Пульс на грани
Ветер мягко трепал её волосы, а голос Чишии тихо звучал в ушах, рассказывая истории о детстве — такие глупые и смешные, что она впервые за долгое время по-настоящему улыбнулась
Они сидели рядом, их плечи почти сливались в одно, а над ними медленно ползли звёзды. Тишина города казалась доброй — впервые за долгое время. В воздухе — сырость, в душе — тепло. Они болтали.
Про будущее. Про прошлое.
Про страхи, про мечты.
Про то, как были детьми и ели мороженое на жаре, пряча липкие пальцы за спиной.
— О какой жизни ты всегда мечтала? — тихо спросил Чишия, откинувшись назад, глядя в ночное небо, затянутое лёгкими облаками.
— Я… — она задумалась. — Мечтала быть счастливой. И верила, что однажды стану героиней. Не в смысле супер сил, а просто — человеком, которого кто-то любит. Человеком который счастлив.
Он посмотрел на неё. В глазах Рэн плескалось что-то далёкое, как сон, который почти вспомнила.
— Все будет.
Они сидели на крыше старого здания, заросшего лианами. Под ними — пустой город. Над ними — мир, который всё ещё держался на ниточке надежды. А между ними — редкие, драгоценные часы покоя.
— Я всегда думала, что любовь — это когда тебе не страшно быть собой, — продолжала Рэн. — Что ты можешь быть слабой. Молчаливой. Или смешной. И тебя не бросят.
— А тебя бросали? — Чишия повернулся к ней.
Она кивнула, закрыв глаза.
— Каждый раз, когда я надеялась, что нашла "своих", — голос дрогнул. — Меня оставляли. Или предавали.
Он молчал. Просто слушал. Просто рядом.
— А ты? — спросила она, прижимаясь ближе.
— Я… думаю, я всегда был один, — пожал плечами. — Но только теперь понял, как это — быть с кем-то. С тобой.
Всё тело уставшее, будто выжали. Сон, как вор, подкрался исподтишка. Рэн просто уронила голову ему на плечо. Просто вот так — будто мир, наконец, стал хоть немного безопасным.
Он чуть дёрнулся от неожиданности, но потом… понял.
Её пальцы сжали его рукав.
Словно боялась, что, если отпустит — останется одна.
Её дыхание сбилось, тело дрожало, и каждый её судорожный вздох говорил больше, чем любые слова.
Чишия молча провёл рукой по её волосам. Он знал — ей нужно это. Хоть немного тишины. Хоть немного уюта.
— Я долго искал тебя, Кано… слишком долго. — прошептал он. — Даже если ты сама этого не знала. И если честно... я тоже боюсь потерять тебя снова, моя маленькая Кано.
Он прикрыл глаза.
---
Прошло пару часов. Было уже темно, вечер растёкся по небу, как чернила по воде. Рэн проснулась от того, что ветер лёгкий, прохладный коснулся лица. Рядом сидел Чишия — глаза прикрыты, дыхание ровное.
Спал? Да, кажется, да. Такой беззащитный, почти ребёнок. Такой спокойный. Такой родной.
Улыбка коснулась её губ. Она тихонько придвинулась ближе и аккуратно обняла его сбоку.
— И кто это тут у нас как ангелочек? — тихо рассмеялась Рэн и ткнула его пальцем в щёку. — Хватит притворяться, я знаю, что ты не спишь.
— Мх... — только и выдал он, едва приоткрывая один глаз.
— Всё ещё хочешь казаться холодным?
— Это моя фишка, не отнимай.
— Ага, «ледяной Чишик», — засмеялась она. — Я бы тебя скинула с крыши за твоё безэмоциональное лицо, но... у меня сил нет.
Он усмехнулся.
— Благодарю. Ты щедра, как всегда.
Рэн встала, потянулась и заохала. — Аууу, кости будто ржавые…
— Надо тебе меньше прыгать по крышам, ниндзя, — усмехнулся Чишия.
— Я ниндзя только с тобой, — подмигнула она.
Спускаясь по ржавой лестнице, Рэн чуть не грохнулась — ступень скрипнула.
Чишия лишь протянул руку, не глядя:
— Ты либо убьешь себя, либо меня, Кано. — фыркнул Чишия, подхватывая её.
— Ты спас меня. Я в долгу. Теперь обязана вытирать тебе инструменты до конца жизни. — подмигнула она.
— Лучше душу. Устал я.
Она замолчала.
---
Они шли по городу, по пустым улицам. Разговаривали.
В небе показался дирижабль. Валет червей.
— Рэн, я на игру иду один. Мне надо продлить визу.
— А мне плевать на визы! Я пойду с тобой! — упрямо заявила она.
— Ты не пойдёшь со мной, — строго сказал он у ворот.
— Почему? Я справлюсь! — бросила Рэн, сжав кулаки.
— Это игра червей. Там важна психика. Там не помогут твои кулаки или интуиция. Там нужен хладнокровный расчёт.
— Я не отпущу тебя одного!
— Я вернусь.
— Дай мне пойти с тобой!
— Ты с ума сошла?! Это не командная игра. Я выживу. А ты можешь… — он замолчал. — Я не дам тебе умереть. Не снова.
