Возвращение

Хю: Навсегда вместе... Всегда рядом...

***

Аккуратно сложенное бережными руками мужчины платье, некогда обволакивающее пышные формы уставшей женщины, отдыхало от эмоционального вечера, лежа на бархатном пуфике возле туалетного столика. Утерявший былую строгость воротник сливовой мужской рубашки поникше свисал со спинки стула, ощутившего на себе всю тяжесть сегодняшнего одеяния Фекели. Осторожные солнечные лучи заглянули в комнату и тут же разбежались по всем её уголкам, пытаясь не задеть спящих влюблённых, растворившихся во взаимных объятиях друг друга. Сладко посапывающая женщина морщилась, вероятно, от пиночков уже проснувшегося малыша, требующего завтрака, а мужчина, держащий руку на животике жены, машинально успокаивал бушующего ребёночка. Золотистые локоны г-жи Фекели, нашедшие успокоение на плече Али Рахмета, самостоятельно уложились в плавную волну, пытаясь не тревожить сон Хюнкяр, но изрядно измучив того, кто так бережно их лелеял. Открывший глаза Фекели широко улыбнулся волнующимся ресницам, испытывающим очередной стресс от утренних видений г-жи, и нежно поцеловал жену в лоб, параллельно поглаживая округлый животик и здороваясь с малышом, пиночки которого ощущались уже очень хорошо. Шепотом разливались по всей комнате самые нежные слова, соскальзывающие из уст мужчины, и проникали в сознание глубоко спящей Хюнкяр, становясь репликами до этого не самых приятных разговор. Невольная улыбка, появившаяся на устах г-жи Фекели, была ловко захвачена в бархатный поцелуй Али Рахмета, коснувшегося губ любимой своими.

Хю (сквозь сон): Мммм...
АР (отстраняясь): Спи, моя радость, спи, — он гладил её по волосам.
Хю: Спокойной ночи...
АР (улыбнувшись): Спокойной ночи, родная.

Громкий смех, не в силах удержаться, залил своей искренностью всю комнату и заставил г-жу Фекели открыть сонные глаза.

Хю: Что такое? — она тёрла глаза. — Почему, — она зевнула, — ты смеешься?
АР (смеясь): Ты только что пожелала мне спокойной ночи.
Хю (смеясь): Дурачок! Ты меня разбудиил, — она потянулась. — Ох... Доброе утро, милый! — она положила руку на животик.
АР: Он уже давно проснулся. Все пытался тебя разбудить, но мы с ним договорились, что он позволит поспать тебе ещё немного.
Хю: И ты решил взять на себя этот нелёгкий труд моего пробуждения? — она рассмеялась и поцеловала мужа в щеку.
АР (улыбаясь): Ты сама виновата! Доброе утро, душа моя!
Хю (прижимаясь к мужу): Доброе утро, любимый!
АР (поглаживая животик): Ты выспалась, дорогая?
Хю (смотря на мужа): Это меня спрашивает человек, который меня разбудил?
АР (улыбнувшись): Ну, прости, я не удержался, — он засмеялся.
Хю: Ладно, прощаю! Но только в этот раз!
АР: Хорошо, я запомню, — он оставил короткий поцелуй на её губах.
Хю: Я кушать хочууу, — она потянулась.
АР: Принести тебе сюда что-нибудь?
Хю (задумавшись): Нуууу...
АР (смеясь): Понятно все с тобой! Сейчас, жизнь моя! — он поцеловал её в макушку и начал вставать с кровати. — Есть какие-то особые пожелания?
Хю (подняв одну бровь): Сладенькое?
АР (улыбаясь): Ну, да, что же это я запамятовал так? Конечно, сладенькое!
Хю (смеясь): Ты так говоришь это, будто я променяла тебя на него! — она села на кровати.
АР (отрывая дверь): Мне, правда, иногда кажется, что лукум ты любишь гораздо сильнее.
Хю (возмущенно): Чтооо?! Фекели! — она взяла в руки подушку. — Ты сейчас... — подушка полетела в уже закрытую дверь.
АР (з-за двери): У меня хорошая реакция!
Хю: И отвратительное чувство самосохранение!

