Возвращение

Г-н Келлан не успел продолжить свой рассказ из-за телефонного звонка.

АР (вставая с дивана): Прошу прощения, г-н Келлан, надо ответить.
Кел: Да-да, разумеется.
АР (подняв трубку): Слушаю! Да. Да, есть. Минутку, — он отложил трубку. — Душа моя, тебя к телефону.
Хю (начиная вставать с дивана): Иду.
Кел (встав с кресла): Я помогу, г-жа Хюнкяр, — он взял её под руку и помог подняться.
Хю: Спасибо огромное, г-н Келлан!
Кел (обратно садясь в кресло): Ну, что вы!
Хю (подойдя к мужу): Кто это?
АР: Не знаю. Скорее всего, Эрджан.
Хю (взяв трубку): Слушаю! Здравствуй, Эрджан!
Эр: Здравствуйте, г-жа!
Хю: Есть какие-то новости, г-жа?
Эр: Да. Сегодня он с самого утра и до этого времени пребывает в особняке г-жи Севды.
Хю (удивлённо): Что?!
Эр: Да, г-жа. Мало того, вместе с ним туда зашла какая-то женщина. И оба ещё ни разу оттуда не выходили.
Хю: Что за женщина, Эрджан? Как она выглядела?
Эр: Как мне кажется, немного ниже вас ростом. Блондинка с короткой стрижкой. Я сразу подумал, что это г-жа Шермин, но...
Хю (перебивая его): Никаких «но», Эрджан! Это она!
Эр: Если вы так говорите...
Хю: Продолжайте следить за домом. Как только она выйдет оттуда, сообщи мне. И отправишь кого-то проследить за ней. Не упускайте их из виду!
Эр: Конечно, г-жа! Будет сделано!
Хю: Спасибо, Эрджан! — она положила трубку.
АР (касаясь плеча жены): Милая? Что-то случилось? Кто «она»?
Хю (направляясь к дивану): Мерзавец! Он и её решил в это впутать!
АР (следуя за ней): Душа моя, о ком ты говоришь?
Хю (садясь на диван): Шермин!
АР (садясь рядом с ней): Шермин?!
Хю: Скорее всего, он и её залучил к этому делу. Они сейчас в особняке Севды.
АР (хлопая ладошкой по колену): Проклятье!
Кел: Г-да, вам надо успокоится! Я так понимаю, за ним следят, да?
Хю: Да. Парни должны сообщить, когда кто-то из них покинет особняк.
Кел: Тогда, пока нет новостей, я позволю себе продолжить.
Хю: Да, простите, г-н Келлан. Эмоции... Я...
Кел (перебивая её): Все хорошо, г-жа Хюнкяр! Так вот, — он показал супругам очередной лист бумаги. — «Изнасилование». 1955 год. Доменика Моретти, 21 год, домработница Салиха Ямана, — он протянул им документ. — Закрыл в ванной, приказал молчать и 2 часа поддавал пыткам девственное тело. За показаниями девушки, он сослался на трудный рабочий день и неудовлетворенность ночами любви с женой в силу возраста. Доменика собственноручно написала заявление в полицию, но Салиха оправдали, обосновывая решение нестабильным моральным состоянием девушки и частыми психическими расстройствами. Эти данные подтвердила справка от психотерапевта, которую подделал Андреа Росси — известный в своей сфере специалист и, по совместительству, хороший друг Салиха Ямана. Девушка была отправлена на лечение в Германию, где и покончила с собой, — он достал ещё один документ. — «Мошенничество». 1959, 1963, — он достал ещё один документ. — В обоих случаях — приобретение прав на чужое имущество путями шантажа, манипуляций и обмана. Первый — приватизация фирмы по производству соков свежего отжима, ранее принадлежащая Адлеру Рихтеру — немецкому предпринимателю. Мужчина был партнёром Салиха Ямана и вскоре обжегся на этом. Салих сводил Адлера в ночной клуб, где оба выпили немало, как казалось тогда жертве игры Ямана. Когда Рихтер был достаточно пьян для того, чтобы совершать необдуманные поступки, Салих подсунул ему бумаги на подпись, согласно которых фирма переходила в его руки. Когда нашлись свидетели этого действа, Яман подкупил их, выплатив каждому по 5 тысяч лир, выиграл суд и обрел прибыльную фирму, — он протянул им документ. — Второй — приватизация жилого дома, особняка, на окраине Рима, ранее принадлежащему Винсенте Бьянки — влиятельному бизнесмену тех времён. Познакомившись с Бьянки, Салих Яман сразу же приметил себе его шикарный особняк в выгодном для использования в роли убежища месте. От предложения Ямана о продаже недвижимости, Винсенте отказался, ссылаясь на память об умерших родителях. Тогда Салих пошёл на шантаж, угрожая бизнесмену жизнью жены и четверых детей. Под давлением Бьянки пришлось подписать соглашение на передачу имущества в руки Салиха Ямана. Спустя 2 месяца после произошедшего Винсенте решился сообщить о случившемся полиции. К этому делу прилагается так же умышленное убийство, — он достал ещё один документ, — совершённое Салихом Яманом. На следующий день после заявления Винсенте в полицию, его мёртвое тело было найдено около его нового дома. Мужчине было нанесено 3 ножевых ранения в область сердца. Салиху удалось откупится поддельными свидетелями, которые обвинили во всем произошедшем одного из рабочих Салиха — Дарио Кавалли. Заявление, поданное в полицию покойным Винсенте Бьянки, не имело силы из-за отсутствия доказательств, поэтому было проигнорированным. К слову, жена покойного, изрядно запуганная Салихом, решила не бороться за справедливость из-за страха за жизни детей, — он протянул им документы. — Это все!

