Целую руки

Ибо привычно просыпается от боли в теле.

Только вот этим утром она немного странная.
Давит в районе грудной клетки и почему-то сильно ноет травмированное колено.

Ван Ибо открывает глаза и скашивает их ниже.

Рука Сяо Чжаня всё так же продолжает лежать на его груди, пока он сам уютно сопит Ибо в плечо.

Ибо улыбается, задерживаясь взглядом на этой картине.

Что ж, с этим разобрались, а что там с коленом?

Он слегка приподнимает голову, чтобы разглядеть ноющий сустав.

Хлопает глазами.

Ошарашенно всматривается больше минуты.

Откидывается назад на подушку и поворачивает голову в сторону Сяо Чжаня.

Чувствует, как губы расплываются в широкой улыбке и даже не делает попытки их сдержать.

Снова поднимает голову, смотрит вниз, пытается пошевелить затёкшей ногой и тут же шипит от боли.
Улыбается ещё шире.

Видимо, возится он как-то слишком уж активно, потому что Сяо Чжань просыпается почти сразу.

Поднимает голову, сонно моргает, удивлённо смотрит на широкую улыбку Ван Ибо напротив и несмело улыбается в ответ:

- Доброе утро... Ты чего такой радостный? Что-то случилось?

- Да, - кивает Ибо и слышит, как звенит от едва сдерживаемых эмоций его собственный голос, - случилось. Ты меня придавил.

- Ой, прости, Ибо, - автоматически извиняется Сяо Чжань и всё ещё не понимает, почему Ибо так радуется этой неловкой ситуации.

- Ты. Меня. Придавил, - ещё раз восторженно повторяет Ибо, видя, что до Сяо Чжаня так и не дошло. - Сяо Чжань, ты закинул на меня ногу. Понимаешь?

Тот спросонья недоумённо хлопает глазами.

- Чтобы закинуть ногу, надо сначала её поднять, - светится Ибо, пока на лице Сяо Чжаня наконец-то начинает проступать осознание.

- О... - спустя минуту глубокомысленно тянет он.

Тоже приподнимает голову и смотрит вниз.

- Доброе утро, мальчики! - в палату входит мадам Фэй и зажигает свет.

- Сяо Чжань закинул на меня ногу! - радостно выпаливает Ибо в ответ.

Мадам Фэй стремительно подходит к ним и окидывает взглядом сначала ногу Сяо Чжаня поверх одеяла на Ван Ибо, а потом его руку на чужой груди.

- Ты смотри-ка... И правда... - изумлённо выдыхает терапевт. - А можешь сейчас убрать?

Кажется, до Сяо Чжаня только сейчас доходит, как они смотрятся со стороны, и он стремительно начинает краснеть.
Отдёргивает руку и неловко пытается перебраться обратно на свою половину кровати.

- Нет... Я уже пробовал, - качает головой парень и аккуратно, руками, сдвигает ногу в сторону.

- Значит надо попробовать ещё раз! - светится энтузиазмом Ибо. - Обязательно получится! Вот сейчас отдохнёшь, позавтракаешь и мы попробуем ещё раз, да? Я уверен, что получится!

- Ван Ибо! - раздаётся знакомый голос хирурга от двери и Ибо тут же вскидывается, радуясь, что нашёлся ещё один человек, с кем можно поделиться замечательной новостью:

- Мадам Лю! А Сяо Чжань с утра...

- Ах ты засранец! - рявкает пожилая женщина и Ибо сконфуженно затыкается, пытаясь понять чем он опять не угодил. - Ну-ка, объясни-ка мне, почему твоя мама вчера плакала в коридоре почти час?!

Ван Ибо утихает окончательно. Удивлённо молчит.

"Мама... Плакала?.."

- Что ты ей вчера такого наговорил, что она так расстроилась? - хирург упирает руки в бока и нависает над своим пациентом. - Человек здесь чуть ли не всю свою кровь отдаёт, чтобы вытащить тебя с того света, а ты выгоняешь её из палаты?!

Ибо вскидывает вверх растерянный взгляд и мадам Лю рассерженно поясняет:

- А как ты думал, чью кровь мы тебе переливали, пока ждали донорскую?!

От дальнейшего разноса Ибо спасает медсестра, привезшая завтрак в палату.

- Чтоб сегодня же извинился! - напоследок фыркает  хирург и уходит прочь.

Ван Ибо автоматически берёт ложку. Завтрак проходит в молчании.

Фэй быстренько осматривает их, следит за приёмом лекарств, ставит уколы и передаёт медбратьям, чтобы те помогли справиться с утренними процедурами.

А после завтрака дверь снова открывается и в помещение заходит Ван Сюли.
За её спиной маячит Шаофэн.

Они сегодня вместе.

- Здравствуйте, - приветливо улыбается им Сяо Чжань, пока Ван Ибо застывает рядом на кровати соляным столбом.

Почему-то Ибо был уверен, что его мать появится в больнице только завтра. Никак не сегодня и не с утра пораньше.

«Я ещё не готов к этому разговору… - мысленно стонет он. И через пару секунд одёргивает сам себя, - но мама тоже не была готова к тому, что я вчера на неё наорал… Один : один».

