Возвращение

Дем: МАМАААА!!! — он начал бежать в сторону горящего здания.
Мюж (взявшись за голову): ПАПАААА!!! — она упала на колени.
Зу (рыдая): Нет-нет-нет! НЕЕЕТ! — она закрыла лицо руками.
Фик: ПРОКЛЯТЬЕ! — он побежал следом за Демиром.
Дем: МАМАА! ПАПАА!
Фик: ДЯДЯ! ХЮНКЯР!
Дем (оглядываясь): Фикрет, тут никого нет!
Фик: Не может быть! Я пойду назад!
Дем: Хорошо!

Демир уже готов было зайти в горящее здание, как увидел два силуэта, стоящие в нескольких метрах от происходящего...

5 минут назад

Потеряв любые надежды на спасение, Хюнкяр неустанно гладила животик и просила прощения. Она уже не плакала, ибо поток слёз, который не останавливался последними днями, исчерпал себя. Когда по её подсчётам жить ей оставалось чуть меньше двух минут, женщина принялась читать молитву, дабы отойти в мир иной со спокойной душой, но, увы, бушующим сердцем. В этот момент г-жа Фекели услышала на коридоре мужской голос и шаги, приближающиеся к палате.

👨🏻‍🦱: ТУТ ЕСТЬ КТО-НИБУДЬ?!
Хю (поднявшись с пола): ЕСТЬ! ЕСТЬ!
👨🏻‍🦱: ГДЕ ВЫ?! НОМЕР ПАЛАТЫ!
Хю: СЕМЬ! СЕМЬ! ПОМОГИТЕ! ПОЖАЛУЙСТА!
👨🏻‍🦱 (подойдя к палате): Г-жа Хюнкяр?!
Хю: Да! Да! Помогите! Пожалуйста! Тут бомба! Осталась минута!
👨🏻‍🦱: Отойдите от дверей! БЫСТРО!

Хюнкяр отошла к кровати, а мужчина начал со всей силы выламывать дверь. Спустя недолгое время дверь рухнула на пол. Испугавшись, г-жа Фекели немного вздрогнула и закрыла лицо руками.

Хю (смотря на мужчину): Г-н Омер?
👨🏻‍🦱: Да! — он подошёл к ней. — Нет времени на выяснения личностей, г-жа Хюнкяр! Пойдёмте!

Г-н Омер взял Хюнкяр под руку, другой рукой придерживая её за плечи, и они вместе направились к выходу.

Ом: Милая, прошу вас, немного быстрее.
Хю: Д-да, хорошо.

Они, практически, перешли на бег, когда были уже у выхода. Г-н Омер метался между двух огней: он боялся, что Хюнкяр может потерять ребёнка, но так же боялся, что пострадает и она тоже. Мужчина вывел г-жу Фекели из больницы, отвёл в сторону и в этот момент здание загорелось. Женщина прижалась к г-ну Омеру, закрыв глаза.

Ом (поглаживая её по спине): Чшшшшш... Все прошло... Прошло, г-жа Хюнкяр. Тихонечко...
Хю (дрожа от страха): С-сп... С-спасибо...
Ом (прижимая её к себе): Всеее, тихо, дорогая...

Настоящее время

Демир направился к этим двоим, стоящим в обнимку, и был крайне удивлён, увидев сперва г-на Омера.

Дем (подходя к ним): Г-н Омер?
Ом (обернувшись вместе с Хюнкяр): Г-н Дем...
Дем (перебивая его): МАМА! Мамочка! Родная! — он перехватил её в свои объятия и прижал её к себе. — Аллах, как я за вас испугался! — он гладил её по волосам.
Хю (всхлипывая): Д-Демир... я...
Дем (перебивая её): Потом... Все потом... Слава Аллаху! Г-н Омер, я так понимаю, что должен благодарить вас за возможность сейчас видеть Хюнкяр Султан целой и невредимой?
Ом: Я нич...
Хю (перебивая его): Д-да, Демир...
Дем (протянув ему руку): Спасибо, г-н Омер! Вы спасли самое ценное, что у меня есть!
Ом (пожимая ему руку): Так поступил бы каждый, г-н Демир!

Зулейха, Мюжгян и Фикрет прибежали на крики Демира. Девочки не могли сдержать слёз, а Фикрет — улыбки.

