глава 50
Егор не мог найти себе места.
Дни сливались в одно сплошное мутное пятно – поиски, допросы, бессонные ночи. Казалось, что весь город уже знает про исчезновение Евы, но никаких зацепок не было. Ни одной.
Он пытался держаться, не позволять панике взять над собой верх, но с каждым днём это становилось сложнее.
Егор вытер ладонью лицо и машинально потянулся к телефону. Пальцы сами набрали номер.
Ваня.
Они не были близкими друзьями, но всегда поддерживали связь, переписывались, иногда виделись. Ваня был из тех, кто не упускал возможности написать «ну че, как жизнь?», даже если они не разговаривали несколько месяцев.
Но сейчас он молчал.
С самого исчезновения Евы.
Егор хмурился, прокручивая это в голове. Ваня был в курсе их отношений, в курсе того, что произошло. Он знал, насколько Ева была важна для него. Так почему за всё это время он даже не поинтересовался, как идут поиски?
Странно.
Он нажал на вызов.
Гудки.
Ева дышала часто и поверхностно.
Её сердце билось где-то в горле, а тело сковал липкий страх.
Ваня нависал над ней, его пальцы уже жёстко сжимали её запястья. В глазах горел какой-то странный, затуманенный блеск – смесь желания, раздражения и… сомнений?
Она была в чём-то тонком, почти прозрачном. Он велел ей переодеться перед сном, и она не посмела возразить.
— Просто покажи себя, — голос звучал тихо, но в нём скользило напряжение.
Ева мотнула головой, слёзы снова навернулись на глаза.
— Ваня, не надо…
— Ты думаешь, что я буду тебя насиловать? — Он усмехнулся, но в его взгляде не было веселья.
Она ничего не ответила.
Он наклонился ближе, его губы коснулись её щеки.
— Но я всё же тебя потрогаю, — его голос стал ниже, обволакивающим, но от этого у Евы по спине пробежал холод.
Она знала, что сопротивляться бессмысленно.
Его ладонь скользнула вниз, пальцы прошлись по внутренней стороне бедра.
Она вздрогнула.
— Расслабься… — шёпот обжёг её кожу.
Но она не могла.
Она не хотела.
Она заплакала.
Слёзы текли по её щекам, спускались по шее, капали на подушку. Она сжалась, сдавленно всхлипывая.
Ваня замер.
Он не убрал руку сразу, но не двигался.
Она рыдала.
Не от боли. Не от злости.
От страха.
И в этот момент его телефон завибрировал.
Он резко поднял голову, нахмурился.
Егор.
Он стиснул зубы, не двигаясь.
Звонок прекратился.
Но через секунду раздался снова.
Ваня выругался и отстранился.
— Не вздумай дергаться, — бросил он Еве, вставая с кровати.
Она не шевельнулась, стараясь сдерживать рвущиеся из груди всхлипы.
Ваня выдохнул и посмотрел на экран.
Егор.
Что ему надо, чёрт возьми?
Ева лежала, сжавшись в комок, ее плечи содрогались от беззвучных рыданий. В груди все сжалось в болезненный узел, когда Ваня поднял телефон.
Она узнала этот голос сразу.
Егор.
Родной, любимый, до боли знакомый.
Ее дыхание перехватило, сердце в груди замерло на секунду, а затем бешено заколотилось.
Он ищет ее. Он не верит. Он звонит.
Она хотела закричать, хотела хоть что-то сделать, но страх сковал тело. А если он поймет? А если Ваня разозлится?
Она замерла, не дыша.
— Алло? — Ваня ответил спокойно, будто ничего не произошло.
— Ты куда пропал? — Голос Егора был напряженным, в нем слышалась усталость, но и тревога тоже. — Слышал уже?
— О чем? — Ваня нахмурился, но продолжал говорить ровно, не подавая ни малейшего признака волнения.
— О Еве… Ее… — голос Егора дрогнул. — Ее больше нет.
Еве захотелось зажать себе рот, чтобы не сорваться на рыдания.
— Черт… — Ваня тяжело выдохнул, как будто действительно только что узнал об этом. — Да ладно…
— Я сам не верю, — тихо ответил Егор.
Она зажмурилась, стиснув зубы.
Нет, нет, нет!
Она жива!
Но он не знает…
— Как это вообще случилось? — продолжал Ваня, садясь на край кровати.
Ева чувствовала его близость, но не могла оторваться от голоса Егора, звучащего по ту сторону трубки.
— Нашли тело, — голос Егора был осипшим. — Опознали… но… но это все не так. Не может быть…
— Прими мои соболезнования, — ровным голосом ответил Ваня.
Ева в этот момент сжалась еще сильнее, чувствуя, как боль разрывает ее изнутри.
Он лжет.
Хладнокровно.
Спокойно.
Будто действительно ничего не знал.
А Егор ему верит.
Она не выдержала и закрыла лицо руками, пытаясь сдержать крик.
— Это все из-за тебя, Ваня, — голос Егора дрожал от гнева и боли. — Из-за тебя она боялась, из-за тебя она страдала!
Ваня молчал.
— Ты был рядом с ней, когда она прошла через это дерьмо. Ты знал, что она не могла так просто забыть, что ей было тяжело… — Егор судорожно вдохнул. — А ты… Ты давил на нее. Ты лез не туда, куда не должен был.
Ева слушала, как в голосе Егора нарастает ярость, но и отчаяние тоже.
— Она не хотела близости, потому что боялась. Потому что ей было плохо. А ты? Ты думал о ней?!
Ваня продолжал молчать.
— Это ты, Ваня. Ты стал причиной нашей ссоры. Ты заставил ее молчать, скрывать что-то… Я этого не понимал, а теперь понимаю. Она не могла сказать. Ей было страшно.