Он улыбнулся — не как обычно. Не с иронией. А... по-настоящему тепло.
Чишия резко обнял её. Сильно. Потом развернул её и мягко вытолкнул из дверного проёма.
— Вернись. Или я тебя сама убью, — хрипло прошептала она.
— Договорились, — кивнул он с улыбкой. И ушёл.
— Чишия!!! — закричала она, но он уже был внутри. Ворота закрылись.
Рэн села у входа. Ладони дрожали.
— Ты выживешь. Ты же не подведешь меня, белобрысый…
---
Рэн стояла перед входом. Смотрела, как Чишия исчезает в темноте коридора.
Сделать... ничего нельзя.
Ни одного шага туда. Она знала: будет только мешать.
Села на ступеньку, подбородок опирался на колени. Часы шли. Мир вокруг шептал, что всё может закончиться. Но она верила — он вернётся. Он просто обязан.
Тихо. Пусто. Холодно.
Внутри жгло.
«Он был всегда сильным. Но только со мной он — настоящий.»
«С другими он другой. Серьёзный. Молчаливый. Хитрый.
А со мной... он улыбается. Со мной он живой. Настоящий.»
Решив не сойти с ума в ожидании, пошла в ближайший магазин. Всё было пусто. Ни еды, ни воды. Только пыль и плесень.
Рэн уже собиралась выйти, когда за спиной — голос.
— Скучала?
Хриплый. Царапающий уши, будто гвоздь по стеклу. Рэн застыла. Медленно обернулась. В тусклом свете показалась… она.
Лия.
Потрёпанная. Но живая.
Её не должно было быть. После того пожара — нет. Она должна была сгореть. Исчезнуть. Раствориться.
Но она стояла. Полуразорванная, сжённая, как ожившая тень. Лицо в саже и крови, глаза — горящие злостью.
— Ну привет, — процедила Лия. — Разочарована, что я жива? Думала, сгорела? Не дождешься. — прошипела Лия.
Рэн выпрямилась. В горле пересохло.
— Жаль, что ошиблась, — холодно бросила Рэн, и повернулась к выходу.— Я думала, что больше никогда не увижу твоего лица. И была бы счастлива.
Удар в спину — и она едва не упала.
Повернулась.
— Что ты хочешь? — голос стал твёрже.
— Справедливости! — завизжала Лия. — Он спас ТЕБЯ. А должен был спасти МЕНЯ. Я молила. Кричала. А он смотрел, как я горю. Из-за тебя! Я надеялась, что ты будешь первой, кто сгорит.
— Он сделал выбор.
— Он выбрал тебя, потому что ты влезла в его жизнь! Ты украла его у меня!
— Он никогда не был твоим, — выдохнула Рэн. — Ты сама это знала.
— МОЛЧИ! — выкрикнула Лия и сжала кулак. — Ты должна была сдохнуть, сгореть до тла. Но вместо этого ты отняла у меня всё.
Рэн сжала зубы. В груди всё начало сжиматься. Горечь подступала к горлу.
— Я ничего не отнимала, Лия.
— Ты просто играешь в святую, но на самом деле ты такая же, как и все! Как же ты меня раздражаешь стерва!
— Ты называешь меня стервой, потому что у тебя ничего не осталось, кроме ненависти.
— Он смотрел на меня, он говорил мне, что я нужна ему!
— Он говорил это, когда был один. Ты была рядом. Но он не любил тебя. Он просто пытался выжить.
Глаз Лии дёрнулся. Она вытащила из-за спины автомат и направила прямо в Рэн.
— Ты как всегда думаешь, что ты такая сильная… — прошипела она. — Ну давай. Посмотрим, как ты запоёшь, когда тебя больше не будет.
— Серьёзно?— усмехнулась Рэн. — Хоть раз в жизни реши что-то без оружия. Хоть раз — не прячься за ствол.
— А если убью?
— Убей.
— ...Что?
Тишина. Напряжённая, как струна перед разрывом.
— Если это сделает тебя счастливее — стреляй.
— Я должна была быть с ним, не ты! — закричала она.
— Тебя вечно кто-то “должен был выбрать”, да? — голос Рэн звучал как лёд. — Ты жалкая, Лия.
— ЗАТКНИСЬ!
Выстрел.
Острая боль в ноге. Рэн упала на колени, задыхаясь от боли. Губы скривились от боли, но она не издала ни звука.
— Видишь? — шептала Лия, подходя ближе. — Вот теперь ты похожа на меня. Слабая. Кровоточащая. Одна.
Рэн, сжав зубы, подняла голову Слезы наворачивались на глаза, но взгляд был твёрдым.
— Я... всё равно не буду тобой.
— Ты уже мной стала.
— Я скажу тебе одну вещь, Лия. Мы обе сломанные. Но только я нашла тех, кто стал моим спасением. А ты осталась одна.
Долгая пауза.
Рэн смотрела ей в глаза, даже не дрожала.
— Ещё увидимся, с*ка. — выдохнула Лия. — Я заставлю тебя пожалеть.
Рэн смотрела ей вслед, кровь медленно стекала по бедру.
И она улыбнулась.