Жажда

Мне совершенно не хотелось находиться здесь. Яркий солнечный день не соответствовал моему внутреннему мрачному и дождливому миру. Мне были противны эти яркие ленты выпускников, мне были противны звуки колокольчиков и льющиеся из динамиков голоса учителей. Хотелось спрятаться и продолжать учебу – единственное, чем я могла занять свои мысли кроме Суворова.

Стоило поднять голову, прекращая рассматривать мысок туфли, как взглядом тут же натыкаюсь на Артёма. Красивый, сдержанный, мрачный, не выражающий никаких эмоций. А ему чем уже этот день не угодил? Думала он будет рад позлорадствовать и принизить меня одним лишь взглядом.

Черт. Весь Мир крутиться вокруг него? Почему среди такой толпы людей я всё равно вижу лишь его? Вижу и вновь чувствую дикую резь в груди, будто кто-то втыкает нож по рукоятку. Хотя он сделал это совсем не в грудь, а прямиком в спину со всего размаха. Его недоверие я точно в силах пережить и возможно даже понять. Но вот его измену, которой он похвастался, решил насолить, - никогда.

Вспомнив его сообщение, почувствовала, как волна неописуемоей ярости накрыла, как цунами, разрушила в щепки все теплые чувства к нему, оставила после себя руины. А вид довольной Лизы, которая держит его под руку, цепляясь словно за спасательный круг, меня окончательно добивает. Прикусываю до боли нижнюю губу и мчусь со всех ног в пустой школьный туалет, только заслышав первые ноты вальса. Не хочу я этого видеть. Видеть и представлять, как они были еще ближе друг другу, чем в танце. Так же близко, как когда-то Суворов был близок со мной. Он её так же обнимал? Целовал? Трогал? Вырывал стоны? Представила. Стало тошно. Это рушится на меня таким ударом, что в пору было бы сплюнуть кровью или желчью.

-Ника! Прости, что опоздала,- тут же тараторит Даша чуть ли не выламывая дверь.- Но зато у меня такое есть!- открываю дверь кабинки, понимая, что она может и ручку сломать.- Солнце, ты чего? Из-за этого куска имбецила и крашенной рыжей чукчи?- голос Даши мягче и она даже становится на колени, чтобы взглянуть на мое лицо, которое было наклонено так низко, что подбородок касался груди.- Я этому придурку всё выскажу! И этой бумажкой в самый нос ткну! Пусть подтирается ею,- вновь кричит она, вытирая слезы и размазанную тушь с моих щек.

-Что еще за бумага?

-Доказательство того, что Женя подмешал в пиво наркотик. Причем в такой дозе, что хорошо, что ты вообще проснулась! Я убью его Анисимов. Сперва его, а потом и Суворова. Два кретина!

-Не нужно,- хватаю её за руку.- Теперь это не имеет значения,- беру в руки листок. Ничего не вижу и не понимаю в заумных заключениях лаборантов.

-Что значит не имеет значения?- ошарашенно спрашивает она, наблюдая за тем, как я рву лист пополам и выбрасываю в мусорку.- Ника! Да за это Артём перед тобой в ногах ползать и вымаливать прощения будет!

-Мне это больше не нужно. Суворов сделал свой выбор, когда решил отомстить мне и переспать с Лизой. Пусть хоть расшибется, но обратно я его не приму,- уже более воинственно произнесла я, пытаясь умыться холодной водой и прийти в чувства.

-Он что?- не поверила она мне.- Как ты узнала об этом? Если тебе сказала Лиза, то её слова всегда надо делить на два, а потом еще...

-Мне это сказал сам Суворов,- жестко перебила её.- Похвастался своими достижениями,- кривлю губы в улыбке, хотя на деле руки все ещё дрожат.

Даше нечего сказать. Точнее было, но она понимала, что теперь в этой истории стоит точка и остальные телодвижения излишни. Дашка просто обняла меня со спины, делясь своим теплом и поддержкой. Это всё, что у меня есть.

-Ну и хрен с ним! Ну и спасибо вселенной, что избавила тебя от этого мудака! В море полно другой рыбы, так что пусть валит на все четыре. Кретин долбанутый,- бурчала она мне куда-то в районе плеча. Её поддержка и настрой придают мне сил, чтобы идти дальше и начать хоронить глубоко под землёй свои смертельно раненные чувства к Суворову.- Пойдем обратно, сделаем пару памятных фоток, посмеёмся с очередной дурацкой шутки Егора. Вальс закончился и Суворов наверняка уже свалил.

