Под запретом |+18

Бакстер Джонатан Стэн

Лилианна Блейк... Блейк.

Остановившись напротив бетонного крыльца и вскинув голову, я бросил взгляд на фасад двухэтажного особняка. Сейчас уже вечерело, так что в стеклах окон отражались низко плывущие тучи, а лучи угасающего солнца слегка подсвечивали металлические ливневки. Как и все коттеджи в нашей коммуне он был выполнен в американском стиле с черепичной крышей и прочей атрибутикой богатой жизни, но выглядел как типичный Белый Дом, окруженный штатом гребанных ФБР.

Удивительно, что охрана не залезла ко мне в штаны и не попросила разоружить член. Мало ли он встанет на хозяйку этого дома? Хмыкнув, я отвернул полы пиджака и засунул руки в карманы брюк. Им стоило бы разоружить член моего сына – у него точно имеются виды на одну из семейства Блейк.

Черт, Кристофер и Лилианна – та самая дочка Бенджамина Блейка.

Застонав от бессилия, я на мгновение прикрыл глаза и попытался смириться с происходящим. В мире столько девчонок – блондинки, брюнетки, шатенки, рыженькие... Но Крису захотелось именно ту, чья киска была для него под запретом. И чем он только думал? Нет, понятно, что не головой – той в которой находятся мозги – просто...

Черт.

Наверное, мне нужно было чуть больше времени, чтобы научиться выговаривать слово «тесть», обращаясь к этому англичанину в Армани. И смириться с тем, что его кровь испортит родословную Стэнов, где были только военные и бизнесмены. Господи, не дай Бог мой внук будет политиком, и наша фамилия появится в стенах капитолия! От ужаса у меня свело горло, и я попытался проглотить ком.

Лилианна Блейк.

Я повторял про себя снова и снова, надеясь, что в моей голове что-то встанет на место. Надеясь, мать его, поскорее привыкнуть, потому что, в конце концов, это было неизбежно!

Мне нравилась Лилианна. Она была милой, привлекательной девочкой с ослепительной улыбкой ее матери, но вот эта чертова приставка Блейк. Нужно поскорее заставить Кристофера жениться на ней, чтобы ее фамилия превратилась в «Стэн».

Лилианна Стэн – совсем другое дело и звучит лучше!

Я затаил дыхание и приподнял одно веко, уставившись впереди себя. Может, это все рассеется? Разве мой худший кошмар может стать реальностью? Но меня до сих пор окружал передний двор особняка напротив нашего, а из углов дома следили красные глаза видеокамер. Господи, ущипните меня, чтобы я проснулся.

Во-первых, мне уже пятьдесят один. А, во-вторых, мой сын был влюблен в дочь Блейка.

Проклятье. И чем я заслужил это наказание на старости лет?

— Бакстер, прекрати делать вид, будто тебе шпилькой проткнули ногу, — проворчала рядом со мной жена.

Повернув к ней голову, я поджал губы и пожаловался:

— Хуже, Малышка Миллер. Меня переехал поезд под названием «Родной сын обеспечил мне пару седых волос».

Евламия закатила глаза, но ее карий взгляд остался таким же ласковым, как и много лет назад. Она всегда так смотрела на меня. В тот момент, когда я надевал кольцо на ее палец, в день нашей свадьбы и на протяжении всей жизни – пылко, трепетно и нежно. Даже в те моменты, когда я не заслуживал этого, Ева не прекращала любить меня, а я ее...

— Не драматизируй, все не так плохо, Бакс-Бани, — она кивнула на входные двери и позволили мне приобнять ее. Стоило моим рукам лечь на тонкую талию, по телу пронеслась эйфория. — Они любят друг друга... К тому же мы с Тессой давно мечтали об этом. Семейные праздники! Общие уикенды! Внуки!

Ева все щебетала и щебетала, а краска медленно сходила с моего лица. Перспектива делить с Блейком оставшиеся годы моей жизни вообще не прельщала! Да еще и его сын. Мистер Деймон, который пару раз делал на меня отрыжку, будучи малышом, теперь косится в сторону моего бизнеса. Оружие в штате легализовано, но, видимо, это мелкого засранца не устраивало.

Господи.

За какой свой грех я расплачиваюсь?

Сначала мне пришлось смириться с тем, что моя Куколка выросла и сама стала матерью, а теперь вот это...

