Глава 28
Агата
Я проснулась и сразу потянулась за телефоном, который обличал меня бесконечными уведомлениями. На календаре было десятое августа, и этот день, как ожидалось, стал для меня особенным — мне исполнилось восемнадцать лет. Но, несмотря на это, я совсем не чувствовала себя взрослой. Чувство взрослости, видимо, не пришло, как и многие другие законы жизни. Собственная страница в социальных сетях переполнялась поздравлениями от друзей и родственников, которые, как всегда, были слишком далеки от меня, находясь в Брайтоне. Я радостно просматривала их сообщения, однако тут же ощущение радости сменила обида, когда заметила, что родители так и не написали мне. Это была, конечно, не новость — папа в своё время предложил мне и вовсе забыть о нашем родстве, но всё равно было неприятно. Даже моя сестра успела прислать короткое сообщение с поздравлениями: «HBD :)».
Я решила не портить себе настроение в этот знаменательный день и быстро приняла душ. Убирая волосы в невзрачный пучок, я мысленно прокручила в голове, что работа никуда не уходит, и даже в день рождения нужно оставаться на плаву. Я принялась искать подходящую одежду в шкафу, обдумывая, как провести этот день. Неожиданно раздался стук в дверь. Оторвавшись от образа идеального наряда, я подошла к двери и взглянула в глазок. Это была Матильда. Я моментально расправила плечи и распахнула дверь. Она стояла с широкой улыбкой на лице, в руках держала небольшую подарочную коробку, а на плече висел пакет из магазина одежды.
— С днём рождения, Мэйбл! — весело произнесла она, ставя пакеты на пол и обнимая меня крепко, почти задушив.
— Спасибо, Матильда! — ответила я, улыбнувшись и обняв её в ответ. Её энергия притягивала, поднимала настроение.
— Такс, времени мало, а ты сегодня должна быть ещё красивее, чем обычно, — с ухмылкой сказала она, словно у неё был какой-то секретный план.
— Что? Что ты задумала?
Матильда только подмигнула и, не дожидаясь ответа, вытащила из сумки коробку. Я взглянула на неё с недоумением, но была готова ко всему.
— Открой, — с нетерпением попросила она, потирая руки. — Надеюсь, тебе понравится.
— Ох, не стоило, — ответила я, испытывая теплое радушие. С интересом начала срывать обертку, и вскоре передо мной открылась коробка, полная сюрпризов. В ней лежал изящный блокнот, похоже, созданный с любовью, перо, будто только что вытащенное из утренних облаков, и банка с чернилами, сверкающими как звездное небо.
— Ты как-то говорила, что хотела бы попробовать писать стихи пером. Надеюсь, ты не передумала, — Матильда заглянула мне в глаза, и я увидела искорки надежды и поддержки.
Не выдержав, я крепко обняла её, сжимая в своих объятиях ту, кто смогла стать моим настоящим другом. Настоящим, таким, каким бывает только в хороших книгах или добрых фильмах. В этот момент я осознала, что она сумела достучаться до моего сердца.
— Огромное спасибо! Это лучший подарок, — произнесла я, настроение моё поднялось до небес. В небе разгорелись радостные облака.
— О, пустяки! Главное, чтобы тебе это понравилось, — она улыбнулась, её улыбка была как солнечный лучик. — А теперь, давай, иди одеваться! Я принесла потрясающее платье и каблуки, они идеально подойдут тебе.
Я сощурила глаза, глядя на пакет, полный загадок. Недоверчиво взяла его и направилась в спальню, медленно понимая, что сегодня действительно мой день. Каждый шаг казался окутанным ожиданием, а каждое мгновение пропитывалось предвкушением. Я надела платье, и в тот момент, когда я взглянула в зеркало, мне захотелось замереть. На мне было жёлтое, обтягивающее платье с эффектом драпировки и одним открытым плечом, которое придавало образу одновременно элегантность и дерзость. Длинные рукава плотно облегали руки, а ткань, словно вторая кожа, подчеркивала изгибы фигуры. Платье доходило чуть ниже колен, что добавляло шика и уместной строгости. Однако, несмотря на всё это, меня одолевало чувство неуверенности.