-Пойдем,- выдавливаю из себя улыбку и решаю послушать Дашу, понимая, что не стану дарить Суворову такой подарок, как мой затравленный вид. Пусть видит мою улыбку и знает, что мне плевать на него! Даже если это совершенно не так.

***

-Ты на голову больной долбаёб!- Даша с ходу набрасывается на Женю с кулаками.

Совершенно не ожидавший подобного парень не успевает среагировать и его нос вновь хрустит. У Даши всегда был хороший удар, а когда она вкладывала в него все свои чувства, то и вовсе отменный. Она зла, дышит гневом, а не воздухом. Она обижена за свою подругу, которая не достойна такого лицемерного поступка от Жени. Ника простила его, а он поступил с ней так по-скотски! Даше еле держалась, чтобы не задушить того, кого совсем недавно называла другом и золотым механиком на таком до недавнего времени любимом треке.

-Ты, блять, совсем рехнулась?- он зажимает нос руками, выронив гаечный ключ. В упор смотрит на взбешённую Дашу и по всем эмоциям, которые отражаются на её лице, понимает в чём дело. Такой воинственной фурией Даша могла быть лишь по одной причине – близкие люди. Если кто-то хоть словом трогал тех, кто ей дорог, то лучше обидчикам закопать себя живьём до того, как эта девушка доберется до них. Пощады не будет.

-Я? Это ты слетевший с катушек шизоид!- она бросила в него попавшийся под руку инструмент, а своими криками привлекала внимание других людей на треке.- Как ты мог так поступить с Никой? Она должна была написать на тебя заяву еще в самый первый раз, когда ты домогался до неё, рукоблуд хренов! Но Мать Тереза пожалела тебя, простила. А что в итоге? Ты подмешиваешь ей в алкоголь наркоту и ссоришь с Суворовым!- Даша вновь бросила в Женю уже что-то потяжелее, попав в голову.

Ехидная улыбка сошла с его лица на ноль. Резка боль пронзила его голову и из брови потекла струйка крови, попадая в глаз. А Даше мало этого зрелища. Ей Женю убить хотелось.

-Сука, это вообще не твоё гребанное дело, Маликова,- он резко хватает Дашу за руку, нажимая слабые точки и тем самым заставляя очередной предмет выпасть из ослабевшей руки.- Ника мне правда нравилась,- шепчет ей на ухо, выкрутив руку.- Пока не спуталась с Суворовым. Богатенькя потаскуха, которой плевать на романтические чувства какого-то там механика. Ей баскетболиста подавай. Впрочем, как и тебе, верно?

У Даши от этого голоса дрожь по всему телу прошлась, а руки так прострелило болью, что даже двинуться не смогла. Но это не значит, что не пыталась. Пыталась. Превозмогая боль и тревогу, дергалась, как загнанный в сети зверек. Только вот Женя определенно был сильнее. Сдавил ей руки так, что из горла вырвался стон боли.

-Больной ублюдок! У нас есть доказательства и мы в два счета засадим тебя, хотя признаюсь честно, хотела бы, чтобы тебя расстреляли,- шипит дикой кошкой и резко откидывает голову, чтобы затылком ударить по и так многострадальческому носу парня.

Женя резко отпускает Дашу, которая не растерялась и на эмоциях вновь ударила парня. Её жажда кровавой мести застилала глаза. Вспоминая все слезы и боль в глазах единственной подруги, которые она пропускала через себя, богиня справедливости кричала ей не останавливаться и вновь сделать Жене больно. Пусть физически, а не морально, но даже так лучше, чем ничего. Он обязан понести наказания, чтобы никогда более в этой жизни даже и мысль подобная в голову не пришла.

Даша пытается замахнуться, но парень оказался быстрее. Даёт ей такую оплеуху от которой челюсти клацнули и мир перед глазами кругами пошел. Она осела на пол, пытаясь остановить закружившийся мир перед глазами.

-Я последний раз тебя предупреждаю! Не лезь не в свое дело. Беги к своему ебарю и ему права качай,- сплевывает он на пол.