Фик: Слава Аллаху! Хюнкяр!
Зу-Мюж: Мамочка!
Зу: Аллах уберёг вас!
Мюж: Пускай останется в прошлом!
Хю (отстраняясь от Демира): С-спасибо...
Дем: Мамочка, дорогая... Не нервничай сейчас, пожалуйста... Что произошло?
Хю: Бомба... взорвалась...
Зу: Что?!
Дем: Как «бомба»?!
Хю: Т-так...
Дем: Где папа?
Хю: Я... Он не... Не... Не здесь...
Мюж (испуганно): А где?!
Фик (коснувшись плеча Мюжгян): Тише, любимая, не кричи.
Мюж: Прости, мамуль, — она виновато опустила голову.
Хю: Не знаю... Этот подлец... Это... Все это... специально... Он не трогал Али... Рахмета...
Дем: Кто это с тобой сделал?
Хю: Я... Нет... никто... — она начала плакать.
Дем (прижимая её к себе): Ладно, хорошо, — он гладил её по спине. — Потом поговорим об этом. Все, тихонечко. Уже ничего нет.
Зу: То есть... О, Аллах! Демир, ты был прав!
Дем: Как и всегда, единственная моя! Там больше никого нет, да?
Ом: Нет, г-н Демир, больше никого.
Фик: Г-н Омер, благодарим вас за такой поступок! Спасибо огромное!
Зу: Да, г-н Омер! Вы не представляете, какое благое дело сделали!
Мюж: Это точно! Скажите, как мы можем вас отблагодарить?
Ом: Нет-нет, никаких благодарностей! Мне вполне достаточно того, что г-жа Хюнкяр в порядке.
Дем: Мы точно не оставим вас без вознаграждения, будьте уверены.
Ом: Оффф, г-н Демир!
Дем: Даже слышать ничего не хочу!
Хю (схватившись за руку сына): Демир?
Дем (испуганно): Мамочка?
Хю: Мне... — она приложила руку к груди и тяжело вздохнула.
Зу (подойдя к ним): Плохо, мамочка?
Хю: Больно...
Мюж: Нужно ехать в больн...

Послышался звук подъезжающих машин. Обернувшись, все присутствующие увидели остановившиеся у входа в здание, что уже полностью поглотило пламя, две пожарные машины и машину жандармов.

Дем: Проклятье, это ж ещё и им объясняться теперь!
Фик: Откуда они вообще узнали?
Мюж: Наверное, кто-то из здешних жителей сообщил.
Хю (прислонившись к сыну): Сынок...
Дем (придерживая её): Сейчас, мамочка!
Зу: Что болит, родная? — она взяла Хюнкяр под руку.
Хю: Живот...
Ом: Мы в срочном порядке едем в больницу!
Дем: Едем, конечно. Ты можешь идти, дорогая?
Хю: Да.
Фик: Зулейха, давай я, — он взял Хюнкяр под руку.
Дем: Аккуратно! Пойдём, мамуль, — они направились к машине.
Зу: Г-н Омер, вы с нами? — немного отстав от них.
Ом: Я на своей машине.
Мюж: А как вы вообще здесь оказались?
Ом: Я должен был проводить практику для студентов. Наша больница не настолько оборудована, поэтому практика должна была проходить здесь. Ну, а дальше...
Зу: Где была мама?
Ом: Заперта в палате... Там... Там была бомба.
Мюж (закрывая лицо руками): Что?!
Ом: Тише, Мюжгян. Теперь уже все позади, слава Аллаху!

Пока Фикрет с Демиром вели Хюнкяр к машине, пожарные тушили здание, а жандармы уже намеривались пригласить всех присутствующих на допрос.

Жан (подходя к ним): Здравствуйте, г-да!
Все: Здравствуйте!
Жан: Г-да, боюсь, что вам придётся проехать с нами в участок.
Дем: Для чего, командир?
Жан: Как же? Вы — единственные присутствующие и пока главные подозреваемые.
Дем: Командир, моя мама чуть не умерла! Вы думаете, она собственноручно пыталась себя убить, выбрав для этого центральную больницу?! Она вывела всех оттуда, дабы взорвать там бомбу?!
Жан: Г-н Демир, я прошу вас успокоиться. Мы не в курсе того, что произошло здесь, поэтому нам нужно допросить всех вас. Я так понимаю, г-жу Хюнкяр — в первую очередь.
Фик: Командир, она еле на ногах стоит. Нам нужно отвезти её в больницу на осмотр.
Ом: Да, совершенно верно. Командир, позвольте я осмотрю г-жу в нашей больнице, а потом сообщу вам о её состоянии. Только после того, как мы убедимся, что г-жа в порядке, она приедет к вам самостоятельно.
Жан: Хорошо, так уж и быть. Но вас, г-да, я жду в участке в ближайшее время.
Зу: Конечно. А сейчас простите нас, мы должны ехать, — она подошла к Демиру. — Идём, любимый, я сейчас открою дверь.

