29
Он приподнял брови и сделал смешную гримасу, пытаясь скрыть улыбку:
— Ну, давай.
Я протиснулась между ним и дверью так, что наши тела оказались плотно прижаты друг к другу. Я подняла на него глаза.
— Упс... Тут так тесно, — наигранно смутилась я. Он закашлялся и попытался отойти, но я в этот момент тоже двинулась с места и прижалась к нему еще сильнее, слыша, как бьется его сердце. Когда мы наконец разошлись, он закрыл дверь, а я принялась протирать пыль, время от времени незаметно поглядывая на него.
Даня разлегся на кровати и уставился в телевизор. Но я-то видела, как бегал его взгляд по моему телу. Несколько минут я старательно убирала: собирала и раскладывала разбросанные вещи, при этом плавно двигаясь, протирала мебель и подоконники, мягко нагибаясь и приседая. Даня сначала пытался смотреть телевизор, даже сделал звук громче, но глаза его всегда следили за моими движениями. Он начал ерзать в кровати, и я убедилась, что на правильном пути.
Я подошла к экрану плазмы и стала заботливо вытирать несуществующую пыль. В этот момент Даня подорвался с кровати и выскочил в коридор. Я осталась стоять посреди комнаты в недоумении. Что пошло не так? Я была в растерянности и не знала, что делать дальше: стоять, уходить, идти за ним?
Прошла минута, парня не было, и я, собравшись выйти, наклонилась, чтобы поднять по пути пустую бутылку, как вдруг послышался удар двери. Я не успела выпрямиться, как сильные руки обхватили меня за талию, буквально отволокли в противоположный конец комнаты, и я оказалась прижата к подоконнику горячим телом. Я только раскрыла рот, чтобы возмутиться, как Даня бросил на подоконник золотистую кредитку и ключи.
— К черту, — рыкнул он. — Ты завтра идешь в город.
Я звонко расхохоталась. Мой искренний смех серебряным эхом разлился по комнате:
— Ты так быстро сдашься, Милохин?
— Заткнись уже, — прошептал он, целуя мою шею. Я повернулась к нему, позволяя впиться в свои губы. Он проник языком ко мне в рот, а я наслаждалась своей победой. Парень резко поднял меня, и я скрестила ноги на бедрах, чтобы не упасть. Он, не отрываясь от моих губ, положил меня на кровать. Я только улыбалась, пока он снимал с меня майку и стягивал юбку вместе с нижним бельем.
И вот я лежала перед ним раздетая, совершенно не стесняясь. Он склонился надо мной, развел руки в стороны и принялся целовать шею, ключицу, грудь, живот... Из рта вырвался судорожный всхлип, когда Даня приподнял мои бедра и поцеловал меня там.
— Нет, — я попыталась свести колени. — Не надо там. Пожалуйста...
Я схватила его за руки.
— Тише-тише. Не буду больше, — успокоил он и приблизился к моему лицу. Его мягкие губы коснулись моих, и я почувствовала собственный привкус. Он с силой прикусил мою нижнюю губу. Ауч. Я резко перевернулась, оказавшись сверху. Брови парня поползли вверх. Я тем временем страстно, с чувством, исследовала губами каждый сантиметр его тела. Оставляла следы помады на его скулах, шее... Я целовала его крепкие плечи, грудь и спускалась по кубикам пресса. Я приблизилась к V-образной линии на его торсе... Даня что-то хрипло пробормотал:
— Боже, девочка, что ты со мной делаешь...
Парень вдруг поднялся и, схватив руками мое лицо, впился в меня поцелуем. Быстрое движение, и я под ним. Толчок, и Даня вошел в меня. Я изогнулась, впиваясь пальцами в постель. Милохин двигался резко, сильно, неудержимо! Я обнимала его за плечи, кричала, стонала от сладкой боли, а он хватал ртом воздух и оставлял синяки на моих запястьях. Но в эту ночь я позволила ему все. Он не переставал целовать меня, я отвечала на его поцелуи с нежностью. Наши тела сплетались в горячей волне страсти. Когда парень стал двигаться медленнее, я поняла, что скоро испытаю то божественное чувство — пик наслаждения.
Через несколько минут он в изнеможении упал рядом со мной.
— Милохин, а ты понимаешь, что проиграл спор? — с хитрой улыбкой спросила я, натягивая на себя одеяло.
Он с серьезным лицом посмотрел на меня:
— Оно того стоило.
Его пальцы осторожно гладили мою кожу, а он неотрывно смотрел мне в глаза.
— Ты сейчас разозлишься, — начала неуверенно я. — Но я скажу.
Он молчал, давая понять, что готов выслушать.
— Я, кажется, полная дура, но я люблю тебя...
Он секунду подумал, а потом нежно поцеловал меня.
— Я знаю. И я не злюсь.
На моих глазах появились слёзы.
— Ну чего ты? — он обнял меня и уткнулся носом в мои волосы.
— Почему ты меня спас сегодня? — решилась спросить я, чтобы перевести тему. Он глубоко вздохнул:
— Не хотел, чтобы тебя касался другой.
— А знаешь, как называется это чувство? — продолжила я совсем тихо.
— Нет. Это не то, что ты думаешь.
Я только хотела возразить, но он проложил палец к моим губам:
— Тшш. Ни слова.
Я сглотнула слёзы и промолчала.
— Спи, Шпуль, — сказал Даня. — Тебе нужен сон.
Мне ты нужен, придурок. Жаль, что это не взаимно. Он обнял меня крепче через ткань одеяла, и я действительно скоро уснула.