Глава 27
Самуэль
- Вы оба играете с огнём, - начал Адриано, устраиваясь в кресле. Его голос звучал уверенно, но в то же время в нём была нотка предостережения. - Я бы с удовольствием посмотрел на этот союз.
- Какой союз? Ты в своём уме? - возмутился я, не веря своим ушам.
- Ой, только не надо сейчас строить из себя порядочного человека, - сказал он, закатив глаза. - Просто признай, что тебя к ней влечёт.
Я умолк и, взглянув на дверь, за которой вскоре должна была вернуться Агата, почувствовал, как внутри меня закипает напряжение.
- Влечёт... - тихо произнёс я, осознав, что правда на поверхности. Но как это можно назвать? Я отправил её к Стэйси, чтобы она помогла разобраться с компьютером. В этот момент я ощутил, что это не просто желание - это желание быть рядом с ней.
- Она тоже к тебе неравнодушна, - продолжал Адриано, не оставляя мне шансов уйти от темы. - Я в этом уверен. Вы оба ходите по тонкому льду, но однажды лёд треснет, и тогда вы не сможете избегать друг друга.
- Ей не место рядом со мной... - произнёс я с усилием, словно это было единственное верное решение. - Моя жизнь не для неё.
Дверь внезапно открылась, и в кабинет вошла Патрисия. Она подошла ко мне сзади, и её нежные руки слегка сжали мои плечи, но вдруг я ощутил пустоту, как будто ничего не значащий жест не мог пробудить во мне никаких эмоций. Мои мысли всё ещё бродили вокруг Агаты, её образ не покидал мою память.
- Патрисия... - начал я, отстраняясь и оборачиваясь к ней. Я увидел лицо, полное ожидания и надежды. - Давай возьмём перерыв.
- О чём ты, милый? - спрашивает она с лёгкой настороженностью.
- Давай расстанемся, - произношу я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня бушует буря эмоций. - Ты мне как сестра. Я не хочу тебя обманывать и давать ложные надежды.
- Это из-за неё, да? - её голос дрогает, и в нём слышится обида. - Сначала я считала себя дурочкой, раз подумала, что какая-то маленькая девчонка способна изменить тебя... Но я ошибалась.
- Она здесь не при чем.
- Я не слепая! Но я не буду Патрисией Денолло, если оставлю всё это просто так, - напоследок произносит она и уходит, хлопая дверью так, что в воздухе остаётся гудящий звук, будто биение сердца останавливается на миг.
Остаётся лишь тишина, которая оборачивается против меня. Пусть будет так, чем я буду зря её изводить. Сначала я надеялся, что в этом есть нечто большее, но со временем понял, что не представляю её своей женой, какая бы между нами интрижка ни была. Она достойна большего, чем просто быть частью моих сомнений.
- Теперь ты официально свободен, - замечает сидящий напротив меня Адриано, его тон будто играет издевающимся, как будто он предвкушает праздник.
- У Агаты же через несколько дней день рождения, - резко, как будто пробуждаясь из глубокого сна, вспоминаю я; в сознании мелькают образы - улыбка Агаты, её смех, лёгкость общения. Вот о ком бы я хотел думать, а не о том, что только что произошло.
- Ты только что бросил Патрисию, а уже думаешь об Агате? Это что, комедия, в которой ты играешь главную роль? - мысли Адриано резки, но они совпадают с моими. Я осознаю, что мысль об Агате заполняет меня с удвоенной силой.
- Агата не выходит из моей головы уже несколько недель... - произношу я, чувствуя, как мечта о ней становится всё более отчётливой. В ней есть искра, которой мне так не хватало.
Дверь снова открылась, и на этот раз в комнату вошла Агата. Я заметил, что её выражение лица выдает какое-то беспокойство, и это заставило меня насторожиться.
- Что такое? - спросил я, пытаясь уловить причину её напряжения.
- Ничего, всё хорошо, - ответила она, слегка улыбнувшись и присаживаясь за свой рабочий стол. Но улыбка не достигала её глаз, и я понимал, что что-то её тревожит.
- Ладно, я пойду, у меня много работы, - сказал Адриано, кивая мне на прощание. Он подмигнул Агате, как будто стараясь развеять её мрачное настроение, и покинул кабинет.
