Глава 14
Совсем как твоя мать
Не успела я включить телефон, как он тут же завибрировал у меня в руке.
- Привет. - Я закрыла глаза и прислонилась к стене.
- Ты где? - немного натянуто произнесла Сара.
- Хм... - Я проглотила комок в горле. - Точно не знаю. Возле бара.
- Ты что, пила?!
Я замерла, чувствуя анестетическое действие водки, обволакивающей желудок.
- Прости, - закусив дрожащую нижнюю губу, прошептала я. - Сара, я не могу этого сделать. Я... не могу...
- Все хорошо. Я здесь. Только скажи, где ты находишься.
- Уф... Все еще в терминале. - Я повертела головой, игнорируя обращенные на меня любопытные взгляды.
- Иди по указателям к месту выдачи багажа. Жду тебя там, - проинструктировала Сара.
- Ладно, - выдавила я и, взявшись за ручку чемодана, с трудом поднялась со скамьи. Ноги сами принесли меня к эскалатору. Тут я поняла, что до сих пор продолжаю держать возле уха телефон. - Сара?
- Да, я все еще здесь, - отозвалась Сара. - Ты идешь?
- Угу. - Внезапно схватило желудок, и я закрыла глаза, а чтобы не упасть, повисла на перилах эскалатора. - Я... не могу.
- Нет, можешь, - попыталась приободрить меня Сара. - Я с тобой.
- Блин! - выругалась я, споткнувшись о последнюю ступеньку эскалатора. Затем отошла в сторонку, подальше от глазеющих на меня пассажиров. - Сейчас буду.
У спуска с эскалатора меня поджидала Сара, и не успела я сделать шаг на ковровую дорожку, как она уже сжимала меня в объятиях. Я зажмурилась, твердо решив не давать воли слезам.
- Я так по тебе соскучилась, - прошептала Сара. Но когда она наконец отпустила меня, я едва не шлепнулась. Она окинула меня критическим взглядом: - Хреново выглядишь, подруга.
- А чувствую себя еще хуже, - натужно рассмеялась я. - Хотя на самом деле... сейчас я вообще ничего не чувствую.
- Господи, Эмма, - озабоченно покачала Сара головой. - Я оставила тебя всего на несколько месяцев, и за это время ты стала форменной алкоголичкой. И что прикажешь с тобой теперь делать? - Она подхватила чемодан и, крепко взяв меня за руку, потянула к выходу. - Тебе нужно срочно протрезветь или по крайней мере притвориться трезвой, так как нас уже ждет моя мама.
- Вот облом, - простонала я. - Я ведь не знала... Извини...
- Все нормально, - вздохнула Сара. - Но давай договоримся, что в ближайшие несколько дней ты не будешь заниматься самолечением с помощью спиртного. Хорошо?
Я ничего не стала обещать, а просто позволила ей волочить меня к машине. Присутствие лучшей подруги вкупе с алкогольным опьянением моментально успокоило мои измученные нервы.
Однако часа езды оказалось явно недостаточно. Недостаточно, чтобы протрезветь. Недостаточно, чтобы морально подготовиться к тому, из-за чего я, собственно говоря, и вернулась в Уэслин.
Мы остановились на небольшой парковке возле голубого дома в викторианском стиле. Снаружи он казался таким теплым и приветливым, хотя, как я точно знала, внутри царил кладбищенский холод. Я внутренне содрогнулась.
- Мы ненадолго, - заверила меня Сара и потянула подальше от установленного на лужайке щита «Похоронное бюро Лайонела», от которого я не могла отвести глаз. - Пошли, Эм. Мама ждет. С ней Чарльз, он поможет разобраться в деталях.
Что было дальше, я сказать не могу. Похоже, у меня произошло выпадение сознания, так как очнулась я уже в машине.
- Я же обещала тебе, что это не займет много времени, - пристегнув ремень безопасности, заметила Сара.
- Да. - У меня было такое чувство, будто я впервые за все это время смогла свободно вздохнуть.
- Мне только надо на секунду заскочить домой за сумкой, - когда мы отъехали от похоронного бюро, сказала Сара.
- Что? Нет! - воскликнула я, пожалуй, чуть громче, чем следовало.
- А почему? - встревожилась Сара.
- Я не могу ехать через Уэслин, - объяснила я. Хорошо, что похоронное бюро догадались разместить на окраине, и жители нашего городка пребывали в счастливом неведении относительно того, сколько слез проливается в этой юдоли скорби. - Пожалуйста, Сара, отвези меня в мотель.
Сара задумалась и наконец сказала:
- Ладно, уговорила. Высажу тебя у мотеля, а потом съезжу за шмотками домой.