— Матильда, я не пойду в этом на работу! — недовольно бурчу я, показываясь в дверном проёме гостиной, где моя подруга уже ждёт с гордым выражением лица.
— Шикарно… Я угадала с платьем, — восхищается она, глаза её сияют от восторга, когда она рассматривает меня с головы до ног.
— Это не моё.
— Ещё как твоё! Оно идеальное, будто на тебя сшито, — уверяет меня Матильда, почти обидевшись. — Всем крышу снесёт.
— Но я не хочу, чтобы всем сносило крышу, — отвечаю я, сдерживая улыбку.
— А, хочешь, чтобы снесло крышу только Самуэлю? — хихикает она, и я, хоть и стараюсь выглядеть сердито, не могу сдержать улыбку, представляя себе его реакцию.
— Сейчас получишь, — игриво угрожаю, сворачивая рот в капризной гримасе. Внутри же я чувствую, как у меня закипает кровь, и это здорово, но тогда я не могла бы позволить Матильде удовлетворить своё любопытство.
— Всё, молчу, — на время успокаивается она, но его достаточно, чтобы уговорить меня оставить платье. — Но оно действительно прекрасно! И, кстати, макияж сегодня делаю я.
— Я могу отказаться? — брови мои поднимаются с недоверием.
— Нет, — решительно отвечает Матильда, сажая меня на диван и, как истинный художник, достаёт свою косметичку. Она вываливает на столик всю свою косметику, создавая передо мной настоящий арсенал для превращения.
— Матильда, я не уверена, что мне это нужно.
— Нужно.
Мое сердце начинает колотиться быстрее от предвкушения, и я позволяю себе расслабиться, глядя, как Матильда сценично начинает накладывать макияж. Настроение постепенно меняется, и мне становится любопытно, что в итоге получится из этой экспериментальной трансформации. Она игралась с моим лицом целых полчаса, увлеченно накладывая аккуратный слой косметики. Я наблюдала за ней в этот момент, наслаждаясь процессом, как она творила маленькое чудо на моих скулах. Наконец, довольная своей работой, она улыбнулась мне и сказала, что пора взглянуть в зеркало.
Я подошла к зеркалу и, задержав дыхание, взглянула на свое отражение. Не могу сказать, что макияж был слишком ярким, но он явно выделялся. Щеки приобрели нежный румянец, что мгновенно поднимало мне настроение, а на глазах были тени, которые идеально подчеркивали мои зелёные глаза, заставляя их светиться. Матильда завершила образ легким блеском для губ, который придавал мне свежесть.
— У Самуэля челюсть точно упадет! — воскликнула подруга, не веря своим глазам.
Я, из игры, взяла подушку и бросила в подругу, но вместо обиды она лишь хохотала, весело отстраняясь. Ее радость была заразительна.
— Пора тебе в каблуки, и беги на работу, а то опоздаешь! Вечером в клубе отпразднуем как следует, — подмигнула мне Матильда, наполняя воздух духом ожидания.
Мы вместе вышли из дома, но потом разошлись в разные стороны, каждая в свою жизнь. Я села в такси и не могла сдержать волнение. Жажда увидеть Самуэля растекалась внутри меня. Интересно, знает ли он о моём дне рождении? Кажется, он спрашивал меня об этом, когда мы только познакомились.
Вскоре я доехала до рабочего места, выпрыгнула из машины и, вздохнув полной грудью, зашла внутрь здания, направляясь к лифту. Я поднялась на нужный этаж и, проходя по коридору, встречала коллег, которые осыпали меня комплиментами. «Очаровательна», «Какой прекрасный макияж!», «Ты сегодня просто сияешь!» — доносились голоса, но в данный момент меня интересовало только внимание одного человека.
Я направилась к кабинету Самуэля, сердце стучало всё быстрее с каждым шагом. Мысли о том, как он отреагирует на мой образ, кружили в голове. Неужели он уже догадался, что сегодня этот особенный день? Волнение переполняло меня, и я уже предвкушала, как он посмотрит на меня, стараясь разглядеть в моих глазах это ожидание.