Неожиданно мною овладела усталость. Прикрыв свинцовые веки, я прижал к себе Еву и уронил лоб на ее макушку. В нос тут же забрался аромат клубничного шампуня; он мгновенно опьянил и заставил расплыться в теплой улыбке.

Я любил прикасаться к ней. Даже мимолетных объятий или сплетенных пальцев было достаточно, чтобы вернуться в прошлое и стать тем двадцати двухлетним парнем, который по уши влюбился в эту рыжеволосую девчонку. Сколько бы не прошло времени, сколько бы лет нам ни было она так и осталась для меня Малышкой Миллер, а я для нее тем самым Бакс-Бани. Мы провели вместе, кажется, уже целую вечность, но все пролетело одним днем. Я не успел оглянуться, как у нас появились дети, а потом малыш внук...

Черт.

Все равно моей исповеди никогда не придет конец.

— Малышка, ты меня не успокаиваешь, — прошептал я.

Ева смущенно улыбнулась и отклонилась на мою грудь, впереди себя удерживая коробку с домашним тортом. Одного взгляда на ее шикарное тело балерины хватило, чтобы во мне проснулся голод. Боже, это гребанное белое платье меня убивало – оно сидело как вторая кожа и едва доставало до колен. Руки чесались снять с нее этот наряд, но нас, к сожалению, ждал не жаркий секс, а пару часов в обществе Блейка.

М-да.

— Кристофер любит Лилианну. Думаю, факт того, что наш сын счастлив, тебя должен успокоить, — кивнула она и начала смущенно ерзать, пытаясь выбраться их моих рук.

Подразнив ее, я целовал в висок, потом передвинулся к уху и слегка прикусил. Любимая зацокала, но прерывистое дыхание и румянец на щеках с лихвой выдавал ее игривость. Вспомнив, где все же мы находились, и что позади нас шел сын, я, хоть и разочарованно, но позволил ей отстраниться.

Крис.

Я вспомнил слова жены и кивнул. Главное его счастье. Насрать на то, чего я хочу или нет. Как бы мне не нравился Бенджамин, я даже пожму ему руку, только бы сын надел кольцо на палец той, кого любит. Для своего ребенка я хотел лучшего.

Пропустив вперед Еву, я проследил за тем, как она поднялась по ступенькам и потянулась к ручке двери. Кристофер за моей спиной докуривал сигарету и бросал не менее «дружелюбные» взгляды в окна особняка. Не привычно было видеть его в деловом костюме и белой рубашке. Мне пришлось одолжить ему свой, потому что гардероб сына состоял исключительно из косух и джинсов – нашей мамочке взбрело в голову выглядеть официально.

Это был обычный ужин, и я не понимал ее восторга. К тому же наши семьи дружили десятки лет, так что ничего необычного в этом не было. Мы часто собирались на праздники, а наши жены практически каждый день проводили вместе – особенно в их ведьминский четверг «Вечер Кисок».

Сейчас я завидовал Франклину, который избежал участи фальшиво улыбаться – они с Тиффани уехали на пару дней в его коттедж в лесу, оставив малыша Сэмми Лаарсонанам.

— Почему именно Лили? — с любопытством протянул я и вскинул бровь, уставившись на Кристофера. — Ни Марселла? Ни другая твоя девчонка одноклассница?

Стэн-младший сделал последнюю затяжку крепкого Marlboro – у меня во рту пересохло от желания снова ощутить никотин – и пожал плечами.

— Почему именно моя мама? Почему не Тесса или тетя Мэри?

Рассмеявшись, я покачал головой.

Один-один

— Мы хотим то, что хотим, — задумчиво протянул я.

— А я хотел и хочу Лилианну, — дерзко взмахнул он рукой, а его глаза приобрели озорное выражение. — И дело здесь не только в сексе, хотя с ней он охренительный и все такое, но нет. Это нечто большее, глубоко внутри меня.

Любовь.

Я прекрасно понимал, о чем он говорил, ведь сам испытывал тоже самое. Почему именно Ева? Она стала тем недостающим механизмом, который я искал всю свою жизнь. Должно быть, и Кристофер ощущал нечто похожее. С ней он стал другим. Я переставал узнавать своего сына. Когда дело касалось девчонки Блейк, он превращался в лучшую версию себя – за это я и хотел сказать Лили спасибо.