Женщина рассмеялась, удивившись собственному остроумию, и уткнулась в одеяло, глуша воистину детский смех, который, кажется, уже было не остановить. Несколько минутный приступ неожиданного веселья закончился сильным пинком малыша, которому надоело содрогаться от каждого маминого неожиданного порыва.

Хю (вытирая слёзы): Прости меня, мой хороший! — она гладила животик. — Ты знаешь, что это ты виноват? — малыш толкнулся. — Знаешь, да? — она вновь засмеялась. — Все-все, я молчу. Фууух, давно я так не смеялась. Сейчас папа принесёт кушать, милый. Пойдём умываться, родной мой!

Хюнкяр встала с кровати и направилась в ванную для прохождения всех банных процедур. Али Рахмет, тем временем, собрал на кухне, кажется, все, что содержало в себе сахар, и поднялся на второй этаж. Ароматные круассаны, принесённые Назире из ближайшей пекарни, заполнили своим запахом всю комнату и выманили из ванной увлечённую водными процедурами г-жу Фекели. Атласный белый халатик, накинутый на полуголое тело, лишь слегка прикрывал округлый животик и уже явно не предполагал такого своего использования.

АР (улыбнувшись): Тебе разве нечего надеть, душа моя?
Хю (подняв одну бровь): А тебя разве что-то не устраивает? — она подошла к нему ближе.
АР (положив руки на её талию): Нет, совсем наоборот.
Хю (ухмыльнувшись): Да? — она развязала пояс халата и прикусила нижнюю губу.
АР: Зачем ты это сделала? — он прислонился к её шее.
Хю (откидывая голову назад): Ты и сам все отлично понимаешь... — он поцеловал её в шею. — Ах...
АР (оставляя поцелуи на её шее): Да...
Хю (отстраняясь): Хватит... Я не сдержусь...
АР: И не надо, — он притянул её к себе.
Хю: Али Рахмет, прошу... Позже...
АР: Ладно, поверю тебе. Я принёс тебе сладенького.
Хю (посмотрев на поднос): Мммм, молодец!
АР (подняв одну бровь): Ты сомневалась во мне?
Хю: Нисколечко! — она присела на кровать. — Ну?
АР: Что, родная?
Хю: Ну покорми меня!
АР (смеясь): Ах, любовь моя! — он сел на кресло напротив неё и расположил поднос на своих коленях. — Давай, Хюнкяр джым, открой ротик!

Трапеза г-жи Фекели, время от времени, сопровождаемая безудержным смехом женщины по самым нелепым причинам, вскоре была закончена. Уже полностью взошедшее солнце залило всю комнату своим светом, уже не стесняясь и не прячась по углам. Недавно остывшее ложе супругов вновь нагрелось от горячих тел, скрепившихся в объятиях. Хюнкяр прижалась к мужу, а тот, обняв её за талию, открыл книгу и одел очки, дабы лучше видеть мелкий шрифт.

Хю: Ты будешь читать вслух?
АР (целуя жену в макушку): Конечно, душа моя! Не хочу, чтобы ты утруждалась.
Хю (улыбнувшись): Хорошо, любимый.

Слово за словом, выстроенное в строгие ряды; строка за строкой, разместившаяся на белых листах неодинаковой длиной; абзац за абзацем, уместивший в себе самое сокровенное; глава за главой, поведывающая горькую хронологию. Невольные слёзы и безудержные улыбки, неугасающие кадры прошлого и сказочные эпизоды ближайшего будущего, открывшиеся раны разлуки и терпкий вкус воссоединения. Тысячи эмоций, сотни комментариев, десятки отмеченных понравившихся моментов. 4 часа беспрерывного чтения, перелистывания страниц, мелких поцелуев, убирающих с лиц обоих солёные дорожки слёз. Али Рахмет прочел последнее слово, закрыл книгу, снял очки, отложил все в сторону и прижал жену к себе, уткнувшись в её шею.