Зулейха открыла дверь машины и села в неё, мальчики усадили Хюнкяр на заднее сидение, рядом с невесткой. Демир сел за руль, Мюжгян с Фикретом — в свою машину, а г-н Омер — в свою. Оставив жандармов и пожарных на месте происшествия, они направились в больницу Чукурова. В машине семейства Яманов не умолкали разговоры.

Хю: Вы не знаете... где... Али Рахмет?
Зу: Нет, мамочка. Дома его нет. Может, на фирме?
Дем: Приедем в больницу — я позвоню туда.
Хю: Если с ним... что-то сделали?
Зу: С ним все в порядке, мамуль!
Хю: Да, точно. Ему же... были... нужны... только мы, — она положила руку на животик. — Тем более, он сам сказал, что не трогал Фекели.
Дем (смотря в зеркало заднего вида): Кто «он», родная?
Хю: ...
Зу (коснувшись её руки): Мамуль?
Хю: А? Что? — она посмотрела на Зулейху.
Зу: Демир спросил, кто «он»?
Хю: Я не... Не надо... Лучше не надо... — она прикрыла рот рукой и пыталась сдержать слёзы.
Зу (обнимая её за плечи): Чшшш... Хорошо, мы потом об этом поговорим. Тихонечко...
Хю: Нет! — она помахала головой. — Нет, не поговорим. Не будем говорить. Не надо. Нет.
Зу (прижимая её к себе): Все-все-все, тише. Как скажешь, родная. Не нервничай, пожалуйста. Как ты себя чувствуешь?
Хю: Плохо... Очень плохо...
Зу: Сейчас г-н Омер тебя осмотрит, дорогая.
Хю: Нет, не так... Не так плохо... Тут болит, — она указала на сердце. — Тут, дочка... Очень болит...
Зу: Все уже прошло, родная! Вы целы и невредимы — это главное! Все закончилось...
Хю: Нет... Все только начинается...

Демир с Зулейхой переглянулись и решили пока не тревожить г-жу Фекели расспросами. Хюнкяр пребывала сейчас в очень странном, даже для неё самой, состояние. Она была напугана и уверенна в своих дальнейших действиях одновременно. Какая-то её частичка переживала за Али Рахмета, ибо она не могла быть полностью уверенна в том, что с ним все в порядке. В ней сейчас боролись две личности: маленькая хрупкая г-жа Фекели, желающая теплоты и объятий любимого, которые недополучила в последние дни, и г-жа Яман, что готова была рушить все на своем пути, лишь бы обеспечить спокойствие для близких. На самом деле, фамилии играли тут лишь формальную роль, ибо главная принадлежала мужчинам, которые находились рядом и отсутствовали. Это была одна и та же Хюнкяр, одна и та же девочка, в столь юном возрасте познавшая величие любви и в том же возрасте окунувшаяся в этот жестокий мир с головой. С того времени, как лучезарную брюнетку с изумрудными глазами пленили тяжестью статуса, обязательств и повинностей, она перестала быть собой. Девушка замечательно вжилась в роль каменной леди и ещё долго не снимала бы эту маску несокрушимости и хладнокровности, если бы не та первая любовь, вернувшая её к былому облику. Некогда потерявшая свою искреннюю улыбку, растворив её в глазах любимого, сейчас, спустя столь долгие годы, пройдя сложный и длинный путь, полон боли и страданий, г-жа нашла её в тех же медово-карих глазах, которым отдала её на сохранение. Помимо светящихся от счастья глаз и бабочек в животе, в ней все ещё сидели былые мудрость, решительность и рассудительность. Бесспорно, гормоны сейчас отлично играли с её чувствами, окуная сначала в кипяток, а потом — в ледяную прорубь. Но даже они не смогли помутить всегда холодный, светлый разум Хюнкяр. «Удивительная женщина!» — говорили все вокруг, а самые близкие берегли, как самый тонкий хрусталь, что, правда, не всегда удавалось им сделать. Как случилось и сейчас, когда г-жа Фекели попыталась сыграть в опасную игру в одиночку, как привыкла это делать за многие годы, абсолютно позабыв о своем положении и настоящем мужчине рядом...