Супруги сидели на диване со стопкой документов в руках и приходили в шок с каждым новым преступлением. Руки Хюнкяр дрожали, держа листы бумаги с чёрным по-белому написанным текстом. Глаза стояли на мокром месте, сами не понимая причины. То ли это беременность так действовала на сентиментальность г-жи Фекели, то ли ей было жаль всех тех, кому пришлось потерпеть выходки Салиха, то ли она верила в то, что этот человек, хотя бы, немного лучше своего младшего брата, и разочаровалась. Увидев полуистерическое состояние жены, Али Рахмет забрал у неё бумаги, притянул к себе и забрал её руки в свои, попутно целуя в макушку.

АР (шепча на ухо): Чшшш, душа моя. Успокойся, родная. Давай, вдох-выдох. Умничка!
Хю (немного помедлив): Это... Нет... — она прикрыла лицо рукой и уткнулась в плечо мужа.
АР (поглаживая её по спине): Жизнь моя, ты чего? Тише, милая. Нууу, чшшшш... — он обратился к г-ну Келлану. — Простите, сейчас она успокоиться.
Кел: Никак извинений, г-н Али Рахмет! Это слишком шокирующие новости, я понимаю.
Хю (отстраняясь от мужа): Пожизненно? — она вытерла последнюю слезу, катившуюся по левой щеке.
Кел: Пожизненно, г-жа Хюнкяр.
Хю: Доказательства?
Кел (протягивая ей папку): Здесь.
Хю (взяв папку): Спасибо! — она немного помедлила. — Г-н Келлан, сколько я должна вам за такую быструю и качественную работу?
Кел: Не больше, чем обычно, г-жа Хюнкяр!
Хю: Нет-нет, так не пойдёт! Любовь моя, — она обратилась к мужу, — в верхнем ящике комода — конверт. Достань его, пожалуйста.
АР (вставая с дивана): Конечно, дорогая! — он подошёл к комоду.
Кел: Г-жа Хюнкяр, я не возьму с вас ни копейки больше ранее оговоренной суммы!
Хю: Г-н Келлан, я не могу сравнивать вашу предыдущую работу с этой! Тут все очень быстро и качественно.
АР (доставая конверт из ящика): Все именно так! Это вам, г-н Келлан! — он протянул ему конверт.
Кел: Г-да, я не...
Хю (перебивая его): Я не хочу слышать никаких отказов!
Кел (взяв конверт): Оффф... Спасибо!
Хю: Вот и славно! Вы очень нам помогли, г-н Келлан! Даже не представляете, насколько!
Кел (вставая с кресла): Я рад, если так! Кстати, в папке по три экземпляра каждого документа. Сами понимаете, лучше перестраховаться.
Хю: Да, конечно, г-н Келлан!
Кел: Если что, у меня тоже есть копия. Обращайтесь!
Хю: Спасибо огромное, г-н Келлан!
Кел: Всегда рад помочь! А теперь простите, г-да, вынужден удалиться.
АР: Я провожу вас!
Кел: Хорошо! До свидания, г-жа Хюнкяр!
Хю: До свидания!

Али Рахмет проводил г-на Келлана и, попрощавшись с ним, вернулся к жене, усердно разматывающей бандаж.

