ICE [SKZ]

Двумя днями ранее.

Шум в раздевалке, когда в ней находятся хоккеисты, становится в разы громче. А запах после них вообще фантастический. В те дни, когда фигуристы по расписанию занимались после парней с клюшками и огромными щитками, в раздевалки были слышны постоянные крики и возмущения, потому что, видите ли, «фигурники слишком восприимчивы», «не могут же мужики пахнуть сладкой ватой и леденцами» и все в таком разрезе.

В этот раз Сынмин с Чонином зашли в раздевалку раньше обычного, когда толпы хоккеистов еще оттуда не вышли. Протискиваясь между рослыми и крепкими парнями, фигуристы зажимали носы и хмурили брови, пока вокруг них стоял гогот и постоянный шум.

- опачки, смотрите, кого к нам принесло! – Чонина поприветствовал полуголый Джисон – он явно только вышел из душа – в одном полотенце вокруг бедер, а Ян, в свою очередь, непозволительно долго смотрел на накаченный пресс старшего, прикусив нижнюю губу, - эй, Чонин, отомри, а. тебе давно никто не присовывал? – смеялся Хан, вытирая мокрую голову небольшим полотенцем.

Сынмин подошел к младшему и положил ладонь на спину Чонина, слегка похлопав.

- и тебе привет, Джисон.

- вы сегодня рано. Что-то случилось? – поинтересовался хоккеист и отошел чуть подальше от своих сокомандников, потому что разговор с фигуристами его на тот момент интересовал чуточку больше.

- мы рассчитывали повидаться с Феликсом до начала тренировки, давно его не видели, - объяснял Сынмин, поправляя на плече скатывающуюся сумку с шмотками и коньками, - после той ссоры с Хенджином в столовой его вообще, кажется, никто не видел.

- и Хенджина тоже, - вставил свое слово Чонин.

- они появляются только на тренировках, а потом словно исчезают, - продолжал Мин.

- я практически не вижу Феликса в комнате. Он поздно возвращается, кидает шмотки на пол около кровати и сразу заваливается спать, отворачиваясь к стене. А всякий раз, как я пытаюсь спросить его что-то из серии «как прошел твой день, братишка?» он просто мычит и ничего не отвечает. А утром, когда я просыпаюсь, его снова уже нет в комнате, - Джисон провел пятерней по темным волосам, тяжело вздыхая.

Парни замолчали втроем, вслушиваясь в бессмысленный гомон раздевалки и разговоры хоккеистов, мешавшиеся в непонятный набор звуков.

- ему тяжело, он не хочет ни с кем говорить и делиться своими проблемами.

- его любимый человек поверил дурацкой сплетне, которую пустил твой дражайший Со Чанбин, между прочим! – возмутился Чонин, тыча Хану в грудь указательным пальцем, что тот аж на секунду отскочил назад.

- ойойой, тише, мелкий, подожди, - замотал головой из стороны в сторону Хан, хмуря брови на переносице и с искренним непониманием глядя в глаза Чонину, - Чанбин? Я не знаю подробностей ссоры в столовке?

- видимо нет. В общем, Хенджин наорал на Феликса, якобы тот переспал с Со, конечно описано было в разы красочнее, но суть ясна, - Сынмин скинул сумку на лавку и открыл пустой шкафчик, а Чонин внимательно и выжидающе ожидал реакции Джисона. Тема Чанбина всегда его сильно задевала, их отношения были не самыми правильными и приятными, Феликс миллиарды раз пытался что-то с этим сделать, чтобы хотя бы немного улучшить ментальное и психическое здоровье Хана. А самое главное, что у фигуриста получилось сдвинуть все с мертвой точки, пусть он и не знал, что время от времени Джисон срывается и плачет ночами по причине «Со Чанбин», заперевшись в туалете. Все же за пару месяцев не вылечишь то, что наболело до этого годами ранее.