-Урод, совсем берега попутал?- Егор, который пятой точкой чувствовал, что его девушка не просто узнать про очередную гонку приехала, появился не совсем вовремя. Он сам себе чертыхнулся, понимая, что не успел на какую-то гребанную минуту и теперь его Даша сидит и звезды вокруг себя считает. Егор не жаловал драки, но Женя натворил дел, которых хватит себе гроб обеспечить. Зачастую спокойный парень более не сдерживал свой гнев. Поднять руку на девушку и тем более на его Дашу? Такого даже в мыслях у смертника быть не могло.

Егор не ждет ответа и бьёт Женю так, как никогда прежде даже боксерскую грушу не колотил. Теперь он понимал Суворова. Этого выблядка не то, что ударить, а прикончить хочется. Избавить мир от таких подонков – благое дело. Только вот его братья зачем-то всегда заступаются за этот мешок дерьма и теперь уже в четыре руки оттаскивают Егора у которого красная пелена перед глазами, а костяшки в мясо сбиты. Мало. Егору нужно еще.

-Тебя Суворов укусил, придурок? Что нахрен произошло?- кричит Саша прямо в ухо Егору.

-Вы, блять, покрываете наркомана и насильника и еще у меня спрашиваете что произошло?- кричит Егор, высвобождаясь от захвата.- Эта мразь либо сгниет в тюрьме, либо покормит червей в ближайшем же лесу!

-Егор, мы сами разберемся с Женей,- мрачно произносит Никита, помогая встать брату.

-Вижу я блять как вы ахуенно разбираетесь! Пытался изнасиловать Нику, траванул её наркотиками, ударил Дашу... вам сука этого мало? Сами разберётесь? Чего вы нахуй ждёте? Пока на него заяву накатают и весь ваш притон, над которым вы так старались, прикроют из-за какой-то ошибки природы? Так это организовать раз плюнуть!

У Даши дыхание перехватило, стоило поднять голову и заметить разозленного Егора. Она еще никогда не видела его таким. Рассудительность и спокойствие – это то, что всегда было присуще именно ему в их отношениях. Но сейчас... сейчас это просто спущенный с цепи бешенный пёс у которого почти кровавая пена изо рта брызжет.

-Егор, пожалуйста, уведи Дашу,- Саша ловко перевел стрелки на девушку, заставляя Егора остыть.- Не нужно никаких заяв. Мы будем его контролировать и ни ты, ни Суворов больше не услышите о Жене. Обещаю.

Они боялись. Никто не хотел, чтобы из-за глупости, что двигала Женей, все семейное дело пошло коту под хвост. И если для этого Женю нужно было бы чуть ли не в психушку упечь, то его братья так и сделают. Они до последнего защищали его и выгораживали, но после сегодняшнего этому всему нет оправданий.

Егор сам весьма не по-джентльменски сплюнул под ноги, потирая костяшки пальцев. Один взгляд на Дашу и гремучее желание ударить Женю вновь огнем вспыхивало, будто в костер ненависти лили не воду, а бензин.

-Голова кружится? Где болит?- присаживается на корточки и осматривает лицо Даши. А у неё рот открыт не от боли, а от культурного шока.

-Все в порядке,- оживает она и тут же на его шею кидается, прижимается так сильно, что Егор даже слегка покачнулся и мог бы упасть.- Пойдем обработаю твои раны, защитничек.

Егор не произносит ни слова, чувствуя, как гнев отступает и его вновь кроет волной спокойствия, как то всегда бывает, когда он обнимает Дашу. Поднимает её на руки, не позволяя той отстраниться и прекратить обнимать его, как плюшевого медведя. А Даша бы и не отпустила. Она в свою любовь всеми острыми ногтями цепляется, будто кто-то мог бы отнять.

-Что с тобой происходит? Мы в последнее время не узнаем тебя,- Саша кладет руку на плечо Жени.

И это правда. Братья не узнают его. Милый, порой застенчивый и добрый парень стал отрешенным, злым и порой невменяемым человеком. Достучаться до него не удается, он все равно сам себе на уме и творит столько, что потом никто расхлебать не может.

-Все нормально,- отмахивается Женя, вытирая кровь первой попавшейся тряпкой, замызганной в машинном масле.

-Если у тебя проблемы, то ты же знаешь, что мы поможем, но ты хотя бы говори о них!- сокрушается второй.

