть руками.- Артем, я хочу вам с Никой помочь, а ты будто слепой и полностью глухой!- вздыхает и проводит пятерней по волосам.

Егор же тем временем смотрит на меня тем самым взглядом: «А я ведь тоже самое говорит!».

Помочь? Враг хочет помочь мне? Что за бред он несет? Зачем мне помогать? Какая ему от этого выгода?

-И почему я должен верить в твое желание помочь? Ты украл ее со свадьбы, а сейчас…

-Никого я не крал, Суворов! Ника сама хотела уйти, а я лишь помог ей. А почему она этого захотела и все же ушла, то это вопрос к тебе, Артемий,- тут же перебросил тему на меня и подлил еще коньяка нам всем.- Что ты не понял из вашего общего прошлого, что не исправил? Почему Ника не простила и все же разбомбила твою репутацию в пух и прах,- хмыкает и бросает одну из желтых газетенок на журнальный столик.

Поджимаю губы, смотря на него, но никак не на печатную ерунду. Не вижу даже смысла распинаться о том, что этот бред не стоит и взгляда. Во времена игры в баскетбол я и не такое о себе читал. А сейчас ныне существуют лишь то, где я выставлен просто тираном и демоном. Так, как «репортеры» и прочие перемыватели костей поделились на два лагеря – защищающие Нику от такого злого и плохого меня, и другие, что порицали саму Нику. Выкупил тираж «второго лагеря», оставив статьи тех, где виноват лишь я. Это ближе к правде.

-Поставь себя на ее месте от начала и до конца. Проживи это все так, как она.

-Психолог из тебя так себе,- качаю головой, но глаза все же прикрываю, чтобы попытаться. Ради Ники я готов на любые, даже не самые традиционные, методы.- Но, если серьезно, то… а зачем ты помогаешь? Какая тебе выгода?

-Свести вас, конечно. Что за вопросы, Суворов? Проработайте свои обиды друг на друга и живите счастливо. Ладно ты страдаешь, хрен бы с тобой, переживешь,- отмахивается он.- Но Ника точно не заслуживает кипеть в этом во всем.

Ника не заслуживает, никогда не заслуживала и не будет заслуживать подобного.

Мое желание понять ход мыслей Ники, прочувствовать ее травмы и осознать, что я могу сделать, чтобы исправить все – важнее, чем желание ударить Славу за то, как оказывается близко и хорошо он знает Нику. Он знает о наших проблемах, тянущихся таким длинным временным хвостом. Он знает Нику и ее чувства. В отличие от меня. Да, это чертова разрушающая меня ревность внутри. Не вижу смысла скрывать и признаю это. Это я! Я! Я должен быть тем, кто по одному ее вздоху поймет, что случилось и как исправить.

И если Слава тот, кто способен помочь мне в этом, то доверюсь даже ему. Корона не свалится.

-Окей, психолог, что представлять?

-Начни с самого начала…

Без проблем. Мысленно я перемещаюсь во времена, когда впервые, после того, как родители перевели меня в другую школу, увидел Нику в этой ее причудливой зимней шапке.

Как бы слащаво не звучало, но именно этот момент я считаю началом, когда мой мир стал делиться на «до» и «после».