Я постучалась и, тихонько открыв дверь, зашла в кабинет. Самуэль, с царственным видом, расположился за своим массивным рабочим столом, погружённый в документы.
— Доброе утро.
— Доброе… — его голос вдруг прервался, и взгляд медленно опустился на меня, словно он осознавал, что его мысли устремились куда-то в иное измерение.
— Так, может, перестанешь уже сниться мне? — с лёгкой иронией в голосе произнёс он, прислонившись спиной к креслу.
Я стояла в легком недоумении, не понимая, о чём он говорит.
— Что? — спросила я, удивлённо приподняв одну бровь.
— Кажется, я ещё сплю, — сказал Самуэль, и вдруг стал бить себя по щекам, словно пытаясь разбудить себя от какого-то странного сна.
— С вами всё хорошо? — спросила я, по-настоящему встревожившись. Подойдя ближе, я положила ладонь ему на лоб, пытаясь почувствовать, нет ли жара. Лоб был холодным, но сам он выглядел взволнованным.
— Так… — начал он, явно пытаясь собраться с мыслями. — Я уже знаю твой план. Будешь меня соблазнять, а потом исчезнешь.
Меня поразил его вывод, и я резко отшатнулась, чувствуя, как нарастают волнение и злость.
— Какое соблазнение? Я? — произнесла я с недоумением. — Вы в своём уме?
Самуэль вновь начал тщательно разглядывать меня, как будто искал подтверждения своей теории, а затем, внезапно глубоко вздохнув, разразился смехом.
— Извини… Просто подумал, что сплю, — произнес он, пытаясь успокоиться.
— Я снюсь вам? — осведомилась я, мигом улыбнувшись, не имея возможности сдержать игривый тон.
— Не твоё дело, — ответил он, принимая суровый вид, и бросил на меня сердитый взгляд.
Какой же он упрямый! Я с некоторым раздражением села за свой рабочий стол и включила ноутбук, погружаясь в привычный ритм работы. Мысли о его словах всё еще прокрадывались в мою голову, вызывая волну вопросов. Самуэль продолжал молчаливо работать, его пальцы стремительно бегали по клавиатуре, а время от времени он бросал на меня быстрые взгляды. Я заметила, что сегодня он как-то слишком умиротворён, даже слишком. Раньше его резкие комментарии были частью нашего общения, а теперь… теперь он просто игнорирует меня. Скукота.
— А почему вы такой спокойный? — не удержавшись, решила задать вопрос.
— Я должен быть раздражённым? — ответил он, не поднимая головы от экрана.
— Вообще-то да! — выпалила я. — Нагрубили бы ради приличия, а тут, ох, какой спокойный.
— А ты чего тогда не придираешься? — спросил он, подняв глазки и, кажется, заинтересовавшись нашим разговором.
— А я сейчас это и делаю, — легко ответила я, чувствуя, как в воздухе повисло нечто невыразимое.
— Я работаю, не мешай мне, — сказал он, махнув на меня рукой, и вновь уткнулся в свой ноутбук, сосредоточенно набирая что-то.
— Опять маразм проснулся… — тихо бурчала я под нос, не думая о том, слышит ли он меня или нет.
— Почему ты вечно что-то бормочешь под нос? — неожиданно произнёс Самуэль, его чёрные глаза встретились с моими.
— Я работаю, — повторила я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри меня что-то зашевелилось.
Раньше это молчание могло бы показаться мне удачным обстоятельством — вечный покой от его вопросов и упрёков. Но теперь меня это не только настораживало, но и откровенно огорчало. Я чувствовала, что с каждым мгновением время словно растягивалось, и в нём нарастала напряжённость. Сердцем я уже знала, что испытываю к Самуэлю нечто большее, но разум упорно пытался убедить меня в обратном. Эта борьба между сердцем и головой стала моим личным испытанием, и я не знала, долго ли смогу её выдерживать. Что-то внутри кардинально изменилось, и я это ощущала. В то время как он работал, я думала о том, как сблизиться с ним, как сделать первый шаг. Но в то же время страх его реакции сковывал меня. Я снова металась между желанием и страхом, как будто находилась на грани двух миров, которые никак не могли соединиться.