Выбросив бычок в цветочную клумбу – сигарета мелькнула и исчезла среди кустов роз – Крис оттянул воротник рубашки, расстегнул ее на пару пуговиц и устремился ко входу. При этом на его лице явно читалось недовольство. Не только из-за предстоящего ужина, но и сковывающего движения костюма.

Удивительно.

Каждый раз, когда я смотрел на него, у меня создавалось впечатление, словно передо мной поставили зеркало. Те же каштановые волосы, яркие голубые глаза, сглаженные черты лица и неизменные бесята во взгляде. Крис взял от меня слишком многое, слегка разбавив свой характер импульсивностью брата матери – Грегса. Тот тоже всегда рубил с плеча, вляпываясь в разного рода истории. После одной такой у меня до сих пор остался шрам!

Собравшись с силами, я поднялся вслед за семьей. Двери коттеджа были распахнуты – воздух наполняли радостные вопли Ева и Тессы и неловкие ответы Лили. Идя вслед за Кристофером, всего на секунду я замер из-за неожиданно пришедшей в голову мысли.

А ведь не все так плохо получается? Мой сын и его дочь – это значит, что Стэны трахнули Блейков, а не наоборот! Как хорошо, что Тиффани не приглянулся Деймон. Мне нравился Франк. Познакомившись получше с ним, я понял, что у нас много общего и вот уже семь лет считал его практически своим сыном. Однако, чего бы я на самом деле не смог пережить, так это мини-Блейка в зятьях!

Стэны трахнули Блейков.

Вот теперь-то меня все устраивает!

Расправив плечи, я вошел в дом. Первым делом нас встречали Тесса и Лили. Последняя уже угадила в объятия к моему сыну и невинно краснела, пока он что-то шептал ей на ухо. Девочка выглядела такой хрупкой рядом с ним, что я невольно улыбнулся. Окинув взглядом ее длинные стройные ноги, милое розовое платье с шелковой оборкой у груди и косички с вплетенной в них белой лентой, я закатил глаза.

Черт, ей же всего семнадцать. Она еще такой ребенок, и чем он только думал?

Решив не смущать их, я перевел все внимание на хозяйку дома. Миссис Блейка, как всегда, была элегантна, но в отличие от своего мужа не напоминала восковую фигуру в музее. Сейчас за ее спиной струились блестящие шоколадного цвета волосы – они не прикрывали татуировку ласточки на ее шее – а на губах сверкала восторженная улыбка.

Приобняв женщину, я проигнорировал хмурый взгляд Бенджамина – он стоял за ее спиной – и отвесил нахальный комплимент:

— Года идут, а Тесса все так же ярко улыбается? — мазнув взглядом по ее изумрудному коктейльному платью, я шумно выдохнул и по очереди сказал ей и своей жене: — Уф, принесите мне виски со льдом? Здесь слишком жарко, а у меня слабое сердце.

— Бакстер, — захихикала миссис Блейк. — Что действительно не меняется, так это твой талант делать комплименты.

— Нет, серьезно, — встрял Кристофер. — Тетя Тесса, вы потрясающая. Спасибо большое за вашу фигурку, которая по наследству досталась Лилианне.

Я притянул к себе Еву – она обвила двумя руками мое предплечье – и мы оба принялись следить за этим цирком. В то время как Тесса таяла от похвал, Бенджамин все больше и больше вскипал. Его и без того темные глаза стали напоминать черную дыру, которая вот-вот схлопнется и в злости поглотит всех нас.

Кто бы мог подумать, что этот чопорный англичанин тот еще ревнивец? Нечего было жениться на молоденькой девчонке, чтобы потом впадать в приступы, когда на нее смотрят дольше пары секунд. Хотя... Я понимал его. Меня тоже бесило, когда Ева становилась объектом не только моего обожания, что происходило довольно часто. Жена балерина – это не только фантастическая растяжка, но и толпы ее поклонников.

— Рад видеть тебя, Бенджамин, — протянув ладонь, я надел свою самую фальшивую из всех наифальшивейших улыбок. Мои губы напряглись как струна, обнажая в оскале зубы. — Этот день такое счастье. Я не мог дождаться, когда наши дети сойдутся...

И Кристофер трахнет фамилию Блейк.

— Я тоже в восторге, мистер Стэн. Семейный праздник, верно?