Хюнкяр настолько погрузилась в свои мысли, что не обратила внимание на то, что они уже приехали к больнице. Все вышли из машин: г-н Омер пошёл отдать распоряжение готовить смотровую, мужчины помогли Хюнкяр выйти из машины и дойти к больнице, а девочки шли сзади. Фикрет с Демиром довели г-жу Фекели до смотровой — оттуда вышел г-н Омер.

Ом: Г-да? — Демир с Фикретом отпустили Хюнкяр. — Пойдёмте, г-жа Хюнкяр, — он взял её под руку.
Хю (сжав его руку): Ооой... Мммм...
Ом: Что такое?
Хю: Тянет... — она схватилась за низ живота.
Ом: Понятно. Это было очевидно. Пойдёмте, вас нужно осмотреть, — он положил вторую свою руку ей на поясницу.
Зу (испуганно): Г-н Омер, это опасно?! Что это?!
Ом: Я ничего не могу сказать, пока не осмотрю г-жу.
Хю (слегка приседая): Ммммм...
Мюж: Осторожно, родная! Все будет хорошо!
Фик (обнимая Мюжгян): Конечно!
Зу: Г-н Омер, осторожно только!
Ом: Конечно, г-жа Зулейха! Верну вам ваше сокровище в целости и сохранности!
Дем (погладив Хюнкяр по спине): Все будет в порядке, мамочка. Не терзай себя, прошу!
Ом: Нам надо идти, г-да! — они направились в смотровую.
Хю: Г-н Омер, почему так... тянет? Оооофф...
Ом: Сейчас посмотрим, дорогая. Не переживайте, все будет хорошо. Аккуратно, прошу вас!

Хюнкяр с г-ном Омером скрылись за дверью смотровой, а все остальные остались ждать новостей. Дав волю тем эмоциям, что приходилось скрывать в присутствии г-жи Фекели, девочки сели на скамейку.

Зу (взявшись за голову): Если с ребёнком что-то случилось, она этого не переживёт.
Мюж (сдерживая слёзы): Я боюсь даже думать об этом.
Дем: Девочки, не накручивайте себя!
Фик: Да, Демир прав. Сейчас г-н Омер осмотрит Хюнкяр и даст нам обо всем знать.
Дем: Дай Аллах, все будет хорошо!
Зу: Аминь! — она перевела взгляд на Демира. — Папа.
Дем: Да! Точно! Я пойду позвоню ему!
Зу: Хорошо.

Демир направился к телефону, стоящему в коридоре, недалеко от смотровой. Он немедля набрал номер фирмы Фекели и стал ждать ответа. Ожидание было недолгим, так как Али Рахмет был в этот момент в кабинете и тут же взял трубку.

АР: Слушаю!
Дем (облегченно вздохнув): Слава Аллаху! Папа!
АР: Демир? Сынок, что-то случилось? У тебя слишком бурная реакция на то, что я поднял трубку.
Дем: Ты в порядке? Все хорошо?
АР: Да, Демир. К чему такие вопросы?
Дем: Оффф, папа... Нету времени сейчас что-то объяснять. Мама... Она в больнице, сейчас её осматривают.
АР (вскочив со стула): Что?! Что с ней?!
Дем: Надеемся, что ничего серьезного! Вероятней всего из-за стресса.
АР: Из-за какого стресса?
Дем: Она... Папа... она могла находиться сейчас в той больнице, что подорвали с помощью бомбы.
АР: Что?! — он перешёл на крик. — Что у вас там, чёрт побери, происходит?! Она всего день не ночевала дома, а уже оказалась на грани жизни и смерти! Демир, куда ты смотришь?! Она беременна!
Дем: Это ты куда смотришь?! Это из-за тебя она сегодня еле заснула! Из-за тебя она пол ночи плакала! Знай, если с ними что-то случиться, я буду винить в этом тебя!
АР: В какой вы больнице?!
Дем: В местной!

