Глава 13
Слишком поздно
«Эмма, ты где, черт бы тебя побрал?! Мне звонила Мэг, сказала, что ты вчера уехала, но никто не знает куда. Я уже практически села на самолет, и ты сводишь меня с ума. Надеюсь, к тому моменту, как самолет приземлится, я получу от тебя голосовое сообщение, а иначе я за себя не ручаюсь».
При мысли о том, что́ я скажу Саре, у меня защемило сердце. Тогда я отправила голосовое сообщение:
«У меня все прекрасно. Я дома. Желаю тебе благополучного полета. Позвони, когда сможешь». Лаконично. Фактически. Но весьма далеко от истины.
Я вылезла из внедорожника и направилась к входной двери. Мне как будто залили цементом внутренности, я с трудом передвигала ноги. Я не спала всю ночь, и теперь у меня даже не осталось сил достать сумки из багажника. Подойдя поближе, я обнаружила, что Коул ждет меня на крыльце. Значит, получил мое сообщение о том, что может забрать свою машину в любое время после одиннадцати. Я упорно глядела себе под ноги - мне было стыдно смотреть ему в глаза.
И у самого крыльца я медленно подняла голову. Ни один мускул не дрогнул на лице Коула. От его внимания, естественно, не ускользнул мой помятый вид.
- Я должна тебе бак бензина, - безучастно произнесла я, положив ключи от машины в его протянутую руку.
- И куда ты ездила? - ровным голосом поинтересовался он.
- Хотела уладить кое-что со старым другом, - ответила я, вперившись в облупившуюся ступеньку.
- Ну и как, уладила?
- Нет, - чувствуя во рту горечь поражения, прошептала я.
У меня предательски задрожала нижняя губа, я закрыла глаза в напрасной попытке сдержать рвавшиеся на волю слезы. Конечно, я вполне могла бы списать свою эмоциональную уязвимость на усталость, но это было бы неправдой. И даже горькие слезы не отражали всей глубины моего разочарования.
- Сочувствую, - очень искренне произнес Коул, подошел ко мне и нежно обнял.
Я смогла лишь слабо кивнуть - боялась дать выход эмоциям. Я была буквально раздавлена провалом своего замысла. Мне не удалось найти и остановить Джонатана, чтобы до его отъезда исправить содеянное мной зло. Более того, Джонатан оставил без ответа все сообщения с просьбой позвонить.
У меня до сих пор звучало в ушах голосовое сообщение, которое я послала в пять утра, прежде чем повернуть назад:
«Это снова я. И это мое последнее сообщение. Я всю ночь провела за рулем. Ехала и думала о том, что произошло в ту ночь. Я готова взять свои слова назад. Каждое слово, которое бросила тебе в лицо. Потому что была неправа. Мне очень хочется сказать тебе об этом лично, но я не знаю, где ты сейчас. Пожалуйста, не уезжай. Позвони мне».
Джонатан уехал. Я заглянула в окно его квартиры - квартира была абсолютно пустой. Что потрясло меня до глубины души. Если честно, я сама от себя такого не ожидала. Я хотела его видеть. Я тосковала по нему.
У меня на сердце лежал камень. Я давно не испытывала подобного смятения чувств. И с каждой милей пути горькое чувство вины все больше разъедало душу. Но все. Слишком поздно. К сожалению, истина всегда доходила до меня с большим опозданием.
Я плакала так горько, что рубашка Коула промокла от моих слез. А он молча стоял и ласково гладил меня по голове.
- Прости, что вчера так внезапно сорвалась, - уткнувшись ему в грудь, говорила я. - Я была в панике и не знала, как объяснить...
- Все нормально, - прошептал он. - Я виноват, что разозлился. Просто я... я боялся, что с тобой что-нибудь случится. И ты ужасно напугала меня, когда прыгнула со скалы. Ведь ты даже не потрудилась хорошенько подумать, а сразу... исчезла.
Я приподняла голову и украдкой посмотрела на Коула, в глазах которого читалась неподдельная тревога. Я осторожно пробежала рукой по жесткой щетине на его подбородке.
Коул пальцем вытер мои слезы и сказал, ранив меня в самое сердце:
- Не могу видеть тебя такой грустной.