- Спасибо большое. - Прижавшись лбом к стеклу, я следила за тем, как расплывчатыми пятнами за окном мелькают деревья. Онемение потихоньку сменилось жуткой усталостью. - А я пока немного полежу.
- Неплохая идея, - одобрила Сара.
Уже через несколько минут мы словно пересекли невидимую линию и попали в совершенно другой мир: рекламных щитов, неоновых огней, мчащихся с ревом по шоссе машин. Сара свернула на парковку с раздолбанным асфальтовым покрытием.
- Неужели нам обязательно здесь останавливаться? - в ужасе спросила она.
Если честно, смотреть тут было особенно не на что. Синяя краска выцвела и облупилась, номера на дверях были разномастными. А еще тут имелся огороженный цепью бассейн с ядовито-зеленой водой, совсем как из фантастического фильма, где на дне именно такого водоема инкубировали яйца пришельцев.
- Разве это именно то, что тебе нужно? - Сара явно упрашивала меня одуматься.
- Тебе вовсе не обязательно со мной оставаться, - открыв дверь, сказала я.
- Нет, обязательно, - отрезала она. - Я пойду зарегистрируюсь, а ты пока, если хочешь, можешь достать чемодан из багажника.
Затем я поднялась вслед за Сарой по обшарпанной бетонной лестнице с шаткими металлическими перилами и после секундного замешательства позволила ей открыть дверь номера 212. В комнате пахло какой-то химией, застарелым табачным дымом... и старостью - словом, царившей в этих ветхих стенах мерзостью запустения.
Сара тотчас же отодвинула плотные темно-синие шторы, чтобы впустить хоть немного солнца. Но это не сильно помогло: здесь по-прежнему было мрачно. Похоже, комната явно предпочитала прятаться в тени. Но мне было наплевать. И хотя за окном стоял солнечный майский день, я отдавала предпочтение тьме.
Я села на кровать, подальше от окна, и сняла туфли. Наверное, мне стоило немного вздремнуть, чтобы рассеялся туман в голове.
- Ну все, я скоро вернусь, - пообещала Сара. - И привезу чего-нибудь поесть. - Она нерешительно топталась в дверях, явно не зная, можно ли оставить меня одну.
- Со мной все будет прекрасно, - заверила я Сару в расчете, что она поскорее уйдет.
Она слабо улыбнулась и закрыла за собой облезлую металлическую дверь.
Эмма, прими мои соболезнования.
Я прогнала прочь воспоминания о ласковых руках Анны на моем плече и ее полных слез красных глазах.
Ты такая худенькая.
Я крепко-крепко зажмурилась, чтобы не слышать звучавших в голове голосов.
По мере того как я потихоньку трезвела, у меня в памяти возникали все новые фрагменты событий в похоронном бюро.
Я потерла глаза, чтобы выветрить остатки хмеля, встала с кровати, подошла к большому окну и посмотрела на бассейн с пластиковыми садовыми стульями вокруг.
Мы подобрали фотографии для завтрашнего дня. Не хочешь посмотреть их и сказать, что ты об этом думаешь?
Твоя мама просила, чтобы ее кремировали... Какая урна тебе больше нравится?
Меня вдруг заколотило, я обняла себя обеими руками и яростно затрясла головой, чтобы не видеть сверкающих коробочек и ваз с цветочными гирляндами.
Как думаешь, где твоя мама хотела бы, чтобы ее похоронили?
- Прекратите! - схватившись за голову, завопила я. - Заткнитесь! - Я с размаху стукнула рукой по оконному стеклу, и оно протестующе задребезжало.
И тут мое внимание привлекла ветхая хибара через дорогу с выцветшей рекламой пива и алкоголя в витрине.
Тяжело дыша через нос, я изо всех сил стиснула зубы, чтобы сохранить остатки самообладания. Но я знала: надолго меня не хватит. Я еще раз бросила взгляд на винный магазин. В подобных местах вряд ли требуется удостоверение личности, но не хотелось рисковать.
Обследовав глазами парковку, я остановила взгляд на одинокой фигуре у бассейна. Какой-то парень в майке и линялых джинсах, на голове огромные наушники. Он сидел на расшатанном стуле и курил сигарету. Навскидку ему было точно больше двадцати одного года. Я была решительно настроена заглушить назойливые голоса в голове, а потому не стала думать дважды.
Схватила сумку, бросила туда кошелек и ключи от номера, даже не потрудившись обуться. Парень был явно не из тех, кто придерживается строгих правил. Более того, босые ноги могли дать мне преимущество в несколько очков. Памятуя об этом, я поспешно прошлась пятерней по волосам, заколола висящие пряди, натянула на облегающий топ тонкий джемпер, кокетливо обнажила плечо и, собравшись с духом, направилась к бассейну.