Хю: Я очень тебя люблю! — прошептала она, прячась в его плече.
АР: И я тебя очень люблю, родная моя! Очень!
Хю: Позвоним Ране?
АР (поглаживая её по спине): Позвоним, любимая. Чуть позже позвоним.
Хю: Хорошо.
АР: Тебе понравилось?
Хю: Моих слёз и смеха было недостаточно, чтобы это понять? — она улыбнулась.
АР (улыбнувшись): Ах, жизнь моя! — они отстранились друг от друга. — Пойдём обедать, родная?
Хю: У меня нет сил что-то готовить, прости.
АР: Тебе и не надо, милая. Назире должна была оставить что-то утром.
Хю: А давай закажем что-то у г-на Ферхата.
АР: Можно и так. Я позвоню к нему в ресторан.
Хю: Хорошо, я переоденусь за это время.
АР (целуя жену в макушку): Как скажешь, любовь моя!..

Адана. 03:02. Центральный отель

Двое сидящих на лавочке у отеля заливались громким смехом, пробуждая только что задремавших птиц и зарождая в них жажду жестокой мести, которую они обговорят на утренней планёрке. Женщина держала на коленях букет алых роз, где-то отважно раздобытый её собеседником посреди ночи в глубинках Чукурова, а мужчина снимал с себя пиджак, дабы предложить его явно замёрзшей даме, непривыкшей к прохладным турецким зимним вечерам.

Мер: Я прошу вас, Рана, возьмите пиджак!
Ран: Нет, Мурат, спасибо, я не замёрзла.
Мер (закатив глаза): Оффф, упрямая! — он накинул на неё пиджак, поправляя его на плечах. — А вам идёт!
Ран (улыбнувшись): Это, вероятно, не из-за пиджака!
Мер (ухмыльнувшись): Приятно слышать!
Ран: Спасибо, не стоило!
Мер: Ну, что вы!
Ран: Может, — она запнулась.
Мер: Что, Рана? Вы что-то хотели сказать.
Ран: Хотела, но подумала, что... что это будет не очень корректно.
Мер: Ай, дорогая, вам не стоит стесняться чего-то передо мной! Мне кажется, мы уже вполне достаточно познали друг друга, чтобы...
Ран (перебивая его): Чтобы перейти на «ты»?
Мер (улыбнувшись): И чтобы перейти на «ты» тоже!
Ран: Тогда...
Мер: Давай! Я с огромным удовольствием это сделаю! Хотя к такой чудесной женщине иначе, как на «вы», даже не хочется обращаться! — он поцеловал её руку.
Ран (улыбнувшись): Ты мне льстишь!
Мер: Я похож на того, кто использует лесть?
Ран: Нисколечко!
Мер: Ну, вот! — он сделал небольшую паузу. — Какие планы на завтра у этой очаровательной дамы?
Ран: Ты хотел сказать «на сегодня»?
Мер: Нет, на з... О, Аллах! Который час? — он взглянул на наручные часы. — Рана, три часа ночи!
Ран (смеясь): Ты бы видел свое выражение лица!
Мер (смеясь): Я просто не ожидал, что мы так засидимся.
Ран (немного поникнув): Тебе не нравится, да?
Мер: Нет-нет, я не это имел ввиду! Наоборот, я совсем потерялся во времени рядом с тобой, — он подвинулся к ней ближе.
Ран (смутившись): Это... хороший знак? — она улыбнулась.
Мер (улыбнувшись): Очень хороший! Знаешь, я никогда не встречал такой женщины! Я уже немолод, в моей жизни было много влюблённостей, много романов, но не было ещё той, которая бы сумела очаровать меня настолько, насколько сделала это ты!

Он положил свою руку на её, дрожащую то ли от холода, то ли от волнения, коленку, вызывая у женщины мурашки по всему телу. Мелкая дрожь, дошедшая к хрупким плечам, заставила пиджак г-на Мурата немного сдвинуться с былого места.