Демир бросил трубку, не дождавшись ответа, и сжал руки в кулаки, пытаясь сдержать накопившийся гнев. Чересчур наглым ему показалось поведение Али Рахмета, и он со всех сил пытался не натворить глупостей, дабы не травмировать маму ещё больше. Немного успокоившись, он подошёл к остальным и, сообщив о том, что с Фекели все в порядке, стал ждать возвращения Хюнкяр. Спустя примерно 20 минут Али Рахмет, предварительно раздав всем указания на фирме, приехал в больницу. Мужчина зашёл вовнутрь и направился к смотровой. В это время двери кабинета распахнулись, и оттуда вышел г-н Омер с Хюнкяр.

Дем: Мама? Г-н Омер, что там?
Зу (вскочив со скамейки): Все в порядке?
Мюж: Скажите уже что-нибудь? — она тоже встала.
Фик: Г-н Омер?
Ом: Тихо, г-да. Я расскажу вам обо всем, когда пройдём в палату.
Дем: В палату?
Мюж: Для чего? Что-то серьезное?
Ом: Имейте терпение!

Хюнкяр не могла стоять на месте из-за тянущих и слегка болезненных ощущений внизу живота. Г-н Омер держал её под руку, а она держалась за него. Подняв глаза, только что смотревшие в пол, она увидела идущего по коридору Али Рахмета. В ту же секунду глаза наполнились слезами, а ноги повели её к любимому. Г-жа Фекели освободилась от поддержки доктора и быстрым шагом пошла на встречу мужу, позабыв о боли.

Ом: Г-жа Хюнкяр, ост...
Дем (перебивая его): Это бесполезно, г-н Омер. Лучше не будем им мешать, — он слегка улыбнулся.
Ом (улыбнувшись): Так уж и быть, пускай.

Увидев в конце коридора любимую жену, Фекели перешёл на бег. Идущая напротив него изумрудная пара глаз, которую можно было заметить издалека, блестела от накопившихся слёз. Распущенные волосы, что развивались от быстрого шага г-жи, небрежно ложились на хрупкие плечи женщины. Вместе с ними развивался и незавязанный атласный халат жемчужного цвета, под которым виднелась длинная ночная рубашка. Тапочки, в которых Хюнкяр была все это время, шуршали по полу, нарушая тишину больничных стен и дополняя шёпот родни, наблюдающей за супругами. Расстояние между ними ставало все меньше, а желание возместить, казалось, и вовсе недолгую разлуку, — все больше. Сердца, вновь забившиеся в унисон, приблизившись друг к другу, синхронно пропустили несколько ударов. Г-жа Фекели не выдержала первой и после недолгой паузы кинулась в объятия мужа. Али Рахмет прижал её к себе, вдыхая родной аромат волос, настолько крепко, насколько это позволял животик.

Хю (уткнувшись в его плечо): Али Рахмет!
АР: Душа моя! Как я испугался! Как вы меня напугали! Родные мои!
Хю: Я скучала! Очень скучала! — она обняла его ещё крепче.
АР: И я, любовь моя! Я тоже очень скучал!
Хю: Не будем так больше делать! Никогда! Прошу тебя! Я не выдержу!
АР (поглаживая её по спине): Не будем, жизнь моя! Я тоже так больше не выдержу! Я очень вас люблю!
Хю: И мы тебя очень любим! Мы очень за тебя испугались!
АР: Почему, дорогая?
Хю: Потом... Все потом... — она слегка отстранилась.
АР (положив свои руки на талию жены): Хорошо, радость моя! — он поцеловал её в лоб. — Тебя уже осмотрели? Что случилось? Что-то сер...

Он не успел договорить — Хюнкяр приложила указательный палец правой руки к его губам и прикусила свою нижнюю.

Хю: Чшшшшш... Сейчас не время...

Г-жа Фекели сократила расстояние между ними и нежно коснулась губ Али Рахмета, оставив на них короткий поцелуй. Не успев отстраниться, она была вовлечена мужем в ещё один, уже более глубокий и чувственный, поцелуй. Женщина положила свои руки на его плечи — он все так же держал её за талию. Два любящих сердца, до сегодня разбитые вдребезги от боли, чувства вины и предательства, начали постепенно лечить друг друга, затягивая все самые глубокие раны. Каждый их вздох, сопровождающийся порывами огромного желания, облегчённо слетал с ихних уст и растворялся в них.

Хю (сквозь поцелуй): Мммм... Кофе...
АР: Прости...
Хю: Плевать...

