Твои глаза - Мой приговор.

Рэн стояла на крыше, чувствуя, как холодный ночной ветер треплет её волосы, заставляя их липнуть к лицу. Она закрыла глаза, глубоко вдыхая прохладный воздух и пытаясь освободить разум от мыслей, которые не давали покоя ни на секунду.

В голове был сплошной шум из вопросов и тревог. Как так получилось, что она вообще оказалась в этом проклятом мире? Почему её жизнь рухнула и пересобралась заново так быстро? Раньше, там, в нормальной жизни, она была совершенно другой — тихой, застенчивой девочкой, боявшейся лишний раз привлечь к себе внимание. А сейчас? Сейчас она ощущала в себе совсем иную силу. Жестокую, ледяную, готовую к любым испытаниям, даже если от них веет смертельным холодом.

И, как бы Рэн ни пыталась этому сопротивляться, мысли снова и снова скользили к Нираги.

Почему он не выходил из головы? Почему, несмотря на всю его выродскую отстраненность, садизм и ту тварь, которую он включил на заводе, она не могла просто вычеркнуть его? Он ведёт себя как законченный конченый урод. Она должна чувствовать к нему только тотальное, глухое безразличие. Должна. И она пыталась убедить себя, что её реакция — это просто временный сбой, реакция на стресс.

— Не, ну что за бред... — Рэн сильно закусила губу до боли и резко развернулась, решая уйти, чтобы избавиться от этого навязчивого шепота внутри.

Тут ее внимание привлекла фигура, вынырнувшая из тени лестничной площадки.

— Рэн, чё сидишь?

Голос был до тошноты знакомым. Рэн обернулась и встретилась взглядом с Лией. Та шла к ней своей нагловатой, раскачивающейся походкой, натянув ухмылку, за которой едва скрывалось сжигающее её изнутри раздражение.

— Ты вообще что тут забыла, Лия? — Рэн выдохнула, моментально запечатывая все эмоции под непробиваемый ледяной панцирь.

Лия остановилась в паре шагов. В её глазах вспыхнула чистая, неразбавленная злость.

— Ты лучше держись подальше от Нираги, — произнесла она, приближаясь ещё ближе и буквально впиваясь лицом в пространство Рэн. — Если ты ещё раз к нему подойдёшь, я тебя убью, ясно?

Рэн тихо фыркнула. Внутри вспыхнула ярость, но наружу не вырвалось ни капли пламени. Напротив — взгляд Рэн стал настолько ледяным, что воздух между ними будто замерз.

— Ты правда пришла сюда, чтобы поиграть в угрозы? — ровным, саркастичным тоном спросила Рэн, даже не шелохнувшись.

— Я не играю! — Лия сделала ещё шаг вперед, её лицо искривилось от гнева. Она едва сдерживала себя от того, чтобы не вцепиться Рэн в волосы. — Ты думаешь, что он с тобой останется?! Я буду рядом, и ты даже не заметишь, как я отниму его у тебя. Он — мой. Поняла? Мой!

Рэн посмотрела на неё с ног до головы. Медленно. С таким выражением лица, будто рассматривала какую-то мелкую назойливую мошку.

— Твой? — Рэн тихо, почти сочувственно усмехнулась. — Лия, ты вообще себя со стороны слышишь? Ты носишься за ним, как прикованная собачонка, и думаешь, что этим кого-то пугаешь?

— Заткнись! — прошипела Лия, побледнев.

— Нет, ты послушай, — Рэн подалась чуть вперёд, перехватывая инициативу, и её голос зазвучал с такой тяжелой, давящей силой, что Лия инстинктивно замерла. — Ты думаешь, ты для Нираги хоть что-то значишь? Серьёзно? Ты для него — удобная затычка от одиночества. Бесплатная подстилка для его помятого эго, когда ему нужно глушить свои собственные комплексы. Ты цепляешься за него, потому что без мужского внимания ты вообще никто. Пустое место. Ты до смерти боишься, что если перестанешь за ним бегать, тебя в этом мире просто никто не заметит.

Лия сделала шаг назад, её губы затряслись, а лицо перекосило от бешенства и шока. Слышать такую правду прямо в лоб было невыносимо.

— Я его знаю лучше, чем ты! — выдавила Лия, хотя голос уже дал слабину.

— Ты его вообще не знаешь, — отрезала Рэн, и в её тоне не было ни капли защиты Нираги — только сухое, брезгливое пренебрежение к обоим. — Он — сгнившее, сломанное чудовище. И то, что ты так отчаянно пытаешься за него зацепиться и отвоевать его у меня, показывает лишь одно: ты ещё более сломанная и жалка, чем он. Мне не нужно за него сраться, Лия. Он мне не нужен. Можешь забраться к нему в постель хоть сейчас, можешь спать у его ног — мне абсолютно всё равно. Но если ты ещё раз разинешь рот в мою сторону с угрозами — я не буду разговаривать. Я тебя просто уничтожу.