После его ухода Агата начала вертеться на своём кресле, видимо, пытаясь избавиться от напряжения. В конце концов, она остановилась рядом с моим креслом, её взгляд сосредоточился на моих глазах, и в ней читалось что-то большее, чем просто любопытство.
- Можно кое-что спросить? - произнесла она, слегка наклонив голову в сторону.
- Давай.
- А почему вы с Патрисией поссорились?
Я медленно поднял брови, удивясь, откуда она могла знать о наших разногласиях.
- А ты откуда знаешь? - спросил я, обдумывая её слова.
- Я её видела. Она сказала, что это я виновата, - Агата опустила взгляд, и я заметил, как её зеленые глаза потускнели от чувства вины.
Её слова заставили меня задуматься. Я бы всё равно расстался с Патрисией, это было неизбежно. Агата, возможно, просто ускорила этот процесс; она не должна была себя винить.
- Послушай, - сказал я, стараясь говорить как можно мягче. - Ты не должна себя винить. Это всё произошло не из-за тебя. Просто у нас с Патрисией разные пути, и иногда это бывает грустно, но такова жизнь.
Агата подняла глаза и встретила мой взгляд. Я надеялся, что она почувствует, что не несет ответственности за мои собственные решения.
- Мы слишком много времени начали проводить вместе, и это явно ей не понравилось... Да и мне бы в такой ситуации не понравилось. Вам нужно поговорить с ней.
Я аккуратно взял её за подбородок, приподняв лицо, чтобы она встретилась со мной взглядом. Она была такой нежной и хрупкой внутри, но снаружи выглядела боевой и дерзкой. В ней было что-то идеальное, что не позволяло меня отвлечься ни на что другое.
- На самом деле, я всё равно бы расстался с ней, Агата. Ты ни в чем не виновата, не стоит забивать себе голову. Мы проводим время вместе, потому что стали одной командой. Больше ничего.
Её лицо на мгновение осветилось, но потом она, казалось, пришла в себя и отстранилась. Напряжение в её глазах сменилось каким-то пониманием, как будто она вновь осознала реальность.
- Да, больше ничего, - тихо произнесла она, словно подтверждая собственные слова, и в этом было что-то горькое.
- Больше ничего... - вру сам себе, стараясь отстраниться от этой мыслительной петли. .
- Я тут кое-что откопала, - Агата заметила, как мой взгляд перемещается с её лица на экран ноутбука. Она остановилась рядом с моим рабочим столом, полный сияния исследования и находок. - Дедушке поручили расследовать дело об убийстве Майлза Лоуренса. Он был лучшим другом Эдуарда Брома, и, как вы понимаете, в этой истории много тёмных запутанных моментов. Я смогла пробраться сквозь пыльные коробки, старые архивы и найти некоторые улики, которые дедушка оставил без внимания.
Она наклонилась над ноутбуком, и я присоединился к ней. На экране передо мной располагались обрывки фраз, заметки и ссылки, которые не могли оставить равнодушным даже бывалого детектива. Но среди всей этой информации я сразу же заметил знакомое имя.
- Сильвестр Диас... - прошептал я, удивлённо прищурившись. В нашем круге это имя звучало как сигнал тревоги.
- Да, именно он, - подтвердила Агата, её голос стал более серьёзным. - Дедушка пометил это имя красным цветом, что, по всей видимости, подразумевало его важность в этом деле. Если нам удастся доказать его причастность к отмыванию денег, это может стать ключом к доказательству его вины в убийстве. Я уверена, что он - главная зацепка, в противостоянии этой тёмной сети лжи и манипуляций.
Я не удержался и усмехнулся.
- Теперь понятно, откуда у тебя эти замашки детектива. Посмотрим, на кого ты станешь похожа, если раскроем это дело.
Агата улыбнулась в ответ на мою шутку, но вдруг её выражение стало серьёзным.
В последнее время работа в компании начала беспокоить меня не так сильно, как прежде. Кажется, это влияние Агаты, с которой я стал проводить всё больше времени. Нужно было уладить кое-какие дела, поэтому мы поехали в клуб. Когда мы вошли, глаза Агаты сразу же заметили ее рыжую подружку Матильду. Она весело направилась к ней, оставляя меня одного.