Хюнкяр углубила поцелуй ещё больше, продолжая утолять не такую уж и долгую, но для них, будто, бесконечную, тоску. Оба закрыли глаза и интуитивно двигались друг к другу на встречу. Стерев все границы былой обиды, они разрушали стены боли и горечи от возможных измен и всего происходящего вокруг. О лицезрящих сейчас эту картину родственниках они и вовсе позабыли. Растворяясь друг в друге и находя друг в друге себя, они наполняли серые больничные стены невероятной любовью, переходящей в трепет и осторожность. Столь нежным и чувственным было их слияние, что они даже не думали прерываться на новые порции воздуха, явно нужные двоим задыхающимся от нахлынувших чувств. Бережно и ласково касаясь друг друга, тем самым вызывая уже привычную дрожь по телу друг друга, они полностью утихомирили бурю эмоций, недавно возрастающую внутри обоих. Хюнкяр медленно отдалилась и расплылась в улыбке.

АР (улыбаясь): Душа моя!
Хю: Любимый... Оооой... — она сжала его плечи.
АР (испуганно): Что? Что такое?
Хю: Живот тянет...
АР: Это поэтому вы здесь? — он опустился на колени и положил руки на животик. — Сладкий мой! — он начал гладить животик. — Родной мой! Что такое? Почему ты там шалишь? Не делай мамочке больно, пожалуйста! Мы очень тебя любим, слышишь? — он поцеловал животик. — Солнышко мое! — он посмотрел на плачущую Хюнкяр. — Что такое, душа моя?
Хю (вытирая слёзы): Ты такой... милый... Ооофф... — она взялась за низ живота.
АР (вставая с колен): Любовь моя? — он взял её под руку. — Г-н Омер! — позвал он громко. — Иди ко мне! — он прижал её к себе и начал гладить животик. — Сейчас, родные мои! Сейчас все пройдёт! — он поцеловал Хюнкяр в макушку.
Хю: Неприятно очень...
АР: Тебя уже осмотрели?
Хю: Да...
АР: И что?
Хю: Г-н Омер должен сказать в палате.
АР (удивлённо): В палате? Зачем тебя перев...
Ом (подходя к ним; перебивая Али Рахмета): Сейчас вы все узнаете, г-да. Здравствуйте, г-н Али Рахмет! — он протянул ему руку.
АР (пожимая ему руку): Здравствуйте, г-н Омер! — все остальные подошли к супругам.
Зу-Мюж: Здравствуй, папа!
АР: Здравствуйте, дочки!
Фик (пожимая руку Али Рахмету): Здравствуй, дядя!
АР: Здравствуй, сынок!
Дем (пожимая руку Али Рахмету): Здравствуй!
АР: Здравствуй, Демир! Прости меня, я был слишком груб.
Дем: Я все понимаю, пап, мы все тут на нервах.
Хю: И все это, — она сжала руку мужа, — из-за меня... Милый?
АР: Чшшш, идём, родная.
Ом: Г-да, я попрошу вас подождать за дверью? — он обратился к Яманам и Мюжгян с Фикретом.
Все: Да, конечно.
Ом: Замечательно! Прошу вас!

Г-да Фекели вместе с г-ном Омером направились в палату. Зайдя туда, доктор попросил Хюнкяр присесть на кровать — Али Рахмет сел рядом и обнял её.