Сяо Чжань переводит взгляд с окаменевшего лица Ибо на его молчаливую мать.
Та робко теребит носовой платок и неуверенно смотрит на свои руки.
Глаза у неё красные и опухшие.

Им нужно поговорить.
Наедине.

- У меня скоро начинается лечебный массаж на шестом этаже, но сегодня я собирался отправиться туда пораньше, чтобы поговорить с физиотерапевтом, - тактично сообщает он. – Господин Ван, поможете мне добраться?

Мужчина кивает и подкатывает к кровати стоящее неподалеку инвалидное кресло.

- Ибо, я пойду, - негромко сообщает Сяо Чжань.

- Угу, - напряжённо соглашается Ибо, не размыкая губ.

Сяо Чжань сидит молча ещё пару секунд, а потом повторяет:

- Ибо, мне нужно идти.

- Угу, - всё так же на автопилоте «угумкает» Ван Ибо.

Сяо Чжань негромко кашляет и легонько пытается выдернуть рукав своей больничной пижамы из побелевших от напряжения кулаков Ван Ибо.

Тот только сейчас понимает, что намертво вцепился в его одежду и даже не заметил когда.
Он нехотя разжимает пальцы.

- Я буду рядом, на соседнем этаже, - успокаивающе говорит Сяо Чжань и на секунду обхватывает его руку, пока Шаофэн не пересадил его в кресло.

- Угу, - в третий раз повторяет Ибо и беспомощно наблюдает за тем, как мужчина катит кресло к двери.

На пороге Сяо Чжань оборачивается и ободряюще улыбается ему. Ибо неловко улыбается в ответ.
А потом хлопает дверь, и он остаётся наедине с матерью.

В палате повисает неуютная тишина.

Ван Сюли продолжает комкать в руках платок и молчать.

- Может… Может уже поорёшь на меня?.. – наконец не выдерживает этой атмосферы Ван Ибо.

Сюли вскидывает на него удивлённый взгляд и спустя пару секунд медленно отрицательно качает головой.

- Ладно… Тогда я начну, - Ибо с шумом втягивает воздух и решительно говорит. – На самом деле мне нравится, когда ты называешь меня «А-Бо». Очень. … И пироги у тебя вкусные. Особенно фруктовый. Могу есть его хоть каждый день.

Ибо не смотрит на мать, пока говорит.

Он думал над своими словами весь завтрак, пока впихивал в себя эту ужасную кашу.

- Извини, что я вчера тебе такого наговорил. … Я знаю, что ты очень стараешься после развода с… с Янлином. И я понимаю, что ты тоже хочешь быть счастливой и хочешь себе нормальную семью. Не такого сына, как я. Не… - Ибо снова запинается, пытаясь подобрать слова,  - не преступника и не убийцу.

Ван Сюли как-то потрясённо выдыхает, но Ибо мотает головой, показывая, чтобы она не перебивала его:

- Я тебя понимаю. Я тоже хочу иметь нормальную семью. Хочу, чтобы рядом со мной был кто-то, кто всегда меня поддержит. И… И я знаю, что ты хочешь семью с Шаофэном. Я… - Ибо набирает полную грудь воздуха и даже почти не обращает внимания на то, как ноют его рёбра в этот момент. - Я думаю, у вас будут красивые дети. И… И вы сможете стать самой настоящей семьёй. Я не буду вам мешать.

Сюли молчит.

Ибо продолжает:

- Я знаю, что я ужасный сын. И знаю, что у меня отвратительный характер и меня очень трудно терпеть. Но… Но, пожалуйста, потерпи меня ещё месяц после того, как я  выпишусь из больницы. Один месяц. … Я снова устроюсь на две работы и почти не буду появляться дома, чтобы не мозолить тебе глаза. Я не буду тебе мешать. Мне… Мне просто нужно заработать себе первоначальный взнос на аренду жилья, – признаётся он, сглатывая ком в горле. - Потом я сразу исчезну, честно. Ты меня больше не увидишь. Я знаю, что я тебе не нужен.

Ван Сюли шумно выдыхает и Ибо торопливо выпаливает, пока мать его не перебила:

- Мы уже договорились с Сяо Чжанем, что будем жить вместе. … Мы не будем доставлять никому проблем. Я заберу его из приюта, сразу как мне исполнится восемнадцать и буду сам его обеспечивать. Я уже нашел хорошие клиники, где мы сможем сделать ему операции. Он встанет на ноги. Обязательно, – Ибо уверенно кивает сам себе. – Мы можем даже уехать из города, чтобы не пересекаться с вами. Мы будем жить сами. Я буду работать, а он будет учиться из дома. Он обязательно станет художником. Или дизайнером. Кем захочет. … И кошку заведём. Даже имя уже выбрали - Орешек. – Ибо закрывает глаза, чтобы как-то остановить этот бессвязный поток мыслей, и заканчивает. - Просто… Просто потерпи меня всего один месяц.  Пожалуйста. Я… Я никогда тебя ни о чём не просил. Но я прошу тебя сейчас. Мне нужен один месяц. Всего один.

Ван Ибо сидит на кровати, крепко зажмурившись и комкая в руках больничное одеяло.