Он, естественно, сразу заметил меня и, не скрываясь, обшарил глазами мое тело, для удобства даже снял наушники и повесил их на шею. Однако, памятуя о винном магазине, я позволила ему столь беззастенчиво пялиться.
- Эй! - игриво улыбнулась я. - Что поделываешь?
- Да так, ничего особенного, - ответил он, запустив грязную руку в спутанные соломенные волосы. - А ты?
- Мы с друзьями хотим устроить вечеринку в нашем номере. - Я старалась врать как можно более складно. - Но мне не продадут алкоголь. Вот я и подумала, может, выручишь меня, а? Если хочешь, могу и тебя с друзьями пригласить.
- Клево. - Он ухмыльнулся и плотоядно облизнул нижнюю губу. Я нервно сглотнула, чувствуя, что меня сейчас стошнит. - Думаю, я могу тебя выручить. А что купить?
- Водку, - скривившись, сказала я.
Надеюсь, он не услышал ноток отчаяния в моем голосе. Я залезла в кошелек и протянула ему пригоршню двадцаток, которыми Чарльз Стенли щедро снабдил меня еще в похоронном бюро.
- Класс! - восхищенно присвистнул он. - И что, брать бухло только высшего качества, да? - Он взял деньги, и от прикосновения его руки меня передернуло.
- Хм, совершенно необязательно, - равнодушно пожала я плечами. Выпивка нужна была мне исключительно как анестетик, чтобы продержаться следующие несколько дней. - А можно еще в придачу парочку лаймов?
- Не вопрос, моя сладкая, - подмигнул парень. - Кстати, меня зовут Кевин.
- Что ж, Кевин, спасибо большое, что выручил бедную девушку. - Я жалобно захлопала ресницами, и впрямь ощущая себя ужасно жалкой.
- Сейчас вернусь, - заверил он и как бы ненароком похлопал меня по заднице. Я тихо икнула, а он грубо расхохотался.
Пока он ходил за выпивкой, я набила два пакета льдом и нашла несколько завернутых в целлофан пластиковых стаканчиков. Я подошла к бассейну как раз в тот момент, когда он переходил через дорогу с бумажным мешком в руке.
- Вот, пожалуйста. - Он протянул мне две бутылки водки. - Я и для себя прихватил одну.
- Замечательно, - ответила я, откупорила бутылку, разлила прозрачную жидкость по стаканчикам с кубиками льда и залпом ополовинила свой. Рот тут же наполнился горькой слюной, а желудок словно обожгло.
Кевин опустился на садовый стул возле пластикового стола, взял стаканчик, зачерпнул льда из пакета, к его нижней губе прилипла незажженная сигарета. Он что-то говорил, но я понятия не имела, что именно. Я смотрела на зеленую воду, тупо кивала, потягивала холодную водку и в ожидании блаженного онемения подливала себе еще и еще.
Рядом с моим папой. Она хочет, чтобы ее прах похоронили там же, где покоится мой папа.
Я до боли стиснула зубы, пытаясь заглушить гул голосов в голове, проникающий даже сквозь заслон онемения. Допила оставшуюся в стакане водку и наполнила стакан снова.
Было бы очень мило, если бы ты поделилась воспоминаниями о некоторых моментах своей жизни с мамой.
И вот я уже стояла у бортика бассейна, пристально всматриваясь в мутную зеленую воду. Тело одеревенело, но голоса продолжали упрямо талдычить свое. И никак не хотели замолкать. Я помотала головой, чтобы избавиться от них.
Затем закрыла глаза и шагнула вперед. Вода оказалась холодной, в нос тут же ударил сильный запах хлорки. Сгруппировавшись, я камнем ушла на дно и стукнулась о шершавый цемент, но я лишь еще крепче зажмурила глаза. И вот наступила... тишина. Я прижала колени к груди, наслаждаясь долгожданным спокойствием.
Я дышала, выпуская пузырьки воздуха через нос. У меня горели легкие, но я не шелохнулась. Предпочла остаться в плену у холодной воды. Однако паники подобно той, что возникала в моих снах, не было. А ведь больше всего я боялась задохнуться. Правда, тут... царило такое спокойствие, что хотелось остаться здесь навсегда.
Итак, я преодолела желание вздохнуть полной грудью, не обращая внимания на растущее стеснение в груди. Вода что-то нашептывала мне на ухо. Я открыла глаза и прислушалась. Похоже... кто-то кричал. Вскинув голову, я увидела две фигуры, перегнувшиеся через край бассейна. Рыжие волосы Сары свисали над водой.