АР (улыбнувшись): Даже меня не дождалась!
Хю (завязывая пояс на платье обратно): Прости, я уже не могла.
АР (убирая бумаги на стол): Все хорошо, любовь моя.
Хю (ложась на диван): Ах... Фууух...
АР (приседая на корточки возле дивана): Болит что-то?
Хю: Нет, наоборот. Легче стало... — она закрыла глаза. — А-а!
АР: Что, милая?
Хю (открывая глаза): Толкается! — она положила руку на животик.
АР (оголяя животик): Кто у нас там уже такой большой? — он погладил животик. — Ух, какой сильный уже!
Хю (улыбаясь): Это ещё цветочки! Ещё месяца три — и мы увидим ножки и ручки!
АР (улыбаясь): Аааай, родные мои! — он поцеловал животик.
Хю: Твои!
АР: Тебе удобно, родная?
Хю: Да, не волнуйся.
АР: Чем займёмся? — он закрыл животик, поправляя пояс на платье жены.
Хю: Будем ждать, пока парни узнают что-либо. Оффф, у меня плохое предчувствие!
АР (взяв её за руку): Не надо, жизнь моя! Не думай о плохом, прошу тебя! Я же рядом! Пока твоя рука — в моей руке, бережно хранящей все тепло любимых прикосновений; твои изумрудные глаза, полны глубокой надежды, отражаются в моих тоскливых, желающих эту надежду оправдать; твое дыхание звенит в моих ушах приятной мелодией весеннего вальса, что разливается по всему телу мелкой дрожью; наши сердца, порядком измучены и так искренне любящие, бьются в унисон, все будет хорошо!
Хю (улыбнувшись): Ах, любимый мой Мевляна! — она взъерошила его волосы.
АР: Кстати, что-то давненько я его не цитировал, — он задумался. — Как говорил Мевляна...
Хю (прикладывая палец к его губам): Чшшшш... Тебе не стоит его цитировать, ты можешь сам все сказать! Ты можешь даже молчать, твоя душа будет говорить! — она скользнула рукой к его левой груди и остановилась. — Вот тут — все самые громкие слова! Тут — все самые звонкие звучания твоей души! И тут же — самые приглушенные тона, что ты о них уже и забыл! Дай сказать душе, милый! «Молчание — океан, а разговор — река», — говорил твой Мевляна. И он не ошибался! Давай дадим этому океану высказаться! Сколько раз мы будоражили ровную гладь реки, пуская за её течением ненужные сплетни и обсуждения! Сколько раз оказывались в водоворотах этой самой реки, наполняя её доверху! Сколько раз цеплялись за ветки деревьев, растущих на её берегах, желая выбраться из речного плена! Сколько раз пробовали плыть против течения, жадно глотая недостающий воздух! И сколько раз тонули, сопротивляясь природному направлению! А в океане... Мы так мало там побывали, вечно гоняясь за красотой реки! А ведь и в океане красиво! Он такой огромной, что понять в нем можно гораздо больше! Давай дадим шанс и ему, хорошо? Я так устала... Устала говорить...