Ага. Подлейте мне крысиного яда в бокал ближе к вечеру.

Ни один мускул на лице Бена не дрогнул. С расчетливым спокойствием он пожал мою руку, сказал что-то почтительное и абсолютно бессмысленное Еве, а потом поприветствовал Кристофера. Наблюдая за ним со стороны, я скривился.

Похоже, в породе Блейков было заложено напоминать роботов. Они словно программировали самих себя – идеальная осанка, чуть наклоненная голова вбок, выглаженный костюм, бесцветные глаза и не грамма эмоций. Рядом с Тессой он разве что старался улыбаться, но даже это выглядело слишком жалко.

Не знаю. Я не возлюбил его с той самой секунды, когда Бен заявился на порог моего дома двадцать шесть лет назад и начал что-то требовать. Одна его фраза «я сенатор, мистер Стэн» стала красной тряпкой. Я вспыхнул и не мог остыть до сих пор, а горючего в огонь подливало еще и то, что он был политиком.

Гребанным белым воротничком, который просиживал зад в капитолие, пока по их приказам в Афганистане – да и не только там – погибали хорошие парни. Мой отец, мои друзья, даже моя душа осталась где-то там. Я вернулся живым, но это стоило огромной цены – четыре потерянных года и кошмары.

Кошмары...

— Пройдемте к столу? — Тесса, прижимая к себе коробку с шоколадным тортом, кивнула на арочный проем за своей спиной. — Сейчас все остынет и наши старания с Евой пройдут зря.

Не спеша сдвигаться с места, я в панике оглянулся позади себя. Дверь так и манила, но, как бы я не хотел свалить отсюда, не имел на это права.

Счастье Кристофера... Счастье Кристофера...

Твою мать, за что мне это все?

Уильям Бенджамин Блейк

У этого мальчишки, как и у его отца, совершенно не было манер! Весь вечер он не переставал нахально улыбаться, делать комплименты моей жене и смущать дочь. Кристофер не затыкался ни на секунду! Серьезно, он напоминал мне испорченное радио со сломанной кнопкой «выключить»! И, что самое удивительное, похоже все им были очарованы... кроме меня и Деймона!

Положив ладони по сторонам от своей тарелки, я впился взглядом в младшего Стэна. Он сидел по правую руку от Лилианны, так близко наклонившись к ней, что их дыхание обоюдно сплеталось. Каждая частичка моего тела горела от ревности, но я старался держаться себя в узде. У меня было много времени смириться с их отношениями, но собственнический инстинкт я так и не смог отпустить.

Разве это вообще возможно сделать? Разве я мог сейчас испытывать спокойствие, видя в его глазах совершенно отравительные, грязные и похотливые мысли, которыми он обласкивал Лили? О, Господи. Казалось бы, это неизбежно и у меня было семнадцать лет, чтобы смириться. В конце концов, прожив «взросление» Вероники, я понимал, что и еще одна моя дочь станет девушкой и, рано или поздно, упорхнет из родного гнезда, однако...

Лучше бы это случилось поздно!

А вообще никогда!

Устало покачав головой, я потянулся за бокалом вина. Обеденный стол был уставлен едой и сверкал в мягком свете потолочной люстры. За окном шел мелкий дождик, окружая нас атмосферой уюта и звуком капель, барабанящих по ливневками, крыше и окну. В гостиной двойняшки смотрели телевизор – кажется, Дискавери, они любили программы про животных – а здесь, в столовой, гудели низкие голоса, прерываясь частым смехом. За весь вечер я так и не притронулся к еде, чтобы как Дей не скрипеть ножом по тарелке, представляя на ее месте горло Кристофера.

Значит, Стэн – этот отвратительный юноша, с манерами портового грузчика, ароматом пепельницы и чрезмерной наглостью – мой будущих зять? Отец моих внуков? Муж моей дочери и...

С ума сойти.

Залпом осушив спиртное, я потянулся за бутылкой игристого «Алисия» и плеснул себе еще. В этот момент моей ладони коснулись теплые тонкие пальцы. Еще не оборачиваясь, я расплылся в улыбке и слегка сжал женское запястье.

— Бен, успокойся? — шепнула Тесса. Повернув голову к ней, я засмотрелся в капканы светлых глаз – по телу пробежала волна умиротворение, успокаивая и мое колотящееся сердце. — Все замечательно?

