Глава 13/1
- Ты хоть поешь, - мама поставила передо мной тарелку с супом. Пар клубился над поверхностью, поднимался к потолку и растворялся в воздухе, полном непонимания того, что происходит в моей жизни.
Я лениво ковырялась ложкой, вытаскивая тёртую морковь на краешек тарелки, отправляла в рот, жевала, глотала. Голова была не здесь, а в телефоне, который лежал экраном вниз и молчал. Всё ещё молчал. Восьмое марта прошло, наступило девятое, а он так и не написал ни «прости», ни «привет», ничего. Он трусливо молчал. Потому что ему было так удобно? Поиграться и кинуть - в этом заключался его план?
Телефон завибрировал. Я быстро схватила его, мама ничего не сказала, даже внимания не обратила.
Голосовое от Маши: «Слушай, я в клубе, тут так скучно без тебя. Приходи, развейся, за тобой сейчас Руслан подъедет». Она старательно перекрикивала громкую музыку, не все слова можно было разобрать, но суть их я поняла.
Да пошёл он!
Пальцы сами набрали: «Считай, что я уже готова».
- Маша на ночёвку позвала, - кинула я маме, выходя из кухни с улыбкой, которая появилась от предвкушения вечера, от того, что я на несколько часов забуду о существовании Александра, что алкоголь вымоет его из моей памяти. Она проводила меня взглядом, но ничего не сказала.
Закрыв дверь комнаты, я раскрыла шкаф с кучей вещей. Всё было скомкано, не на своих местах, но короткое чёрное платье с открытой спиной я увидела тут же. Тонкие чёрные ажурные колготки с незамысловатым узором скользили по ногам, платье приятно сдавливало грудную клетку, напоминая мне о моей худобе, тёмно-красная помада идеально подходила под образ, а чёрные стрелки идеально его завершали вместе с накладными ресницами. Прямые длинные волосы опускались до талии, закрывая выпирающие лопатки и позвоночник.
В зеркале была уже другая я: не та, что вечно ходит в мешковатых вещах, а та, что решила отпустить прошлое и не убиваться по придуркам.
Уведомление от незнакомого профиля: «Я подъехал, чёрная Mazda».
Мама уже смотрела телевизор в спальне и не видела, в каком виде уходит из дома её дочь. Ботинки на грубой подошве, кожаная куртка, которая явно не подходила под погоду за окном. «Плевать, я на машине».
- Я ушла, - крикнула я в сторону спальни, пшикаясь духами.
- Хорошо, - донеслось из-за закрытой двери. Как и ожидалось - она даже не выглянула.
Воздух тут же пробрал до костей, казалось, он залез внутрь и теперь никогда меня не покинет. Машина стояла около подъезда, чёрная, как у Александра, но за рулём был другой, да и машина тоже другая.
- Руслан, - протянул руку парень, пока я закрывала дверь.
- Приятно, Полина, - игривая гримаса тут же появилась на моём лице.
Пока мы ехали до клуба, я узнала, что он учится в институте, ему девятнадцать и он не пьёт.
- А зачем в клуб пошёл тогда? - смеясь, спрашивала я.
- За компанию.
Клуб был где-то на выезде, в промзоне, куда не каждая мать отпустит своего ребёнка. Маша ждала у входа. Она была в коротком красном платье, длинных сапогах и смешно куталась в шарф, пытаясь окончательно не замёрзнуть.
- Наконец-то! - она обняла меня, отстранилась и окинула взглядом. - Вау.
- Что? - я усмехнулась.
- Ничего. Пошли, - подруга схватила меня за руку и потянула внутрь, мимо фейс-контроля, мимо гардероба, где я скинула куртку и осталась в одном платье.
Внутри гремело, басы врезались в грудь, свет бил по глазам, мелькал, дробился и исчезал. Запах алкоголя, сладкого парфюма и счастья, которое хранится в подобных заведениях лишь в бутылках. Ребята сидели на втором этаже за столиком в углу. Невысокие диваны, на которых можно откисать до утра, круглый стол, заставленный алкогольными коктейлями и бутылками и два кальяна. Карина - высокая брюнетка с острыми скулами, в водолазке и брюках клёш. Дамир - улыбчивый, с ямочками на щеках, весь какой-то мягкий и просто милый. Никита - в кепке, надвинутой на глаза, пьёт виски с колой и ни на кого не смотрит, кроме Карины.
