Глава 8
Грегори Адам Миллер
Она исчезла так же незаметно, как и появилась. Темная фигура в мешковатой одежде, нырнула во тьму, растворяясь там. Я лишь улавливал ее изредка мелькающие белые волосы, которые, словно нити Ангела приковывали мой взгляд.
Это была наша уже четвертая встреча, а я до сих пор так и не оказался между ее ножек, пробуя то, что Кетти может предложить. Катрина – стихийное бедствие, закручивающее в вихрь смерча мои внутренности. Я видел, как она смотрела на меня. Ее тело источало феромоны и желание, которые я втягивал носом улавливая терпкий запах похожий на...хвою.
Голодный зверь внутри меня царапал ногтями ребра, прося выпустить его из клетки и наброситься на свою добычу. Член железобетонной эрекцией натягивал спортивные штаны, а я стоял и глупо улыбался.
Не знаю. Она каким-то необъяснимым образом действовала на меня...
Сорвавшись с места, я первым делом направился в кабинет. Я до последнего не верил, что найду где-то наркотики. Мой клуб хорошо охраняли, и я бы не пропустил незнакомого человека на вторые этажи без вип-карты. В основном зале до сих пор пахло кальяном и разлитой выпивкой, которая образовывала на плитке засохшие лужи. Скоро придут работники клининга, а это значит, что нужно обыскать здесь все очень и очень быстро.
Чуть ли не в два шага я минул лестницу и толкнул дверь кабинета.
- Эйрон? – я замер в дверях, заставая парня над моим столом. – Ты что здесь делаешь?
Друг, как-то дергано улыбнулся, и достал из тумбы упаковку презервативов.
- Я возьму их у тебя?
- Вали отсюда! – рыкнул я, принимаясь оглядывать комнату.
- Чувак, а что стряслось?
Близнец присел рядом со мной на корточки перед диваном. Я просунул руку в щель между полом, находя ладонью только пыль.
- Ты замечал что-то странное в клубе в последнее время?
- Кроме твоей психованной шпионки – ничего.
Черт! Навалившись на шкаф, я подвинул его в сторону. Сверху на меня рухнули какие-то документы. В разные стороны начали разбегаться пауки, чей покой я потревожил. Метясь из стороны в сторону, я лихорадочно обдумывал, куда бы могли их подкинуть? Так, чтобы не нашел я, но легко отыскала полиция?
- Грегс, да что произошло? – не унимался Рон, подкуривающий сигарету.
Он залез на стол и принялся болтать ногами.
- Сейчас нагрянут федералы и совершенно случайно отыщут где-то здесь наркоту! – я пнул ногой шкуру медведя, заглядывая под нее.
- Быть такого не может. Мы продаем их через ход в подвале. Все сугубо конфиденциально, - он замялся и подавился дымом, поднимая на меня испуганные глаза. – Старик, помнишь ту девчонку, с которой мы развлекались? Дороти. Я нашел ее в твоей спальне. Она сказала, что ты захотел продолжения и ...
- Твою мать! – зарычал я.
Хэлл потушил свою сигарету и бросился вслед за мной, на поворотах то и дело, задевая стены широкими плечами.
Поверить только, Дороти? Семнадцатилетняя малышка пробралась в мой клуб, обвела меня вокруг пальца и подставила?
Дерьмо!
Я молча кивнул близнецу, и мы вместе принялись потрошить мою спальню. Постель, комод, тумбочки... Я опустился на пол, принимаясь сдирать плинтуса, но неожиданно окликнул громкий голос:
- Нашел!
Эйрон снял со стены картину с панорамой Чикаго и указал на дыру в стене, в которой я раньше хранил пистолет и деньги.
- Кокаин, - мои пальцы разорвали упаковку.
- Хороший причем, - принялся облизываться мелкий.
Отобрав у него находку, я быстро смыл все в унитаз, слыша странное копошение на первом этаже. Шаги ускорились, стали отчетливее и к нам ворвался взлохмаченный Алларик, на ходу застегивая ширинку.
- Какого Дьявола происходит? Копы здесь что делают?
- Да так, - расплылся я в улыбке, складывая руки на груди. – Пусть отработают свои жалования.
Рик, непонимающий моих слов, обратил распахнутые глаза на своего брата. Тот в ответ лишь пожал плечами, вешая картину на место.
- Мистер Миллер, добрый день. Я офицер Майерс, - показался в проеме молодой мужчина, тыкая в лицо значком. – К нам вчера поступило заявление, о том, что вы продаете наркотики в своем клубе.