Вздрагивает, когда чувствует робкое прикосновение к своей руке.

Руки Сюли дрожат.

- Я… Я не хочу, чтобы ты уходил… А-Бо…

Ему на пальцы падает горячая капля.
Ибо распахивает глаза

Поднимает голову, смотрит на маму.

- Ты же мой малыш… Ты всегда будешь моим ребёнком. Даже когда вырастешь. … И ты нужен мне, А-Бо… Ты всегда был мне нужен. Прости… Прости, что у тебя сложилось такое мнение, будто ты мне не нужен. Нет. Я… Это моя вина.

«Это моя вина», - ярко простреливают у Ибо в голове его собственные слова и он снова видит, как кровь бежит из перерезанных вен на его руках.

«Это только я виноват», - и он замолкает и не говорит ей всей правды о том переулке.

«Я справлюсь сам», - и он орёт на мать, когда та советует ему отдохнуть и выспаться вместо работы.

«Мне не нужна помощь», - и он отбирает аптечку и захлопывает дверь перед лицом матери.

Ибо моргает, прогоняя все эти видения.

Осознавая.

«Ты… Ты ведь всегда пыталась мне помочь, да?..»

Он переводит взгляд на мать.

Она снова плачет.
Ибо растерянно хватает её за руку:

- Мама, не плачь… Это же я тебе тут наговорил…

Сюли торопливо вытирает щёки платком:

- Прости… Я просто расчувствовалась. Я… Я тоже совершила много ошибок, А-Бо. Кажется, нам давно пора с тобой честно обо всём поговорить, да? С самого начала? – она несмело улыбается. – С чего ты хочешь начать?

«Да, нам надо поговорить…» - думает Ибо и смотрит на женщину перед собой.

Когда они так разговаривали в последний раз?
Когда они вообще о чём-то разговаривали по душам?

Что они вообще знают друг о друге?..

- Мааам… - наконец робко тянет Ибо спустя долгие минуты тишины, - а какой у тебя любимый цвет?..

~*~*~*~*~
На часах уже 12:40 и скоро должен наступить обед.

Ибо улыбается, лёжа на подушках.
Долгий разговор почти подошёл к концу и они оба уже успели и поплакать, и успокоить друг друга и даже пообниматься.

- Ох, Шаофэн пишет, что они с Сяо Чжанем закончили и подойдут через пять минут, - сообщает Сюли, взглянув на экран своего телефона.

- Кстати, я же не рассказал ещё тебе! - радостно вскидывается Ибо и снова выпаливает, - Сяо Чжань ночью закинул на меня ногу!

Ван Сюли удивлённо вскидывает брови и, кажется, даже слегка приоткрывает рот.

- Ну, просто мы спим вместе и он ночью… - Ибо смущённо замолкает, осознав, как это прозвучало. – Нет, не в том смысле, спим…  Мы вообще не спим, когда мы вместе… Нет, то есть… Мы спим, но не друг с другом, а вместе… Но мы не вместе. Точнее… Ох, ладно, забудь!

Ибо накрывается одеялом, чувствуя, как горят его щёки.

- Всё нормально, А-Бо, - успокаивающе отвечает Сюли. – Трудно не заметить, что ваши кровати стоят рядом. И… На самом деле, я давно хотела спросить у тебя… Помнишь ты как-то говорил мне, что у тебя есть человек, который тебе нравится?

- Ничего такого я не говорил, - бурчит из-под одеяла подросток. Он понятия не имеет, как обсудить эту тему с мамой. Такие отношения не одобряются в обществе. Как ей вообще признаться в том, что предметом его симпатии является вовсе не милая девушка, а…

Ошеломлённо высовывается наружу, когда слышит:

- Это Сяо Чжань, да?

Растерянно хлопает глазами.
Обеспокоенно смотрит на мать и с облегчением замечает, что у неё нет осуждения на лице. Выдыхает:

- Как… Как ты поняла?

- По тому, как ты за него цепляешься, - легонько улыбается Ван Сюли. – А он сам в курсе?

Ибо молча кивает и поджимает губы.
Это… выглядит красноречиво.

- Не взаимно? – всё равно решает осторожно уточнить Сюли. – Мне кажется, он тоже очень тепло к тебе относится.

Ибо мотает головой из стороны в сторону:

- Нет, он…

Замолкает, не зная, как правильно это сказать.

Он… правильный? Он… не по парням? Он… как все?
Но Сяо Чжань не как все.

- Он… Нормальный, - наконец выдавливает из себя Ван Ибо. И следом повторяет эту фразу, которую ненавидит до глубины души, – мы просто друзья.

Сюли молчит пару минут, пока Ибо гипнотизирует взглядом свои руки.

Признаваться в таком родителям всегда нелегко. Далеко не все люди могут подобное понять и, самое главное, принять.

- Нет ничего плохого или «не нормального» в том, что тебе кто-то нравится, – тихо говорит Ван Сюли, и он снова вскидывает на мать обескураженный взгляд. – Ты не выбираешь человека, который тебе понравится. Это происходит само по себе. И… И, думаю, не так уж это и важно, что… Что человек одного с тобой пола. Я хочу сказать, что… В этом нет ничего плохого или чего-то, заслуживающего осуждения. Ты тоже нормальный, Ибо, – Сюли кладёт свою руку поверх стиснутых рук сына. - Не думай, что из-за этого я откажусь от тебя. Я готова тебя поддержать.