Хю: Сссссс... — она сжала руку мужа.
АР: Родная моя! Г-н Омер? Вы скажете нам, что это?
Ом: Скажу, конечно. Но попрошу вас быть максимально спокойными и внимательными к сказанному мной. Договорились?
АР: Конечно, г-н Омер!
Ом: Г-жа Хюнкяр?
Хю: Да, хорошо.
Ом: Отлично! Г-да... Сегодняшнее состояние г-жи Хюнкяр оставляет желать лучшего. У г-жи — гипертонус матки.
Хю: Ч-что это?
Ом: Если кратко, то мышечные слои матки начинают сокращаться задолго до предполагаемого срока родов.
Хю: Это значит...
Ом: Это значит, что есть угроза прерывания беременности.
АР: То есть...
Ом: То есть мы будем вынуждены прервать беременность, если не удасться снизить тонус.
Хю (дрожащим голосом): К-как? В-вы... убь... — она закрыла лицо руками.
АР (прижимая её к себе): Чшшш, тихо. Все будет хорошо, любимая! Мы все исправим, слышишь меня? — он поцеловал её в макушку.
Ом (подойдя к ним ближе): Г-жа Хюнкяр... — он присел возле неё на корточки. — Милая, взгляните на меня. Пожалуйста, дорогая. — она открыла лицо. — Дайте мне руки, — он взял её за руки. — Ужас, какие потные ладошки! Вы что и вправду подумали, что я не сделаю все возможное, чтобы ваш малыш родился здоровым? Вы думаете, я позволю вам обоим не стать родителями ещё раз? Красавица моя! Я из шкуры вон вылезу, лишь бы с вами и ребёнком все было в порядке! Все, что зависит от меня, я сделаю! Можете быть уверенны в этом, дорогая! Но сейчас большая часть зависит от вас! Слышите, г-жа Хюнкяр? — она кивнула. — Вы должны будете соблюдать специальную диету. Вам стоит исключить из рациона тонизирующие напитки. Если до сегодня вы ели в меру жирную еду, то теперь она должна быть максимально постной. Только нежирные виды мяса, а ещё лучше — мясо птиц. Также вам нужно будет принимать лекарства. Но это, скорее, витамины, поэтому ничего страшного здесь нет. Ну и самым оптимальным вариантом для ускорения результата будет бандаж. Так как с вашим давлением и сердцем я не могу прописать вам гимнастику, надо будет носить бандаж. Об этом мы с вами ещё поговорим. А теперь... самое главное. Г-жа Хюнкяр, дорогая, никакого стресса! — он несильно сжал её руки. — Ни-ка-ко-го! Г-н Али Рахмет, вы слышали меня? В этот раз все может закончиться летально. Никакого стресса! Никаких дальних поездок, перетруждений и прочего! Максимальный покой и отдых! Г-жа Хюнкяр... Слышите меня?
Хю: Да...
Ом: Ну что? Мы с вами сделаем это? Поможем вашему малышу родится здоровеньким в назначенный срок?
Хю: Да...
Ом: Что-то тускло, г-жа Хюнкяр!
Хю: Поможем! Поможем, г-н Омер! Правда, любимый?
АР (целуя её в щеку): Правда, любовь моя! — он положил ладошку на животик жены. — Все будет в порядке, радость наша!
Ом (улыбнувшись): Замечательно! — он отпустил Хюнкяр и встал с корточек. — Теперь мне нужно поставить г-же Хюнкяр капельницу.
АР: Зачем?
Ом: Мы введём г-же магнезию для стабилизации нервной системы и снижения болей.
АР: Как долго Хюнкяр будет в больнице?
Ом: Я бы рекомендовал вам остаться до завтра. Честно говоря, я вообще склоняюсь к тому, чтобы г-жа осталась в больнице до нормализации состояния, но знаю, что ей такое не понравится. Поэтому пропишу вам постельный режим дома, г-жа Хюнкяр.
Хю: Спасибо, г-н Омер!
Ом: Ну, что вы! Я сейчас схожу за медсестрой и всем необходимым.
АР: Хорошо, г-н Омер!

Г-н Омер вышел из палаты, оставив супруг наедине с очередной ужасной новостью. Али Рахмет без слов прижал к себе жену, обнимая одной рукой за плечи, и взял её за руку, параллельно покрывая поцелуями шелковые волосы Хюнкяр.