В дверь постучались, и внутрь вошла одна из сотрудниц. В руках она держала пышный букет роз, лепестки которых излучали яркие, насыщенные цвета, словно были выкрашены красками художника.
— Это для мисс Портер, — произнесла она с легкой улыбкой и, подойдя ко мне поближе, протянула букет.
Я нахмурила брови, недоумевая, кто мог отправить мне такой роскошный подарок. Букет выглядел просто великолепно, каждая роза была идеально распущена, но, несмотря на его красоту, я не могла избавиться от волнения. Сотрудница не сказала больше ни слова и, поклонившись, вышла из кабинета. Я осталась с букетом и с любопытством начала его рассматривать. Пытаясь понять, от кого это, я заметила, что в цветах была вложена записка. Как только я собралась её достать, меня неожиданно опередил Самуэль. Он, казалось, возник из ниоткуда, резко выхватив записку из букета, и, читая её, его лицо исказилось от злости, вены на его лбу начали подниматься, как будто готовясь взорваться.
— От кого это? — осторожно спросила я, пытаясь заглянуть ему в глаза.
Он метнул в мою сторону такой огненный взгляд, что у меня перехватило дыхание. Схватив букет из моих рук, он быстро направился к окну, и я не могла поверить своим глазам, когда увидела, как он выбрасывает цветы на улицу.
— Эй! У вас совсем крыша поехала на старости лет? — воскликнула я, подбежав к окну, стараясь разглядеть, как букеты падают на землю, как будто отрезанные от жизни.
Самуэль резкими движениями развернул меня к себе, прижав к стене. Моё сердце забилось так сильно, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Я подняла взгляд на Самуэля, и в его глазах читалась такая интенсивная эмоция, что я почувствовала холодок по спине.
— Держись от него подальше, поняла? — наконец выговорил он, его голос был полон решимости и угрозы.
— Да от кого? Вы даже ничего не сказали и выбросили цветы…
— Цветы от Адамо, понятно? — Самуэль отошёл от меня и я выдохнула. Он оказался слишком близко, его запах создавал вокруг атмосферу напряжённости и чего-то неизбежного.
— А в записке что? — спросила я, пытаясь угадать его реакцию.
— Тебе знать необязательно, поздравления. — Его голос звучал холодно, но в нём проскальзывала нотка раздражения.
— Ну хоть он поздравил, — заметила я с лёгкой усмешкой. Но, похоже, этот амбал ничего не понял. Конечно, сила у него была, но ума, скорее всего, не хватало. — Оставили бы цветы… Они не виноваты.
— Да я тебе десятки таких же куплю, — резко произнёс он, а затем быстро замолчал, словно осознал, что сказал что-то лишнее.
На моём лице расплылась улыбка, как у чеширского кота из «Алисы в стране чудес». Неужели он ревнует? Мысли кружились в голове, и мне стало весело от этого неожиданного предположения. Вот я дура. Как он может меня ревновать? Просто боится, что я могу влюбиться в Адамо и примкнуть к его отцу. Хватит уже всё романтизировать, Агата. Это просто игра с цветами и поздравлениями.
— Так, давай за работу, — резко произнёс Самуэль, и я поняла, что пора возвращаться в реальность. Его голос стал более твёрдым, он явно не любил отвлекаться на посторонние темы.
Время пролетело незаметно, и я вдруг осознала, что день близится к концу. Я даже не попрощалась с Самуэлем, быстро покинула здание и направилась на поиски такси. К счастью, вскоре мне удалось поймать машину, и водитель, без лишних разговоров, понёсся в сторону клуба. Сначала я колебалась, стоит ли идти туда, но мысли о Самуэле только разжигали во мне желание веселиться. В клубе меня уже ждала Матильда. Увидев её, я не смогла сдержать улыбку и подошла ближе. Она сидела у барной стойки, медленно потягивая какой-то яркий коктейль.
— Подруга, молодец, что пришла! — воскликнула она и отставила бокал, давая мне понять, что пора веселиться.