У Ибо ком в горле.

Он просто кивает, потому что не может словами выразить то чувство облегчения и благодарности, которое расцветает в его груди после услышанных от матери слов.

- Я рада, что ты сказал мне это, - улыбается Ван Сюли. – Я буду поддерживать тебя в любом случае, но не все люди могут принять такие отношения. Поэтому тебе стоит быть готовым к тому, что… Это будет нелегко. Я знаю, что ты сможешь выстоять против всех, но… Сяо Чжаню будет труднее. Ведь его внешность… - она растерянно замолкает, не зная как тактично сказать вслух про его покрытые шрамами руки и лицо.

- А что не так с его внешностью? – рассеянно спрашивает Ибо, ластясь к рукам матери. – Сяо Чжань красивый.

Сюли бросает на него странный взгляд, но не успевает ответить.
В это время раздаётся стук в дверь и в палату заглядывает Ван Шаофэн:

- Всё в порядке? Вы закончили?

- Да, всё нормально, - кивает Сюли. – Заходите.

~*~*~*~*~

После обеда, пока Сяо Чжань на занятиях по реабилитации, Ван Ибо старательно шерстит интернет в поисках нужной информации.
Ищет упражнения для укрепления спины и ног, советы врачей, мнения психологов, реальные истории людей, которые встали на ноги и пошли.
Таких историй не много, но каждая из них выглядит почти как чудо.

Ибо дважды перечитывает статью о том, как мужчина поднялся с инвалидной коляски, когда его дочь начала тонуть, и сам вытащил её из реки.

«Ведь Сяо Чжань тоже встал, когда мне грозила опасность… - думает он. – А если… А если моя жизнь снова будет в опасности… Он встанет?»

А потом ему приходит в голову совершенно дурная, возмутительная, но от того не менее привлекательная идея.

Он напряжённо обдумывает её, пока ждёт Сяо Чжаня.

Спустя почти час Мэнг Ли привозит того обратно, перекладывает на кровать и удаляется.

- Я сегодня почти смог сжать кулак, - радостно делится своим достижением Сяо Чжань. – Мэнг Ли говорит, что через неделю занятий я уже смогу сделать это, наконец.

- Правда? – отвлечённо спрашивает Ибо, немного нервно комкая в руках одеяло.

- Да! – улыбается Сяо Чжань. – Смотри! Эй, Ибо, смотри сюда! Где ты витаешь?

- Да я тут думаю… Ну, чисто теоретически… - путано начинает Ван Ибо, не глядя на Сяо Чжаня. - Как думаешь, как быстро можно умереть от разрыва лёгкого?..

- Что? – у Сяо Чжаня вытягивается лицо от такого неожиданного вопроса. – Что за мысли у тебя вообще? Зачем ты спрашиваешь?

- Просто прикидываю сколько минут у меня будет, - честно ляпает Ибо, пока Сяо Чжань задыхается от этого ответа на соседней кровати:

- Что за бред! Как ты вообще можешь порвать себе лёгкое, лежа в кровати?! – спрашивает он.

А потом осекается, когда до него доходит.

Переводит взгляд на тумбочку у кровати Ибо и только сейчас замечает на ней снятую фиксирующую повязку для рёбер.

- Сломанным ребром, например, - подтверждает его опасения Ван Ибо и, крепко зажмурившись, сигает вниз с кровати.

- ИБО-О-О!!! – слышит он пронзительный крик Сяо Чжаня за мгновение до того, как врезается в кафель.

Боль ударяет ему под дых с такой силой, что на несколько секунд он забывает дышать.
Кажется, даже теряет сознание.

Выплывает из этой темноты, когда его кто-то истерично хлещет по щекам и трясет за плечи:

- ИБО! ИБО!!!

- Сяо… Чжань… - заплетающимся языком выдает Ван Ибо, всё еще не открывая глаз. – Ты… Встал?..

- ИДИОТ! – вместо ответа кричит на него Сяо Чжань и с силой бьёт крепко стиснутым кулаком по полу возле его головы.

Ибо дёргается, с трудом открывает глаза и видит над собой вращающийся потолок палаты и злое, и одновременно испуганное лицо Сяо Чжаня:

- А если бы ты и вправду умер?!! – Сяо Чжань с неожиданной силой вцепляется в ворот его пижамы и тянет на себя.

Ван Ибо второй раз в жизни видит его таким злым.
И сейчас Сяо Чжань выглядит куда злее, чем в тот первый раз в школе, когда так же орал на него.

Почему-то от такого яростного взгляда Ибо хочется бросить всё и бежать куда подальше без оглядки.
Забытый инстинкт самосохранения неожиданно резко просыпается и истерично вопит о том, что надо срочно скрыться от угрозы.

Ибо второй раз мысленно прощается с жизнью.