Мер: Ты замерзла, дорогая! — он поправил пиджак.
Ран (опустив голову): Я... Мурат, я...
Мер: Все в порядке?

Мурат осторожно коснулся горячей ладонью ледяного подбородка Раны и слегка приподнял его. Ещё недавно блестящий взгляд сейчас выглядел тускло и поникло.

Мер: Посмотри на меня. Рана... Взгляни на меня, пожалуйста, — они встретились взглядами. — Что такое? Ты чего-то боишься?..

Особняк Фекели. 17:03. Гостиная

АР: Это был Абди паша, не так ли, г-жа Азизе? — он подмигнул Хюнкяр.
Хам: О, нет-нет! Это был его зять! Ха... Хатип!
Хю: Офф, мама, упаси Аллах! Ешь свой сютлач! Давай, открывай рот, родная! — она кормила её пудингом.
АР: Душа моя?
Хю (поворачиваясь к нему): Да, любимый.
АР: Как ты смотришь на то, чтобы провести этот вечер наедине? — он ухмыльнулся.
Хю (подняв одну бровь): Что ты имеешь ввиду? — она обратилась к Хаминне. — Давай, мамуль, пожалуйста.
АР: Нуу... Увидишь!
Хю: А-а, Фекели! Что это за загадки?
АР (ухмыльнувшись): Не загадки, а сюрпризы!
Хю: Аааай, милый!
АР (улыбнувшись): Ну, что, родная? Что не так? — он сел возле неё.
Хю: Нет, все так. Просто...
АР: Что, жизнь моя?
Хю: Просто ты всегда что-то такое делаешь, а я...
АР (перебивая её): Нет-нет-нет, чшшшш... — он оставил короткий поцелуй на её губах. — Ты носишь под сердцем нашего ребёночка, — он положил руку на животик. — Я готов сделать тысячи, миллионы таких сюрпризов ради вас двоих! Ты не обязана ничего делать, любовь моя. Главное, что ты есть! Главное, что с тобой все в порядке! Что мы засыпаем в объятиях друг друга, что просыпаемся, смотря на обоюдные улыбки, что держимся за руки, идя в новый день, вместе радуемся, вместе грустим, вместе преодолеваем преграды, вместе радуемся успехам уже общих детей, вместе наблюдаем, как растут наши внуки! Вместе и рядом, любимая! И даже эти слёзы... Офф, ну, солнышко, что ты делаешь? — он коснулся губами солёных от слёз щёк.
Хю (закрывая глаза): Я люблю тебя...
АР (целуя жену в лоб): И я тебя очень люблю, жизнь моя!
Хам: Ай, постыдились бы! Тфу!
Хю (смеясь): Мамочка!
АР (обнимая жену): Что случилось, г-жа Азизе? Мы что-то не так сделали?
Хам: Конечно! Конечно! Сидят здесь, целуются, в любви признаются! Я, вообще-то, здесь!
АР (улыбаясь): Мы знаем, г-жа Азизе! Но как же вы поверите в то, что я люблю ваше сокровище, если я не буду об этом так громко говорить?
Хам: Не я!
Хю: Что «не ты», мамуль?
Хам: Не я должна верить! Не я! — она обратилась к Али Рахмету. — Пусть она верит! — она погладила Хюнкяр по плечу. — Не надо громко говорить! Говори настолько тихо, чтобы услышала только она! Ни я, ни кто-нибудь другой не имеем значения!
Хю (немного помедлив): Мамочка! Откуда такие глубокие мысли, родная моя? — она взяла её за руку.
Хам: Я глупая, по-твоему?
АР: Ну, что вы, г-жа Азизе! Вы очень мудрая! Спасибо вам! Так и сделаю! — он поцеловал Хюнкяр в щеку.
Хю (положив руку на животик): Ой! Видишь, мамочка? Даже малыш заинтересовался, что такого ты тут говоришь! — она улыбнулась.
Хам (поглаживая животик дочки): Наша девочка! Принцесса наша!
Хю (удивлённо): А-а, девочка?!
Хам: Да, наша красавица!
АР: А вдруг там мальчик?
Хам (посмотрев на Али Рахмета): Девочка, Фекели, девочка!
АР (смеясь): Как скажете, г-жа Азизе, — раздался телефонный звонок. — Я отвечу, — он подошел к телефону и взял трубку. — Слушаю!
Ран: Привет!
АР: Рана! Здравствуй! Как ты?
Ран: Отлично! Вы как?
АР: У нас тоже все хорошо. Мы прочли твою книгу...
Ран: Да? И как вам? — она звучала взволновано.
АР: Великолепно! Нам очень-очень понравилось! Ты — огромная умница!
Ран: Ах, Слава Аллаху! Я очень рада, что вам понравилось!
АР: Спасибо тебе!
Ран: Вам спасибо! Хюнкяр возле тебя?
АР: Да. Дать ей трубку?
Ран: Если можно.
АР: Конечно, минутку, — он положил трубку на комод и подошел к жене. — Рана зовёт тебя к телефону, милая.
Хю (начиная вставать): Дай мне руку, любимый.
АР (взяв её за руку): Осторожно, — он придерживал её за поясницу.