— Не могу же я сидеть дома, когда есть такие великолепные вечеринки! — усмехнулась я. — От шоколадного торта, может, и снесло бы крышу, а вот от танцев точно нет!
Она весело хмыкнула, поднимая глазки к потолку:
— Наверное, тебе сложно обходиться без сладкого.
— Да не то чтобы сложно. Я иногда позволяю себе немного, но только в очень малых количествах.
Матильда рассмеялась и потянула меня за собой:
— Ну что, давай веселиться на полную катушку?
— Согласна! — мы сразу же допили свои мохито и, не дожидаясь, пока музыка завьётся финальным аккордом, направились к танцполу.
На танцполе царила атмосфера полной свободы. Мне и без алкоголя было чудесно. Музыка гремела, и ноги сами двигались в ритме, а улыбка не покидала моего лица. Взгляд вдруг упал на диджея, который находился на возвышении. Я решила, что должна сделать что-то сумасшедшее! С решимостью поднялась к нему и, с ухмылкой, попросила микрофон. Он, явно знав меня, без вопросов передал мне прибор.
— Дорогие мальчики и девочки! — громко произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — У меня сегодня день рождения, и я решила отпраздновать это событие с вами! Поэтому всем шампанское за мой счёт! Празднуем моё восемнадцатилетие!
Клуб заполнился радостными криками и поздравлениями. Люди начали свистеть и аплодировать, чувствуя, как клуб наполняется настоящей энергетикой праздника. Офигеть, так вот как отрываются подростки! Вспомнила, как я сидела дома, когда в Брайтоне проходили вечеринки, и мне казалось, что такое развлечение было недоступно для меня.
— Дай-ка мне, я сегодня буду диджеем! — обрадовалась я, указывая на пульт.
Парень, который стоял за ним, выглядел слегка растерянным.
— Но я не могу… — он пытался протестовать, но я была настроена решительно.
— Если не дашь микрофон, я расскажу Сицилийскому дьяволу. Его это точно не обрадует, — подмигнула я.
Вздохнув, он сдался и отступил в сторону, позволяя мне подойти к множеству цветных кнопочек на пульте. Я быстро разобралась с управлением, даже не задумываясь о том, что могло бы пойти не так. Включив музыку на полную катушку, я активировала красные светодиодные лампы, которые заполнили помещение ярким блеском. Люди, не раздумывая, бросились танцевать, а я, захваченная атмосферой, начала пританцовывать вместе с ними. Казалось, этот момент длился вечно, до тех пор, пока вдруг не загремел звук входящего звонка. Я взглянула на экран своего телефона и увидела имя: SB. Внутри меня вспыхнула ярость.
— Пошёл ты! — закричала я в телефон, не сдерживаясь и сбрасывая звонок. Я отложила телефон подальше, чтобы меня не отвлекали от этого безумного праздничного настроения.
Внезапно ко мне подошёл Адриано, с задумчивым выражением лица. Его появление оторвало меня от танца, и я бросила на него взгляд, который выражал недоумение.
— Хакер, что ты здесь делаешь? — прервал он моё веселье, явно встревоженный.
— У меня день рождения, — ответила я, пытаясь сохранить легкость в голосе.
— Босс тебе уже несколько раз звонил. У него срочное задание, ты нужна ему, — произнес Адриано, его голос звучал настойчиво и серьёзно.
Меня это внешнее беспокойство совершенно не тронуло. Ага, целый день игнорировал меня, теперь, когда у него возникли проблемы, он вспомнил о моём существовании.
— А пусть он сам придёт и скажет мне это в лицо. Я не игрушка, чтобы появляться и исчезать по его прихоти. Днём я ему работой мешала, пусть отдыхает от меня. Так и передай.
Я махнула рукой, как бы отталкивая его мысли и обязательства, и вернулась к моему мохито — холодному и освежающему. Каждый глоток напоминал мне, что это мой день, день, когда я могу делать то, что хочу. Я обернулась к танцующим, придав себе смелости, и снова пошла в ритм, забывая обо всех заботах.