Я сел за столик и устроился так, чтобы видеть Агату - она была сосредоточена на разговоре с Матильдой. Они смеются, обсуждают что-то, и вскоре я замечаю, как рыжая начинает тянуть Агату к танцполу. Сначала моя зеленоглазая колебалась и не спешила последовать за ней, но затем, поддавшись внутреннему порыву, уступила.
Когда Агата сделала первый шаг на танцпол, она слегка зажалась, её движения были неуверенными, будто она не знала, как вписаться в яркий ритм музыки. Но с каждой секундой в ней просыпалась уверенность. Похоже, музыка начала пронизывать её тело, и ее танец стал свободным и плавным. Она двигалась, словно играя со своим волосами, позволяя им развеваться в воздухе, и это выглядело невероятно привлекательно. Фигура Агаты, несмотря на обычные джинсы и простую футболку, сверкала как никогда. Я заметил, как ее движения стали более грациозными и невольная улыбка коснулась моих губ. Невидимая сила, казалось, притягивала меня ближе к ней, и, положив виски на стол, я встал и направился в её сторону.
Когда я подошёл ближе, Матильда заметила меня и застыла, её глаза расширились от удивления. Я быстро приложил палец к губам, чтобы молчанием передать своё намерение. Агата стояла спиной ко мне, её фигура была изящной, а волосы падали на плечи. Я нежно обхватил талию, слегка сжимая её, чувствуя, как она вздрагивает, но всё равно не поворачивается. В этот момент между нами возникла невидимая связь, как будто мы были частью одного танца, который никто другой не может понять. Я чувствовал её дыхание, и в сердце моем возникли чувства, которые были сложнее, чем простое влечение. Это было какое-то волшебство, на этот миг весь мир вокруг исчез, и были только она и я.
- Потанцуем? - прошептал я ей на ухо, чувствуя, как её дыхание слегка дёргает мои волосы.
- Почему бы и нет, - она повернулась ко мне и слабо улыбнулась, в глазах сверкнула искорка заинтересованности. Матильда поняла наш намёк, одобрительно кивнула и унеслась в танце с каким-то парнем, оставив нас с Агатой наедине.
Когда заиграла мягкая мелодия медленной музыки, сердце моё забилось быстрее. Я обхватил руками её талию, и она, чуть склонив голову, положила руки мне на плечи. Не зная, что именно происходит между нами, я решил просто смириться с этим острым чувствованием. Мы двигались в унисон, медленно, как будто время замедлило свой ход. Агата прижалась ко мне, положив голову на мою грудь, и я почувствовал, как в груди перехватывает дыхание. В этот миг я ощутил себя подростком, который впервые влюбился.
- Пришли сюда по делу, а в итоге танцуем, - тихо прошептала она, прерывая мой внутренний диалог.
- Небольшой перерыв, - усмехнулся я, стараясь скрыть волну эмоций, накрывающую меня с головой.
В какой-то момент, после того как мы продолжили танцевать, всё же пришёл Адриано. Он подошёл к нам с улыбкой, но в его глазах была какая-то шальная искорка.
- Агата, ты ещё не миссис Беллини? - произнёс он, озадачив её неуместным вопросом.
- Что? - удивлённо переспросила она, сверкнув на него недоуменным взглядом. Я также недоумевал: что он творит?
- Скоро поймёшь, - на его лице появилось загадочное выражение, но оно быстро побледнело под моим взглядом. Я безжалостно пихнул его в бок.
- Не бери в голову его шутки, - прокомментировал я, стараясь развеять её недоумение.
- Я попрощаюсь с Матильдой и приду, - Агата пошла искать подругу, а мы с Адриано сели за столик.
- Что за шутки?
- Да ладно, смешно же было.
- Сделаю вид, что ничего не слышал... Мне нужна твоя помощь.
- Всё, что твоей душе угодно, босс.
- Достань мне фонарики.
- Фонарики? - удивлённо спрашивает Адриано.
- Да, фонарики, которые в небо запускают.
- Тебе зачем?
- Всё тебе говорить нужно? - усмехаюсь я. - Расскажу позже... Агата слишком долго прощается с подругой. Я пойду посмотрю.
- Секунды без неё не можешь, - усмехнулся мой друг, но его слова лишь подстегнули мою решимость. Да, он прав. Она стала для меня как воздух - необходимая, незаменимая.