- Да? – наигранно улыбнулся я. – Какой беспорядок. Давайте осмотрим здесь все немедленно! Как же так можно? Наркотики, криминал - это зло. Ай, ай ай...
Коп замер на пороге, явно не понимая моего поведения. Продажная сука! Чтит закон он! Отрабатывает деньги, которые ему платит Зорро! Я четыре года сидел за решеткой, день ото дня, смотря в лица легавых, которые считали себя настоящими гражданами Америки! Если на тебе форма – ты - прав, и плевать, что руки по локоть в крови, а вены синие от уколов! В моем мире был Кодекс, который чтил каждый, а у них пустые слова и жадность! Вот она – истина настоящего мира – лицемерие и алчность.
- Вы позволите осмотреть вашу комнату, мистер Миллер?
- Конечно, - я отступил в сторону.
Рик побледнел и утер ладонями заспанное лицо, наблюдая за тем, как офицер Майерс заглядывает в щели между стенами. Он наигранно обошел спальню по кругу и целенаправленно вернулся к картине. Приподнял ее, а я заликовал, наблюдая за его смятением и шоком.
- Может, пройдем еще в другие залы? Хотите осмотреть мой кабинет? – коп усмехнулся и сплюнул, отключая свою рацию.
- Нет, пожалуй, я закончил. Удачного дня, Грегори Миллер.
- До свидания, - рыкнул я, провожая его спину взглядом.
- Ахринеть! – заорал на весь клуб Алларик. – Что это было?
- Помнишь, ту шлюшку? Дороти, - сдался Рон. – Она подкинула Грегсу снежок.
- А откуда ты узнал?
Оставив братьев за спиной, я достал первую попавшуюся футболку и натянул на себя, возвращаясь в помещение с рингом. Остановился напротив сетки, об которую Катрина ударилась спиной, и прошел во тьму коридора, замечая открытую форточку. Сегодня она спасла мою задницу. Та, кто была моим врагом и девчонкой наряда Zero, пришла ко мне посреди ночи, чтобы предупредить.
Почему ты это сделала, Катрина?
Сквозь небольшое отверстие под потолком сюда уже вовсю заливал яркий утренний свет, белой полоской на полу, напоминая мне оттенок ее волос. Я помнил ее карие испуганные глазки, стоило заговорить про Зорро. В первую нашу встречу она показалась мне страстной дикой кошкой, которую захотелось укротить, но потом... я увидел в ней котенка, запертого в клетке, который в кровь стер свои коготки, пытаясь выбраться наружу.
Она помогла мне.
За наркотики я бы срок не получил, но зная Оуэна он добивался не суда. Его люди рыскают в моем клубе, стреляют в мои машины, ходят по улицам моего города.
Присев на корточки, я дотронулся пальцами следов от обуви, размера, наверное, тридцать седьмого. Катрина... Я знаю, каково это: работать на Оуэна, находиться рядом с Дастином. Каково быть заложником Zero, остерегаясь своей собственной тени.
Я помогу ей. Если она позволит, вытащу ее из этого дерьма, в знак благодарности за сегодня даря свободу.
Катрина Анна Стоун
После его слов мои глаза распахнулись еще больше, впитывая в себя каждую букву, каждый шорох. Невозможно. В эту минуту меня разрывало. Я хотела закричать в его лицо до разрыва связок, что сделаю все, что угодно. Только бы больше не было боли, не было гребанного Дастина и этого мира!
Я ненавидела мафию. Ненавидела наряды, их традиции, их законы. Я презирала каждое свое обоюдное с ними дыхание. Моя кожа покрылась мурашками, а пальцы врезались в подлокотник.
Стань его смертью, Катрина...
Что меня останавливает? Оуэн предложил уничтожить для него Миллера, почему я медлю с ответом? Он был мне никем. Даже не нравился, бесил своей самоуверенностью, но, как только я вспоминала его взгляд, все внутри сжималось.
Он был живым человеком, а даже косвенно отнять у кого-то жизнь я не могла. Дастин убьет его. Я знала это точно, потому что он упивался кровью, и когда ее становилось мало, брал другую. Грегори – живой покойник, каждый день приближающийся к Zero все ближе и ближе.
Он такой же преступник. Убийца. Чертов нахал и кобель, но мне было его жаль? Я с самого детства выгрызала себе путь в этом мире. Всегда сама. В одиночку. Вопреки боли. Вопреки судьбе.