Не прошло и двадцати минут, как в клуб ворвался этот чунга-чанга — высокий, яркий и слегка неуклюжий, он стал разглядывать обстановку, как будто искал что-то важное. Зуб даю: меня он искал. Увидев меня на верхнем этаже, его глаза заблестели удивлением, а затем он решительно направился в мою сторону.
— Всем спасибо за поздравления! Ещё увидимся, пока! — выкрикнула я громко, стараясь максимально отвлечь его внимание. Схватив свою сумочку, я стремительно бросилась прочь от Самуэля.
Хотела спрятаться в туалете, но не успела; он уже догнал меня. В следующую секунду я оказалась прижатой к стене, а его пронзительный взгляд словно прожигал мою душу.
— В игры со мной играть вздумала, стервочка? — произнес он, и в его голосе чувствовалась та самая уверенность, которая давала мне понять: он настроен решительно. — Я пришёл.
— Ничего сказать не хотите? — спросила я, делая пытливый вид.
— Хочу. Быстро иди в машину, иначе я тебя туда затолкаю сам, — сказал он, и его тон преувеличивал всю серьезность ситуации. Взгляд у него был не самый доброжелательный, и это заставляло меня, словно марионетку, поддаться его воле. Пришлось послушаться. Но перед тем, как покинуть клуб, я не удержалась и «случайно» наступила ему на ногу, подмигнув с вызовом. Он ахнул, а я, не выдержав, улыбнулась, словно извинялась.
Мы вышли из клуба, и я села в машину, которую Самуэль уже открыл для меня. Автомобиль покатился в неизвестном направлении, и я почувствовала, как сердца бьются быстрее от одновременно нарастающего волнения и страха. Молчание между нами было обременительным, словно сама атмосфера пропиталась напряжением. Я понимала, что в этот вечер всё может кардинально измениться, и не могла отделаться от мысли о том, что теперь я в его руках.
— И где мы? — спросила я, когда он остановил машину в каком-то незнакомом поле.
— Сейчас узнаешь, идем.
— И что это вообще за задание? Вы ничего не сказали, — продолжила я, стараясь не думать о том, как далеко мы уехали от привычных мест.
— Почему на звонки не отвечала? — вдруг спросил он.
— Телефон был на беззвучном, я не слышала, — потянула я, но внутри меня вскипело легкое раздражение.
Он улыбнулся, и, обернувшись, посмотрел на меня с незримым намеком.
— Ты говорила, что никогда не ставишь телефон на беззвучный.
— Это вы запомнили, а про мой день рождения, похоже, забыли, — не удержавшись, произнесла я, слегка хмуря брови.
— Так значит, ты игнорировала мои звонки из-за того, что я не поздравил тебя, стервочка? — его улыбка стала шире, и в глазах появилась игривость.
— Да даже если и так… Почему не поздравили? — спросила я, чувствуя, как в груди загорается не только раздражение, но и странное волнение.
— Давай сейчас поздравлю тебя, — предложил он с легким вызовом.
— Ага, теперь уже не надо мне… И вообще, вы… — я замерла, когда взгляд мой упал на небо, заполнившееся яркими огоньками.
— С днём рождения, — произнес Самуэль с лёгкой усмешкой, его глаза светились от радости, наблюдая за моими эмоциями.
Внезапно в небе начали появляться всё новые и новые фонарики, как будто сама вселенная решила отпраздновать этот момент вместе со мной. Я закрыла глаза на мгновение, позволяя себе ощутить всю красоту и магию происходящего. Когда я снова открыла глаза, скорее от неожиданности, я видела, как светящиеся огоньки медленно поднимались ввысь, создавая волшебную атмосферу вокруг. Сердце замирало от счастья.
— Фонарики… — тихо прошептала я, с волнением наблюдая, как они медленно плывут по ночному небу, растворяясь в бескрайних просторах. Как будто сами звёзды ожили и начали спускаться к земле, чтобы поделиться своим светом. Это всё Самуэль сделал? Но откуда ему было знать о моих мечтах?
— Надеюсь, ты всё ещё мечтала увидеть эти фонарики, — произнес он хрипло, словно его голос был облит щемящими воспоминаниями.