- Это Полина, - представила меня Маша. - Моя лучшая подруга.
- Садись, - обратился ко мне Руслан, освобождая место рядом с собой.
И я села, не потому что хотела сесть рядом с ним, просто не было другого места. Руслан пододвинул ко мне бокал с чем-то розовым, сладким, с соломинкой.
- Русла-ан, ты её недооцениваешь, - со смехом протянула Мария.
- А что ты будешь?
- А ты сегодня бармен? - всё с тем же игривым настроением отвечала ему.
- Только для тебя.
- Я буду виски с колой.
Я выпила, потом ещё, потом кто-то поставил на стол ещё две бутылки виски и три бутылки шампанского. Маша громко, заливисто, запрокидывая голову смеялась. Карина что-то шептала Никите на ухо, а он улыбался только ей. Дамир рассказывал анекдот, который никто не слушал, но все смеялись. Мы с Русланом курили кальян, смеялись над глупыми шутками Дамира, обсуждали, как Маша проявляет к нему знаки внимания и иногда переглядывались, но ни разу никто из нас не остановил свой взгляд надолго на другом.
- Ты красивая, - сказал он, наклоняясь так близко, что я почувствовала запах его нарочито мужской запах одеколона и апельсиновой жвачки. - Пойдём потанцуем.
Я хотела сказать нет, но алкоголь уже сделал своё дело. Голова кружилась, тело стало лёгким, почти невесомым, а слова не складывались, или складывались, но не в том порядке, не с теми буквами.
- Пойдём, - сказала я, а потом услышала себя со стороны.
Руслан взял меня за руку горячей ладонью и повёл в толпу. Там, где все двигались в такт, где чужие тела касались друг друга, где уже не было ошарашенного взгляда Маши.
Я почувствовала его руки на талии: твёрдые, уверенные. Он притянул меня ближе, и я не сопротивлялась. Мои руки легли ему на плечи, голова закружилась ещё сильнее, и в этой темноте, в этом мелькании света, в этом чужом запахе, я представила, что это не Руслан. Что меня касаются другие руки, что не он держит меня за талию, что это не его дыхание пролетает у моего виска, что не его пальцы скользят по голой спине.
Это был не он.
- Всё нормально? - спросил Руслан.
- Да, - улыбка сошла с лица. - Пойдём обратно, - с нескрываемым разочарованием сказала я.
Кто-то открыл новую бутылку, Маша наливала всем, расплёскивая на стол, Карина смеялась, Дамир танцевал уже на диване - странно, нелепо, весело.
Я выпила ещё, ещё, ещё и ещё, пытаясь заглушить свою противность, нелепость и бездумность поступка. Помню только, как Никита разбил бокал, и официантка ругалась, а Руслан дал ей денег, и она перестала. Помню, как Карина куда-то исчезала с Никитой. Помню, как Маша кричала: «Давайте ещё!» - и кто-то нёс новую бутылку, а потом провал. Кусок вечера просто исчез. Я не помню, когда мы вышли из клуба, не помню, как оказалась на улице. Помню только холод, который потихоньку вытягивал меня из бессознательного состояния, небо над головой, чёрное, без звёзд, только редкий мокрый асфальт под ногами и голос Маши где-то рядом.
- Сюда, - Маша затащила меня в какой-то переулок.
Я опёрлась спиной, почувствовала, как кирпичи впиваются в кости через тонкую кожу спины. Ноги подкашивались, мир качался, фонари расплывались в пятна. Мне было жарко и холодно одновременно, тошнота подкатывала волнами, я дышала глубоко, часто, пыталась подавить, удержать в себе. Чьи-то руки держали меня за плечи, кажется, это был Руслан или Маша, я не помню. Колени дрожали, пальцы онемели, в висках грохотал пульс.
Я последняя тварь, что нахожусь здесь