Я направился к выходу из клуба, и меня мгновенно охватило чувство тревоги. На улице я увидел их: Агата, казалось, была не в своей тарелке рядом с Адамо. Он забрался к ней слишком близко, его рука нежно скользила по её волосам, а ладонь, неуместно расположившаяся на талии, явно намекала на что-то большее. Агата отстранилась, но, похоже, это лишь раззадорило его. Он продолжал навязываться ей, словно её границы его не волновали. В голове проносились мысли, как молнии. Внутренний голос кричал, что надо вмешаться. Мгновение спустя я уже бросился к ним, не осознавая степень своего гнева.
Мой кулак ударился его в лицо, и он грохнулся на землю как скомканная бумажка. Но момент слабости продлился недолго. Он вскочил и попытался отомстить ударом. Мы мигом оказались в круговороте драки, где удары и брань звучали как музыка высшей напряженности.
- Хватит! Перестаньте! - раздался голос Агаты, полон страха и отчаяния. Но в условиях этой ярости никому не было дела до её криков.
Я навалился на Адамо, роняя его на асфальт. Каждый удар казался справедливым, отыгрыванием всей той боли, что вызывал он в моей душе. Но внезапно я почувствовал, как кто-то потянул меня сзади. Это была Агата.
- Самуэль, пожалуйста... Пожалуйста, оставь его. Прошу, - её голос был на грани слез, и как только я его услышал, меня охватило невообразимое чувство.
Она подействовала на меня, словно была моим якорем в этом бурном море, и я остановился. Я отстранился от Адамо, сбросив с себя тот заряд ненависти.
- Если увижу тебя рядом с ней ещё раз, то пеняй на себя.
- Мы ещё поговорим об этом, - Адамо кинул на меня злой взгляд, а затем направился к своей машине.
Уже через мгновение Агата, вся переполненная паникой, подошла ко мне ближе. Я почувствовал, как волнение и тревога исходят от неё волнами. Она смотрела на меня с тревогой, будто перед ней стоял не человек, а разъярённое создание, готовое вспыхнуть в любой момент.
- У вас разбита губа и сильно течёт кровь, мистер Беллини. Это нужно срочно обработать, - с волнением произнесла она, её голос звучал так, будто я был на краю пропасти.
Я лишь отмахнулся.
- Само пройдёт, - с безразличием протянул я, но её настойчивый взгляд пронзал мою броню.
- Нет, - она упрямилась. - Это не просто мелочь. - Агата приподнялась на носочках и аккуратно провела двумя пальцами по моему лбу, словно пыталась вымазать напряжение, которое всё ещё витало вокруг нас.
- Я сказал, что пройдёт, - грубо ответил я, отводя взгляд, не желая показывать, как её забота меня трогает.
- А я сказала, что нужно обработать! - прокомментировала она с упорством, которое было абсолютно неподвластно мне. Она вдруг схватила меня за руку и решительно повела к моей машине.
- Что ты творишь?
- Мы едем домой, там я обработаю ваши раны. Дайте ключи, - её твердость не оставляла мне шансов на сопротивление.
- Я просто подрался, а не стал инвалидом, - парировал я, чувствуя, как горечь пронзает слова, и понимал, что не хватает сил, чтобы противостоять её настойчивости.
- Вы сейчас станете им, если не отдадите ключи, - горячо ответила она, её глаза горели решимостью.
- Я бы с удовольствием на это посмотрел, маленькая стервочка, - с вызовом произнёс я, но в глубине души понимал, что этот бой я всё равно проиграю.
Агата уже ждала от меня ответа, её взгляд полон решимости и смелости. В какой-то момент я понял: она сделает всё, чтобы помочь мне, даже если мне этого не хотелось. Я глубоко вздохнул, пытаясь подавить гнев и неуверенность, которые охватывали меня. Моя рука тяжело повисла, и, наконец, я вытащил ключи из кармана.
- Ладно, - произнёс я, сдаваясь под натиском её заботы. - Только не надо меня лечить как ребёнка.
Улыбка, которая озарила её лицо в ответ на это, была такой, что мне стало не по себе. Я никогда не понимал, зачем нам эти игры, эти мгновения, когда становились такими уязвимыми. Но когда она, наконец, села рядом, я вдруг понял: может быть, забота - это не слабость, а сила.
- Водить умеешь? - поднял я бровь, воспринимая её слова с долей сомнения.