- Да никто бы не заметил… - испуганно принимается оправдываться он, забыв о колющей боли в грудной клетке. – У мамы есть Шаофэн, они же вмес…

- У твоей мамы останется Шаофэн, а у меня кто?! – Сяо Чжань приближает его лицо ближе к своему и снова орёт ему прямо в лицо, - А У МЕНЯ КТО?!! КТО?!!!

Ибо оглушает этим отчаянным криком и только сейчас до него доходит, как же глупо он поступил.

Одним чёртовым поступком поставил под сомнение все их дальнейшие планы. Всю жизнь.

Смотрит на дрожащего всем телом Сяо Чжаня перед ним и снова чувствует это уже немного позабытое чувство вины.

«Нет. Моя жизнь тоже важна. Я должен жить», - наконец-то понимает он.

Руки, удерживающие его ворот, страшно трясутся и сам Сяо Чжань выглядит так, как будто действительно готов его убить.

- Ты можешь меня ударить за это, если хочешь… - предлагает Ибо и со страхом закрывает глаза, когда Сяо Чжань дёргает его к себе ещё ближе. Рёбра снова болезненно вспыхивают, но сейчас на это как-то плевать.

С опозданием Ибо вспоминает, что у него до сих пор не зажило лицо после драки и всё ещё остаются пластыри на носу и на лбу.

- Только не сильно, - просит он, чувствуя, что Сяо Чжань двинулся в его сторону, и выпаливает эту чёртову фразу, чтобы не огрести по максимуму, - ведь мы же друзья, да?..

Сяо Чжань замирает.

Опаляет своим дыханием его щёку и Ибо внезапно понимает насколько же тот сейчас близко.

«Разве надо подходить так близко, если хочешь набить кому-то рожу?..» - панически думает он,  зажмуриваясь ещё крепче.

Рука на его вороте разжимается.

- Друзья, - со вздохом соглашается Сяо Чжань и отодвигается.

Ван Ибо переводит дух.

Робко открывает глаза.

Сяо Чжань сидит рядом, но уже не пышет злостью так, как пару минут назад.
Отводит взгляд в сторону:

- Как твои рёбра?

- Болят, - сипит Ибо, - но по крайней мере я жив.

Сяо Чжань наконец-то смотрит на него, и Ибо видит его покрасневшие глаза:

- Чёрт возьми, Ван Ибо! Если ты сдохнешь, я тебя сам убью, понял?!

Ибо глупо хлопает глазами, переваривая фразу:

- Значит… Ты убьёшь меня, если я умру? – тупо переспрашивает он.

Они переглядываются.
Осмысливают.

И спустя секунду оба разражаются истерическим смехом.
Ибо отчаянно хрипит от боли во вновь пострадавших рёбрах, но всё никак не может унять этот нервный смех.

- Что тут у вас случилось опять? Мы слышали крики! – в палату забегают мадам Лю с медбратьями и видят, что оба пациента лежат на полу.

- Вы почему опять не в своих кроватях?!

Их аккуратно возвращают по местам, мадам Лю долго ворчит, пока возится с Ван Ибо. Внимательно осматривает грудную клетку, прослушивает лёгкие, обкалывает двойной дозой обезболивающего и  заставляет снова надеть фиксирующую повязку.

А перед самым уходом вдруг сама двигает его кровать к кровати Сяо Чжаня:

- Присмотри за этим дураком, - фыркает она, - не дай бог, он ещё чего-нибудь учудит.

- Обязательно, тётушка, - кивает Сяо Чжань.

После ухода персонала в палате снова становится тихо.
Сяо Чжань демонстративно утыкается в свой планшет и не смотрит в сторону Ибо. Лежит на своей половине кровати и даже не думает двигаться ближе.
Всё ещё злится.

- Прости меня, пожалуйста, - не выдерживает Ван Ибо спустя десять минут подобной тишины. - За... За сегодняшний случай с рёбрами... И...

- Перестань это повторять, - раздражённо говорит брюнет, листая страницы. – Я не хочу этого больше слышать. Между нами вообще не должно быть таких слов, как «прости».

Ван Ибо сконфуженно молчит ещё пару минут.
Потом решается.

- Я знаю, что ты до сих пор не простил меня за… За переулок, - слова идут с трудом, но их надо произнести.

В раздумьях о том, как заставить Сяо Чжаня встать, у Ибо как-то совсем вылетело из головы, что суд уже завтра.
И если никаких улик так и не нашли, у Ван Ибо есть все основания угодить за решётку.

Поэтому надо успеть всё сказать сейчас.

- Такое нельзя простить, - скомкано продолжает Ибо, - но я просто хочу успеть тебе сказать, что я буду стараться исправить это. Всю жизнь. До конца своей жизни. Когда меня посадят я…

- Да не посадят тебя! – рассержено рявкает Сяо Чжань, откидывая планшет на колени. – Завтра всё будет нормально, перестань себя накручивать!

- Но я…

- Перестань просить у меня прощения! Да, такое не прощают! – зло обрывает его Сяо Чжань. – И я действительно не могу простить того Ван Ибо, который сделал это со мной. Того Ван Ибо, который издевался надо мной каждый день в школе. Того Ван Ибо, из-за которого вся моя школьная жизнь была сплошным адом!