- Я дам тебе время подумать, Кетти. Хорошо подумать. Кто знает, сколько еще терпения и доброты осталось в моем сыне? Он же в последнее время вел себя прилично? Не обижал тебя? Вспомни тот ужас, что он заставляет тебя пережить. Разве ты не хочешь покончить с этим? Упорхнуть из клетки, которую я для тебя радушно открою?
Очень хочу. На мои губы начали капать соленые капли. Я вспомнила каждый пережитый момент, сдерживая в груди громкие рыдания. Каждая пощечина, каждый порез ножом, каждый крик и каждый секс с ним – все это начало проплывать перед глазами, делая выбор за меня.
У меня могут быть мечты? Нормальная жизнь? Свой дом. Свои желания. Друзья?
У меня будет свобода. Я облизала губы и приоткрыла их, чтобы выдохнуть согласие, но меня остановила трель телефона Зорро. Его перекосило, и он недовольно ответил на звонок, отходя к окну.
- Слушаю? Что значит ничего не нашли?! – меня обдало жаром. Грегори обнаружил тайник. – Как это не было? Эта сука же сказала, что оставила три килограмма? Твою мать!
Босс отбросил телефон в стену и смел документы со стола. Он прикрыл глаза, и вскоре я вновь увидела перед собой собранного главу чикагской мафии. Того, кто воспитал меня, кто учил драться и не боялся ломать кости ребенку, наказывая за провинности.
- Мы продолжим наш разговор позже, Катрина, - я согласно кивнула и подорвалась со стула.
В кабинет залетел Дастин. Он мазнул по мне невидящим взглядом и замер около отца, тряся телефоном.
- А я говорил, что твои уловки не сработают!
Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и подняла голову к потолку. Слезы непроизвольно текли по щекам, вымывая из меня все дерьмо, скопившееся за эти годы.
Я уже и перестала надеяться. По началу, когда Зорро забрал меня к себе, я боготворила это место. Адреналин стал наркотиком, гонки прививали безумство, а игры с законом и сам мир мафии мне показался идеальным. Оуэн часто говорил, что я ему как дочь, а само это слово из чьих-то уст, становилось молитвой для каждой сироты.
Я никогда не знала своих родителей. Мне говорили, что от меня отказались еще в роддоме. Я не знала заботы и ласки, а потому ее извращенное восприятие приняла за чистую монету. Дас был старше меня на десять лет. Он оберегал, защищал и все говорил о любви, в которую я верила. До тех пор пока мне не исполнилось тринадцать. Я хорошо помню тот вечер. Зорро старший подарил мне нож, ребята из наряда отпускали свои грязные шуточки о моем взросление, а Дастин не спускал взгляда. Он все смотрел и смотрел и в этом молчании, я уже тогда видела свой ужас. Он нашептывал мне, невинному ребенку, о судьбе, которая уготовила испытания.
Комната. Постель. Ублюдок Дастин. Мое сорванное от криков горло. Мне было тринадцать. Я была ребенком.
Стиснув зубы, я вытерла слезы и прислушалась к голосам из кабинета.
- Мы ничего не можем сделать на территории ЛА! Я знаю, как выманить Грегори в Чикаго. Все закончится там же, где и началось. Нужно просто подождать...
- Ты говорил, что у тебя все под контролем? Почему легавые его не накрыли?
- Видимо девчонка не оставила наркотики. Ты знаешь, что нужно делать, Дастин...
Оттолкнувшись от двери, я нырнула в коридор, как всегда скрываясь в любимом сумраке. Спустившись в игральные комнаты, я старалась не смотреть в сторону бильярдного стола. Какой ужас! Я в голове представила, как парни испортили вообще все в этом чертовом подвале!
Мерзость!
- Кетти! – окликнула меня Кесседи.
Она забралась с ногами в кресло и читала, какой-то гламурный цветастый журнал, делая пометки на глянцевых страницах.
- Ребята привезли пиццу. Я отложила тебе несколько кусочков. Ты такая худая, что скоро вся одежда начнет с тебя падать.
Упустив ее остроты мимо ушей, я присела на свободный стул. Еда пахла на всю комнату, заставляя рот наполниться слюной. Я откусила от большого куска и блаженно закатила глаза, ощущая на языке кетчуп, грибы и мягкое тесто с сыром.
- Как тебе это платье? Мне Оуэн обещал купить все, что я захочу, когда мы вернемся в Чикаго.