— Откуда вы узнали? — спросила я, удивлённо поднимая взгляд.
— Я прочитал твоё письмо, которое ты написала в детстве, — ответил он, и его глаза светились мягким теплом.
— Я его не помню… — вздохнула я, теребя край своего платья.
— Оно у меня, — сказал он с легкой улыбкой. — Я тебе его отдам.
— Ну вы и вор, — усмехнулась я, и как маленькая девочка вновь подняла глаза к небу, полному светящихся фонарей.
— Хочешь запустить такой же? — спросил он, и в его голосе звучала искренность.
— Серьёзно? Очень хочу!
Самуэль молча взял меня за руку и повёл вглубь поля, где мягкий травяной покров убаюкивал наши шаги. На земле лежало небольшое покрывало, на нём размещались два фонарика, а вокруг них букет лилий. Мы подошли ближе, и Самуэль протянул мне один фонарик, а сам взял другой. Он поджёг фитиль, и в воздухе запахло горячим воском, а потом, когда яркий свет охватил нас, он улыбнулся.
— Давай, загадывай желание, — произнёс он, как будто знал, что это самый важный момент для меня.
Недолго раздумывая, я закрыла глаза и, сосредоточившись, загадывала желание, которое давно хранила в своём сердце. Когда я открыла глаза, все мысли исчезли, и я запустила свой фонарик, затаив дыхание. Словно вдохновлённый моим поступком, Самуэль сделал то же самое. Мы оба смотрели, как наши фонарики уносят с собой наши мечты, поднимаясь выше и выше, пока не растворились в звёздном океане выше нас. В этот момент я почувствовала, что всё, о чём я когда-либо мечтала, может стать реальностью.
— Я не забыл про твой день рождения, а тщательно к нему подготовился, — произнёс Самуэль, с улыбкой протягивая мне яркие цветы, которые переплетались с зелеными стеблями.
Я вдруг ощутила, как сердце заколотилось в груди, словно попыталось вырваться наружу. В этот момент, когда я смотрела на него, всё вокруг словно растворилось в дымке, оставив только его и меня. Этот миг стал для меня воплощением детской мечты — мечты увидеть фонарики, как у Рапунцель. Я ни на секунду не сомневалась, что Самуэль позаботился об этом удивительном моменте. Тогда стало понятно, почему он весь день был таким хмурым и погружённым в свои мысли. Он прятал от меня свой задуманный сюрприз, и сейчас он раскрыл его, словно яркий подарок.
Я не могла позволить себе больше колебаться. Мгновение, казавшееся бесконечным, было полным эмоций. Положив цветы обратно на землю, я встала на цыпочки и обхватила его шею, нежно целуя в губы. В этом поцелуе не было опыта и уверенности, только искренность. Самуэль сначала позволил мне быть инициатором, его губы были теплые и мягкие, а его глаза светились добротой. Но вскоре он сам наклонился, запечатлевая наши губы в своей крепкой хватке. Его поцелуй был ураганом, бурей, уносящей с собой все сомнения и страхи. Я чувствовала, как он захватывает меня, окутывая своим теплом. Это не просто поцелуй, это было нечто большее — полное слияние двух душ. В этот момент мир за пределами нашего маленького пространства стал неважным. Мне казалось, что мы находимся в нашем собственной вселенной, где нет ничего, кроме нас и этой бурной волны эмоций.
Каждое мгновение было пронизано нежностью. Я чувствовала, как всё внутри меня трепещет, как будто цветы, которые он мне подарил, распускаются прямо в моём сердце. Этот простой, но искренний момент стал началом чего-то нового и удивительного. Мы оба понимали, что теперь между нами произошло нечто большее, чем просто растерянность, нежность и страх. Наша связь усиливалась, словно змеи рассвета, обвитые друг вокруг друга, готовые к новому этапу вместе. Я отстранилась на мгновение, смотря в его глаза, полные искры, и поняла, что эта ночь навсегда останется в нашей памяти, запечатленной так же, как и фонарики, поднимающиеся в бескрайнее небо — светлые, надёжные и полные мечты.