Хю (встав с дивана): Спасибо, дорогой! — она оставила короткий поцелуй на его губах и направилась к телефону.
АР (улыбнувшись): Радость моя!
Хю (взяв трубку): Здравствуй, милая!
Ран: Привет, дорогая! Как самочувствие?
Хю: Все в порядке, спасибо. Рана, книга — потрясающая! Я в полном восторге! Столько слёз и улыбок она у нас вызвала!
Ран: Я очень рада! Это очень ценно для меня!
Хю: Я знаю, дорогая. Для нас тоже!
Ран: Дорогие мои!
Хю: Ты в порядке?
Ран: В порядке, но... Офф, Хюнкяр...
Хю (обеспокоено): Что такое? Что-то случилось?
Ран: Ну-ну, тише, не волнуйся. Все отлично, но... Мы с Муратом... То есть, с г-ном Муратом... Мы до 7 часов утра болтали.
Хю (улыбаясь): Это же замечательно! Я очень рада!
Ран: Я не знаю, правильно ли это. Сначала мы сидели на лавочке у гостиницы, а потом переместились в его номер, когда на улице похолодало. Он даже где-то достал цветы!
Хю: И что же тут неправильного, милая? Двое понравившихся друг другу взрослых людей провели ночь за разговором. Все отлично!
Ран: Не только за разговором...
Хю (подняв одну бровь): А за ч... Рана?!
Ран: Нееет! Нет! Тихо, выключи свою бурную фантазию! — обе засмеялись.
Хю (смеясь): Ну, а мало ли!
Ран: Нет, ты что!
Хю: Ладно, тогда успокой мою фантазию. Что ещё, кроме разговора?
Ран (вздохнув): Мы пришли к нему в номер, он заказал на рецепции бутылочку белого сухого вина и белый виноград. Я думала, на этом наш с ним диалог закончится! — обе засмеялись.
Хю: Он даже не спросил, любишь ли ты белое сухое?
Ран: Именно! Но ладно, это не главное. Он разлил вино по бокалам и...
Хю: Что «и»? Рана, хватит тянуть!
Ран (смеясь): И мы... Ох... Мы признались друг другу в своих чувствах.
Хю: Ай! Рана! Милая, это чудесно!!!
Ран (улыбаясь): Ах, дорогая моя! Он очень мне понравился, у нас много общего.
Хю: Как же хорошо! Знала бы ты, как я рада!
Ран: Спасибо, милая! Мы сегодня идём ужинать вместе.
Хю: Он остается в Адане?
Ран: Офф, мне столько тебе надо рассказать!
Хю: Ещё скажи, что вы уже общий дом купили!
Ран (смеясь): Почти!
Хю: Рана!
Ран (смеясь): Да шучу я! Но рассказать есть что!
Хю: Встретимся завтра?
Ран: С удовольствием! Я бы и сегодня с радостью тебе все рассказала, но любовные дела они такие, — обе засмеялись.
Хю (смеясь): Как же я отлично понимаю эти любовные дела! Мой муженёк сегодня опять намеревается сделать мне сюрприз, — она взглянула на мужа и прикусила нижнюю губу.
Ран: Да, он такой романтик?
Хю: Ещё какой!
Ран: Я рада за вас, милая!
Хю: Спасибо, дорогая!
Ран: Так где встретимся завтра?
Хю: Может, у нас?
Ран: Главное, чтобы тебе было удобно. Давай у вас.
Хю: Отлично! Тогда хорошего вечера!
Ран: И вам, дорогие! Пока!
Хю: Пока! — она положила трубку.
АР: Что это были за восторженные крики? — он обнял жену за талию со спины.
Хю: Они признались друг другу в чувствах!
АР (удивлённо): Так сразу?
Хю: Представь себе!
АР: Узнаю Рану! Она никогда не любила долго ждать.
Хю (улыбнувшись): Надеюсь, все у них сложится хорошо!
АР: Иншаллах!
Хю: Они сегодня вместе ужинают.
АР: Быстрые они!
Хю: Ну, да. Это только некоторым присуще опаздывать на сорок лет, — она ухмыльнулась.
АР (закатив глаза): Ой, Хюнкяр!
Хю: Разве я сказала неправду? — она повернулась к нему лицом.
АР: Правду, конечно. Я был полнейшим идиотом!
Хю: Да, я тоже была слишком наивна.
АР: Но сейчас же все хорошо, не так ли? Может, не будем вспоминать ошибки молодости? — он притянул её к себе.
Хю (гладя его по волосам): Не будем...
АР: Пойдём собираться?
Хю: Мы куда-то едем?
АР: Да, тебя же ждёт сюрприз!
Хю: Оффф... Ты не мог устроить этот сюрприз дома?
АР (целуя жену в лоб): Ну, прости, родная. Ты права, нужно было так сделать. В следующий раз я буду предугадательней.
Хю (улыбнувшись): Ладно, прощаю!
АР (улыбаясь): Спасибо, моя г-жа!
Хю: Ну, пойдём, мне не терпится узнать, что это за сюрприз!
АР: Пойдём, милая!
Хам: Фекели, не обижай мою девочку!
АР (смеясь): Не буду, г-жа Азизе, не переживайте!..