Али Рахмет медленно встал с корточек и осторожно взял жену на руки. Нежно поцеловав её в лоб, он закрепил поцелуй на губах, уже готовых было что-то сказать, и предотвратил их очередное погружение в быстротечную реку. Без единого слова, боясь нарушить былую тишину, Фекели поднялся с женой на руках на второй этаж и зашёл в спальню. Почему-то открытая балконная дверь захлопнулась от сквозняка, от чего г-жа Фекели невольно вздрогнула, прячась в рубашке мужа. Беззвучно прошептав ей на ухо слова успокоения, мужчина остановился посреди комнаты. Вслушавшись в гробовое молчание, оба услышали звук падающих на крышу и разбивающихся вдребезги капель дождя. Он, будто подслушав монолог г-жи Фекели, решил обновить этих двоих, стирая все накопившееся за столько времени и наполняя каждого чем-то новым. Ровно так же, как делает это с рекой и океаном: сначала вводит в заблуждение, стирая былую прозрачность голубой воды, а потом, неся за собой все то, что удалось смыть, делает их ещё краше. Именно то, что нужно было сейчас супругам, — восстановление. В каком-то смысле, перерождение. В каком-то — возрождение. (И нет, это не два одинаковых процесса, извольте.) Слушая приглушенную барабанную дробь, они мысленно считали каждую упавшую капельку, иногда сбиваясь и начиная заново. Али Рахмет, немного помедлив, открыл дверь на балкон и вышел из комнаты. Быстро пройдя ту часть, которая была под накрытием, он направился туда, где дождь забивался без особого труда. Он взглянул на жену — та одобрительно кивнула. Сделав шаг вперёд, Фекели окунул их в удивительно тёплый душ... молчания... или... или тысячи слов... Неважно... Главное, что обоим было очень хорошо! Фекели стал кружить свою г-жу, попутно оставляя короткие поцелуи на губах. Искренний смех Хюнкяр, кажется, разлетался по всей округе и заставлял улыбаться каждого, кто его слышал. Малыш, уловив настроение мамы, устроил настоящую дискотеку в животике, радуя г-жу Фекели лёгкими пиночками. Али Рахмет остановился и последний раз соединился с супругой в поцелуе. Бережно убирая капельки воды с влажных губ, он только углублял поцелуй. Хюнкяр притягивала его к себе, держась за рубашку, делая поцелуй максимально тесным для обоих. Это слияние сегодня было наполнено осознанностью, решительностью и чувствами. Настолько глубокими чувствами, что даже дождь, став невольным свидетелем происходящего, слегка замедлился, пытаясь их распознать. Но ему, увы, не удавалось этого сделать, как и не удавалось каждому, кто брался за такую нелёгкую работу. Те чувства, столько лет живущие в сердцах обоих, сейчас с головой накрыли супружескую пару и не отпускали их из своего плена. Да что там «сейчас»? Уже 40 лет не отпускали. А в эти секунды были по-особому волшебными: какими-то совершенно другими, взрослыми... Целуясь, не отпуская друг друга, супруги вскоре оказались в спальне. Чудным образом дверь на балкон была закрыта, а свет в комнате — включен. Али Рахмет оторвался от губ любимой, укладывая её на кровать и попутно снимая с неё мокрое платье. Капельки дождя стекали с волос мужчины и попадали на уже оголённый животик женщины, вызывая по её телу мелкую дрожь. Фекели поднял голову, развязывая пояс, и взглянул на жену.

АР (улыбнувшись): Океан...
Хю (улыбнувшись): Он...
АР: Прекрасен...
Хю: Безусловно...

С неподдельной улыбкой Али Рахмет продолжил освобождать любимую от мокрой одежды. Укутав её в плед, он быстро сбегал в гостиную за бандажом, собрал все документы, привезённые г-ном Келланом, спрятал их в ящике комода и уже через минуту вернулся в спальню, дабы закрепить бандаж на животике и пояснице жены. Молниеносно быстро он вытащил из шкафа нежно-голубое платье в мелкий белый цветочек, похожий на ромашку, и помог жене облачится в него. Фекели распустил влажные волосы жены, вытаскивая из пучка десяток шпилек, вонзавшихся в тугое сплетение, взял расчёску и начал выпрямлять волнистые пряди нежными движениями, при этом что-то напевая себе под нос. Хюнкяр, сидящая на пуфике напротив зеркала, невольно усмехалась увиденной картине.

Хю (улыбнувшись): Как мама...
АР (посмотрев на неё): Правда?
Хю: Ага...
АР: Уже река, — он ухмыльнулся.
Хю: Давай вернёмся к океану...

И вновь тишина, настигшая после недавно отзвеневших нескольких фраз, разлилась по всей комнате и, кажется, даже особняку. Расчесанные волосы, идеально ложась на плечи своей г-жи, отражали свет люстры, будто подмигивая Али Рахмету и благодаря его за отменно проделанную работу. Фекели оставил короткий поцелуй на собственноручно уложенных волосах и вдохнул их аромат, держа жену за талию. Вскоре, унеся супругу обратно на кровать и повторно укутывая её в плед, он отправился в ванную, дабы привести в порядок и себя. Спустя несколько минут два любящих сердца находились в объятиях друг друга и наслаждались новой, незаметно созданной, атмосферой...

Франция. Париж

«Сегодня ночью. В три часа.
Шампанское и книга.
Пробелы. Строки. Полоса.
Страданья. Боль. Интрига.

Сегодня ночью. В три часа.
Бокал вина и ручка.
Конверты. Письма. Адреса.
Вокзал. Шоссе. Толкучка.

Сегодня ночью. В три часа.
Бутылка рома, спички.
Куранты. Вспышки. Чудеса.
Дым сигарет. Привычки.

Сегодня ночью. В три часа.
Элитный виски, слёзы.
Корабль. Море. Паруса.
Штурвал. Солёность. Грозы.

Сегодня ночью. В три часа.
Стекло. Осколки. Раны.
Яркое солнце. Небеса.
Роса. Дожди. Туманы.

Сегодня утром. Часов в пять.
Стук в дверь. Объятья. Драма.
Кричать. Вопить. И... Потерять.
Париж. Квартира. Дама.»