Я оттолкнулась от дна и, захлебываясь, вынырнула на поверхность. Хлорированная вода попала в горло, я закашлялась и с трудом подавила рвотный рефлекс. Схватилась за бортик и постаралась отдышаться. И меня сразу оглушили истошные вопли, словно невидимая рука включила кнопку приемника на полную громкость.
- Черт подери, Эмма! - орала Сара. Она уже успела снять туфли, словно собиралась нырнуть в бассейн. - Какого хрена ты там делаешь?
- Она долбаная психичка, вот она кто! - бесновался у нее за спиной Кевин. - Она выглядела ну впрямь как сраная зомби, когда вошла в воду. Твоя подруга вконец рехнулась, сестричка!
- Заткнись! - цыкнула на него Сара, внимательно следя за тем, как я усаживаюсь на бортик. - Вали, на хрен, отсюда!
- Не надо повторять дважды, - ответил Кевин. - Долбаная психичка. - И, прижимая к себе бумажный мешок, он направился в сторону парковки.
- Ты в порядке? - глядя, как я судорожно отплевываюсь, поинтересовалась Сара. Я молча кивнула. - Эмма, это черт знает что такое, - тяжело вздохнула Сара, укоризненно качая головой, и помогла мне подняться.
Пока я собирала сумку, Сара ждала меня у ограждения. Я намеревалась положить в сумку и почти пустую бутылку водки, но Сара строго прикрикнула на меня:
- Оставь сейчас же!
Я бросила бутылку и послушно поплелась за ней в номер.
Оставляя за собой зеленые лужицы воды, натекшей с промокших джинсов, я сразу прошла в ванную. Скинула отдававшую хлоркой одежду, залезла под горячий душ и стояла так до тех пор, пока не закончилась горячая вода. Я по-прежнему ничего не ощущала. Не было ни эмоций, ни мыслей. Но зато я заставила замолчать голоса в голове.
Затем я потянулась за полотенцем, чтобы завернуться в него. Колючее белое полотенце едва прикрывало наготу. Сара, сидевшая на стуле с грязной обивкой возле круглого столика, сразу встрепенулась, когда я вышла из ванной в облаке пара.
Вокруг меня все плыло, и я не рискнула посмотреть Саре в глаза. И вообще, я еле стояла на ногах. Плюхнулась на кровать и закрыла лицо руками.
- Я прекрасно понимаю, что ты не хотела сюда приезжать, - с трудом сдерживаясь, произнесла Сара ровным тоном. - И представляю, как тебе тяжело. Но, Эмма, ты ведь сейчас не одна. И ты должна понять, что есть люди, которые беспокоятся о тебе. И хотят тебе помочь. - (Я часто-часто заморгала и, сделав над собой усилие, подняла на нее глаза.) - Ты не можешь отталкивать всех подряд. - Она встала со стула и замерла в напряженной позе. - И ты не можешь продолжать в том же духе, потому что в один прекрасный день ты проснешься, а рядом вообще никого не будет.
Я слепо прищурилась, ее слова эхом отдавались в голове.
- Что?
- Но нет, я тебе этого не позволю. - Голос Сары окреп и теперь с каждым словом набирал силу. - И не позволю тебе оттолкнуть меня, как и всех остальных. - Увидев, что я по-прежнему совершенно безучастна, она плотно сжала губы, глаза ее наполнились слезами. - Эмма, ты слышишь, что я говорю?! Посмотри на меня! - (Я свесила отяжелевшую голову набок.) - Черт побери, Эм! - не выдержала Сара. У нее окаменел подбородок, а руки сжались в кулаки. - Я не позволю тебе заниматься саморазрушением! Чего бы это ни стоило! И не позволю тебе кончить так же, как твоя мать!
И тут меня словно громом поразило. Я устремила на Сару ненавидящий взгляд. Она побледнела, поняв, что хватила через край.
- Убирайся!
- Эмма, прости меня, - разрыдалась Сара. - Я вовсе не то хотела сказать.
- Убирайся! - заорала я, так что она подпрыгнула от испуга.
Затем она молча вытерла скатившуюся по щеке слезу и покорно кивнула. Взяла сумочку и ключ от комнаты, медленно направилась к выходу и, в последний раз устремив на меня печальные глаза, осторожно закрыла за собой дверь.
Меня трясло как в лихорадке. Я легла на бок, завернулась в несвежие белые простыни и уставилась в стенку, а комната вдруг заходила ходуном. Но зато на душе стало абсолютно спокойно. Я закрыла глаза и провалилась в пустоту.