Ибо лежит рядом и сжимается в комочек всё больше с каждой новой фразой Сяо Чжаня.
Это больно слышать.
Но это правда.

- Я никогда его не прощу.

Сяо Чжань с шумом выдыхает. Перед тем, как сказать:

- Но ты не тот Ван Ибо.

Ибо в шоке распахивает глаза.

Сяо Чжань смотрит ему прямо в лицо и в его глазах наконец-то видна та самая теплота, которую так любит Ибо:

- Ты ведь спас меня. Ты совсем другой. Поэтому тебе не надо просить за это прощения, Ибо. Завтра всё пройдёт хорошо.

Он кладёт подрагивающую руку на плечо Ибо и ободряющего сжимает его.

«Ты ведь спас меня», - эхом звучит в ушах Ван Ибо мелодичный голос Сяо Чжаня, пока перед глазами проносятся кадры с окном.

«Я спас тебя?.. – удивлённо думает он. – Я… тебя?»

Ван Ибо прокручивает всю историю их знакомства в своей памяти и думает, где бы он сейчас был, если не встретил Сяо Чжаня в своей жизни.

Наверное, всё так же бы сидел за партой, был «королём» своей школы, шпынял малолеток и сбегал из дома, чтобы не попасться под горячую руку пьяницы-отца.

Ведь Янлин и сейчас бы жил с ними, если бы Ван Ибо тогда не заступился за мать.
Если бы Сяо Чжань не вдолбил ему в голову, что надо защищать слабых.

Ван Сюли не встретила бы Шаофэна и они не получили бы шанса создать нормальную семью.

Ван Ибо не стал бы ценить чужой труд, если бы не работал до изнеможения на двух работах.

И он бы не стал ценить эту жизнь, которую имеет сейчас.

Ван Ибо внимательно смотрит на улыбающегося парня перед собой.
Любуется знакомыми чертами.
Этой родинкой.

Смотрит на него и всё никак не может понять:

«Как же так получилось, что из школьного изгоя, из самого ненавистного и презираемого мной человека ты стал всем для меня?..»

- Нет, - наконец говорит он вслух. – Это ты меня спас.

Сяо Чжань удивлённо вскидывает брови вверх, когда слышит продолжение фразы:

- Ты… Ты просто какой-то чёртов святой, Чжань.
Ван Ибо блаженно улыбается, и Сяо Чжань хмыкает:

- Я так понимаю, тебя опять штырит от сильных лекарств, да? Поэтому ты смотришь на меня такими глазами?

«Какими глазами?» – хочется спросить Ибо, но вслух он спрашивает другое:

- А что нельзя?

- Ты наказан, - хмыкает брюнет. – Я всё ещё очень на тебя злюсь за сегодняшний поступок, Ибо. Поэтому я не буду с тобой разговаривать до самого вечера.

- Но смотреть ведь можно, да? – не сдаётся Ибо.

- Тоже нельзя, - отрезает Сяо Чжань и Ибо со вздохом пытается отвернуться.
Болезненно шипит, когда тревожит ушибленный затылок.

- Ибо, лучше не двигайся лишний раз, - сразу же реагирует его сосед.

- Но я не смогу лежать с закрытыми глазами весь день, - упорствует Ибо.

- Сам виноват, - снова выдает Сяо Чжань и затихает, - вот лежи и мучайся теперь.

«Вот и буду!» - мысленно очень обиженно отвечает Ибо и закрывает глаза.

Угрюмо сопит.

Сяо Чжаня хватает лишь на несколько минут.

- Ладно! Можешь смотреть, - со вздохом разрешает он и снова утыкается в планшет.

Ибо торжествует победу.

А перед вечерним отбоем Сяо Чжань сам придвигается к нему ближе и берёт его за руку:

- Завтра всё пройдёт хорошо, Ибо. Я буду рядом.

~*~*~*~*~

В день третьего заседания Ван Ибо нервничает куда больше, чем во все предыдущие разы.
Вдобавок рёбра после вчерашнего происшествия болят куда сильнее, чем обычно.

Ибо мучает кашель, боль в голове и в груди, и панический ужас от того, что сегодня они могут проиграть.

Мадам Лю и мадам Фэй сегодня обе выступают в суде, поэтому вместо себя оставляют девушку-сменщицу хирурга – Лу Янь.

- Я надеюсь, хоть в этот раз после суда ты не получишь каких-нибудь увечий, раз уж ты уже в больнице, Ван Ибо, - беззлобно шутит мадам Лю перед уходом. – Держитесь, мальчики.

Ван Сюли и Шаофэн тоже оба будут присутствовать на заседании, так что успевают только с утра забежать к Ибо в больницу и созвониться с ним перед самым началом.

Сегодня наблюдателей шестеро.
Они степенно проходят в палату, заносят ноутбуки и недоумённо спрашивают у Лу Янь:

- Этот парень что, тоже будет здесь? Он же является главным подозреваемым по этому делу?

Подростки озабоченно переглядываются с разных концов комнаты (их кровати снова развели), когда понимают, что их могут сейчас разлучить.