Затем наклонился и ласково поцеловал меня. Между нами снова пробежал электрический разряд.
Я ответила ему страстным поцелуем. Мне просто необходимо было почувствовать тепло его рук и вкус его губ. Ведь так, и только так, я могла хоть ненадолго унять душевную боль.
Коул внял моей молчаливой мольбе. Обжигая мое лицо горячим дыханием, он прижал меня к себе так крепко, что я слышала биение его сердца. А затем за руку провел в дом, увлек за собой на второй этаж, закрыл дверь спальни на задвижку и зажал мне рот поцелуем, подействовавшим, как удар молнии.
Я запустила руки ему под рубашку, впившись ногтями в его спину. Он рывком стянул рубашку через голову и, сняв с меня футболку, продолжил осыпать поцелуями - рот, шею, плечи, - словно хотел зацеловать до потери сознания, чтобы взять на себя мою боль. Но я знала, что все его горячие поцелуи не исцелят моих душевных ран. Но не хотела, чтобы он останавливался.
Итак, я решила использовать Коула как лекарство от любви, как средство развеять тоску. Я уже успела пристраститься к сладости его поцелуев, к запаху его кожи, к жару его тела, заполняя чувственностью пустоту в душе.
Мы лежали на животе под одеялом, уткнувшись лицом в подушку. Я приподняла голову и поцеловала Коула в ямочку на подбородке.
- Почему ты до сих пор меня терпишь? - громким шепотом спросила я.
- Наверное, я мазохист. Мне нравится, когда меня мучают, - шутливо ответил он, и я рассмеялась. - И мне нравится тебя смешить. - Его губы изогнулись в кривой ухмылке. - Что весьма непросто. Но стоит того. А еще мне нравится тебя раздевать. - Он погладил меня по спине. - А вот что мне совсем не понравилось, так это события последних двух дней. Я и правда решил... что между нами все кончено. - Он слегка отодвинулся и заглянул мне в глаза. - Так ты этого на самом деле хочешь? Поставить точку в наших отношениях?
Я едва заметно кивнула. Он, естественно, ждал совершенно другого ответа, но мне не хотелось кривить душой.
- Коул, я не могу впустить тебя в свое сердце, а это несправедливо по отношению к тебе.
- Позволь мне решать самому.
- Тогда обещай мне одну вещь, - со вздохом сказала я.
- Какую именно?
- Что оставишь меня, когда поймешь, что я слишком далеко зашла. Я боюсь разбить тебе сердце. Однако пока у меня нет моральных сил, чтобы поставить точку.
- Эмма, я не позволю тебе разбить мне сердце. Клянусь. - Он затянул меня в омут своих голубых глаз и прижался к моим губам. Затем откинулся на подушку, смежил веки и мгновенно заснул.
Я наблюдала за спящим Коулом, но в мыслях невольно возвращалась к Джонатану. Никто и никогда не сможет тебя полюбить.
Каждое мое слово было пропитано ядом. Я зажмурилась, точно от удара. Нет, естественно, он не перезвонит. И я его за это не осуждаю.
Я попыталась искупить свою вину и не смогла. Люди не зря говорят: слово не воробей, вылетит - не поймаешь. И иногда слова ранят сильнее, чем самый острый нож. И кому, как не мне, этого не знать.
Но было кое-что еще, что мучило меня, не давая уснуть. Джонатан собирается совершить нечто такое, что имеет необратимые последствия, и мне необходимо было срочно его найти. Значит, нужно ехать в Нью-Йорк.
* * *
Меня разбудил вибрирующий звук телефона. С трудом оторвав от подушки отяжелевшую голову, я бросила взгляд на часы. И уже собралась было снова забраться Коулу под мышку, где было так тепло и уютно, но тут меня словно ударило. Джонатан.
Тем временем телефон замолчал. Я выскользнула из кровати, опустилась на колени и в темноте принялась судорожно шарить в поисках разбросанной на полу одежды. Натянула на голое тело футболку, хранившую запах Коула, и едва успела нащупать шорты, как телефон завибрировал снова. Я поднесла его к глазам и увидела номер родителей Сары.