-Все мои проблемы почти решены,- хмыкает Женя, вертя в руках инструмент.- Побазарим позже, ладно?! У меня ещё есть работёнка,- буркнул он и подошёл к одному из байков, который должен осмотреть согласованно плановой проверке.

«Проверить тормоза красного кавасаки к примеру»,- пробегает мысль, которая превращается в самый безбашенный поступок в его жизни, что сломает не одну жизнь.

***

-А сейчас то тебе что от меня надо?- недовольно цедит Женя, подкуривая сигарету.

У него с прихода в его жизнь этой идиотки всё вверх дном идёт. И каждое её появление на порог его гаража – как сюрприз. Отвратительный сюрприз с обязательно идиотской идеей в запасе, но, черт возьми, в идеальной красивой обёртке.

Лиза была красивой. Это факт. Лиза была полоумной сукой. Это тоже факт.

-Слышала ты немного повздорил сегодня на треке,- весьма дружелюбно начала она, присаживаясь на тот самый подлокотник кресла, будто это единственное чистое место.

-Тебе вообще не похуй?- он склоняет голову в бок, пытаясь проследить за каждым движением Лизы, но ловит лишь отблеск часов на её запястье, когда та кладет руку на сердце.

-Мне?- наигранно удивляется она.- Разве что немного. Просто услышала, что речь зашла за Нику и наркотик, который ты подмешал ей.

-Или точнее сказать речь была о наркотике, который ты мне дала, чтобы я подмешал ей его?- улыбается и тушит окурок в пепельнице.- За свою шкурку трясешься? Думаешь сдам ментам?

Лиза фальшиво улыбнулась, хотя на деле хотела наступить ему своим каблуком на ногу. Боялась ли она? Немного. Таких сюрпризов от мужлана ожидать стоило бы. Но только вот такие сюрпризы ей сейчас не нужны! Сейчас, когда она вот-вот собиралась улететь заграницу. Если вдруг она будет вмешана в подобную мутную историю, то её просто не выпустят за пределы страны. Не говоря уже о том, что подобную информацию точно унюхают, когда она станет моделью. Такое никакими деньгами не скроешь. А выстроенное хрупкое доверие родителей Артёма?! Если всё это разрушится, то точно не восстановится. Она шла к мечте слишком долго, чтобы какой-то механик все испортил!

-А ты сдашь меня?- копирует его движение и чуть склоняет голову на бок, открывая взору парня её белоснежную кожу на оголенной шее.

-Знаешь, Лизок, у тебя весьма приятные способы подкупа. Ты уж постарайся, а я подумаю,- ухмыляется Женя, касаясь ремня на штанах. Его до чертей возбуждало понимание того, что он может иметь эту красивую куклу как последнюю шлюху в каком-то чертовом гараже. Девка, что выше его по социальному статусу, так легко может стать на колени перед ним. И не просто стать, а еще и заглотить его член и дать отыметь себя в рот. Это не могло не будоражить. Он испытывал больное удовольствие, когда делал резкие толчки, заставляя богатенькую суку задыхаться под ним.

Лиза облизывает губы, будто те в миг пересохли, и сама поднимается, цокая каблуками, идёт на встречу парню. Она уже видит, как её голова зажата между его пахом и металлическим столом, как её брендовая помада размазывается по всему его стволу, а слюни вперемешку со спермой стекают по подбородку на грудь. Она уже видит, как после он садит её на этот самый стол и раздвигает ноги как можно шире, вонзаясь как можно глубже до грубых шлепков плоти.

Она примет правила его грязной игры, в придачу сама насладится подобным, но только в последний раз. Лиза не может быть зависима от молчания какого-то бедняка-механика. Лучшая защита- нападение. И его извечная грубость в сексе, которая нравилась Лизе, будет ей только на руку. После этого любой гинеколог подтвердит изнасилование и без взятки за липу. А дальше статья и уголовка. Насильнику никто не поверит. Тем более в его слова, где он бы попытался обвинить свою же жертву в махинациях с наркотиками.

Социум работает совершенно не так, Женя. Социум защищает жертв, даже если они ими и не являются на самом деле. Только самой Лизе стоило бы помнить другое правило – кармический автобус опаздывает, но все равно рано или поздно приедет.