2 часа спустя

Фары подъезжающей машины потревожили крепкий сон ещё не успевших спрятаться на зиму светлячков и заставили жучков кружится вокруг автомобиля. До боли и мурашек по коже знакомое место сейчас было окутано тёплым пледом вечерних объятий, укрывающих каждый его сантиметр. Вышедший из машины мужчина помог сделать это и своей возлюбленной, сейчас пребывающей в легком шоке от происходящего. Тугая повязка из плотного черного хлопка лишила её возможности видеть что-либо. Крепкая рука сопровождающего супругу мужчины, в которую вцепилась хрупкая ладонь женщины, трясущейся от неведения, сейчас направила растерявшуюся Хюнкяр в сторону извилистой лестницы. Несколько, в страхе преодоленных ими, ступенек закончились подхваченной на руки мужа г-жой Фекели, спрятавшейся в плечо Али Рахмета. Остальной десяток ступенек был позади, когда мужчина осторожно опустил на землю супругу, поправляя свой же свитер, натянутый на округлый животик, который не влезал уже ни в одну кофточку женщины. Тёплые мужские ладони коснулись уставшего лица Хюнкяр в попытках развязать тугой узелок повязки, спрятавшей взволнованный взгляд изумрудных глаз. «Три», — слетело с уст мужчины, и ткань скользнула вниз, давая возможность г-же Фекели оглядеться и увидеть приготовленный мужем сюрприз. По щелчку пальцев Али Рахмета смычок скользнул по тонким струнам скрипки, нарушая их статное стояние и разливая по всей округе легкую мелодию посреди томного вечера. Звучание скрипки подхватил своим глубоким тенором саксофон, сливая их ноты воедино и создавая приятное послевкусие итальянских ночных двориков. Столик, привычно стоящий у самого конца площадки, теперь занял свое место по центру, гордо умещая на своей плоскости бутылочку дурманящего красного сладкого вина, сырную нарезку, розовый лукум, чашки для кофе, небольшую турку и вазу с огромным букетом пионов. Мангал, разожженный работниками кафе, терпеливо ждал своего хозяина, уже успевший соскучится по ловким и трепетным касаниям Али Рахмета. Оцепеневшая от увиденного Хюнкяр пыталась угомонить армии мурашек, бегавших по каждому участку её тела. Тёплые мужские объятия, что в них её заключил Фекели, слегка успокоили растрогавшуюся женщину. Руки, по которым можно было точно определить далеко не юный возраст двоих влюблённых, были скреплены в замок и расположились на животике. Обжигающее дыхание мужчины, припавшего к шее жены, заставляло тело г-жи Фекели напитываться мелкой дрожью и внезапными приливами возбуждения.