Тяжело вздохнув, я приготовилась к очередной лекции. Должно быть, Сара забыла о трехчасовой разнице во времени. Но не успела я сказать «привет», как вдруг поняла, что Сары просто физически не может быть дома. Меня пронзило смертельным ужасом, словно мне в живот врезался огромный камень.
- Эмма? - услышала я голос Анны. - Эмма, родная, это Анна.
- Привет, Анна, - с трудом выдавила я.
Меня до потери пульса напугал ее тон. Она явно была чем-то безумно расстроена.
- Эмма, случилось страшное, - дрожащим голосом продолжила Анна. - Это твоя мама. - Анна сделала паузу. - Вчера ночью она покончила с собой.
Я будто провалилась в черную дыру, мороз пробежал у меня по коже. Я ослепла. Оглохла. Потеряла способность чувствовать. Разве что пронизывающий холод. Я прижала коленки к груди и принялась раскачиваться.
- Эмма? Ты тут? Милая, ты можешь говорить?
- Она умерла, - пробормотала я и не узнала собственного голоса.
- Да. Сочувствую твоему горю. Мы хотим, чтобы ты как можно скорее вернулась домой. Я все устрою, хорошо?
Ее голос неожиданно замер, и я осталась в кромешной тьме, потеряв способность видеть и слышать. Я убавила звук телефона, отдавшись во власть охватившего меня холода.
Сара, я ее ненавижу... Мне все равно, умрет она или нет.
- Эмма? - ворвалась в мое сознание Мэг, заглушив голос из прошлого. Я недоуменно уставилась на нее. Почему-то вдруг стало очень светло, будто комната купалась в лучах солнца. - Эмма, ты меня слышишь?
Она опустилась рядом со мной на колени, постепенно попав в фокус моего зрения. Я настороженно огляделась по сторонам и заметила, что в моей комнате полно людей. Пейтон сидела на кровати, Серена - возле меня на полу. Она держала меня за руку.
Я подняла глаза и заметила Коула. Он стоял на пороге и внимательно наблюдал за мной. А в коридоре толклись Люк и Джеймс.
Я растерянно обводила глазами лица друзей. А потом вспомнила. И из меня словно внезапно выпустили воздух.
- Неужели я всех разбудила? - спросила я, глядя в полные скорби изумрудные глаза Мэг.
- Нет, ты никого не будила, - заверила меня Мэг. - Эмма, нам позвонила Сарина мама. Нам так жаль.
Она обняла меня за плечи, а Серена стиснула мою руку. Я успокаивающе похлопала ее по спине. Меня по-прежнему окутывала тьма, я была не в силах переварить то, что случилось. И поэтому позволила держать себя за руку.
* * *
- До скорой встречи. - Я обняла Мэг и Серену перед входом в аэропорт. Затем повернулась к Коулу. Он боялся дотронуться до меня, будто я была хрупкой стеклянной вазой, которая в любую минуту могла разбиться. - Ты даже оглянуться не успеешь, как мы уже встретимся в Санта-Барбаре.
- Как бы мне хотелось поехать с тобой. - Коул осторожно погладил меня по щеке.
- Знаю, - поспешно ответила я. - Я и сама не слишком хочу туда возвращаться. Но надо. А кроме того, у тебя экзамены на носу и нельзя пропускать занятия. Нет, все правильно. Со мной рядом будет Сара, поэтому можешь не волноваться.
- Ты позвонишь мне?
И вот я оставила их у себя за спиной, постаравшись создать впечатление, будто я в полном порядке, что, естественно, было не совсем так. Я прошла сквозь электронные ворота и неожиданно испытала такой приступ паники, что все внутренности буквально скрутило жгутом. Когда я проходила службу безопасности, то постаралась выровнять дыхание. Я так нервничала, что меня - как подозрительную личность - вполне могли отвести в сторонку для более тщательного досмотра.
Я не вполне понимала, как отважусь сесть на самолет, направляющийся именно в то место на земле, куда я торжественно поклялась никогда не возвращаться. Ведь два года назад я сбежала из Уэслина и сейчас уже приготовилась снова дать деру, но меня остановил телефонный звонок.
- Привет, - слабым голосом ответила я.