— Все просто прекрасно, родная, — солгал я и запил свою ложь еще одним глотком алкоголя.

Все совершенно не прекрасно!

И как я только позволил Лили с ним водиться?! Мое упущение было наблюдать за ними в детстве и ничего не предпринимать! В какой-то степени, я понимал, что это уже не остановить. Даже маленькими их тянуло друг к другу, а что уж говорить, когда моя дочь превратилась в настоящую красавицу?

Я знал, что это произойдет.

Какие запреты бы мы не налагали у любви нет преград, просто, наверное, мне хотелось кого-то другого рядом с ней? Кого-то типажа похожего на Деймона: приличного, успешного, самостоятельного, ответственного...

Я пригубил шампанского – пузырьки защекотали в горле и спиртное юркнуло в желудок, разносясь по венам.

Порядочного, умного, доброго, галантного, милого... Я мог продолжать этот список до бесконечности. Придумать еще сотню уравнений, чтобы доказать несостоятельность этой теоремы, вот только она всегда сводилась к одного. Я видел рядом с ней того, кто сделает ее счастливой.

Кристофер, так Кристофер.

Но если он посмеет себе обидеть Лили, я сделаю все возможное, чтобы стереть его с лица земли. Я не был подлым человеком, но, когда дело казалось семьи, порой, не узнавал сам себя.

— Поздравляю с победой на матче, Кристофер, — подмигнула Вероника, поднося вилку со стейком ко рту. — Это было круто. То, как ты забил последний гол... Просто вау!

— Я все делаю просто ва-а-а-у, — заиграл бровями Кристофер, параллельно накладывая себе еще сладкого пюре. — У меня есть один талант:  быть лучшим во всем.

Рик рядом с ней хмыкнул. Одна его рука лежала на спинке жены, пока второй он держал стакан с соком. Мне понадобилось пару лет, чтобы привыкнуть к их отношениям. Я не доверял ему и постоянно жил в страхе, что парень снова сорвется на иглу, но годы шли, а Алларик ни разу не заставил усомниться в себе. Он не употреблял спиртного, не прикасался к наркотикам, даже курить бросил. Хотя второе больше из-за его проблем со здоровьем. Ничего не проходит бесследно.

Особенно столько лет зависимости. Насколько я знал, у него были проблемы с сердцем, но это не мешало работе в Бюро. Дела Рика шли в гору, и Лиам уже присмотрел его как свою замену. Хэлл заслужил это – и я гордился им.

Мы встретились взглядами, и он отсалютовал мне напитком. Я посмотрю на него, когда Эрика выберет себе ухажера. Моя внучка была копией своей матери: вздорная, хитрая, но такая милая. Только стоило ей произнести «дедушка Бен», я таял и позволял абсолютно все.

Никогда бы в жизни не догадался, что дети окажутся моей слабостью.

— Ты такой напряженный, — ласково проворковала жена.

Ох, Тесса-Тесса.

Сощурившись, я всмотрелся в ее озорное лицо и про себя покачал головой. Рядом с ней я не ощущал возраста. Мне уже шестьдесят один? Серьезно? Похоже кто-то забыл выключит свет на крыльце, и он до сих пор озарял сумрак моей души. Сколько бы времени не прошло, ее любовь так и останется моим спасением.

— Хочешь, чтобы я стал возбужденным? — вскинул я бровь, следя за багровым румянцем, который тут же украсив ее щеки.

— Бен, — закусила губу любимая. Она издала тихий смешок: — Господи...

Рассмеявшись, я ласково поцеловал ее в щеку и вернулся к происходящему за столом. Евламия о чем-то увеличено болтала с Деймоном – видимо она отвлекала его от убийственных перекладок с ее сыном – а вот мистер Стэн, так же как и я, без остановки пил шампанское.

С возрастом изменилась только его стрижка и щетина на лице, но я до сих пор видел в нем того же амбициозного и талантливого парня. Только теперь уже он вырвался из Саут-Сайда и организовал свою империю под названием «Sword». Я всегда видел в нем перспективу - ее же начал замечать и в его сыне. Что-то мне подсказывало: и Кристофера ждало великое будущее. 

Опустив голову к своему филе-миньон, я поджал губу. Кусок в горло не лез. Сейчас я испытывал чертово чувство дежавю. Семнадцать лет назад, ужин в этой же столовой, Тесса на шестом месяце беременности и «любовь» Вероники, которая вызывала у меня нервны тик.