Хю (шепотом): Любовь моя?
АР (так же тихо): Да, родная.
Хю: Ты — самый лучший!
АР (улыбнувшись): Нет, красавица моя. Это все твои одурманивающие чары! Пойдём?
Хю: К столу?
АР: К столу, любимая.

Лёгким движением руки Али Рахмет отпустил жену из своих объятиях и сопроводил её к столу, усаживая на мягкий стул с такой же спинкой. Пробка от вина покинула горлышко бутылки, поддаваясь давлению мужчины и вызывая легкий вскрик у женщины. Выдержанный напиток наполнил бокалы, стекая по краям одного из них и оставляя след на белой скатерти, укрывающей стол.

Хю: Милый, мне нельзя.
АР: Г-н Омер разрешил бокальчик, — он сел за стол, напротив неё.
Хю: Ты даже это учёл?
АР: Разумеется! — он взял бокал. — Возьми, дорогая, — Хюнкяр взяла бокал. — Сегодня у нас есть отличный повод поднять эти бокалы. Ровно год назад, в этот день, в это время, под таким же звёздным небом, с таким же полным месяцем, освещающим золотистые веснушки любимого мною лица моя жизнь наполнилась неугасающей надеждой, отважной любовью, безоговорочным смыслом, самым ярким солнечным сиянием и самыми тёплыми объятиями. Тогда ты сказала мне «Да!»!
Хю (сдерживая слёзы): Любимый... Ты помнишь... А я...
АР (взяв её за руку): Нет, дорогая, не надо! И ты помнишь! Наш маленький проказник просто решил немного вскружить маме голову, — Хюнкяр рассмеялась. — Вот! Ради этой улыбки я и живу! Ради каждой из двух прелестных ямочек на розовых щеках! Ради каждого горячего прикосновения! Ради ускоренного сердцебиение! Ради участившегося дыхания! Ради самых лучших утренних пробуждений в твоих объятиях! Ради горящих от счастья глаз! Ради нашего маленького чуда! Ради тебя, любовь моя!
Хю (вытирая слёзы): Это очень трогательно, жизнь моя!
АР (улыбнувшись): Ну, и в конце, родная... Я благодарен тебе за подаренные любовь, счастье, улыбки! Благодарен тебе за нашего будущего ребёночка! Благодарен за поддержку, помощь и советы! Благодарен за то, что ты есть!
Хю (сдерживая слёзы): И я благодарна! Благодарна за твои тепло, трепет, любовь! Благодарна за каждую излеченную ранку на моем растерзанном сердце! Благодарна за крепкое плечо, находящееся всегда рядом! Благодарна за заботу и внимание! И за нашего будущего ребёночка благодарна, и за то, что ты есть, тоже! Я очень тебя люблю!
АР: И я вас очень люблю, мои родные!

Кажется, сегодня кофе будет по-прежнему вкусным...

———————————————————————
Новая глава🥳 Прошу прощения за длительное отсутствие😔 Сегодня глава меньше предыдущих, но, думаю, этого достаточно😉
Как вам?