Это будет эпиграфом её новой книги. Про неё, о ней, от неё и для неё... Удивительно, ведь, написать она его должна была в первую очередь, не так ли? Но нет, это пришло сейчас... И пришло так вовремя...

Турция. Адана. Чукурова. Особняк Фекели

Свежий воздух Чукурова, ставший таким из-за недолгого тёплого дождя, уже выманил на улицу всех горожан, так усердно прятавшихся в своих убежищах. Г-да Фекели все так же лежали в объятиях друг друга: мужчина гладил животик жены, она лежала на его груди. Молчание... И никто из них даже не думал о том, сколько времени они утолили в этом молчании, сколько драгоценных минут утопили в этом океане. Эту тишину прервал стук в дверь — Али Рахмет разрешил войти. Назире открыла дверь и, немного засмущавшись увиденному, решила не входить в комнату.

Наз: Г-жа Хюнкяр, вас зовут к телефону.
Хю (приподнимаясь на локтях): Кто?
Наз: По голосу мне показалось, что тот же мужчина, что и в первый раз.
Хю: Хорошо, Назире, спасибо. Я тут подниму трубку.
Наз: Конечно, г-жа. Чего-нибудь хотите?
АР: Нет, Назире, спасибо.

Назире удалилась, вновь оставив супруг наедине, но уже поддав шторму спокойный океан. Теперь он переходил в море, а совсем скоро снова станет рекой. Али Рахмет помог жене встать с кровати, и Хюнкяр направилась к телефону, что стоял на небольшом столике.

Хю: Слушаю, Эрджан!
Эр: Г-жа?
Хю: Да, сынок. Что-то случилось?
Эр: Несколько минут назад из особняка г-жи Севды вышла г-жа Шермин. Один из ребят последовал за ней. Г-на Салиха пока не видно.
Хю: Хорошо, Эрджан, спасибо. Я надеюсь, ты сказал, чтобы мне позвонили по поводу Шермин?
Эр: Разумеется, г-жа!
Хю: Отлично! Продолжайте следить за Салихом. Спасибо!
Эр: Всегда рады помочь, г-жа! — Хюнкяр положила трубку.
АР (подойдя к ней): Что там, душа моя?
Хю: Это таки Шермин...
АР (стиснув зубы): Алчная, меркантильная д...
Хю (перебивая его): Чшшшш... Ну, зачем?
АР: Да, прости, не сдержался, — он поцеловал её в лоб.
Хю: Теперь пришлось дождаться, пока она где-то остановиться.
АР: Думаю, пойдёт домой.
Хю: А, может, осуществлять ими придуманный план?
АР: Тогда, ей придётся разочароваться! В принципе, как и этому Яману!
Хю: Неужели её единственным мотивом стали деньги?
АР: Ну, она ведь никогда вас не любила!
Хю: Это факт.
АР: Что ты собираешься сделать, когда мы узнаем, где она?
Хю: Переманить её на свою сторону. Будет плясать теперь под нашу дудку, — она ухмыльнулась.
АР: Думаешь, она согласиться?
Хю (ухмыльнувшись): Деньги и шантаж, милый!
АР (смеясь): Ах, да, точно! Я и забыл, кто предо мной стоит!
Хю (подняв одну бровь): Неужели, так сильно изменилась?
АР (прижимая её к себе): Ты просто стала счастливой, жизнь моя.
Хю (улыбаясь): Самой счастливой! — она оставила короткий поцелуй на его губах.
АР (целуя жену в макушку): Надеюсь, мы скоро покончим с этим.
Хю: Иншаллах!
АР: Идём, приляжешь, милая.
Хю: Належалась уже, не хочу, — она поморщила нос.
АР: А чего хочет моя г-жа?
Хю (немного подумав): Кушать!
АР (улыбнувшись): Будет сделано! Сейчас все принесу, дорогая! Ты пока присядь.
Хю: Ай, давай я сама решу!
АР (выпуская её из своих объятий): Ладно-ладно, молчу! 2 минуты! — он открыл дверь и вышел из комнаты.
Хю: Одна! — она засмеялась.
АР (спускаясь по лестнице): Полторы!
Хю (смеясь): Однаааа!
АР: Проказница!
Хю: Я все слышу!
АР (смеясь): Я знаю!

Али Рахмет быстренько сбегал на кухню и подыскал там несколько любимых лакомств жены: розовый лукум, долму, любимый сыр (единственный, от которого г-жа не отказалась) и запечённые баклажаны, что в последнее время очень полюбились Хюнкяр. Захватив с собой приготовленный Назире лимонад и стаканы, он сложил все на поднос и поднялся к жене.