- Больше свободных палат нигде в больнице нет, разделять их мы не будем, - твёрдо говорит девушка и сразу зарабатывает себе баллы в личном рейтинге Ван Ибо.

Чуть позже выясняется, что ноутбуков всего два и встаёт проблема, как же их расположить так, чтобы в кадре были и Ван Ибо с Сяо Чжанем и сами наблюдатели.

В итоге, спустя несколько предложенных вариантов кровати снова сдвигают и Ван Ибо с облегчением чувствует рядом знакомое плечо
Его руки сейчас нервно трясутся, совсем как у Сяо Чжаня.

- Ибо, успокойся, всё пройдёт хорошо, - повторяет Сяо Чжань и привычно накрывает его подрагивающие руки своими. Улыбается ласково, пока Ван Ибо застывает как олень в свете фар.

Наблюдатели в замешательстве переглядываются.

Разве так себя ведёт жертва в присутствии своего мучителя?..

Один ноутбук ставят прямо перед ними на столик, а за вторым чуть в отдалении располагаются все остальные.

У Ибо ёкает сердце, когда заседание наконец-то начинается.

Всё двигается по знакомому сценарию – Сяо Чжань рассказывает свою часть, отвечает на вопросы, потом настаёт очередь показаний Ибо.

Он держится молодцом, пока Сяо Чжань рядом сжимает его руку.

Шаофэн только начинает говорить о появлении новых улик в деле, как экран вдруг на секунду темнеет, мелькает заставка видео-плеера, а потом там внезапно появляется знакомое лицо крупным планом:

- Ты не меня, а его снимай! Потом поржём! – Тэ Хань отводит камеру мобильного в сторону и следующим в кадре появляется тело, лежащее на земле.

Ибо с шумом втягивает воздух от неожиданности.

Сяо Чжань вздрагивает и отшатывается от ноутбука.

Его начинает трясти.

- Не смотри! – приходит в себя Ван Ибо и рывком захлопывает крышку, обрывая трансляцию. Рёбра тут же отзываются на это резкое движение, и Ибо болезненно жмурится.

Но звуки избиения не исчезают.

Ведь второй ноутбук у наблюдателей всё еще включен.

Сяо Чжань весь сжимается в комочек, пригибаясь ниже к кровати, и обхватывает голову руками, пытаясь спрятаться от своего кошмара.

- Ты ноги ему ломай, чтоб не убежал! – Тэ Хань громко смеётся и на заднем плане слышится смех, возня, а потом…

ХРУСТ.

И в следующий момент Сяо Чжань начинает кричать.

- ВЫКЛЮЧИТЕ!!!– в голос орёт Ибо, стараясь перекричать Сяо Чжаня, пока ошарашенные приставы сидят в шоке и не двигаются. - НЕМЕДЛЕННО ВЫКЛЮЧИТЕ!!!

Лу Янь срывается с места, подбегает к замершим людям и так же захлопывает ноутбук, не обращая внимания на то, что заседание еще продолжается.

А Сяо Чжаня продолжает трясти.
Девушка бросается было к ним, но Ибо быстро мотает головой, показывая, что лучше пока не подходить.

Он склоняется к Сяо Чжаню, стараясь не обращать внимания на всё усиливающуюся боль в ребрах, и тянет его вверх. Обхватывает за плечи, пытается выпрямить, разворачивается к нему всем корпусом и тут же закусывает губу, чтобы самому не заорать от боли от этого движения.

Его рёбра горят.

Но к чёрту их. Надо помочь Сяо Чжаню.

- Сяо Чжань, Сяо Чжань, всё хорошо, ты в безопасности, я же с тобой, я здесь… - сбивчиво шепчет он, едва переводя дыхание и пытаясь заглянуть в лицо.

Гладит его по голове, по лбу, по ушам, приподнимает его за подбородок, ловит чужой взгляд.

В глазах напротив отражается такой животный ужас, что у Ибо всё холодеет внутри.

- Я же здесь… - потерянно бормочет он, неосознанно повышая голос, - я с тобой… Я с тобой, посмотри на меня!

Его голос взлетает вверх, и Сяо Чжань наконец-то фокусирует на нём взгляд.

Ещё мгновение и он бросается вперед, стискивая Ван Ибо, как и в прошлый раз во время приступа панической атаки.

Но в тот раз рёбра у Ибо были целые.

Поэтому сейчас, когда Сяо Чжань обхватывает его и сжимает изо всех сил, пытаясь защититься от своего кошмара, Ибо едва не вскрикивает от боли.

Потому что слишком отчаянно.
Потому что слишком мощно.
Потому что больно так, что он не может вздохнуть.

Боль в груди простреливает настолько ярко, что Ибо закрывает глаза, на пару секунд теряясь в этой слепящей обжигающе красной вспышке.

Ван Ибо почти не дышит.
Изо всех сил сжимает челюсти и губы, чтобы не выдать себя ни одним лишним звуком.

Даже в этом состоянии он помнит, что ему нужно успокоить Сяо Чжаня.
И он стискивает зубы ещё крепче.

«Терпи… Терпи… Терпи…»

Сяо Чжань дрожит и крепче обнимает его, утыкаясь в плечо и сминая больничную пижаму на спине.