- Как дела? - поинтересовалась Сара.
- Ты что, серьезно?!
- Ну да, понимаю. Дурацкий вопрос. Буду встречать тебя в аэропорту. Постараюсь помочь пережить этот ужас.
- Спасибо. - Больше всего на свете я хотела, чтобы все наконец осталось позади.
Мне и так пришлось попотеть, объясняя своим профессорам, почему меня неделю не будет на занятиях, и договариваясь о переносе экзаменов на лето. Я словно бежала марафон, у меня физически не было времени остановиться, оглянуться - до тех пор, пока я не вошла в двери аэропорта и на меня не обрушилась реальность происходящего.
- Сара, я не собираюсь останавливаться в Уэслине.
- Что?! Что ты имеешь в виду? Родители уже ждут тебя.
- Я не могу. - Мой голос звенел от напряжения. - Я знаю один придорожный мотель. Неподалеку от города. Остановлюсь там. Я правда... не могу.
- Ну ладно, - послушно ответила Сара. - Постарайся хотя бы благополучно сесть на самолет. Остальное уладим при личной встрече.
Тем временем пассажиров пригласили на посадку.
- Все, мне пора, - сказала я. - Увидимся позже.
- Я буду тебя встречать, - повторила Сара.
Итак, я взошла на борт самолета, положила чемодан на полку и, протиснувшись мимо двух среднего возраста мужчин в деловых костюмах, заняла место у окна. Я тупо смотрела в иллюминатор, чувствуя, что пыхчу как паровоз.
- Не любите летать? - поинтересовался мой сосед, глядя, как я сплетаю и расплетаю на колене руки.
- Нет, дело скорее в приземлении, - честно призналась я.
- Мне постоянно приходится летать, - сказал сосед. - И поверьте, нет абсолютно никаких поводов для волнения.
Я растянула губы в улыбке, но вид у меня по-прежнему был несчастный. Тогда я закрыла глаза и сжала кулаки, мысленно велев себе успокоиться. Хотя прекрасно понимала, что нахожусь на грани нервного срыва.
- Может быть, вам стоит немного выпить, - усмехнулся сосед.
- Но мне еще только девятнадцать.
Он посмотрел на меня как на полоумную. Что было весьма близко к действительности.
- Тогда давайте я вас угощу, чтобы вы весь полет не дрожали как осиновый лист.
- Да, спасибо. - Я отчаянно пыталась взять себя в руки.
Когда самолет был уже в воздухе, мои соседи заказали водку с содовой, а я просто воду. Но, к моему величайшему удивлению, оба протянули мне свою выпивку. Похоже, я была не лучшим компаньоном для полета.
- Спасибо. - Я потянулась за кошельком.
Мой сосед только отмахнулся:
- Какие мелочи. Можете не беспокоиться.
С жадностью проглотив водку, я поставила стаканчики, в которых даже не растаял лед, обратно на откидные столики своих любезных соседей.
- Мисс, - услышала я сквозь туман в голове. - Мисс, мы приземлились. - Кто-то осторожно коснулся моего плеча.
Я отвернулась от иллюминатора и растерянно огляделась, не сразу сообразив, где я нахожусь.
- Черт! - вырвалось у меня, и бортпроводница - яркая блондинка - удивленно подняла брови. - Хм, спасибо большое.
Потом я отстегнула ремень и сосредоточилась на том, чтобы выбраться из кресла и при этом устоять на ногах, поскольку в голове до сих пор шумело от выпитой водки. Слава богу, самолет уже практически опустел, и я могла спокойно достать чемодан. Я стала снимать его с полки, стукнулась об острый угол, но каким-то чудом умудрилась не упасть.
- Разрешите вам помочь? - нервно поглядывая на меня, предложил молодой бортпроводник.
- Нет, сама справилась, - смутилась я. - Спасибо.
И я покатила за собой чемодан, максимально сосредоточившись, чтобы выглядеть не слишком пьяной.
На подкашивающихся ногах я прошла в сторону терминала. Тем временем шум в голове потихоньку улегся, и на меня снова накатил приступ паники. Да, наверное, без посторонней помощи из терминала мне не выбраться.