Хю: Минута! — она ухмыльнулась.
АР (ложа поднос на стол): Видишь, какой я быстрый? — он ухмыльнулся.
Хю (смеясь): Очень! Зачем ты, быстрый мой, столько всего набрал?
АР: Я же не знал, чего тебе захочется. Так что, взял всего понемногу.
Хю: Понемногу? Да этими порциями можно троих накормить!
АР (смеясь): Все правильно!
Хю: Как это?
АР: Ты, я и, — он дотронулся к животику, — малыш.
Хю (улыбнувшись): А-а! Какой заботливый у меня муж!
АР (ухмыльнувшись): Разумеется! Давай, пока все теплое. Я у Назире с-под ножа все забрал!
Хю: Ммм, а пахнет как вкусно!

Супруги приступили к трапезе. Наслаждаясь вкусностями, что их приготовила Назире, г-да Фекели сопровождали их поедание разговорами о будущей комнате малыша. В результате совместных дискуссий они пришли к выводу, что будут переделывать соседнюю с спальней комнату, которая и так пустовала. Вскоре закончив так называемый ужин, Хюнкяр с Али Рахметом спустились на первый этаж. Мужчина отнёс поднос на кухню, а г-жа Фекели решила заглянуть к маме. Она не успела дойти к комнате, как раздался стук в дверь. Женщина вернулась к входной двери и открыла её. Перед ней стояла Шермин.

Шер (улыбаясь): Невестка?! Здравствуй!
Хю (подняв одну бровь): Шермин?
Шер (заходя в дом): Чуть не попала под дождь, пока шла к вам!
Хю (закрывая дверь): Что-то случилось?
Шер: Нет-нет, просто решила проведать тебя!
Хю (скрещивая руки под грудью): Да? Я очень тронута!
Шер: А Али Рахмет не дома?
АР (заходя в коридор): Дома, Шермин, не беспокойся!
Шер: А-а, здравствуй!
АР: Здравствуй, Шермин! — он подошёл к Хюнкяр и обнял её за талию.
Хю: Ну, проходи, раз пришла.
Шер: Спасибо! — она направилась в гостиную.
АР (шепча Хюнкяр на ухо): Она все сделала за нас.
Хю (шепча на ухо мужу): Сама того не подозревая.
АР (улыбнувшись): Пойдём, душа моя.

Супруги направились следом за Шермин, которая уже сидела в одном из кресел. Г-да Фекели расположились на диване напротив неё.