- Папа научил, - с гордостью произнесла Агата, и я, вздохнув, бросил ей ключи от машины, полагаясь на её навыки.
Садясь в автомобиль, я почувствовал, как внутри меня пробудилась лёгкая тревога, но с ней было весело, и я решил простить эту детскую самонадеянность. Мы выехали на ночные улицы города, которые сверкали множеством огней. Ветер шумел, пронизывая салон свежестью, и я, ухватившись за ручку, невольно стал напряжённым.
- Надеюсь, я вернусь домой живым... - пробормотал я шутливо, стараясь скрыть свой страх.
- Эй, я умею водить, - возмутилась она, надавив на газ, и автомобиль резво рванул вперёд.
Рекламные щиты и неоновые вывески мелькали за окном, и вскоре мы оказались у дома. Поднявшись на нужный этаж, мы вошли в квартиру Агаты, где царила уютная атмосфера.
- Садитесь на диван, я сейчас принесу аптечку, - сказала она, уходя на кухню. Я уселся на диван, почувствовав, как мягкая ткань обнимает меня, а рядом со мной на диване восседал чёрный кот с зелёными глазами, как у Агаты. Он, казалось, непринуждённо демонстрировал своё величие, прежде чем улечься рядом.
- Он немного агрессивный с теми, кого мало знает, - предупредила Агата из кухни.
- Прямо как ты, - усмехнулся я, и она обернулась, посылая мне укоризненный взгляд.
Агата улыбнулась и вернулась с аптечкой, которую положила на кофейный столик. Она извлекла ватку, спирт и бинт и, взглянув на меня с лёгкой озорной искоркой в глазах, подошла ближе. Я чуть зажмурился, когда она аккуратно провела ваткой по моей брови.
- Ой, сейчас не шевелитесь, - прошептала она, наклонившись ко мне, и я, увидев её сосредоточенное выражение лица, не мог удержаться от усмешки.
Я шиплю от неожиданности, и она, смеясь, начинает дуть на покрасневшее место, словно это облегчит боль.
- Как вы себя чувствуете? - спросила она, продолжая свои манипуляции.
Я посмотрел ей в глаза. Они были такими зелеными и искренними, что невольно я затаил дыхание.
- Лучше, чем когда-либо, - наконец ответил я, ощущая, как повседневная жизнь начинает окрашиваться новыми оттенками, под влиянием этого загадочного существа, сидящего рядом со мной.
- Будет немного щипать, потерпите... - тихо проговорила она, поднося ватный тампон ко мне.
Я лишь кивнул, готовый вынести эту небольшую боль. Она быстро закончила с бровью и, не скрываясь, перешла к моей губе. Её маленькие пальчики нежно скользили по моим губам, и я не мог отвести взгляд от лица. Вблизи я заметил, что на её щеках мило располагаются мелкие веснушки, а глаза, о которых я слышал прежде, оказались ещё более загадочными. В их радужке играли три цвета: зелёный, голубой и серый.
- Твои глаза прекрасны, - произнёс я, теряясь в их глубине. - Как у твоих родителей карие, а у тебя - такие невероятные разноцветные?
Она прижала ватку крепче к моей губе, и я почувствовал, как смущение накрывает меня волной.
- Спросите это у них, если вам так интересно, - ответила она с легкой улыбкой. - Но нет, я не приемная. У кареглазых может родиться ребенок с зелеными глазами, и шансы на это составляют целых двадцать пять процентов.
- Спасибо, ходячая энциклопедия, - улыбнулся я, пытаясь разгладить напряжённость.
- Эй, я не заучка! - отозвалась она, сверкая своими глазами.
- Я ничего такого не говорил, - быстро поправил я.
- Я всё поняла, - с укоризной произнесла она.
Она наклонилась и взяла мою ладонь, как будто проходя ритуал, начиная осторожно обрабатывать её. В этот момент я ощутил, как она дует на мою руку, словно маленький ребёнок, которому необходимо заклинание, чтобы болезнь улетучилась. Затем она взяла бинт и принялась обвязывать мне руку.
- Это лишнее, я её не сломал.
- Всё равно... Бережёного Бог бережёт, - с улыбкой произнесла она, продолжая свои действия.
- Бережешь меня, зеленоглазая стервочка? - поддразнил я её.
- Берегу, чтобы было кому надоедать, - ответила она с озорным блеском в глазах.