- ублюдок блять, он за это ответит, - озлобленно зашипел Хан, сжимая в руке махровое полотенце и смотря в сторону Чанбина, который как ни в чем не бывало смеялся с ребятами из команды на разные темы. Джисон уже сделал шаг в ту сторону, как только его за обе руки ухватили Сынмин с Чонином, останавливая.

- не делай этого. Сейчас правильнее будет помочь Феликсу и заставить Хенджина поверить ему.

- и как ты собираешься это сделать, о великий Ким Сынмин? Хван никого к себе не подпускает и сразу всех шлет на хутор бабочек ловить. Он нас даже слушать не станет, у нас нет доказательств, - Джисон освободился от рук парней и фыркнул, смотря на них с неким сомнением.

Мимо ребят как раз проходил парень, который присутствовал на всех тусовках, где был Чанбин, а значит, он наверняка должен был стать свидетелем всей этой ситуации между Феликсом и Со. Не успели наши детективы обратиться к нему, как парнишка с новомодной прической и полотенцами сам подошел к ним.

- о, Ёнхун, у нас есть к тебе парочка вопросов, дружище...

<...>

Вечер после разговора Криса и Феликса на ледовой арене. 

Хенджин лежал на своей кровати, вытянув руки по швам и смотря в потолок немигающим взглядом. Его черные волосы были разметаны по подушке, а в кончиках пальцев игрался противный озноб, от которого не было даже желания избавляться. За окном слышался стук капель последнего осеннего дождя по металлическому подоконнику, а на кровати по правой стенке от входа бесцеремонно храпел сосед по комнате. В одной руке Хенджин держал телефон, опустив его горящим экраном вниз. Сознание его буквально кипело от всей переваривающейся в нем информации.

«не изменял тебе твой Феликс, сам посмотри», - чертов Ёнхун, чертово видео, чертов Хенджин, который повелся на тупую сплетню.

«помнишь я в первый раз сказал, что люблю тебя? Лучше бы после этого я помыл рот с мылом».

Все эти мысли, собственные слова, которые вылетели из его рта на эмоциях, да вообще все, что произошло и могло бы произойти вводило Хенджина в темное исступление, из которого только черт знает, как найти дорогу. В телефоне открыт диалог с Феликсом, пальцы сами набирают сообщение, но тут же стирают написанное. Он боится. Боится признать свое поражение, неправоту. Боится реакции Феликса. Боится быть отторгнутым, потому что понимает, что это окончательно его сломает. Хенджин никогда такого не испытывал – самым большим страхом раньше для него был нагоняй от Минхо за второе место на пьедестале, но со временем и этот страх пропал, также как и вторые места сменились на первые.  

Он снова поднял телефон, освещая лицо ярким светом до рези в глазах. 03:30 утра. Вставать через 4 часа, чтобы успеть на тренировку к половине девятого. Надо заставить себя заснуть, чтобы не быть овощем утром, ведь они обещали Минхо и Крису откатать все в идеальном виде. но выходит только самообман: после того, что произошло сложно сосредоточиться на работе, ведь ты напрямую контактируешь с причиной своего внутреннего конфликта.

Хенджин в миллионный раз заходит в диалог и печатает в строке сообщение, нажимает на кнопку отправить, как тут же видит надпись: «был в сети минуту назад». Хван тяжело выдыхает и откладывает телефон на тумбочку подле кровати, думая о том, какое «веселое» утро ему предстоит пережить.

После проката следующим утром Хенджин теряет Феликса из виду также быстро, как наговорил ему всяких гадостей несколькими днями ранее. Он влетает в раздевалку и глазами мониторит всех людей, находящихся вокруг – нет. Даже не думает переодеваться в обычную одежду, оставаясь в прокатных лосинах и водолазке (только коньки снял с ног), вылетел из раздевалки, а Феликса и след простыл. Хван остановился в коридоре и несколько раз глубоко вдохнул, отчаянно руками пытаясь убрать с лица липшие ко лбу от пота волосы и кусая пересохшие губы.

«Бешенство не поможет сейчас, спокойно переоденься, сделай все дела и иди искать Феликса» - говорил ему внутренний голос, которого Хенджин решил-таки послушать впервые за долгое время. Он вернулся в раздевалку, сталкиваясь с другими фигуристами из команды Криса, прошел на свое место и принялся за ритуал послепрокатный.