Хю: И?
Шер: Что, невестка?
Хю: Неужели ты пришла сюда только для того, что проведать меня?
Шер: Конечно, что же ещё?
Хю (ухмыльнувшись): Интересно!
Шер: Кстати, вчера звонила Бетюль, передавала вам всем «привет»!
Хю: И ей передавай в следующий раз!
Шер: Спасибо, невестка!
АР: Могу тебе что-то предложить, Шермин? Угостить тебя чем-то?
Шер: Нет-нет, спасибо!
Хю: Как Бетюль? Ей на все хватает средств?
Шер: Да, слава Аллаху! Спасибо Демиру!
Хю (ухмыльнувшись; тихо): Ещё бы.
АР: А ты как? Чем занимаешься?
Шер: Ээ... Да так, всем понемногу. К слову, решила открыть свой бизнес.
Хю (удивлённо): Да ты что?
Шер: Да. И как же хорошо, что я к вам зашла!
АР: Мы можем чем-то помочь?
Шер: Я была бы вам очень признательна!
АР: Говори, Шермин!
Шер: Я бы хотела, чтобы вы съездили со мной на переговоры с партнёрами. Я же ничего не понимаю в этом.
Хю: А что за бизнес?
Шер (немного помедлив): Это... производство... пошив одежды...
Хю (подняв одну бровь): Пошив одежды?
Шер: Да.
Хю: А партнёры?
Шер: Будут предоставлять... ткань.
Хю: Понятно.
АР: Партнёры зарубежные?
Шер: Нет, наши, — она выглядела растеряно.
Хю: Тогда, я думаю, ты вполне можешь справиться самостоятельно.
АР: Ну, что ты, Хюнкяр! Разве нам сложно помочь? Нет, конечно!
Шер: Правда? Спасибо, Али Рахмет!
АР: Мне любопытно, как зовут твоего партнёра, Шермин?
Шер: Его... Халит... А фамилия... Не помню.
Хю: Странно. Мне казалось, что Салих Яман будет гораздо более выгодным партнёром.
Шер: К-кто?
АР: Салих Яман, дорогая. Не притворяйся, что не знаешь, кто это.
Шер: Я клянусь, даже представления не имею!
Хю (вставая с дивана): Послушай сюда! Если ты, безмозглое создание, решило обвести нас круг пальца, то надо было сначала заглянуть в магазин и приобрести там несколько извилин, — она подошла к ней. — Если ты думала, что тебе удасться провернуть никчёмный план этого мерзавца, то ты глубоко заблуждалась. Ты забыла, с кем имеешь дело, дорогая? Твои ночные интрижки совсем лишили тебя здравого смысла? Все настолько плохо, что ты решила совершить преступление? Что он должен был сделать там с нами? А? Отвечай? Пристрелить?!
Шер: Я не...
Хю (перебивая её): Отвечай на мой вопрос!
Шер: Д-да... Д-да, п-пристрелить...
Хю: Дрянь! — она схватилась за кресло, на котором сидела Шермин. — Ах...
Шер (вскакивая с кресла): Невестка!
АР (встав с дивана; подбегая к ней): Хюнкяр! Душа моя! — он взял её под руку.
Хю: Все... хорошо... Мммм... — она прикусила нижнюю губу.
АР: Что случилось?
Хю: Немного живот болит...
АР (прижимая её к себе): Тихо, не нервничай. Смотри, что происходит. Назире!
Наз (заходя в гостиную): Слушаю, г-н! Здравствуйте, г-жа Шермин!
Шер: Здравствуй!
АР: Принеси успокоительное для г-жи.
Наз: Конечно, г-н. Г-жа Шермин, сделать вам чай?
Шер: Нет, спасибо.
Наз: Как скажете, — она ушла на кухню.
АР: Как ты, любимая?
Хю: Все прошло уже.
Шер: Я пойду, наверное.
АР (останавливая её): Стоять! Сядь на место!
Шер: Я...
АР: Сядь! Ради Аллаха, не глупи, Шермин!
Шер (садясь в кресло): Хорошо...
Наз (заходя в гостиную): Вот, г-н, — она протянула ему стакан воды и таблетку.
АР: Спасибо, Назире, — она ушла на кухню. — Выпей, дорогая. Помочь?
Хю (отстраняясь от него): Нет, я в порядке. Давай мне, я сама.

Она забрала у мужа воду и запила ею таблетку. Положив стакан на стол, супруги разместились на диване. Хюнкяр пыталась немного успокоиться, дабы не навредить малышу. Взяв жену за руку, Али Рахмет продолжил разговор.

АР: Куда мы должны были ехать?
Шер: С чего ты взял, что я расскажу это вам?
Хю: Я т...
АР (перебивая её): Чшшшш, спокойно, жизнь моя. Сколько он платит тебе, Шермин?
Шер: Это неважно!
АР: Для тебя — очень важно. От этого зависит твоя жизнь.
Шер (нервно глотнув): 5 тысяч лир.
АР (смеясь): И за эти ничтожные деньги ты согласилась убить нас?!
Шер: ...
АР: Ты тупее, чем я думал, Шермин! А теперь послушай меня! Либо ты сейчас поплатишься своей свободой за то, что решила провернуть такое, либо ты искупаешь свою вину!
Шер: Как?
АР: Ты сделаешь все так, как говорил тебе Салих: приведёшь нас на то место в нужное время. Но... Сначала ты расскажешь нам о его изначальном плане.
Шер: Но ему же дадут, от силы, лет 5. Что вы дальше собираетесь делать?
Хю: Это уже будут наши проблемы, Шермин. Рассказывай!
Шер: А если нет?
Хю: А если нет, то ты сгниешь за решеткой, а твоя ненаглядная дочь будет сидеть на хлебе и воде, поняла меня?
Шер: Ладно... Расскажу...

Следующие 2 часа г-да Фекели провели в скрупулёзных обсуждениях плана. Миссией Шермин стали действия по плану Салиха. Жандармам, приехавшим по вызову Али Рахмета, предстояло быть неподалёку места встречи для задержания Салиха. Эрджан, все это время следящий за ним вместе с ребятами, сообщил о том, что Яман уехал из особняка Севды в неизвестном направлении. Ехать за ним по пустой трассе было слишком опасно, поэтому они немного подождали и упустили его из виду. Это немного расстроило Хюнкяр, ведь они спокойно могли покончить с этим делом уже сейчас, не дожидаясь завтрашней встречи. Досье со всеми преступлениям и доказательствами были переданы жандармам. Обсудив все нужные детали, все разъехались по домам, оставив супруг наедине. Уставшие от эмоциональной встряски, г-да Фекели пожелали г-же Азизе спокойной ночи, поднялись в спальню, приготовились ко сну и вскоре уснули в объятиях друг друга...