Хю: Почему это все происходит с нами?
АР (целуя её в макушку): Не знаю, душа моя, не знаю. Но мы со всем справимся!
Хю: Я устала... Любимый, я так устала! Устала от этих нескончаемых проблем! Устала каждый день просыпаться с мыслью, что что-то случиться! Устала считать врагов, которые не прекращают появляться в моей жизни! Устала решать все в одиночку, боясь подвергнуть опасности кого-то ещё! Устала от постоянных недопониманий между нами! Устала от того, что каждый непременно найдёт повод, дабы пожалеть и утешить! Устала! Очень устала! — по щекам катились слёзы. — Я думала, что когда обрету настоящее счастье, все это прекратиться, ибо я буду в гармонии с собой! Думала, что с этой беременностью жизнь станет спокойней и умиротворённей! Думала, что мне не придётся бесконечно проворачивать нереальные планы, дабы остаться в живых! Думала, что это все закончиться! Я ошибалась! Мои враги приезжают в Чукурова из Италии, дабы покончить со мной! Что не так я делаю? Скажи мне, Али Рахмет! Я настолько плохой человек, что никто не упускает шанса укоротить мне жизнь? Тогда уж лучше её заберут сейчас! Нет, лучше бы её забрали ещё много лет назад! Не пришлось бы терпеть все эти мучения! Это не жизнь, понимаешь?! Жить с мыслью о том, что тебя на каждом шагу поджидает смерть, — это не жизнь! А я хочу жить, Али Рахмет! Хочу каждое утро просыпаться с тобой рядом, оставлять на твоих губах короткий поцелуй и бежать к нашему проголодавшемуся малышу! Хочу гулять в парке с коляской и ловить на себе тысячи взглядов молоденьких мамочек, думающих, что мы с тобой нянчимся с внуком! Хочу увидеть первые шаги, услышать первое слово, лицезреть первую улыбку! Хочу быть спокойна за жизнь нашего ребёнка, за жизни детей и внуков, за твою жизнь, за маму! А я не могу этого сделать! Не могу! Всегда найдётся тот, кто станет преградой для воплощения моих этих мечт в реальность! — она сделала паузу. — Я устала... Слишком устала, дабы продолжать эту игру...
АР (поглаживая её по спине): Любовь моя... Все это будет, радость моя! Тебе не придётся сражаться в одиночку! Я всегда рядом, милая! Если ты начала эту игру, я её продолжу! Поверь, я не дам никому причинить вам вред! Не дам никому даже коснуться твоего израненного сердца! Мы ещё поговорим о том, кто это сделал, душа моя! Но я не хочу погружать тебя сейчас в те ужасные воспоминания! — он сделал паузу. — Моя сильная девочка! Ты забыла, что можешь быть слабой рядом со мной? Забыла, что я полюбил когда-то искренне смеющуюся девочку с веснушками, играющими на солнце? Забыла, что эти волосы, — он вдохнул аромат её волос, — всегда сводили меня с ума, когда летели за ветром? Забыла, что эти глаза, тогда ещё полны беззаботности и счастья, отбились в моих и навсегда оставили там свой след? Ты забыла, что со времени нашего с тобой воссоединения эти глаза вновь наполнились былым счастьем? А теперь я опять не могу найти в них ни грамма того, что хотелось бы! Я вижу в них каменную Хюнкяр Яман, всегда держащую статус, но не нахожу там своей г-жи Фекели, что ещё несколько дней назад безудержно смеялась от любой моей дурацкой шутки! Я хочу, чтобы ты вернулась, г-жа моего сердца! Очень хочу, чтобы ты вернулась!

Хюнкяр не успела ничего ответить, так как в палату вошли доктор с медсестрой. Али Рахмет бережно стёр слёзы со щек любимой, поцеловал её в лоб и помог лечь на кровать. Пока г-же Фекели ставили капельницу, мужчина вышел к детям, дабы все объяснить. Вкратце рассказав всю сложившуюся ситуацию, он отправил Зулейху по вещи для Хюнкяр. Она также должна была заехать в аптеку, дабы купить бандаж, о чем сказал ей г-н Омер. Вскоре доктор закончил с установкой капельницы и разрешил родным войти в палату, покинув её стены вместе с медсестрой. Решив, что сейчас Хюнкяр нужнее почувствовать поддержку сына, Мюжгян и Фикрет остались ждать их за дверью.

Дем (подойдя к кровати): Хюнкяр Султан... — он сел на кресло рядом и взял её за руку. — Моя сильная г-жа! — он поцеловал её руку. — Все наладится, родная, я обещаю! Я отказываюсь выйти из этой больницы через 4 месяца без братика или сестрички! — все засмеялись. — Вы справитесь! Ты ведь уже столько всего пережила, моя хорошая! — он робко протянул левую, свободную, руку и нежно положил её на животик. — Можно?
Хю (улыбаясь): Конечно!
Дем (поглаживая животик): Мой хороший! Ты же не будешь сильно шалить, правда? Наша мама очень переживает! — он пересел на кровать и ближе прислонился к животику. — Будь послушным, мой родной, хорошо? Мы все очень тебя любим и очень тебя ждём!
Хю (сдерживая слёзы): Сынок... — она гладила его по волосам. — Мой паша!
Дем (улыбнувшись): Все будет хорошо, мамуль!
Хю: Ты заставляешь в это верить, мой лев!
Дем (поцеловав её в щеку): Несомненно, мамочка!..

***

👨🏻‍🦱: И что теперь? Она сдаст нас жандармам! Это конец!
👨🏼‍🦳: Нет... Все только начинается...

———————————————————————
Новая глава🥳 Кажется, я уже смело могу быть гинекологом с такими познаниями😂 Чего только не сделаешь ради целостности картинки🤪
Как вам?