Закончив со всеми процедурами и приведя себя в порядок, Хенджин достал свой телефон и зашел в переписку с Джисоном, которая на удивление (на самом деле вполне очевидно) пустовала. Он набрал сообщение Хану, надеясь выцепить хотя бы немного информации у него, потому что носиться по всему СК и искать своего мальчика – сомнительное развлечение.

Джисонпочти ничем не помог, зато теперь Хенджин точно знал, что он не в общежитии точно.На один пункт для поисков меньше. Хван шел в сторону выхода с арены, оставивсвои шмотки в тренерской, ведь он и раньше часто так делал. Как звездефедерации и надежде фигурного катания Кореи ему вообще многое позволяли, иногдадаже чересчур – например некоторые тренеры (читать как НЕ Минхо и НЕ Крис), частообщались с ним на «Вы», что довольно удивительно для корейской культуры. Возможноони делали это в шутку, возможно – на полном серьезе. Хван спустился полестнице и вышел на большое крыльцо арены, осматривая территорию спортивногокомплекса: все казалось противно серым, мокрым, с неба капала непонятнаяморось, которая легко начинала бесить – лучше бы ливень сорвался, чем вот этаслякоть, листья, упавшие с деревьев, гнили в лужах со стоячей водой,превращаясь в комки противной грязи. Хенджин стал думать, где на улице он можетповстречать Феликса. На удачу, долго искать не пришлось. Под всей этой моросьюи холодным промозглым ветром, на качелях на детской площадке, в расстегнутойкуртке и капюшоном на голове сидел маленький съежившийся комочек, тыкая мыскомкроссовка в образовавшуюся лужу. 

На капюшоне сверху уже появилось мокрое пятно от капель дождя, а кончики волос на челке слиплись, противно тыкаясь в лоб грустного веснушчатого паренька.

- Феликс, - на выдохе произнес Хенджин себе под нос и только потом сделал шаг в сторону блондина, нервно сглатывая, ведь понимал, что сейчас их ждет тяжелый разговор. Шурша кроссовками по асфальту, Хван прошел к той детской площадке на территории федерации и остановился метрах в десяти от ровно покачивающихся качелей.

Ли молчал, но уже знал и чувствовал человека, который к нему пришел. Он даже не поднял взгляда на старшего, продолжая тыкаться в лужу мыском ботинка. Они находились в такой тишине еще какое-то время, а потом Феликс поднял глаза на Хенджина, утирая рукавом потекший нос и тихонько им же хлюпая из-за холода.

- привет, Хенджин, - спокойным и ровным тоном произнес Ли, смотря на старшего как ни в чем ни бывало. Феликс сильный. Он всегда таким казался и будет казаться дальше. Это разбивало Хенджину сердце сильнее, чем сплетни, которым он поверил ранее.

- здравствуй, Феликс, - Хван сделал еще один шаг навстречу младшему, на что тот лишь продолжил смотреть на него, только теперь выжидающе, с каким-то недоверием, будто сейчас должен был вскрыться какой-то подвох. От этого взгляда Хвана в дрожь бросило. Его, черт возьми, Хван Хенджина, который сам кого угодно одним взглядом под лед закатает, бросило в дрожь. Феликс оказывал давление сильнее, чем прессовочные станки, - почему ты здесь сидишь? Тут же холодно... - темноволосый пытался вступить в разговор мягко, чтобы не вызвать отторжения в первые секунды и хотя бы немного вывести младшего на диалог. Он был просто обязан попросить прощения, пусть Феликс мог бы и оттолкнуть старшего от себя раз и навсегда.

Ли все еще смотрел в землю, пачкая мокрым песком свои кроссовки и слегка подрагивая от пронизывающего холодка.

- и как тебе мыло на вкус? 

-----------------------------------

развязка уже близко, как думаете, у парней все наладится или они разойдутся как в море корабли? ;)