Утро. 09:36

Новый начавшийся день все никак не хотел встречать только что просунувшихся супругов. Небо, затянуто облаками, будто предвещало не самые благоприятные события. Все ещё оставаясь в объятиях мужа, Хюнкяр наблюдала за ветками деревьев, шатающихся от ветра, что их можно было увидеть через прозрачную дверь на балкон.

АР: Ты проснулась, душа моя?
Хю: Да. Но совсем не хочется вставать!
АР: Надо, милая! — он поцеловал её в макушку.
Хю: А если что-то пойдёт не так?
АР: Думаешь, Шермин может что-то сделать?
Хю: Да.
АР: Я думаю, тех денег, что она от нас уже получила и ещё получит, будет вполне достаточно для того, чтобы она сохраняла молчание. Да и ультиматумы ты поставила ей весьма убедительные.
Хю: Я ведь, действительно, могу сделать то, что пообещала.
АР: Я и не сомневаюсь, любимая!
Хю: Оффф... Ладно, надо вставать.
АР: Пойдём, дорогая!

Поочерёдно сходив в душ, супруги подобрали наряды на сегодня. Хюнкяр сегодня облачилась в белую рубашку тёмно-зелёный брючный костюм, обув чёрные туфли без каблука, а Али Рахмет остановил свой взор на синей рубашке и чёрном смокинге, обув лаковые туфли в цвет костюма. Г-жа Фекели собрала волосы в низкий пучок, добавив небольшую брошь, сделала лёгкий макияж и использовала любимые духи. Мужчина распылил немного любимого одеколона жены и слегка уложил, и без того прилично выглядящие, волосы. Супруги спустились к завтраку, когда на часах было 10:40. Впопыхах наполнив желудки и немного пообщавшись с Хаминне, г-да Фекели выехали на встречу, назначенную на 11. Подъехав к месту назначения, которым было небольшое кафе, Али Рахмет помог жене выйти из машины, и они направились к столику, где сидела Шермин.

АР-Хю: Здравствуй!
Шер: Здравствуйте! Присаживайтесь!
АР (отодвигая стул для жены): Прошу, душа моя!
Хю (садясь за стол): Спасибо, милый!
АР (садясь за стол): Как ты, Шермин? Переживаешь?
Шер: Немного.
Хю: Все документы подготовила?
Шер (указывая на папку, лежащую на столе): Да, все тут, невестка!
Хю: Отлично! Когда придёт Халит?
Шер: С минуты на мин...
Сал (подходя к ним): Уже пришёл, г-жа Хюнкяр! — он злобно засмеялся и прокрутил пистолет в руках.
Хю (играя удивление): С-Салих?!
Сал (смеясь): Да, именно он!
АР: Опусти оружие!
Сал: Ой, а кто это? Кто это тут возмущается? Неужели это тот самый убийца моего любимого брата?
АР: Закройся! — он встал со стула.
Сал: Я бы не был таким смелым на твоем месте!
Хю: Не трогай его!
Сал: А ты вообще заткнись, живучая тварь!
АР: Перестань говорить так с моей женой!
Сал: Тебя забыл спросить, что мне делать! Вам конец! Конец, поняли?! Шермин, отменная работа! Отличная!
Хю: Такая же никчёмная работа, как и ты, подонок!
Сал (направляя пистолет на Хюнкяр): Ишь, какая! А когда я закрыл тебя в палате с бомбой, ты так не говорила!
АР (подойдя к нему ближе): Отведи от неё оружие! Быстро!
Сал (направляя пистолет на Али Рахмта): Ты хочешь быть первым? Хочешь, чтобы она увидела твое бездыханное тело? Хммм, мне нравится эта идея! Ты не такой уж тупой, Фекели!
АР: Ты не тронешь ни меня, ни её!
Сал: Почему это?
Жан (приближаясь к ним): Потому что вы арестованы, г-н Салих! Опустите оружие!
Сал: Что?!
Жан: Опустите оружие! Немедленно!
Сал (направляя пистолет на Хюнкяр): Сучка! Тебе конец!
Жан (перейдя на бег): Опустите оружие! Быстро!
Сал: Прощай!

Он нажал на курок... Прозвучал выстрел...

———————————————————————
Новая глава🥳 «Сборная солянка» или «галопом по Европе»😅
Как вам?