Черт, я так сильно хотел дочь, но и не задумывался о том, что вновь обрекаю себя на этот стресс. Она же еще такая маленькая. Семнадцать лет. Боже, только вчера я принял ее на свои руки в родильной палате, а сейчас она уже обнимается с этим ее ухажером?

Стиснув пальцами ножку бокала, я заскрипел зубами.

Кристоферу лучше быть джентльменом.

Залпом осушив шампанское, я вскинул голову и начал подниматься – стул противно заскрипел ножками по мраморному полу. Все за столом тут же подняли на меня взгляды. Переложив салфетку с коленей на стол, я отыскал глазами мистера Стэна и кивнул себе за спину:

— Бакстер, не поможете мне принести еще что-то спиртное к столу? Спустимся в винный погреб?

Он прищурился. Наши жены переглянулись, но не стали лезь с расспросами. Тесса доверяла мне и знала, что я помнил о своем обещании. Не противиться выбору нашей дочери, если парень будет любить ее. У меня не было сомнений, что Кристофер обожал Лилианну. В конце концов, я не слепой и всегда замечал его взгляды.

Просто меня ужасал сам факт того, что к моей семнадцатилетней малышке кто-то посмел прикоснуться.

Господи, даже думать об этом не хочу.

— Самое время, — Баки встал со всего места, параллельно что-то шепнув Еве. — А то из-за этого отвратительного шампанского... — он прочел этикетку на бутылке. — «Алисия» – ну и гадость – у меня началась изжога.

Услышал бы его Юджин О'Кеннет, драки было бы не избежать.

Лили несколько взволнованно посмотрела на меня – ее глаза сверкали то ли от любви, то ли от яркого освещения. Кивнув дочери и слегка улыбнувшись, я развернулся и направился в сторону лобби. Не оглядываясь, но прислушиваясь к шагам Стэна, я пересек гостиную – проверил все ли спокойно у двойняшек – и начал спускаться вниз по узкой лестнице. Бакстер не отрываясь следовал за мной.

Остановившись у подножья, я нащупал включатель, и иллюминация на стенах подвала осветила просторное помещение. Пройдя чуть вперед и освободив проход мужчине, я осмотрел полки с дорогими винами, коньяками, скотчами и виски.

Когда-то здесь была лондри, но после нашего переезда я, с согласия Тессы – мне во всем хотелось ей угодить – переоборудовал ее в бар. В воздухе отчетливо пахло полиролью и сыростью. Деревянные стеллажи занимали собой всю комнату, в центре стоял журнальный столик и два кожаных кресла. Мне нравилось проводить здесь время, когда у нас гостили Эрика и Дэ́низ – внуки даже мертвого могли заставить встать из гроба и спрятаться от них.

— Я тоже не в восторге от этого всего, — в лоб заявил Стэн, с интересом изучая мою коллекцию бурбона, — но, похоже, они счастливы. Единственное, что нам остается – смириться.

Смириться.

Привалившись спиной к дверному косяку, я сложил руки на груди. Бакстер достал из полки бутылку «Эван Вильямс» - похоже, у него глаз наметан на самое дорогое – и откупорил ее. Проследив за тем, как мужчина начал пить прямо из горла, я тяжело выдохнул.

— Нам нужно установить правила, — перешел я ближе к теме. — За этим я и пригласил вас, чтобы обсудить их дальнейшую жизнь.

— Обсудить их жизнь? — сипло из-за крепкости бурбона скривился он. — И что ты решил обсуждать, Блейк? Какого цвета ты купишь им постельное белье? Или какие трусы мой сын будет надевать в постель к твоей дочери? — он неожиданно криво усмехнулся и подметил: — Ах да, какая разница, если Крис все равно будет снимать их?

От его наглости у меня перехватило дыхание. Щеки полыхнули жаром; я сцепил кулаки и поспешил спрятать их в карманах брюк. Теперь понятно в кого Кристофер такой отвратительный! Евламия и Тиффани воспитанные и порядочные, а вот мужчины Стэн – самые настоящие свиньи!

Я стиснул челюсть, хотя на губах по-прежнему играла учтивая улыбка.

— Они еще совсем юные. Мы должны направить их в нужное русло и показать им вектор дальнейшей жизни.