Егор замолчал, его тяжелое дыхание отдавалось в динамике.
— А потом она исчезла, и теперь ее нет. — Голос Егора оборвался, но затем он продолжил, хрипло и тихо: — И знаешь что? Я тебя ненавижу.
Ева прикрыла глаза.
Ваня скрипнул зубами, но сдержал себя.
— Мне жаль, — спокойно ответил он.
— Тебе жаль? — Голос Егора сорвался. — Да пошел ты… Тебя даже рядом не было, когда ее искали! Ты даже не спросил о ней!
Ева чувствовала, как Ваня напрягся.
— И знаешь, что самое страшное? — продолжал Егор, и его голос вдруг стал глухим. — Я не верю, что она мертва.
Ваня напрягся еще сильнее, сжав телефон в руке.
— Я чувствую это, Ваня. Она где-то там. И я найду ее. Даже если мне придется перевернуть весь этот гребаный город.
Егор выдохнул, пытаясь хоть немного успокоиться, но злость продолжала кипеть внутри.
— Ты выполнил мое условие? — его голос стал холодным, напряженным.
Ваня промолчал.
— Я сказал тебе, чтобы ты убрался из города, — глухо повторил Егор. — Надеюсь, ты меня услышал.
Ваня прижал телефон к уху, краем глаза взглянув на Еву. Она сидела, отвернувшись, с пустым взглядом, но он знал — она слышит каждое слово.
— Да, — наконец ответил он. — Скоро уеду.
— Надеюсь, что так, — голос Егора был резким, почти угрожающим. — Потому что если я тебя найду…
Он не закончил фразу, но Ваня и так все понял.
— Мне жаль, — повторил он.
— Не смей говорить это. Тебе не жаль. Ты всегда думал только о себе.
В трубке раздались короткие гудки. Егор сбросил звонок.
Ваня убрал телефон и медленно повернулся к Еве. Она сидела, обхватив себя за плечи, едва дыша. В её глазах застыла боль, страх, что-то похожее на смирение.
Он посмотрел на неё внимательно, чуть прищурившись, и выдохнул, словно сам с трудом держал себя в руках.
— Ты понимаешь, что во всём этом виновата ты? — его голос был тихим, но давящим, срывающимся на раздражение.
Ева вздрогнула, но не ответила.
— Это из-за тебя у меня теперь проблемы, — продолжил он, подходя ближе. — Из-за тебя я должен скрываться, из-за тебя мне приходится постоянно что-то придумывать, из-за тебя меня готовы разорвать на части.
Её губы дрогнули.
— Я… я не хотела… — выдохнула она, но Ваня перебил:
— Конечно, не хотела. Но это не меняет того, что ты устроила мне ад.
Он опустился перед ней на корточки, схватив её за подбородок и заставив посмотреть себе в глаза.
— Ты понимаешь, сколько мне пришлось сделать ради тебя? — его голос был почти ласковым, но в нем слышалась опасная нотка. — Я вытащил тебя оттуда, спрятал, защищаю тебя. А что я получаю взамен?
Она молчала, но её глаза заблестели от подступающих слёз.
— Ты сломала мне жизнь, Ева, — продолжал он, теперь уже мягче, почти печально. — Но я всё равно здесь. Потому что ты — моя.
Он наклонился ближе, губами задевая её висок, почти ласково, почти с нежностью.
— Так что, может, хватит сопротивляться? Может, пора начать думать не только о себе?
Слёзы стекали по её щекам, но она лишь кивнула. Слепо, без слов.
И Ваня улыбнулся.
Ева сжалась, когда его пальцы снова скользнули по её телу. Она попыталась отстраниться, но Ваня крепко держал её, не давая возможности вырваться.
— Перестань… — прошептала она, голос сорвался, слёзы подступали к глазам.
— Да что ты дергаешься? — раздражённо бросил он, силой прижимая её к себе. — Я тебе ничего плохого не делаю.
Ева снова попыталась отстраниться, но Ваня сильнее сжал её запястье.
— Прекрати, — её голос дрожал.
— Ты сама виновата, — его дыхание было тяжёлым, горячим. — Я ради тебя рискую всем, а ты ведёшь себя, как неблагодарная сука.
Она резко закрыла глаза, пытаясь не слушать, не чувствовать. Но её тело не поддавалось, оно дрожало от страха и отвращения.
— Расслабься, — Ваня провёл пальцами по её бедру. — Чем больше сопротивляешься, тем хуже делаешь себе.
— Не трогай меня, — она зажмурилась, слёзы текли по щекам.
— Знаешь, ты сама в этом виновата. Если бы не твоя дурость, если бы ты не крутилась вокруг Булаткина, этого бы не случилось. Я же пытался тебя спасти, а ты… — его голос стал тише, опаснее. — Ты всё испортила.
Ева всхлипнула, но не ответила.
— Может, стоит задуматься, а? — продолжил он. — Я единственный, кто сейчас рядом. Единственный, кто не отвернулся от тебя. Может, пора отбросить свою гордость и принять это?
Её грудь сдавило от боли. Всё внутри кричало, что он лжёт, но страх сковывал, заставляя верить его словам.
Ваня скользнул ладонью по её телу, но когда его пальцы оказались слишком близко, она в панике дёрнулась.
— Не надо! — выкрикнула она, отчаянно пытаясь вырваться.
Её крик эхом разнёсся по комнате, но Ваня лишь усмехнулся.
— Ты глупая, если думаешь, что кто-то тебя услышит.
Ева тяжело дышала, слёзы застилали глаза.
— Ты сломала мне жизнь, и я больше не собираюсь играть в доброго спасителя, — холодно произнёс он. — Так что хватит сопротивляться.
Она закрыла глаза, чувствуя, как внутри всё рушится.