Лия стояла, глотая воздух, как выброшенная на берег рыба. Она открывала и закрывала рот, не находя ни единого слова, чтобы отбиться от этого холодного, уничтожающего удара. Её буквально давила собственная бессильная злость.

— А теперь свали с дороги, — ровно добавила Рэн.

Не дожидаясь ответа от парализованной Лии, Рэн прошла мимо, задев её плечом, и спустилась с крыши.

Вернувшись в свой номер, Рэн первым делом заперла дверь на замок. Внутри всё кипело и колотилось, несмотря на ледяной фасад. Она прошла в ванную и включила горячую воду, пытаясь смыть со своей кожи грязь этого бессмысленного разговора.

Тугие струи омывали тело, но в голове крутился непрерывный водоворот. Мысли о Нираги, о его поступках, о словах Лии — всё это спутывалось в один тугой узел.

Как она могла так слабеть из-за него? Почему она вообще позволяет ему занимать столько места в своей голове?

После душа Рэн накинула сухую одежду и долго стояла перед зеркалом, всматриваясь в своё отражение. Кто она теперь? Эта сила, которая вспыхивала в ней во время стычек, казалась чуждой прежней жизни. Где та застенчивая девочка? В зеркале на неё смотрела девушка с холодным, боевым взглядом и решимостью на сжатых губах.

— Почему всё так сложно?.. — тихо прошептала она.

В этот момент в дверь номера постучали. Рэн вздрогнула, вытерла лицо полотенцем и пошла открывать.

На пороге стоял Чишия. Он выглядел так, как и всегда — руки в карманах белого худи, спокойный, отстранённый, но в глубине его глаз читалась въедливая обеспокоенность.

— Долго стоишь? — Рэн попыталась выдать улыбку, но она вышла натянутой и кривой.

Чишия ничего не ответил. Он просто прошёл в комнату, вальяжно опустился в кресло у кровати и скрестил руки на груди.

— Ну? — его голос звучал ровно, но с привычной легкой насмешкой. — Что у тебя с Нираги?

Рэн, присев на край кровати, метнула в него раздражённый взгляд:

— Чего?

— Что слышала, — он ухмыльнулся. — Весь Пляж гудит, что вы с Лией и Нираги тут сопливый любовный треугольник строите.

Рэн закатила глаза и громко, тяжело вздохнула, потирая виски:

— Да чтоб их всех... Чишия, ну ты же вроде умный парень, а? Ты реально думаешь, что я бы ввязалась в этот цирк?

— Хм, — Чишия задумчиво наклонил голову. — Сложный вопрос. Ты ведь тоже далеко не подарок.

Рэн мгновенно схватила с кровати подушку и с душой запустила в него, но он легко и небрежно увернулся.

— Серьёзно, Чишия! Меня эта ситуация раздражает! — она резко поднялась на ноги, нервно шагая по комнате. — Эта Лия ходит и разносит слухи, а Нираги... господи, этот идиот только подливает масла в огонь своей тупой ухмылкой!

Чишия слегка хмыкнул, наблюдая за её метаниями:

— Знаешь, если бы ты с такой же страстью говорила о любви к нему, я бы уже поздравил вас с помолвкой.

— Ещё одно слово — и я выброшу тебя с балкона, — прошипела Рэн с абсолютно убийственным взглядом.

— Учту, — невозмутимо отозвался он.

Рэн снова плюхнулась на кровать, уставившись в потолок и пытась отдышаться:

— Меня просто бесит эта ситуация. Они реально думают, что я буду с кем-то драться за этого психа? Да мне вообще плевать на него!

Чишия поднялся с кресла, подошел ближе и посмотрел на нее сверху вниз:

— О да, определённо плевать. Именно поэтому ты так заводишься при одном его имени.

— Чишия... — в её голосе зазвенели предупреждающие стальные нотки.

Он слегка ухмыльнулся и направился к двери.

— Ладно-ладно, не бесись. Просто знай: если тебе понадобится отыграться — можешь потренироваться на Нираги.

— Спасибо за сочувствие и невероятный совет, — саркастично пробормотала она.

Чишия уже взялся за дверную ручку, но на прощание бросил через плечо:

— И да... если всё-таки выйдешь замуж за Нираги — зови на свадьбу. Я приду ради бесплатного бухла.

В закрывающуюся дверь со свистом полетела вторая подушка. Чишия ловко выскользнул в коридор, а Рэн только громко выдохнула, падая лицом в матрас.

— Чёртов Чишия...

Когда шаги в коридоре затихли, Рэн так и осталась лежать. Мысли крутились диким водоворотом: Лия, Нираги, этот сумасшедший Пляж, её собственные растрепанные чувства...

Она не могла найти покоя. Эмоций было слишком много, но усталость берущего своё дня постепенно накатывала тяжелой волной. Рэн закрыла глаза и вскоре провалилась в тяжелый, беспокойный сон.