Бакстер осмотрел остальной алкоголь, достал еще пару бутылок – коллекционные Каберне Совиньон и Далмор – и занял одно из кресел. Он нахально на нем развалился, расстегнул пуговицу своего пиджака и посмотрел на меня. Его глаза так и говорили о том, как ему наскучил я, весь этот дом и наш разговор.

— Если я попробую решить будущее своего сына, единственное, что он мне покажет – его средний палец, перед тем как дверь закроется, и он свалит из дома. Кристофер не Рик, ты не будешь крутить им как своей личной собачонкой.

Я пропустил мимо ушей его колкую фразу. Карьера Хэлла только его рук дело, как он и просил, я не притронулся к его успеху.

— Моя дочь привыкла ко всему самому лучшему и изысканному. Я не позволю ей довольствоваться малым рядом с ним.

Бакстер глянул на меня, как на идиота, по очереди откупоривая спиртное.

— Мой сын носит фамилию «Стэн». Как по-твоему, я довольствуюсь малым?

Я мазнул взглядом по его черному костюму от Том Форд, часам Ролекс на запястьях, остановился на лаковых туфлях, пытаясь узнать бренд – кажется Гуччи или что-то из нового сезона Стефано Бемер – и мысленно подсчитал сколько на нем сейчас надето. Бакстер, как и я, не исчезал со страниц Форбс – его бизнес шел в гору, но это были его деньги. И они не значили состоятельное будущее моей дочери.

— Вы будите содержать своего сына? — усмехнулся я, стараясь задеть его.

Стэн недовольно прищурился.

— Криса ждет большое будущее в футболе. Не переживай, Блейк, Лилианна продолжит носить шелка после замужества.

Ототкнувшись от стены, я прошел в центр комнаты и сел в кресло по правую руку от Бакстера. Взяв со стола бутылку вина, я пригубил прямо с горла – виноградная сладость заиграла на языке – и подчеркнул:

— Никакой свадьбы, пока Лили не окончит школу, и никаких детей, пока колледж.

Он рассмеялся, прикрывая лицо руками. Алкоголь постепенно начал разгорячать кровь; по телу блаженствовала слабость. Отклонившись на спинку, я вальяжно закинул ногу на ногу и посмотрел на него с вызовом.

Мне нравился Бакстер. В нем я видел внутреннюю искру и харизму – надеюсь, его сын такой же. Я не потерплю рядом с дочерью безвольного слабака.

— Ты сейчас серьезно? — глаза Стэна пьяно блестели. — Это не нам решать, Блейк. Я тоже не планировал детей до тридцати лет, но Ева забеременела Тиффани и что? Я, мать твою, самый счастливый на всем белом свете отец прекрасной дочери, — он ткнул в меня пальцем. — Крис не позволит тебе решать ничего в их жизни. Он меня не слушает, а тебя тем более.

Я сделал еще один глубокий глоток и пожал плечами:

— И что ты предлагаешь? Просто смотреть со стороны, как они пытаются построить свою жизнь?

— Я предлагаю напиться, — Бакстер поднял бурбон, и добавил: — За Блейков и Стэнов. За триумфальное воссоединение и огромную свинью, которую нам подложили дети.

Рассмеявшись, я звякнул своим вином о его виски и отпил порцию алкоголя. На мгновение прикрыв глаза, я позволил фейерверку эмоций поглотить меня.

Кто бы мог подумать, что мы будем с Бакстером сидеть в подвале моего дома и распивать спиртное? Что наверху наши женщины будет весело хохотать, явно обсуждая свадьбу детей, а они сами... любить друг друга?

Черт, как же неумолима и загадочна судьба.

— Ого, — неожиданно выпалил Стэн. — Мне понадобилась бутылка бурбона, чтобы ты прекратил меня раздражать.

— Хочешь, подарю еще несколько? Впереди нас ждет д-о-о-о-олгая совместная жизнь, — коварно улыбнувшись, я проследил за бледным ужасом на его лице.

— Мой кошмар воплотился в реальность... — внезапно он вытаращил глаза и в панике завопил: — ГРЕБАННАЯ ТЕРЕЗА!

Причем здесь миссис О'Кеннет?

Не став задумываться над его словами, я просто запрокинул голову и расхохотался.

Лилианна и Кристофер...

Что ж... Нам обоим придется смириться с этим.