Ибо чувствует знакомый отвратительный привкус во рту.

Сяо Чжань всхлипывает. Цепляется за него.

А у Ибо перед глазами плывут темные круги.

«Мне просто нужно продержаться… Он скоро… успокоится… Просто… держаться…», - сумбурно успокаивает он себя, ощущая металлический привкус крови на языке и то, как ему не хватает воздуха.

Он задыхается.

Сяо Чжань снова  всхлипывает и рывком дёргает его на себя.
А в рёбра Ван Ибо словно снова с размаху втыкают этот раскалённый металлический прут и из него поневоле вырывается громкий болезненный сдавленный полустон.

Потому что сдерживаться уже невозможно.

Дыхание спирает и Ибо не может вдохнуть.
Он хрипит.

Картинка перед глазами расплывается со страшной скоростью и в голове стоит такой гул, что Ибо даже не обращает внимание на то, что Сяо Чжань внезапно замирает.

- Ибо?.. – спустя несколько томительно долгих секунд неуверенно выдыхает он и кое-как разжимает стиснутые руки.

Ван Ибо закатывает глаза и обессиленно валится на бок.

~*~*~*~*~

Когда он открывает глаза, то понимает, что потолок над ним уже другой.

Он пытается вдохнуть воздух и тут же начинает кашлять.

- Ибо! – звучит встревоженный голос Сяо Чжаня, и ему на грудь привычно ложится чужая рука.

Кашель постепенно сходит на нет и Ибо только устало сипит.
Во всём теле страшная слабость.

Мысленно благодарит обезболивающие из-за которых почти не чувствует своих рёбер сейчас.
Страшно подумать, какую дозу ему вкололи, раз сейчас почти ничего не болит.

- Ибо, ты как? – Сяо Чжань привстаёт на локте, обеспокоенно вглядывается в его лицо.

Ибо замечает и искусанные в кровь губы и красные, опухшие глаза.

- Ты… Плакал? – первым делом спрашивает он. – Что случилось?

- Как что! – возмущённо восклицает Сяо Чжань. – Ты потерял сознание, вот что случилось! Ты пролежал под кислородной маской несколько часов! Мы в палате интенсивной терапии сейчас. Мадам Фэй даже хотела оставить тебя на ночь в реанимации, но туда не пускали меня и господина Вана. Поэтому нас перевели сюда. Твои родители пришли сюда сразу после суда и сидели с тобой допоздна. Сейчас почти два часа ночи.

«Суд!» - вспоминает Ибо.

- Как всё прошло? – вскидывается он.

Сяо Чжань над ним улыбается и внезапно опускается вниз, мягко обнимая его и утыкаясь носом в волосы где-то в районе уха:

- Тебя оправдали, - тихо шепчет он и Ибо с шумом выдыхает.

Невероятно сковывавшее его весь день напряжение наконец-то отпускает и Ибо на себе сейчас чувствует выражение «как гора с плеч».

Он закидывает правую руку на Сяо Чжаня, обнимая его, и склоняет свою голову к чужой.

- Значит… Всё закончилось?.. – всё ещё немного неверяще шепчет Ван Ибо.

- Закончилось, - подтверждает Сяо Чжань и перемещается немного в сторону, чтобы Ибо было легче дышать. Ложится близко-близко, крепко держа его за руку, и уже привычно утыкается ему в плечо.

- Тогда придерживаемся нашего плана? – улыбается Ван Ибо и чувствует, как дрожат от этой улыбки его губы.

- Да, - улыбается Сяо Чжань. – Нас ждёт Орешек.

- Орешек… - автоматически повторяет за ним Ван Ибо и всё-таки не удерживается от всхлипа.

Облегчение накрывает его с такой силой, что Ибо просто не может держать это всё в себе.

- Эй, - тут же вскидывается Сяо Чжань.

Снова приподнимается на локте и склоняется над чужим лицом. Бережно проводит по щекам, стирая с них слёзы, и успокаивающе продолжает бормотать всякую чушь, пока неожиданная истерика Ван Ибо не прекращается.

Спустя долгих пятнадцать минут Ибо наконец успокаивается.
Сяо Чжань снова ложится рядом, но теперь забирается повыше, чтобы гладить Ван Ибо по растрёпанным волосам.

- Тебе никто не говорил никогда, что ты… плакса? – неожиданно со смешком в голосе спрашивает он.

- Вовсе нет, - возражает Ван Ибо, думая, что за последние полгода он ревел столько, сколько не ревел за всю свою предыдущую жизнь.

- Больше не плачь, пожалуйста. Мадам Фэй завтра прибьёт меня, если увидит тебя с утра заплаканным. Ты даже не представляешь, как же мне влетело от мадам Лю, когда она вернулась... Кстати, знаешь, что я говорю малышу Луо, когда он плачет? – хмыкает Сяо Чжань.

- Что?

- Мальчики не плачут, - улыбается Сяо Чжань и признаётся. – Иногда это очень помогает.

- Мальчики не плачут, - повторяет Ван Ибо и улыбается, пока Сяо Чжань ласково перебирает его волосы.

И мысленно обещает себе:

«Я больше не буду плакать. Я стану сильным. Ради тебя».