- И куда ты будешь это носить? – наряд, что она показала, был слишком эксцентричным для обычного похода по городу. Длинное кружевное платье фиолетового цвета с огромным вырезом на груди и какими-то перьями по краям.
- Не знаю. На приемы?
- Вечера Синдиката? Ага, в таком наряде тебя отымеют глазами все приступные шишки Америки, - с набитым ртом бурчала я.
- И что в этом плохого? – оскорбилась она, захлопывая перед моим носом журнал.
- А что в этом хорошего?
Только я потянулась за вторым куском, в комнату залетел Дас с Сэмом и еще парой человек. Он остановил взгляд на мне, и пиранья ухмылка обезобразила его губы.
- Катрина, едет с нами.
- Что? – Сэм перевел взгляд с меня и обратно. – Дас. Она же девчонка не нужно.
- Завали рот! Я здесь Босс! Катрина, пойдем с нами!
Подскочив со своего места, я кивнула его словам. Что за черт!? Куда мы идем? Сочувственный взгляд, летящий мне в спину, не предвещал ничего хорошего. Я знала, что маньяк рядом со мной был способен на многое, а потому даже не догадывалась, что предстоит.
- Я покажу тебе, девочка моя, что тебя ждет, если ты решишь уйти от меня. Сбежать от меня. Пойдем, любовь моя.
Забравшись на переднее сиденье, я уставилась в окно, слыша писк резины. Дас сорвался с места и что-то внутри испуганно упало вниз. Даже вздоха не сделать.
- Куда мы едем?
- К той, что решила пойти против наряда, - захохотал Дас, сворачивая в сторону Ван-Найс.
Я обернулась назад к парням, но они молчали, то и дело, кидая редкие взгляды на чокнутого водителя, который рассекал по дневному ЛА по встречке.
Машина свернула на спальную улицу, и мы припарковались у небольших домиков из красного кирпича, которые окаймляли городской парк. Зорро достал из-за пояса пистолет и перезарядил его.
Здесь было довольно тихо. Не сновали городские жители, явно не заглядывали в окна престарелые бабульки, собирая сплетни о своих соседях. Где-то эхом доносился лай собак и журчание воды, заглушаемое криками детей.
Свобода...
Дастин залетел на крыльцо одного из домов и надел на себя спокойную улыбку, которая вполне могла покорить чье-то сердце. Ту, которая не знает его и наш мир.
- Да? – спустя пару мгновений раздался юный девичий голос.
- Мисс, простите. Я представитель модельного агентства «Monde de la mode», в которое вы подавали заявку. Мы можем обговорить некоторые детали?
Парни приглушенно захохотали, а по моей спине начали пробегать крупные мурашки. Кажется, я поняла, куда мы приехали. Господи. Только не открывай ему!
- Ой, а я уже думала, вы не рассмотрите мое резюме! – счастливо залепетала девчонка, проворачивая дверной замок.
Как только дверь открылась, Дас схватил незнакомку за горло и втолкнул в помещение. Мне не хотелось идти, но кто-то пихнул меня под ребра, заставляя сделать шаг.
Сэм щелкнул верхним замком и закрыл везде жалюзи.
- Кто вы такие? – начала всхлипывать хозяйка дома. – Я сейчас вызову полицию...
- Что ты сказала? – Зорро замахнулся и ударил ладонью по ее щеке.
Я вздрогнула, ощущая вместе с ней эту боль.
- Мы заплатили тебе, милая, - Сэм присел перед ней на корточки, грубо стискивая волосы в кулак. – Что ты должна была сделать?
- Оставить наркотики в «Shame», - давясь всхлипами, говорила она.
- Почему их не нашли, Дороти?
- Я не знаю. Не знаю. В его комнате. Я оставила...
Дастин запрокинул голову и гортанно рассмеялся, доставая из рукава своей рубашки нож. Сталь сверкнула, пугая своей остротой, и я замотала головой:
- Не обязательно это делать.
- Подойди сюда, любовь моя, - зашептал псих, заманивая меня рукой.
Я упрямо замотала головой и сжала кулаки, пытаясь успокоить сбивающееся сердце. Ее глаза. Глаза этой девчонки впились в меня с такой мольбой и просьбой. Она тряслась перед крупными мужчинами и все отползала к стене, шепча что-то себе под нос.
Это моя вина. Я подставила ее. Я косвенно причастна ко всему, что сейчас происходит.
Дьявол!
- Катрина!
- Не обязательно мучать ее. Грегори мог найти наркотики. Вдруг девочка говорит правду?
- Я оставила. Клянусь. Когда парни уснули, я все оставила. За картиной. Прошу.
- Катрина, иди сюда! – Дастин ударил Дороти по лицу мысом своей туфли.
Я зажмурилась и сделала шаг к нему, понимая, что следующий удар уже придеться мне. Зорро вцепился в мою руку и зашел за спину, заставляя присесть вместе с ним на корточки.
- Ты же знаешь, что я люблю тебя, Катрина?
Я кивнула. Он удовлетворительно усмехнулся и занес острие над кожей девчонки, вонзая его в плечо. Она дернулась и так сильно закричала. Ее голос утонул в моих ушах, заставляя испуганно зажмуриться.
- Если ты посмеешь вновь сбежать от меня, я больше не прощу тебя, девочка моя.
Второй порез пришелся на ее грудь. В том же месте, что и у меня. Казалось, это по моему телу сейчас лилась густая кровь. Это я вопила во все горло, разрывая свои голосовые связки.
- Прошу, не мучай ее, пожалуйста, - прошептала я.
- Как я могу? Она предала наряд. Она заслужила этого.
Сэм удерживал маленькое хрупкое тело, бьющееся в конвульсиях. Девочка пыталась вырваться, молила о пощаде, а я смотрела на нее и умирала в эту минуту. Вновь переживала заново каждый день моего ужаса.
Я плохой человек. Это моя вина. Если бы я не предупредила Грегори, эта девочка бы жила своими мечтами.
Дастин резал ее лицо, шею, губы. Он нарочно уродовал ее, забавно хохоча.
- Принеси мне стакан, - обернулся он к парням, приехавшим с нами.
Тот, что повыше сорвался в кухню и вскоре вернулся, протягивая прозрачный бокал. Я пыталась избавиться от хватки Даса, но он крепче сжимал пыльцы на моем плече. Кожа онемела.
- Держи ее руку, - Зорро дождался, пока Сэмюель выполнит его приказ, и порезал ей вены поперек запястья, подставляя емкость.
Кровь хлынула в сосуд, а у меня скрутило желудок рвотными позывами. Ее металлический противный запах начал забираться в легкие, становясь комом в горле.
- Дастин, отпусти, - всхлипнула я, прижимая ладонь к носу и рту.
- Смотри, я сказал! – он удобнее перехватил стакан и припал к нему губами, одним глотком осушая.
Мне чудом удалось вырваться из его хватки. Я бросилась в угол комнаты, и меня стошнило, съеденной недавно пиццей. Я уперлась ладонями в стену и всхлипывала, из-за того, что слышала ее затихающие хрипы и сумасшедший смех.
- Оуэн сказал ее не убивать! Остановись, Дастин!
Но я знала, что он не прекратит. Он убьет ее, потому что это его природа. Это его страсть. Это его истинная любовь. Рано или поздно на месте этой девчонки окажусь я, и его увечья будут куда страшнее, мучительнее.
Я виновата в смерти Дороти. Забылась в сострадании к Миллеру, позволяя себе думать о ком-то другом кроме себя. Наш мир такого не прощает. Мафия не прощает ошибок. Zero не отпускает живыми.
Вытерев рот от рвоты, я оставила за спиной мужчин и выбежала из дома. Мне было так плохо. На улице жара, но меня колотила холодная дрожь. Я везде видела ее испуганные, просящие жизни и спасения глаза.
Я виновата.
Это я ее убила.
На моих руках ее кровь.
Оуэн просил уничтожить Миллера? Я согласна на все, только бы исчезнуть. Я боялась. Жутко боялась.
Я не помню, как добралась домой. Слонялась по Лос-Анджелесу до тех пор, пока не начало смеркаться. Мне было страшно возвращаться. Дастин конченный на всю голову и таким, как сегодня я его никогда не видела. Он пил ее кровь, как долбанный вампир, решая кому сегодня жить, а кому умереть.
Он был сущим Дьяволом. Отродием.
- Оуэн, - прошептала я, заходя в его кабинет.
Мужчина отвлекся от карты города и победно улыбнулся, подаваясь вперед:
- Твой ответ, Кетти?
- Я сделаю все, что угодно. Помоги мне умереть для нашего мира.
- Ты станешь моей местью, Катрина. Слушай внимательно, как мы поступим...